Редкая Глубина Чувств

Примечание: Копирование и размещение перевода на других читалках запрещено переводчиком. К прочтению допускаются только лица, достигшие 18+ лет.

***

      Ван Цзядун, кажется, сразу обомлел.       Юань Чжуй тут же люто закашлялся:       — Кхе-кхе-кхе! Это, это… кхе-кхе-кхе!       Лан Бай ни солено, ни пресно посмотрел на него:       — Дагэ, аккуратней, не надорви горло кашлем.       Юань Чжуй неловко потянул руку за стаканом воды, делая вид, что стучит по груди:       — Прошлой ночью я поздно лег, и, кажется, немного простыл, горло сегодня слегка болит… кхе-кхе-кхе! Не обращай на меня внимания, хе-хе, не обращай внимания.       На самом деле, ему можно было и не вмешиваться, Ван Цзядун так и не обратил внимания на Юань Чжуя… он лишь на какое-то время замешкался, где-то секунд на пять, а затем с резким стуком ударил по столу палочками из слоновой кости:       — Перед кем-то другим кланяться не положено, но нет ничего такого в том, чтобы дать земной поклон младшему господину Бай!       “Пфф!” Юань Чжуй полностью выплюнул только что выпитую воду.       Ван Цзядун и вправду опустился на колени перед Лан Баем, четко и решительно “бам-бам-бам” трижды ударившись лбом; последний удар был особенно тщательным, прижавшись лбом к самому полу и задержавшись на какое-то время:       — Младший господин Бай, в прошлый раз после того, как напился, я повел себя недостойно, но я искренне восхищаюсь тобой. Если бы ты был леди семьи Юань, я определенно женился бы на тебе! Если ты все еще сердишься из-за инцидента в прошлом и в будущем захочешь моей жизни, то я, Ван Цзядун, не скажу ни слова возражения. Лишь бы младший господин Бай был доволен, распоряжайся этой моей жизнью как тебе угодно!       Лан Бай, улыбаясь, прислонился к краю низкого стола, внезапно вытянул одну ногу и кончиком стопы подцепил подбородок Ван Цзядуна, понемногу приподнимая его голову с пола. Его обувь была оставлена за дверью, он был одет лишь в пару белых, коротких носков и можно было смутно разглядеть светлые щиколотки. Эта сцена настолько возбуждала, что Ван Цзядун полностью застыл на месте, глядя на ногу юноши широко раскрытыми глазами, совершенно не имея возможности пошевелиться.       — Вы вознамерились жениться, а нужно еще, чтобы я захотел выйти замуж, — Лан Бай со смехом проговорив это, убрал ногу, а затем спокойно и невозмутимо взял палочками кусочек еды и, под взглядом Юань Чжуя, глаза которого вот-вот из орбит вылезут, принялся есть.       Частный самолет Юань Чэна приземлился в пригородном аэропорту, где их уже давно поджидал водитель. Сразу сойдя с самолета и пересев в машину, они вернулись домой, едва подошло время ужина.       — Где Юань Чжуй? — спросил Юань Чэн у дворецкого, снимая пальто.       Пожилой дворецкий почтительно стоял в стороне.       — Старший господин уехал на званый ужин.       Юань Чэн нахмурился. Эта его встреча с начальником штаба Ли Минъюем из Северной Кореи была чрезвычайно важной, Юань Чжуй должен был понимать, что после возвращения отца будет немало дел, требующих распоряжений, однако он ушёл из дома, да ещё и на званый ужин, Юань Чэн был немного этим недоволен.       Пожилой дворецкий прокашлял:       — Господин Юань, был приглашен только молодой господин Ван и наш юный господин.       Рука Юань Чэна остановилась.       — Что он задумал?       — Должно быть, решил выступить посредником, чтобы немного наладить отношения между молодым господином Ван и нашим юным господином.       — Наладить отношения между Ван Цзядуном и А-Баем?       Пожилой дворецкий бросил мимолетный взгляд на Юань Чэна. Лицо этого старика, казалось, всегда было покрыто морщинами, однако глаза, скрытые в глубоких складках, блестели так, словно могли видеть все до мельчайших подробностей. Он увидел, как выражение лица Юань Чэна стало немного странным, слегка брезгливым и недовольным, как будто отношения между Ван Цзядуном и Лан Баем были для него запретной темой, чуть ли не табуированной.       