​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

      

Элион

      В воздухе примерочной все еще витал запах озона, кожи и нашего общего, доведенного до предела желания. Кайрен, поправляя китель, выглядел пугающе безупречно — его 192 сантиметра роста и безупречная выправка превращали обычную форму в символ абсолютной власти. Ни одна складка на форме не выдавала того безумия, что творилось здесь несколько минут назад. Я же, постепенно приходя в себя, чувствовал, как по связи медленно утихает шторм, сменяясь глубоким, тягучим удовлетворением. — Этот костюм... — я прерывисто выдохнул, пальцами обводя золотое шитье на его рукаве. — Мы берем его обязательно. Я хочу видеть тебя в нем в нашем пентхаусе. Ты в нем просто невозможный.       Кайрен низко рассмеялся, обхватывая мое лицо ладонями. В его синих глазах цвета штормового океана все еще мерцали остатки того ледяного высокомерия, которое так меня завело. — Как скажешь, сокровище. Но теперь моя очередь, — он чуть отстранился, и его взгляд стал оценивающим. — Теперь я хочу посмотреть, на что способен мой «непослушный» муж.       Я накинув на плечи рубашку, хитро прищурился. Внутри проснулся провокатор, знающий, что Кайрен — единственный, кто может этот огонь обуздать. — И какой же образ ты выбрал для меня, командир?       Кайрен остановился у секции с лаконичными нарядами и выудил комплект ученика элитной академии «Авалон». — Школьник, — подтвердил он. — Но я хочу увидеть, как ты будешь стараться заслужить мое одобрение, Эл.       Я зашел в примерочную. Форма села идеально: белоснежные гольфы подчеркнули сильные икры, а короткие шорты — подтянутые бедра. Жилетка плотно облегла развитые плечи. В зеркале отразился статный парень с мускулистым и сильным телом, чьи янтарные глаза сейчас светились предвкушением. Я поправил свои светло-русые волосы и глубоко вздохнул, включая актерское мастерство на максимум.       Выйдя из-за шторы, я не просто встал перед мужем — я полностью сменил походку, взгляд и даже наклон головы. Кайрен сидел на пуфе, широко расставив ноги и положив руки на колени. Его атлетичная фигура в черном кителе заполняла собой всё пространство. Он выглядел как верховный судья: холодный, неподкупный и устрашающе властный. — Подойди ближе, Элион, — приказал он, и я послушно сделал шаг, глядя на него снизу вверх широко распахнутыми, почти испуганными глазами. — Я... я приготовил всё, что вы просили, — прошептал я, и мой голос дрогнул так натурально, что через связь я почувствовал его вспышку азарта. — Пожалуйста, не сердитесь. Я очень старался.       Я медленно опустился перед ним на колени. Жилетка натянулась на моей широкой груди, а пальцы коснулись ткани его брюк. Мои движения были неспешными, томительными, заряженными скрытой страстью. — Твоя форма выглядит неопрятно, — он наклонился вперед, и его волевые черты лица оказались совсем рядом. — Разве так должен выглядеть лучший ученик? — Простите... — я закусил губу, глядя прямо в его пронизывающие глаза. — Я готов принять любое наказание. Только не ставьте мне плохую оценку. Я сделаю всё, чтобы вы остались довольны.       Я начал медленно расстегивать пуговицы на жилетке. Когда она упала на пол, обнажив крепкий торс, я подался вперед, обжигая его ладонь в черной перчатке своим дыханием. Мой язык, влажный и наглый, прошелся по шву перчатки. Кайрен издал рык и вцепился в мой затылок.       Он рывком поднял меня, вжимая в зеркало. Ткань его мундира и мое обнаженное тело встретились в безумном контрасте. Пока я пытался поймать ртом воздух, Кайрен, не разрывая визуального контакта со мной через отражение, резким движением стянул с моих бедер короткие шорты вместе с бельем. Ткань бесформенной кучей упала к моим лодыжкам, оставляя меня полностью беззащитным перед его тяжелым, горящим взглядом.       Затем он развернул меня лицом к стеклу, заставляя упереться ладонями в холодную поверхность. — Смотри на себя, — приказал он, рывком раздвигая мои упругие ягодицы.       Я видел в зеркале свой собственный анус — нетерпеливо сжимающийся и влажный. Кайрен провел пальцем в перчатке по складкам, надавливая на самую кромку. — Твой вход буквально умоляет о наказании, — его голос вибрировал у него в позвоночнике. — Да... Учитель... — я стонал, выгибая спину. Моя рука скользнула вниз, сжимая ствол члена, проходясь пальцами по чувствительной уздечке и размазывая смазку по головке. — Пожалуйста...       Кайрен вошел. Жестко и глубоко. Узкие стенки моего нутра судорожно обхватили его мощную плоть. Он двигался сокрушительно, и каждый толчок заставлял мое тело биться об стекло. — Глубже... — молил я, мои порочные глаза закатились. Я чувствовал, как он задевает простату через переднюю стенку, вышибая из меня стоны.       Он перехватил меня за узкую талию, вбиваясь с такой силой, что в отражении сплелись черная сталь кителя и моя золотистая кожа, покрытая испариной. Я сам довел себя до предела, терзая пальцами основание члена, чувствуя, как яички наливаются тяжестью. — Я сейчас... — задыхался я, глядя в зеркало на своё греховное лицо.       Кайрен накрыл мой рот ладонью и сделал последний, самый мощный толчок. Я взорвался. Мое семя белыми вспышками брызнуло на зеркало, пока он выплескивался в меня, заполняя нутро до краев.       Я висел на его руках, ноги дрожали. Кайрен прижался губами к моему виску, его темные, густые волосы коснулись моей щеки. — Ты провалил экзамен, Элион. А значит, тебе придется остаться на дополнительные занятия. На всю жизнь.

