Падение

Маленькие, глубоко посаженные глазки Гроттуса Винкла, постоянно бегающие из стороны в сторону, при виде вошедшей в кабинет Тарэс, заметались ещё быстрее - как жирные насекомые, пойманные в стеклянную банку, отражая панику, которую он тщетно пытался скрыть. Внешность Винкла вызывала инстинктивное чувство брезгливости - даже среди тех, кто привык к уродству в самых разных его формах. Худощавое, неуклюжее тело напоминало карикатурного гнома, с непропорционально длинными руками и ногами. Кожа - лоснящаяся, с глубокими складками, усеянная мелкими бородавками, а большие, оттопыренные уши казались чужеродными на его голове. Голос - скрипучий, визгливый - звучал как плохо смазанная дверь, которую насильно открывают. Но самым отвратительным в нём была привычка бесконечно чихать и сморкаться прямо в ладони, не утруждая себя ни платком, ни заклинанием очищения, оставляя липкие следы слизи на столе, пергаментах и всём, к чему прикасался. Эта отвратительная особенность давно стала объектом шуток и издёвок среди Пожирателей, но никто не осмеливался говорить об этом вслух при нём. По натуре своей Гроттус был трусливым и скользким. Хитрым до мерзости, готовым предать любого - друга, соратника, подчинённого - лишь бы сохранить собственную жизнь. Он любил изображать решительность, надувать щёки и говорить громкие слова, но стоило ситуации стать по-настоящему опасной, как он первым терял самообладание и бежал, не оглядываясь. Именно он был назначен ответственным за размножение фениксов. Когда-то, их и без того было немного, но с приходом нового порядка они почти исчезли. Их кровь и перья использовались для тёмных ритуалов и экспериментов, и охота на фениксов велась так же безжалостно, как и на другие редкие магические существа. Уже не первый год предпринимались попытки наладить их разведение, но безуспешно. Фениксы не выносили клеток, чахли, теряли магию и умирали, отказываясь размножаться. Два года Винкл безуспешно пытался наладить их разведение, сидя в своём кабинете, заваленном грязными пергаментами и объедками, рассылая приказы, которые никто не спешил выполнять. И всё же, несмотря на презрение соратников, Волан-де-Морт благосклонно относился к нему. Возможно, именно эта преданность, граничащая с фанатизмом, спасала его - Гроттус был готов предать кого угодно, лишь бы сохранить свою жалкую жизнь, но никогда - Тёмного Лорда. Хотя таких как он, преданных фанатиков было, ни мало, и почему отец, закрывал глаза на его провалы - Тарэс не знала. И, если честно, ей было всё равно. В любом случае, сегодня она собиралась от него избавиться. - Н-но я думал… п-проверку… будет осуществлять… Бэллроуз… - пропищал Винкл, заикаясь и нервно теребя край мантии. Его страх был осязаем, он витал в воздухе вместе с запахом гнили и немытого тела. Конечно, он боялся её. Как и все в Министерстве. И не только там. Не потому, что она была дочерью Тёмного Лорда, хотя и это играло роль, а из-за той лёгкости, с которой она забирала жизни. Не только врагов. Она могла с той же непринужденностью запытать или убить того, кому улыбалась минуту назад, — и ее бы не терзали муки совести, а главное — за это не последовало бы никакого наказания. Всё, что она делала, было негласно одобрено Лордом. Она была его правой рукой, его голосом и волей, особенно теперь, когда он всё реже покидал особняк, погружённый в эксперименты с тёмной магией. Тарэс боялись не меньше, чем его, а порой и больше. - Гроттус, - её голос был мягким, опасно ласковым, - ты имеешь, что-то против того, чтобы проверку проводила я? Ты хочешь оспорить приказ нашего Тёмного Лорда? - НЕТ! - Винкл взвизгнул так высоко, что его голос треснул. Он подпрыгнул на месте, его тело содрогнулось в страхе. - Я… я очень, очень рад, что это будете вы, госпожа Реддл! Просто… удивился. Приятно удивился! Тарэс хмыкнула, её губы скривились в презрительной усмешке. - Тогда идём. И поскорее. Здесь стоит отвратительная вонь. Это была чистая правда. Маленький кабинет был завален грязными пергаментами, объедками, мусором, а запах пота Винкла стоял такой, что хотелось зажать нос. Ещё утром она вдыхала тонкий цветочный аромат Гермионы, а теперь вынуждена была дышать этими помоями. Мысль вызвала раздражение. Она вышла в холл быстрым, решительным шагом, не оглядываясь, но слыша, как за её спиной семенит Винкл, неуверенными, торопливыми шагами. Переместившись через ключ-портал, они оказались в лесу. Тропинка уходила вперёд узкой, извилистой