Редкая Глубина Чувств

Примечание: Копирование и размещение перевода на других читалках запрещено переводчиком. Рекомендуется к прочтению только лицам, достигшим 18+ лет.

***

      Университет, в который поступил Лан Бай, на протяжении многих лет спонсировался одной из компаний, принадлежащих семье Юань, а наследный сын Юань Чжуй числился у них номинальным членом совета директоров. Несмотря на то, что люди отыскивали бесчисленные версии причин ухода Лан Бая из дома Юань, каждые из которых были весьма неприятны и все более невыносимы, в действительности, когда он отправился на учебу, Юань Чжуй самолично организовал величественный кортеж из Бентли для его сопровождения, что в глазах других выглядело весьма эффектно.       Лан Бай не позволил водителю доехать до школьных ворот. Когда между ними и школой оставалась одна улица, он приказал:       — Остановись!       — Но младший господин Бай, — водитель с особой осторожностью обратился с распоряжением, — Старший господин велел нам собственными глазами наблюдать, как вы войдете в школу, это…       Лан Бай прозвучал несравнимо мягко:       — Дагэ намеренно хочет выставить меня мишенью, и ты вправду собираешься это сделать?       Лан Бай, неся обычный рюкзак, в футболке с короткими рукавами, джинсах и простых белых трехполосных кроссовках “Adidas”, вошел в школьные ворота, как обычный студент. Если не считать слегка специфичных, специально изготовленных цифровых часов Lotos на запястье, он и вправду выглядел ничем не отличающимся от других школьных товарищей. Приход этого младшего господина из семьи Юань ничьего внимания в школе не привлек.       Разумеется, ему не нужно было идти в учебную часть, чтобы отметиться. Заведующий частью лично появился у него на пути к школьной столовой, тепло и услужливо помогая ему оформить карточку для питания и читательский билет. Когда днем он пришел на занятия, профессор уже заранее подготовил для него самое лучшее, хорошо проветриваемое и с отличным обзором место, и, к тому же, он полностью уважал личную свободу младшего господина семьи Юань, даже если тот решит станцевать на этой парте, никто не посмел бы его остановить.       Разумеется, Лан Бай определенно не полез бы на парту танцевать. Он вежливо высказал благодарность, сел за парту, взял толстую подлинную книгу корпоративного права и со всей серьезностью и спокойствием просидел два часа.       Такой студент довёл старого профессора до горячих слёз, хоть семья Юань и обладает властью и деньгами, но ребенок из этого дома послушно пришел на занятия. Хотя он, не обязательно по-настоящему слушал лекцию, но по крайней мере он не играл в карты с соседом по парте и не целовался с девчонками на заднем ряду, а спокойно отсидел два часа на уроке, что достаточно непросто, а!       “Этот ребенок куда послушнее по сравнению с его дагэ Юань Чжуем, когда тот ходил на занятия!”       После урока профессор намеренно подошёл к парте Лан Бая и любезно поинтересовался:       — Молодой господин, есть ли что-то, что вам непонятно?       Лан Бай отрицательно покачал головой:       — Нет.       — Н…нет?       — Нет. Я все понял.       Профессор задумался, что в нынешнем году этому ребенку всего пятнадцать лет, и поговаривают, что дома он бездельничал и делал что хотел. Не говоря об университетских курсах, даже уровень знаний средней школы трудно оценить. Программа корпоративного права уже наполовину пройдена, а он пришел и пару часов послушал. Как у него может не быть совершенно никаких вопросов?       Он решил, что юному господину просто неловко, и сделал голос ещё настойчивее:       — Вы сегодня впервые пришли на занятие. Если есть что-то непонятное, пожалуйста, ни в коем случае не стесняйтесь спрашивать в любое время.       — …Мне не о чем спрашивать.       Профессор переспросил:       — Неужели действительно нет ничего непонятного?       — Правда, нет, — перебил его Лан Бай. —Профессор, в детстве я ходил на корпоративные собрания вместе с отцом. Всё, что описано в книгах, уже было до мелочей разобрано нашими семейными юристами. Я больше обращаю внимание на практическое применение, а не на эти пустые и благородные юридические формулировки в учебниках.       — …       Старый профессор безмолвно пустил слёзы навстречу ветру.       Кто сказал, что молодой господин семьи Юань послушнее своего дагэ? По сравнению со своим дагэ, он куда язвительнее…       Школьная жизнь Лан Бая проходила в тишине и покое. Руководство школы прекрасно знало статус этого юноши, а вот из студентов в курсе были немногие. Сам Лан Бай учился экстерном и почти не участвовал в коллективных мероприятиях. На малых занятиях обычно сидел в уголке, не говоря лишних слов и не создавая лишних движений, так что его присутствие было почти незаметным. Только девушки с его курса были под глубоким впечатлением от него, потому что этот юноша на самом деле выглядел слишком красивым и чересчур молодым. Он казался вежливым и отчужденным отличником школьного студсовета, и они действительно не могли набраться смелости завести беседу.       Однажды, спустя два месяца после поступления Лан Бая, за десять минут до начала занятий по корпоративному праву, аудитория уже была переполнена людьми. Лан Бай, как обычно, сидел в углу, а на столе лежала подлинная толстая книга. Перелистывая лимитированное коллекционное издание работ Шагала¹, он закинул одну ногу на стол, расслабленно покачивая ею.       ¹(Марк Шагал - всемирно известный художник-авангардист, со своим уникальным стилем в живописи, оказавшим влияние на сюрреализм. примеч.переводчика. Не знаю как вам, но я видимо ничего в таких художествах не смыслю ха-ха. В конце главы прикреплю пару его работ.)       Первое осеннее солнце, проникая сквозь стеклянные окна, ложилось на сказочно яркие и сияющие цветовые пятна, а стиль раннего Шагала, несущий в себе старомодные черты еврейской натуры, увлекал и очаровывал. Лан Бай мягко перевернул страницу, и на его губах промелькнула едва заметная, неосознанная, приятная улыбка.       В этот момент дверь аудитории распахнулась, и в проеме показался высокий, худощавый парень.       — Кто здесь Лан Бай?       Гул голосов в аудитории на несколько секунд прервался.       — Кто здесь Лан Бай? — ледяным тоном повторил парень. — Давай, выйди ко мне!       Студенты переглянулись в растерянности.       Через некоторое время одна девушка тайком ткнула локтем свою соседку по парте:       — Разве это не старший из исследовательского института, Мо Фан?       — Ооо… — Протянула другая девушка, затем сказала: — Так это же звезда прошлогодних спортивных соревнований, вроде бы спортсмен второго национального уровня?       — Кого он ищет?       — Кто такой этот Лан Бай?       ….       Мо Фан, прислонившись к дверному проему, нетерпеливо постучал костяшками по дверной панели:       — Кто Лан Бай? Давай катись сюда ко мне!       Лан Бай внезапно пришел в себя и отложил книгу. В аудитории было настолько тихо, что массивный альбом выдал глухой стук “Бум!”, упав на поверхность стола. Мгновенно один за другим взгляды обратились на него, и Лан Бай понял, что с момента его поступления это первый раз, когда он оказался в центре внимания такого количества взглядов.       — Тебе что-то нужно от меня?       Мо Фан угрюмо посмотрел на него и выпрямился. Когда он встал в полный рост,можно было отчетливо рассмотреть телосложение спортсмена: высокий и худой, но мускулистый, со смуглой кожей, мрачной аурой, и внешне невозмутимый. Если взять, поставить их с Лан Баем рядом и сравнить, судя лишь по внешности, то он определенно больше походил на человека из мафиозной семьи.       — Так это ты, — спокойно сказал Мо Фан, а затем внезапно схватил Лан Бая за шиворот так, что тот оторвался носками от пола.       Прежде чем Лан Бай успел увернуться от железной хватки, он почувствовал порыв ветра у щеки, а затем “Бам!” – мощный удар кулака повалил его на землю!       Этот удар был слишком сильным, на мгновенье Лан Бай потерял сознание, затем постепенно стал слышаться звон в ушах, а во рту собиралась теплая кровь с сладко-металлическим привкусом, хлынувшая прямо из уголка губ.       Несколько сокурсников тут же бросились навстречу, торопливо поднимая его, а девушки, вскрикивая, массово отстранились. Староста и несколько активных студентов удерживали Мо Фана, а тот стоял, холодно усмехаясь и разминая запястье, будто в любое время может нанести новый удар.       