Крик Бабочки

Примечание: Копирование и размещение на других читалках запрещено. Рекомендуется к прочтению только лицам, достигшим 18+ лет.

***

! Осторожно, в главе присутствуют элементы инцеста !

***

      Вскоре после ухода Чу Хуа, наскоро собрав вещи, Кан Энья тоже приготовилась уйти.       Эта мысль только была в зародыше, но всё произошедшее сегодня за обеденным столом подтолкнуло ее развитие: девчонка окончательно укрепилась в решимости сбежать из дома.       С тех пор, как она оказалась в плену влечения к собственному отчиму, смерть матери и моральные нормы заставляли её ощущать на себе тяжёлые цепи, она не могла смыть покрывающую всё тело грязь и не могла получить Божьего прощения.       Её расчет казался безупречным. Она уже нашла работу стриптизерши, и немалое вознаграждение позволяло ей не беспокоиться о том, что придётся познать тяготы скитаний без крыши над головой и ночевок под открытым небом. Хотя до того, как она станет популярной, ей ещё долго придётся терпеть, как свирепая сутенёрша будет помыкать ею и отчитывать; и ее домовладелец был до невероятного жирным, с крошечной башкой, но неимоверно гигантским туловищем. Он походил на индюка с розовыми мясистыми складками, свисающими с подбородка, и, судя по всему, с ним было нелегко поладить.       В комнате Кан Сяоци Кан Энья сняла с себя белую ночную сорочку с пышным фатиновым подолом, собираясь сменить его на наряд дикарки в панк стиле. Во всем доме только из комнаты брата можно было спуститься на землю, наступая на ветви гигантского, уходящего в небо каштана; она не могла допустить, чтобы ее побег из дома был обнаружен кем-либо, а в особенности Кан Бо.       Кан Сяоци сидел на кровати в пижаме и рассеянно вертел в руках модельку самолета… независимо от того, были ли они одушевленными, любые объекты с крыльями пробуждали в его сердце стремление, однако пристальный взгляд был сейчас направлен на родную сестру.       Кан Энья как раз позировала перед зеркалом, ее очаровательное тело, облаченное лишь в лифчик и трусики, источало едва уловимый аромат, присущий только молодым девушкам, заставляя его, подобно почуявшему запах мяса псу, непрестанно пускать слюни. Мальчик, раздосадованный своей потерей самообладания, тайком сглотнул слюну и внезапно заговорил:       — Ты не можешь этого сделать!       — Могу, стоит мне только захотеть, — Кан Энья красила губы перед зеркалом, выгнув спину и высоко выпятив зад.       Время от времени она удовлетворенно поджимала тонкие губы, классический ярко-красный цвет позволял ее бледной коже казаться чуть более здоровой.       — Не можешь! Я тебя остановлю! — Кан Сяоци отложил модельку самолета и довольно громко выкрикнул: — Я все расскажу Кан Бо!       Внезапный крик вдруг заставил девушку очнуться от самолюбования у зеркала, она развернулась и стала смерять младшего брата таким взглядом, будто смотрела на монстра. Тот пугающий, недоверчивый взгляд постепенно исчез, и Кан Энья ни с того, ни с сего изогнула уголки губ. Поправив волосы несколькими заигрывающими жестами, она повернулась к сидящему на кровати мальчику:       — Хочешь?       — А?       Кан Сяоци, казалось, вздрогнул от испуга, отпрянул назад и, немного заикаясь, спросил:       — Хо… хочу чего?       — Хочешь меня.       Бледное, утонченное лицо уже приблизилось к глазам мальчика, Кан Энья, припавшая к постели, подобно собаке, высунула свой мягкий и влажный язычок, лизнув младшего брата в мочку уха:       — Как мы часто играли раньше, ну давай, возьми меня.       — Нет... нельзя… — лицо мальчика начало подергиваться, он всем телом испуганно съежился, уклоняясь: — Ты моя семья, ты моя старшая сестра…       — Верно, я твоя старшая сестра, а также и дочь Кан Бо.       