лентой. Высокие тёмные деревья смыкались кронами так плотно, что солнечный свет едва пробивался сквозь листву. Воздух был влажным и прохладным, пах мхом, хвоей и прелой землёй. Где-то вдалеке кричала птица, и этот звук эхом отражался между стволами, усиливая ощущение изоляции. Вдалеке возвышалось высокое здание фермы - мрачное, с узкими окнами-щелями, похожими на глазницы черепа. Его стены были покрыты чёрным мхом, а на вершине мерцали зелёные огни - сигнальные заклятия, готовые сработать при любой угрозе. - Сюда… - засуетился Гроттус, направляясь к зданию. Он зашагал вперёд нервной походкой, как у напуганного грызуна, но Тарэс осталась стоять на месте. - Прежде чем мы войдём, нужно сделать кое-что очень важное… - произнесла она вкрадчивым голосом. - Что это? - отозвался он, поворачиваясь к ней и шагая обратно неуклюжей, подпрыгивающей походкой. - Империо. Рука с палочкой взметнулась быстро и точно. Заклинание ударило Винкла так стремительно, что он даже не успел понять, что произошло. Его глаза мгновенно остекленели, взгляд стал пустым, лишённым всякой мысли. Он замер, послушный, сломленный, полностью принадлежащий её воле. Когда ворота фермы с грохотом распахнулись перед ними предстали трое сотрудников, готовых сопроводить их. Пожилая женщина с сухим, морщинистым лицом и короткими седыми волосами держала руки сцепленными перед собой так, будто боялась, что они начнут дрожать. Один из мужчин был коренастым, с широкими плечами и коротко остриженными светлыми волосами, лицо его казалось обветренным, словно он годами не покидал это место. Второй - худощавый, с узким лицом, нервным взглядом и глубоко посаженными глазами, его пальцы нервно сжимали рукоять палочки. При виде Тарэс страх мгновенно отразился на их лицах. Женщина побледнела, худощавый мужчина опустил взгляд, а коренастый которого звали Барнабис Кроу, собравшись с силами, сделал шаг вперёд и заговорил - слишком быстро, сбивчиво, словно боялся, что если замолчит, хоть на секунду, его накажут. - Г-госпожа Реддл… мы… мы рады приветствовать вас… у нас три основных корпуса - он поспешно повёл их вперёд, указывая по сторонам. - Вон тот, с железными решётками, это кормовой блок. Там мы готовим специальные смеси для фениксов: зёрна, пропитанные зельем покорности, и воду с добавлением экстракта мандрагоры, чтобы они не теряли магические свойства. А вон там, - он указал на низкое каменное здание с узкими окнами, - инкубаторий, где мы пытаемся создать условия для размножения. Хотя, признаться, пока безуспешно. Винкл, не выдержав, вмешался, его голос пропищал над ухом Тарэс: - Но мы добились прогресса! Совсем недавно одна из птиц отложила яйцо! Ну, почти отложила! То есть, оно было, но… - он запнулся, чихая и вытирая нос рукавом, когда Тарэс бросила на него ледяной взгляд. - А это, - продолжил Барнабис, указывая на главное здание с высокими башнями и узкими окнами-щелями, - основной корпус, где содержатся сами фениксы. Там мы держим их в специальных клетках, усиленных заклятиями против побега. И, конечно, - он гордо выпятил грудь, - наша ферма охраняется не хуже, чем само Министерство! Здесь установлены защитные купола, которые не пропустят ни одного несанкционированного аппарата или полёта. Даже если феникс попытается улететь, он упрётся в магический барьер и вернётся обратно! Тарэс молчала, осматриваясь. Слово «ферма» здесь звучало, как насмешка. Это место больше напоминало крепость или тюрьму строгого режима. Каменные стены, решётки, защитные заклинания и проклятия. Каждый феникс был учтён, записан, пронумерован. Тёмный Лорд боялся ни только побега, кражи, нападения, но и того, что фениксы могут сами исчезнуть, растворившись в пламени. Поднявшись на вершину главной башни, они оказались в круглом зале с высоким потолком, где вдоль стен стояли массивные клетки из зачарованного железа, с несколькими слоями защитных чар. Внутри каждой горели тусклые огни - магические лампы, подавляющие способность фениксов к самовозгоранию. В первой клетке сидели две птицы с тусклым, почти потухшим оперением. Их перья, обычно ярко-красные, теперь казались грязно-бурыми, а глаза были мутными от постоянного воздействия успокоительных зелий. Во второй клетке, отдельно от остальных, сидел одинокий феникс, его перья пока сохранили отблеск былой красоты, но и он выглядел измождённым. Возле двери стояли двое охранников в чёрной форме. Один из них, мужчина с квадратной челюстью и шрамом через бровь, сразу вытянулся