По правде это было весьма странно, Юань Чэн так долго находился на вершине преступного мира, что, возжелай он сделать что-то или заполучить кого-то, всегда следовал своему желанию и не признавал никаких ограничений.       — Да насколько хорошо эти двое могут сблизиться, и к тому же, даже если и наладится все, какая от этого польза? Где они едят?       Пожилой дворецкий повернул голову и подал подчиненному знак глазами. Тот подчинённый сразу вышел вперёд и тихо сказал:       — Господин Юань, старший господин устроил банкет в "Цзинь Лиша", но это было еще в обед. Сейчас они, вероятно, находятся где-то в другом месте, в баре или в чем-то подобном.       Недовольное выражение на лице Юань Чэна становилось все более явным:       — Зачем он отвел туда А-Бая?       — Это… Господин Юань, а что, если позвонить и узнать?       Юань Чэн махнул рукой и, даже не успев переодеться, прямо так, быстрым шагом поднялся наверх и вошел в кабинет. Не прошло и несколько минут, как он в спешке вышел из него, держа в руках нечто похожее на палмтоп. Тот подчинённый хорошо разбирался в электронном оборудовании для слежки и, бросив лишь один взгляд, узнал в нем спутниковое отслеживающее устройство с дисплеем. Оно использовалось специально для определения местоположения небольших целей, с погрешной точностью до полутора метров.       — По машинам, — Юань Чэн быстрым шагом вышел за большие ворота и, не оборачиваясь, распорядился: — Они в ночном клубе "Юэло".       Подчиненный слегка растерялся, но тут же быстро сообразил, что Юань Чэн, вероятно, с помощью этого локатора определил точное местоположение Лан Бая. Он вспомнил о тех изготовленных на заказ часах на запястье младшего господина.       У Лан Бая было несколько таких часов, по слухам, все они были специально изготовлены для него по заказу Юань Чэна за поразительно высокую цену. Оказывается, это были не просто наручные часы.       Лан Бай почувствовал, что выпил лишнего, хотя на самом деле он сделал всего лишь один глоток. Юань Чжуй не осмеливался позволить ему большее.       Тело младшего молодого господина было изнеженным; полуденное сакэ еще было терпимо, но у виски слишком высокий градус, и если по возвращении у него поднимется жар, Юань Чэн заставит его расхлебывать последствия¹. Он усадил Лан Бая в углу дивана и велел менеджеру зала лично налить чашку крепкого чая, чтобы отрезвить.       В это время знаменитая вечерняя программа ночного клуба "Юэло" как раз должна была начаться, Юань Чжуй хотел дождаться одиннадцатого-двенадцатого часа ночи, а потом уже отправить Лан Бая домой.       Лан Бай вяло опирался на подлокотник и сквозь слой занавеса смотрел на большую сцену:       — Дагэ, как ты думаешь, когда должен начаться стриптиз?       — Маленький предок, а, лишь о стриптизе и говоришь, тебе это не кажется неприличным? Это же самые настоящие русские танцовщицы, им и на проволоке станцевать не составит труда, вот увидишь и сразу поймешь.       — Что в русских женщинах такого особенного? — лениво рассмеялся Лан Бай. — У отца раньше в Москве была одна женщина, ростом примерно как ты, высокая, волосы цвета чистого золота, а ноги вот такие длиннющие, — он изобразил жестом, — И к тому же прямые, как стрела.       Юань Чжуй с изумлением посмотрел на него:       — Откуда ты знаешь?       — Видел как-то. Правда только один раз, говорят, она ненадолго задержалась.       Юань Чжуй всегда побаивался Юань Чэна, и обсуждение с родным младшим братом любовных похождений собственного отца было для него психологическим барьером. Ван Цзядун, уходивший за выпивкой, приблизившись, самодовольно покачал головой:       — Быть мужчиной такого уровня, как господин Юань, все равно, что быть на вершине; наследник, тебе, пожалуй, еще лет двадцать нужно совершенствоваться.       