Кан Энья, заведя руки за спину, расстегнула свой розовый лифчик и, подцепив пальцем, приспустила наполовину трусики: грудь была небольшой и даже слегка тощей из-за недоедания, вызванного длительной анорексией, но соски были прекрасны, словно пара специально отобранных плодов из обильного виноградного урожая: темные, круглые и к тому же крупные; в зоне треугольника обнажились небольшие и плотные, черные, густые заросли, источающие едва уловимый аромат мандрагоры①.       Эта худощавая, бледнокожая девица внезапно стала дьявольски обольстительной, но улыбка, расцветающая на ее губах, была чиста как у младенца, она приторно спросила:       — Хочешь?       Мальчик все еще изо всех сил боролся с собой, но девушка уже схватила его за руку и повела неловкие пальцы по своим мягким душистым длинным волосам, повела по своей гладкой и нежной коже… мальчик невольно затрепетал. Он отчаянно хотел отдёрнуть руку, но она не отпускала его, упорно держа его ладонь и направляя ее скользнуть по зрелым плодам горошинок на груди, продолжая вести в сторону тех влажных, теплых, густых зарослей…       Возможно, это началось два года назад, а может, ещё раньше, между этой парой брата и сестры, не имеющих кровного родства, возникли странные, чувственные и извращённые любовные отношения. Именно поэтому за обеденным столом Кан Бо смог так легко ухватить его за “семь цуней”, заставив его покориться.       Поначалу он и правда лишь хотел защитить её, потому что не смог защитить свою мать, но постепенно исказил свои чувства к этой “старшей сестре”. Сами два слова “старшая сестра” для Кан Сяоци, возможно, с самого начала были всего лишь ложным, искаженным, абстрактным понятием.       Эта юная девица не только не была той Анимой② из его эротических фантазий, но и вообще воспринимала его как собаку. Как собаку Павлова.       Каждый раз, когда он отвергал её, она пускала в ход всевозможные способы, чтобы соблазнить его; а когда он очаровывался ею, вплоть до того, что терял голову, она жестоко отталкивала его.       Совсем скоро младший брат был полностью раздет своей старшей сестрой. Половые органы четырнадцатилетнего мальчишки уже имели вид как у взрослого мужчины, налитая головка члена напоминала толстый гриб мацутакэ.       Как и в прошлом, они, в чем мать родила, зарывшись лицами друг другу в нижнюю часть тела, незаконно совокуплялись, однако она в конечном итоге не позволяла ему совершить проникновение.       Бессердечность девушки была для мальчика жестокой пыткой.       Пенис сильно набух в размере, а облизывания девушки ощущались лишь как намеренное почесывание зуда через ботинок. Мальчик в этом возрасте не мог выдержать такой возбуждающей стимуляции, тело напряглось до предела, будто кто-то установил в него насос, постепенно незаметно распирая, ведя к саморазрушению... его желание, подобно перелившейся через дамбу реке, отчаянно искало выход, чтобы излиться, однако из-за того, что партнерша задержала язык на отверстии колокольчика1, он испытывал двойную муку, не имея возможности осуществить желаемое.       — Когда ты разговариваешь с ним, ты даже не осмеливаешься смотреть ему в глаза, — после волны безудержного мучения младшего брата Кан Энья казалась по-особенному радостной, — Ты не сможешь остановить меня. Ты по сути ничтожество, которое даже на изнасилование не решается!       Одевшись, она закинула на плечо рюкзак, в котором были наличка и немного женских принадлежностей. Приложив палец к губам, она шикнула в качестве предупреждения держать рот на замке, повернулась и вылезла через окно.