по стойке смирно. - Здесь, госпожа Реддл, - Барнабис подошёл к первой клетке, - наши лучшие экземпляры! Мы кормим их специальной смесью из зёрен, пропитанных кровью дракона, и добавляем в воду экстракт валерианы, чтобы они не пытались воспламениться. А на клетки наложены заклятия "Neks Flama" - они блокируют способность фениксов сгорать и возрождаться где-то ещё. Без этого они бы давно исчезли! Тарэс смотрела на птиц с каменным лицом, затем властно произнесла: - Тёмному Лорду нужна эта пара. - Как - нужна?! - взвизгнул Винкл, резко повернувшись к ней. - Это единственная пара на ферме! Мы используем новое заклинание, новый корм, они должны дать потомство! Вы не можете их забрать! Тарэс медленно повернула голову. - У вас было достаточно времени, - холодно сказала она. - Вы не уложились в сроки. - Но… - он попытался возразить, лицо перекосилось от злости. - Это приказ. И он не обсуждается. Стальной тон оборвал его на полуслове. Рот Винкла закрылся с громким чмоканьем, сам он уставился в пол, дрожа - то ли от ярости, то ли от страха, вновь чихая и размазывая сопли по рукаву. Сотрудники испуганно переглядывались, не смея вмешаться. - А что с этим фениксом? - спросила Тарэс, отходя от клетки с парой и направляясь к другой. Сотрудники тут же ринулись за ней, заговаривая на перебой: - Это наш самый сильный экземпляр! Мы называем его Пламенем! Он ещё не потерял способность к самовозгоранию, но мы держим его под особым контролем! - Барнабис торопливо объяснял, пока Тарэс внимательно разглядывала птицу. И вдруг раздался звук ломающейся магии. Все обернулись на резкий треск разрываемых заклятий. Гроттус Винкл стоял у клетки с парой фениксов, его палочка дрожала в руке, а губы шептали заклинание с такой скоростью, что слова сливались в единый шипящий поток. Дверца клетки распахнулась с грохотом, и две птицы, внезапно освобождённые от оков, взметнулись вверх, их крылья зашуршали в затхлом воздухе башни. - Ловите их! - рявкнула Тарэс. Охрана тут же бросилась к окнам, выкрикивая заклятия, но фениксы легко увернулись. Винкл тем временем тоже бросился к окну, его пальцы судорожно сжимали палочку, когда он начал выкрикивать заклинания, направляя их в купол неба, который был охвачен сетью защитных чар. Зеленоватые вспышки магии прорезали воздух, и на мгновение небо над фермой вспыхнуло изумрудным светом, а затем - расплавилось, потеряв свою магическую прочность. Серо-голубое небо открылось, и фениксы устремились через снятую защиту. Тарэс которая намеренно выжидала - барьер был настроен так, что снять его мог только Верховный куратор магических ферм, должность, которую занимал Винкл - больше не теряя ни мгновения, рванулась вперёд. - Круцио. Заклинание отбросило тело Винкла от окна с криком боли, ударяясь глухим ударом о стену. Оказавшись у проёма она вскинула палочку к небу и направила бессловесное заклинание контроля - Imperium Volucris - в почти улетевших фениксов. Их траектория дрогнула, изменилась, и птицы послушно развернулись, устремляясь за пределы стен - туда, где за лесом их ждал Финли с драконьими мешками. Её губы дрогнули в еле заметной усмешке, когда огненные силуэты скрылись вдали. Всё шло по плану. Оторвавшись от окна, Тарэс медленно повернулась и бросила взгляд на тело Винкла, которое ещё дёргалось на полу от Круцио. Его пальцы судорожно сжимались и разжимались, а изо рта вытекала тонкая струйка слюны, смешанной с кровью. Воздух в башне стал ещё тяжелее - теперь он был пропитан не только запахом магии и птичьего корма, но и металлическим, сладковатым ароматом крови, которая начала просачиваться из-под тела на каменный пол. - Авада Кедавра, - равнодушно произнесла она, выпуская из кончика палочки зелёный луч магии, который пронзил тело. Судороги оборвались мгновенно - Винкл обмяк в неестественной позе, точно из него разом вынули все кости, а не только жизнь. В башне повисла тишина. Тарэс подняла голову и медленно обвела убийственным взглядом сотрудников и охрану. С их лиц схлынула кровь, губы задрожали, а глаза расширились от ужаса. Некоторые из них отшатнулись, прижимаясь к стенам, казалось пытаясь раствориться в них. Кто-то из сотрудников задрожал так сильно, что его палочка выпала из рук и с грохотом ударилась об пол. - Так будет с каждым, кто был к этому причастен, - её голос прозвучал ледяным эхом в тишине башни. - Это предательство Тёмного Лорда, и оно не останется безнаказанным. Тарэс пустила из палочки чёрного ворона, который с