Юань Чжуй спешно оттащил его:       — Иди-иди давай, ты напился и собираешься создавать проблемы, держись подальше от младшего Бая!       Освещение на сцене внезапно разом потемнело, шумный зал ненадолго притих, и лишь цветные огни бешено крутились, так что вся сцена вдруг оказалась окутана ослепительным радужным светом. Пол медленно разошелся, и огромный маховик постепенно поднимался, по сторонам которого располагалось по три малых вращающихся колеса, и в каждом из них стояли светловолосые и голубоглазые, сексуально одетые русские девушки.       Это один из самых впечатляющих, фирменных номеров ночного клуба "Юэло": танцовщицы исполняли горячий танец и прыжки внутри стремительно вращающихся колес, полностью полагаясь на четырёхдюймовые каблуки у туфель и сохраняя равновесие. Как только маховик начинал вращение, скорость становилась поразительной; некоторые мастера народной акробатики прыгали между вращающимися колесами, выполняя всевозможные опасные трюки, однако это искусство не только трудно освоить, но и опасно, это называли даже “Колесом Смерти”.       Танцовщицы должны не только достичь совершенного мастерства акробатики, но и выполнять движения горячего танца, отчего коэффициент сложности и зрелищности увеличивался в разы.       Ради того, чтобы сформировать этот горячий танцевальный коллектив, погибло немало людей, количество которых лишь одному Богу известно.       Лан Бай все-таки проявил некоторый интерес, он, не моргая, пристально смотрел на основной маховик и спустя какое-то время дал оценку:       — Если этот номер хорошо исполнят, вам следует удвоить хозяину чаевые.       Подчиненные около Юань Чжуя тут же привстали и согласились. Когда они выходили, кто-то уже снял наличные, сопровождая их, специально приготовившись к такого рода случаям.       Ван Цзядун бросил взгляд на профиль Лан Бая под разноцветными огнями, яркие лучи очаровывали, совершенное лицо юноши казалось мистическим, но несомненно соблазнительным. Он вдруг улыбнулся, подумав, что в конце концов это ведь молодой господин, которого лично воспитал и наставил глава Юань, будь это ребенок из обычной семьи, увидь он такую сцену, не исключено, что занервничал бы так, что не смог бы и слова вымолвить.       Он приблизился к уху Лан Бая и шепотом со смехом произнес:       — Если младший господин Бай заинтересован, после окончания шоу можно подозвать их и лично вручить чаевые, как считаешь?       Лан Бай бросил на него равнодушный взгляд:       — У меня нет никакого интереса.       Ван Цзядун собирался сказать что-то ещё, как вдруг в этот момент главную входную дверь зала резко распахнули снаружи. Сразу после этого только что начавший вращаться маховик экстренно остановился, несколько танцовщиц закричали, крепко ухватившись за ограждение, и стали вытягивать головы, осматривая низ.       Никто не понимал, что произошло, зрители подняли шум, но тут же вдруг резко смолкли. Группа людей в черной штатской одежде толпой ворвалась внутрь через главный вход, а несколько вооруженных до зубов телохранителей заняли двери.       Эти люди по кругу обошли зал и почти сразу обнаружили Юань Чжуя, Лан Бая и остальных в VIP-ложе. Юань Чжуй резко вдохнул прохладный воздух, внезапно ощутив чрезвычайно дурное предчувствие.       Это предчувствие не было ошибочным, так как в этот самый момент в дверном проходе зала появилась статная и мрачная фигура Юань Чэна. Примечание переводчика:       ¹ “吃不了兜着走” — дословно “если не съешь, то унесёшь с собой”, образно означает предупреждение, что, если не можешь справиться с последствиями, то придется за них самому расплачиваться.