※ ※ ※

      Рыжеволосый парень указал пальцем за спину того, на кого напал, и тут же, спотыкаясь и падая, принялся удирать.       В карман у него было засунуто больше двухсот долларов, накопленных на доставке еды. Изначально парень собирался потратить эти деньги, чтобы найти кого-нибудь для удовлетворения своего сексуального желания. Причем найти не женщину, а именно мужчину.       Он и не думал нападать на этого совершенно незнакомого человека, но увидев, как тот идет, пошатываясь, в последний момент передумал… он слишком боялся снова получить отказ.       Парень влюбился в школьную красавицу, грезил о ней во сне и наяву, не пил, не ел и даже потратил целых два месяца, тщательно подбирая каждое слово, чтобы написать нежное и мелодичное, глубокое по смыслу любовное стихотворение. Но, к большому сожалению, та девушка его не любила.       Она не только при всех зачитала его стихотворение, но и вместе с толпой рослых, крепких и способных регбистов высмеивала его, насмехалась и издевалась над ним, обзывая его телкой, от которой несет уксусом и которая умеет лишь ныть. Чем больше парень думал об этом, тем невыносимее становились стыд и негодование: улучив момент после уроков, он отправился к регбийной команде, но в итоге один из типов нокаутировал его и наступил ногой на пах.       После того, как мучительная физическая агония утихла, он вскоре обнаружил новую проблему, о которой язык не поворачивался рассказать: у него пропала эрекция.       Парень когда-то читал в газете новости об “Убийце в дождевике” и знал, что у этого пресловутого типа имелось ужасное пристрастие убивать жиголо и отрезать им половой орган. Стоило ему подумать о том, что он только что столкнулся лицом к лицу с чудовищным убийцей, как по спине тут же пробежал холодок. Рыжеволосый парень по-прежнему оставался в плену крайнего ужаса, будучи не в силах из него выбраться.       Пробежав по извилистому, петляющему, усыпанному щебнем переулку, он, весь сжимаясь от страха, спрятался у мусорного бака в конце тупика, жадно хватая ртом воздух и одновременно чертя на груди крест, что-то без умолку бормоча себе под нос.       Внезапно донесся какой-то странный звук. Он испуганно вскочил и вытянул голову, чтобы осмотреться, затем с облегчением обнаружил, что это всего лишь хромая бродячая кошка. Однако, не успел мальчик даже полностью повернуться назад, как человеческая тень набросилась на него из темноты.       Он не успел даже вскрикнуть, как острые длинные ножницы с безошибочной точностью вонзились в его мягкое горло. Убийца, облаченный в прорезиненный дождевик, механически повторял простые движения зверской расправы: замахнуться, пронзить, замахнуться, пронзить… Рёбра были рассечены, легкие пробиты, грудная клетка парня превратилась в куски изорваной ваты, кровь пропитала полы его одежды, будто на грудь этого парнишки нацепили ярко-красный слюнявчик.       В тот миг, когда с него стянули штаны, он вдруг вспомнил дни, когда был до безумия увлечен одной девушкой, и с удивлением обнаружил, что падение порой дает людям ощущение лёгкости, словно они вот-вот взлетят. Например, падение в реку любви.       Оказывается, смерть тоже приносит подобные иллюзии.       Поваленный на землю мальчик зажимал руками рану на горле, откуда непрерывно хлестала кровь, отчаянно раскрывая рот и пытаясь закричать, но не смог издать ни единого звука.