***

Кайрен

      Видеть Элиона в этой форме было настоящим испытанием для моего хладнокровия. Его 182 сантиметра роста и атлетичное, развитое тело создавали образ, в котором не было и капли детской невинности — только чистая, концентрированная провокация. Когда он опустился на колени, и я увидел, как ткань жилетки подчеркивает его крепкую грудь, моя выученная годами выправка едва не дала сбой.       В нем всегда чувствовалась порода, даже когда он играл в «непослушного ученика». Его янтарные глаза, светящиеся греховным умом, обещали мне такое наслаждение, ради которого стоило сжечь этот город.       Когда его язык коснулся моей перчатки, по связи ударил ток. Я ненавидел и обожал то, как легко он манипулирует моими инстинктами. Вбиваясь в него, я смотрел в зеркало и видел безупречный контраст: мой черный капитанский китель и его подтянутое, сильное тело, покрытое влажным блеском.       Я чувствовал его триумф — он знал, что победил. И когда он кончил, пачкая зеркало, я ощутил почти первобытную гордость. Он был моим. И я уже знал: я заберу из этого магазина всё, что позволит мне видеть его таким снова и снова. Мы быстро сняли костюмы и переоделись в свою повседневную одежду, вернув себе привычный вид перед тем, как покинуть примерочную.       Когда мы наконец вышли из примерочной, пошатываясь и пытаясь привести одежду в относительный порядок, в торговом зале «Ателье Теней» стояла звенящая тишина. Консультант, профессионал до мозга костей, даже бровью не повел, хотя я был уверен — он прекрасно слышал и грохот о стекло, и стоны Эла.       Я уже вернул себе маску абсолютного спокойствия. Мой взгляд, всё еще темный от пережитого возбуждения, скользнул по бесконечным рядам вешалок. — Тебе понравилось, Эл? — тихо спросил я, и в моем вокале против воли проскользнула та самая собственническая нотка. — Больше, чем я готов признать вслух, Директор, — Эл пригладил свои светло-русые волосы, и я через нашу связь почувствовал, как по его телу всё еще пробегают искры. — Кажется, мы открыли ящик Пандоры.       Я кивнул, а затем повернулся к администратору, который тут же материализовался рядом с планшетом в руках. — Снимите мерки с моего мужа, — распорядился я, и мой голос зазвучал так, будто я отдавал приказ о развертывании флота. — А затем упакуйте весь ассортимент этого магазина. Каждый костюм, каждую форму, каждый аксессуар — по одному экземпляру на наши размеры.       Администратор замер, его глаза округлились. — Простите, господин Керн... весь ассортимент? У нас сотни позиций... — Я не привык повторять, — я даже не посмотрел на него, моё внимание было приковано только к Элу. — Всё, что есть в наличии. Чего нет — отшивайте по меркам. Доставка в пентхаус «Монолита» в течение двух часов. Я хочу, чтобы к нашему возвращению восточное крыло гардеробной было заполнено.       Я снова обвел взглядом зал, чувствуя, как внутри разгорается холодный, хищный азарт. Эл, поймав мой взгляд, едва заметно вздрогнул — я видел, как в его глазах вспыхнул тот самый трепет, который всегда подстегивал моё желание доминировать. Мне захотелось выбрать для него что-то особенное прямо сейчас, закрепить этот момент.       Я подошел к стойке с аксессуарами и выудил оттуда тонкий, едва заметный чокер из черной матовой кожи с крошечным серебряным кольцом. — Но для тебя я выберу кое-что менее громоздкое, — произнес я, возвращаясь к мужу.       Я снял с вешалки комплект из тончайшего черного шелка: классические брюки и рубашку, которая была настолько прозрачной, что больше напоминала дымку, чем одежду. К ней прилагалась портупея из мягких кожаных ремней, предназначенная для ношения поверх ткани. — Я хочу видеть тебя в этом, когда мы будем дома, — я притянул Эла к себе за талию, понизив голос до интимного шепота. — Минимум деталей, максимум доступа. Ты будешь выглядеть как драгоценность в дорогой оправе.       Эл сглотнул, и я ощутил через связь, как от одного моего описания по его телу снова пробежал знакомый жар. Он лишь кивнул, соглашаясь на всё.       Выйдя из бутика, мы окунулись в прохладный воздух вечернего Таэр. Я чувствовал, как энергия бурлит в венах Эла — я сам подпитывал его через нашу связь, делясь своей силой. — Я чертовски проголодался, — признался Эл, усаживаясь в машину. — Твои «уроки» отнимают много калорий, командир. Куда мы едем?       Я завел двигатель, и машина плавно влилась в поток огней ночного города. — Есть одно место на побережье, — я коротко глянул на него, и уголок моих губ дрогнул в полуулыбке. — Закрытый ресторан на скалах. Там подают лучшие морепродукты в городе и, что самое главное, там террасы расположены так, что нас никто не увидит. Только мы, шум океана и вино. — Звучит как идеальное завершение нашего «шопинга», — Эл откинулся на сиденье, излучая абсолютное счастье. — Веди, я полностью в твоей власти.       Я выжал педаль газа, чувствуя, как вечер только начинается.