резким криком исчез в воздухе, оставляя после себя лишь лёгкий след тёмной магии. Это был сигнал для Инквизиторов Магического Порядка - специального подразделения, созданного Волан-де-Мортом для внутренних расследований и наказаний. Они были не Пожирателями Смерти, а чем-то вроде магической полиции, подчинявшейся напрямую Тёмному Лорду и ей. - Мне нужны списки всех, кто работает на ферме, - продолжила Тарэс обращаясь к дрожащим от страха сотрудникам. - И всех, с кем взаимодействовал Винкл. Каждый из вас пройдёт проверку легилименцией. В ту же минуту в башню ворвался отряд быстрого реагирования инквизиторов. Семеро человек в одинаковой тёмно-серой форме с плотными воротами, на лицах - гладкие чёрные маски без прорезей, лишь с тонкими серебряными рунами по краю. Двигались они синхронно, молча. - Унесите тело Винкла в отдел дознания. Никого к нему не подпускать, - отдавала приказы Тарэс. - Я лично проверю все его воспоминания. Переверните дом и кабинет. Найдите, с кем он был в сговоре. Приведите на допрос всех, с кем он говорил за последние сутки. Отряд рассыпался по башне. Люди задвигались, спотыкаясь, выполняя приказы. Тарэс развернулась и направилась к выходу. За воротами она бросила заклинание маскировки и углубилась в лес. Пройдя немного, она увидела мужскую фигуру между деревьями - Финли. Финли Хейвуд был среднего роста, тощий, со светлыми волосами и бледной кожей. Его лицо трудно было назвать привлекательным, а большие очки сползающие с носа, он постоянно нервно поправлял. Внешне он походил на запуганного клерка - но это было обманчиво. Финли всегда шёл на самые рискованные задания, даже зная, что его могут поймать, обвинить в измене или убить. Он работал в Гринготтсе, где через его руки проходили все финансовые потоки. Он знал всё о тайных сделках, кражах и махинациях, и эта информация была бесценна для Тарэс. Но он не ограничивался лишь сбором данных - он рвался в гущу событий, жаждал активных действий. И она чаще всего не отказывала ему, ведь они были знакомы ещё со времён Дурмстранга, и она знала: в боевой магии он хорош. Увидев её, Финли улыбнулся, поправляя очки, которые снова съехали на кончик носа. - Птички наши, - сказал он с довольной усмешкой, слегка потряхивая мешками из драконьей кожи, из которых доносилось тихое шевеление. Подойдя ближе, её взгляд скользнул по мешкам с фениксами. - Выпотроши их до последней капли. Мне понадобится каждая. - Да, босс, - шутливо отозвался он. - Как прошло? - Как по нотам, - легко пожала плечами Тарэс. - Осталось убить и посадить всех, кого нужно. Финли протянул ей бумажный свиток, аккуратно свёрнутый и перевязанный чёрной лентой. - А это то, о чём ты просила. Здесь все махинации, что проделывал Мэллори. Он запоёт и сдаст Лакруа и Фелтона. Тарэс забрала свиток и убрала его в карман мантии, после чего направилась к ключ-порту. Она предчувствовала длинный и тяжёлый день. Так и вышло. Вернувшись в Министерство, Тарэс провела полную проверку памяти убитого ею Гроттуса Винкла. Официально - тщательную и безупречную. Неофициально - она вычистила всё нежелательное, включая момент, когда накладывала на него Империус. Всё исчезло, точно этого никогда не существовало. Затем она распорядилась избавиться от тела. И почти сразу последовали аресты. Всех, кто после «проверки» памяти попал под подозрение в предательстве - схватили. Формально - за связи с Винклом. На деле - потому что они ей мешали. Это были верные слуги Волан-де-Морта. Но дело было не в преданности. Дело было в том, что они стояли у неё на пути. Например, Альберт Фрост - мелкая, почти незаметная шишка в Министерстве дознания. Он позволял себе сомневаться в методах Тарэс. Задавал вопросы. А это было недопустимо. Никто - особенно Тёмный Лорд - не должен был начать задумываться. От Кроули нужно было избавиться сейчас. Пока он не стал серьёзной проблемой. Он был как раковая опухоль, которую нужно удалить на ранней стадии. Его схватили под предлогом дружественных отношений с Винклом. В допросной Тарэс при помощи легилименции нашла все его грязные секреты, а они были у каждого. Этого хватило, чтобы отправить его в Азкабан. Подальше. Надолго. Она прекрасно осознавала, что её действия порой не лучше методов Волан-де-Морта. Но другого пути не было, только так можно было уничтожить его и его режим. К тому же её душа давно была тёмной и пропащей. Ещё несколько грехов ничего не изменят. Она была готова идти до конца, не останавливаясь ни перед чем.