※ ※ ※

      Одетая в чёрную кожаную куртку Кан Энья несла за спиной рюкзак и двигалась как можно тише. Эта ночь была спокойной, но в то же время недостаточно тихой. Вдалеке гремел гром, а всё сгущавшиеся в небе облака походили на готовый вот-вот обрушиться горный хребет, приближался ливень.       Девушке было не до того, что она, возможно, промокнет до нитки, видя, что ее побег вот-вот увенчается успехом, ее настроение и большие шаги становились все непринужденней.       Внезапно, погруженное в полную темноту поместье залило ярким светом, мощные лучи, ударившие со всех сторон, ослепили её так, что она не могла открыть глаза.       Включились все лампы накаливания, управляемые дистанционно. С балкона загородного дома неподалёку раздался мужской голос:       — Куда ты пошла?       Это был очень мягкий мужской голос с лёгкой хрипотцой, без изменений в интонации, странный и необъяснимо потрясающий своей привлекательностью.       Ее младший брат вовсе не предавал ее; еще тогда, когда она потрясённо переглянулась с тем господином детективом, её отчим уже всё понял.       Кан Сяоци стоял в своей комнате, приподняв уголок занавески, взгляд был мрачным и промерзшим, невозможно было понять, куда именно он был устремлен.       Поняв, что ее движения раскрыты, Кан Энья, по-прежнему не торопясь, повернулась. Подняв бледное и изящное лицо, она крикнула фигуре наверху:       — Я ухожу от тебя!       — Хорошо придумала, но нельзя, — рядом стояла служанка Эрин, Кан Бо, опираясь на трость, смотрел с высоты на девушку. Он все так же буднично говорил со своей дочерью, совершенно не проявляя каких-либо эмоций: — Я обещал твоей матери, что позабочусь о тебе, пока ты не станешь женой какого-нибудь мужчины.       — Я не стану женой другого мужчины! Я хочу выйти замуж за тебя и могу выйти только за тебя! — девушка, не считаясь ни с чем, громко закричала: — Пообещай мне и я останусь!       — Этого не будет, — отказ Кан Бо разрубил гвоздь и рассек железо, не оставляя ни малейшего шанса. — Ты моя дочь, и я надеюсь, что ты будешь соблюдать мои заповеди и научишься сдерживать собственное вожделение.       — Раз так, я уйду от тебя! Я не хочу уезжать в эту школу-интернат с военизированной дисциплиной! Если мне нельзя оставаться рядом с тобой, я лучше прямо сейчас свалю от тебя! — на лице девушки проявилось выражение страдания и горести, и она, напирая, произнесла: — Если ты не хочешь меня, тогда я от тебя ухожу, сегодня же ночью от тебя уйду! Я больше не вынесу того, что ты обходишься со мной, как с собакой… стоит тебе расшатать колокольчик фальшивой любви, как я тут же, истекая слюной, падаю к тебе в мольбах на колени, а затем ты, пресытившись, пинком отшвыриваешь меня в сторону, это не справедливо!       На её сорванные до хрипоты обвинения мужчина, остававшийся совершенно равнодушным, ответил лишь легкой улыбкой:       — Дорогая, ты никуда не уйдешь.       — Если только ты не захочешь меня, ничем другим меня не остановить!       — Я и не собирался тебя останавливать, — он передал трость Эрин, а вместо нее взял из ее рук охотничье ружье. Ловким движением передернув затвор и вскинув ствол, он добавил: — Стоит тебе сделать ещё хоть шаг, и я сразу застрелю тебя, — длинные русые волосы спадали ему на лоб, и мужчина, слегка прищурив глаз, прицелился. Лицо расплывалось в улыбке, тон был бесстрастным: это не походило ни на ультиматум, ни на предупреждение, ни на угрозу, а звучало лишь как простое утверждение.       Кан Энья на миг испугалась, но тут же упрямо отвернулась, собираясь уйти не оглядываясь:       — Ты не выстрелишь в меня…       Не успела она договорить, как мужчина, приходившийся ей отчимом, нажал на спусковой крючок. Правую руку девушки задело пролетевшей со свистом пулей, и колоссальная ударная сила мгновенно повалила ее на землю. Кожаная куртка была пробита, большой кусок кожи и мяса содран, а густая тёплая кровь в одно мгновение хлынула наружу.       — Clip the line③², — Кан Бо рассмеявшись, снова передернул затвор и произнёс: — Следующий выстрел вряд ли окажется таким удачным.       