Лан Бай хотел оттолкнуть поддерживающих его сокурсников, но не смог твердо встать на ноги. У него сильно кружилась голова и казалось, что у него небольшое сотрясение мозга.       — …Тебе конец, — спокойно произнес Лан Бай, вытирая кровь.       Его голос был тихим, а выражение лица почти не изменилось. Мо Фана это немного удивило.       Он думал, что этот мальчишка как типичный ребёнок из богатой семьи, будет, задыхаясь от злости, топать ногами и кричать, или импульсивно кинется при всех с ним драться. Однако этот выглядящий как девушка юноша перед ним практически не отреагировал, словно, получив этот кулак, он совсем не разозлился.       Лан Бай взглянул на него, и в его взгляде даже мелькнуло что-то, что можно было назвать “жалостью”.       — Что вы делаете? Вы что творите!? — профессор профильного курса, наконец-то явившийся с опозданием, громко кричал и изо всех сил расталкивал толпу, протискиваясь вперёд.       Мо Фан не успел обернуться, как почувствовал мощный удар в затылок и тут же, после двух резких хрустов, кто‑то сзади вывихнул ему плечи. Двое телохранителей в штатском стремительно повалили его на землю, а один из них прижал его руку, наступая на нее ногами.       Вся эта цепочка действий была выполнена с высочайшим профессионализмом. Будь это покушение, у убийцы уже не осталось бы ни малейшей возможности сопротивляться.       — Молодой господин, как вы? Пожалуйста, уберите руку, дайте нам посмотреть! …Помогите молодому господину лечь на парту, мы немедленно вызовем семейного врача!       Лан Бай отмахнулся от своего телохранителя:       — Со мной всё в порядке.       — Вам нужно немедленно проверить зубы! К тому же это могло привести к серьезному сотрясению мозга, а рваная рана у рта требует немедленного лечения! Я сейчас же позвоню господину Юань…       Лан Бай сидел на стуле, позволяя людям, окружавшим его, аккуратно, понемногу прижимать полотенце к разорванному уголку его губ. Двое телохранителей всё ещё удерживали Мо Фана, а их главный как раз собирался позвонить Юань Чэну. Эти люди в штатском, казалось, из-под земли появились и силой оттеснили всех перепуганных студентов в задние ряды аудитории.       Что касается бедного профессора, то его полностью окружило руководство школы, сбежавшееся на шум.       Попросту сплошь люди падают, кони кувыркаются², куры летают да собаки скачут³.       ² и ³(鸡飞狗跳，人仰马翻 - образно они означают полный переполох, хаос и неразбериху. примеч.переводчика… p.s. мой редактор меня наругал за “скакают”, но мне нравилась рифма ТТ)       — Не нужно беспокоить моего отца, — Лан Бай оттолкнул руки своих людей и медленно поднялся, опираясь на стул. — Я сам схожу в студенческий госпиталь.       — Но…       — Никаких но, — спокойно и устало сказал Лан Бай. — Отпустите вот этого студента, его руку тоже должен осмотреть врач.       Два телохранителя нерешительно переглянулись и медленно отпустили Мо Фана. Жесткие, кожаные подошвы их ботинок уже раздавили руку Мо Фана до крови. Когда они его отпустили, боль была неизбежной, и лицо Мо Фана тут же искривилось.       — Пусть школьный врач подождет меня в процедурной и подготовит то противовоспалительное лекарство, которое я принес из дома.       — Слушаюсь!       — У меня сильно кружится голова, помогите мне спуститься по лестнице.       — Слушаюсь, молодой господин!       Лан Бай, проходя мимо Мо Фана, бросил на того холодный взгляд. Под опущенными длинными ресницами этот взгляд казался водным ледяным потоком. Едва лишь взглянул и тут же отвернулся.       — Пошли врача сделать ему рентген, — распорядился Лан Бай, не оглядываясь. — Возможно, у него небольшая трещина в кости.       Телохранители почтительно поддерживали его, а рядом кто-то уже быстро звонил в студенческий госпиталь. Руководство школы торопливо вышло ему навстречу и, расспрашивая о самочувствии, сопровождало дальше.       Молодой господин семьи Юань был крайне избалован дома, но на людях держался сдержанно, уверенно и посредственно. Тщательно отобранный лично Юань Чэном отряд телохранителей впервые за два месяца появился на людях.