За вспышкой белого света, разорвавшей небо, незамедлительно последовал оглушительный раскат грома. Хлынувший точно в срок ливень ледяным потоком обрушился на тело девушки.       Кан Энья зажала руку и, подняв голову, с выражением полного неверия уставилась на своего отца… дождь обрушивался сплошным потоком прямо ей в лицо, а мужчина с охотничьим ружьём стоял слишком далеко, от чего она не могла разглядеть, действительно ли в его глазах читалось намерение убить.       — Ты… ты умудрился выстрелить в меня… ты в самом деле выстрелил в собственную дочь… — страх умереть сковал ее намерение сбежать, Кан Энья, оправившись от шока, вставая, заорала, точно обезумев: —Ты отправишься в ад! Кан Бо, ты нахуй отправишься в ад!       Мимолетная улыбка скользнула в уголках губ, Кан Бо слегка кивнул и произнес:       — Я уже там был.       — Ты… ты отправишься в ад… — под проливным дождем она, опустив голову, опустилась коленями на землю. Слёзы лились ручьём, горячая кровь обильно вытекала, она отчаянно и мучительно кричала и плакала.       Услышав звук того, как кто-то ступает по дождевой воде, девушка медленно подняла голову и увидела мужчину, не имеющего ничего, чтобы укрыться от дождя, который вот так просто, опираясь на трость, шел к ней.       Длинные русые волосы прилипали к его щекам, рубашка облепила тело. Промокшая под дождем бледная кожа была такой же, как у трупов в леднике, и все же сам он был подобен прекрасному божеству, только что вышедшему из воды. Как мог инвалид быть таким? Четыре его конечности и сотни его костей источали завораживающее изящество.       С шумом обрушивающийся дождь очерчивал безупречное мужское лицо: добродушные, полные жалости бездонные глаза, прямую и высокую, как горный пик, переносицу и подобные лепесткам розы губы....       Насквозь промокший Кан Бо поправил манжеты рубашки, украшенные изящным кружевом, опустился на колени и ласково заключил в объятия свою так же насквозь промокшую дочь.       Она наконец поняла: ночь, сотрясаемая громом и пронизываемая молниями, это исполненное ненависти поношение неба земле, а рассвет следующего дня – новое, любовное послание. Настолько отчаянное и звучное противостояние.       Отношения между ними подобны грибу и гниющей растительности: она до скончания века не сможет заполучить желаемое и никогда не вырвется из его ладоней. Автор хочет высказаться:       ① . Мандрагора происходит из Библии, на иврите означает “растение любви”, часто связывается с женской репродуктивностью и деторождением.       ②. Анима (обратите внимание, что это Анима, а не Армани³, пф-ф), означает женский образ, который выстраивает в своей душе каждый мужчина; это как присущая мужчине скрытая женственная сторона, коей обладает сам мужчина, так и образ женщины, который он впоследствии проецирует на других женщин и который легко пробуждает его сильный сексуальный интерес. Автор считает, что это хорошо объясняет распространённое утверждение о том, почему людей привлекают представители противоположного пола, в чём-то похожие на них самих…       ③ . Теннисный термин: попадание на линию. Примечание переводчика:       1. Так китайцы называют уретру у мужиков.       2. Автор не объяснил, что именно значит этот термин, поэтому расскажу я. Clip the line это когда мяч при приземлении задевает линию корта, даже если совсем чуть-чуть, то согласно правилам тенниса, такой удар считается попаданием в корт, и очко за этот удар засчитывается.       3. Анима на китайском пишется как: “阿尼玛”, а Армани как: “阿玛尼”, последние два иероглифа поменяны местами и китайцы могут путать “阿尼玛” и “阿玛尼” из за схожести иероглифов и похожего звучания, как это случилось с актрисой Чжун Чуси. В 2018-м году в своем пресс-релизе для СМИ об её участии в мероприятии бренда Армани она написала название бренда как “Анима” вместо “Армани”, после чего ее оплошность стала интернет-мемом. Но правда Крик Бабочки был написан в 2012-м году, а ситуация эта случилась в 2018 хаха, видимо и до Чжун Чуси многие уже путали эти два слова :-))