asterismos anemou

ужин был довольно плотный и резкий: обилие острых, пряных, сочных и даже сладких закусок в больших количествах заняли весь стол, но это не мешало сайно разложить колоду призыва семерых. откуда сайно? оказывается, он пересёкся с кавехом сразу после того, как покинул люмин и её друзей. они засели в хорошем ресторане до самого вечера, пока в него же не зашли нилу с путешественницами. компания также увеличилась с приходом сяо, которого настойчиво уговаривала люмин остаться посидеть хотя бы час. — ох, люмин, у тебя прямо глаз-алмаз на красивые лица. — внезапно шепнул девушке подвыпивший кавех. — хах, правда? — усмехнулась она, не совсем понимая о чём говорит её друг. но и осуждать не могла — сама же не притронулась к вину, вот и не уловила мотив мысли. ведь с предыдущих пьяных посиделок она так и не отошла. — ещё как! я порой задумываюсь, не магнит ли ты на таких… таких… — кавех поднял туманный взгляд к люстре, будто в ней находилась подсказка для его формулировки. но подсказок там не было, а вот необычная конструкция была. она заинтересовала архитектора, что потерял нить и смысл разговора, точно анализируя схему люстры. на его прострацию люмин внимания не обратила, возвращаясь взглядом к нилу и сайно, что на своей карточной битве объясняли сяо правила игры. он наблюдал за этим как дикая птичка, впервые увидевшая иноземные семена. жёлтые глазки следили то за ловкой тасовкой сайно, то за быстрым пальцами нилу. а когда она положила последнюю карту, радостно глядя в глаза сопернику, сяо прямо вжался спиной в спинку дивана, чуть задевая плечо люмин. она улыбнулась, забавляясь таким проникновением в процесс игры. — неужели сам сайно проиграл мне! — восхвалённо пропела нилу. — видимо в сумеру снег выпадет! — не в этой жизни. — тихо сказал сайно, неотрывно смотря за реакцией оппонентки: он медленно протягивал ответную карту, что рушила всю победу танцовщицы, так старательно выстраивающуюся на протяжении всей игры. — что?! — нилу чуть не вскочила, когда подсчитала конечные очки сайно. — ты… ты жульничал! — ни разу! — скрестил руки генерал, оставаясь предельно серьёзным. — да быть не может! я же видела, у тебя не было больше дайсов! — паймон тоже видела! ты их припрятал, да?! — они были на видном месте. — сказал сяо, кивая головой в сторону кавеха. около него, за салфетницей, всё время покоился оставшийся дайс. все обернулись к этому место, драматично охая. кавех, что ещё не отлип от люстры, немного испугался такого внимания. — вы чего?.. — ничего. — проскрипела зубами нилу. она вышла из-за стола, желая помыть руки. — что ж… — неторопливо тасовал карты сайно. — сяо. не надумал ли ты поиграть? — я бы… ещё посмотрел. — застенчиво прислонился к стене сяо. он бы предпочёл не выделяться сильно в этой компании, ведь всё время ощущал на себе взгляд нового знакомого сумерца, что сильно напился ещё до их знакомства. от него слышался сильный запах вина, дерева и грифеля. вроде бы, как говорила люмин, он архитектор. — ну, тогда может… паймон? или путешественница? — сайно вновь поигрался тасовкой карт, прямо-таки призывая вступить с ним в дуэль. люмин оторвалась от медленных глотков ягодного лимонада, переглядываясь с паймон. — ну кто? ты или я? — давай я! — паймон в предвкушении потёрла ладошки, подлетая на место нилу. сайно раздал карты, разбросал дайсы. дуэль началась. битва длилась дольше из-за сильно сосредоточенной паймон. она так усердно обдумывала каждый свой ход, что её тарелка с рисом и карри уже остыла, а различные закуски унесли официантки. сяо продолжал лишний раз не привлекать к себе внимания, сидя у стены рядом с люмин и внимая игре феи и генерала. в какой-то момент он потянулся к персиками зайтун, что принесли совсем недавно, но его опередили. кавех резво поставил миску близко к сяо, не разрывая зрительного контакта с ним. он будто пытался увидеть ответ на какой-то вопрос, но адепт так не любил подобных взаимодействий, что неловко перевёл взгляд на лицо скучающей люмин: она смотрела то на игру, то на еду, то в сторону, куда ушла нилу. её голова была забита совершенно не теми мыслями, что могли возникнуть в дружеской обстановке. она думала о чём-то глубоком и тяжёлом. иногда совсем мрачнея взглядом. потеряв взгляд яксы, кавех вовсе раскис. он залпом допил вино, резво меняя позу. теперь он задумчиво следил за девушкой, что уже была во вниманит сяо, в пьяной решительности ища ответы в ней. почему он избегает его? что он сделал не так? или дело в ней… тогда чем она лучше него? кавех буквально имел те же черты лица, волосы, вкус, что и она, но внимания на него этот загадочный иностранец вовсе не обращал. мужчина вновь решил попытать удачу. — как вам у нас? сумеру довольно жаркий регион. — кокетливо положил подбородок на скрещённые пальцы кавех. — не жарче натлана! — вмешалась паймон, вместе с этим рывком кладя карту на стол. — а вы уже и там побывали? — он скучающе склонил голову, из-за чего длинная прядка упала на лицо. люмин только хотела было ответить, как её негласно прервал взгляд кавеха, что тот не уводил от сяо ни секунды. он ждал ответы только от него. — что же скажет ваш… друг? — сумерец с удовольствием начал смотреть в открытую на адепта, чем вновь смутил его. — пока терпимо. но в пустыне я ещё не был. — кратко ответил якса, опуская взгляд в персики зайтун. — ох, что ж вы ему не показали наши широты! — как-то слишком резво отозвался кавех. — это огромное упущение, мой дорогой друг. тебе обязательно нужно там побывать! видимо… — он сделал театральную паузу. — придётся мне заняться вашей программой. — хахах! не беспокойся, кавех, паймон сама со всем справится! — вновь вмешалась паймон, тряся в руке дайсы. сайно же внимательно следил за её кулаком, видимо желая пресечь жульничество. — не хочу вас отвлекать от первостепенных задач, поэтому смело оставляйте его на меня, я как раз в отпуске! — но ты же отказал мне во вступлении в отряд как раз из-за рабочего месяца… — с подозрением начала люмин. — или ты чего-то не договариваешь? — я?! уж извольте! я полон загадок, но не обмана! — кавех взмахнул волосами, сам же коря себя за пьяную болтливость. — небольшой форс мажор дал мне выходных на… несколько дней. — это называется отпуском? — равнодушно спросил сяо. но именно на его вопрос кавех эмоциональнее всего отреагировал. — вы можете не верить мне, но будет ли вам от этого легче? — он с новой порцией драматизма вскинул руки к лицу. — я вот, душа ранимая. вчера поругался с аль-хайтамом, теперь, желая услышать утешения от друзей, вновь слышу лишь упрёки! — мы не хотели обидеть. — коснулась локтя кавеха люмин, чем заставила его, как ошпаренного, дёрнуться в сторону. сайно странно глянул на него, что-то думая на этот счёт. — не стоит, люмин. если уж и не веришь мне, то стой на этом до конца. — пф, кавех, знаем мы одну актрису, что позавидовала бы твоему уровню драмы! — сказала паймон, задорно шлёпая картой по столу. кажется, её партия более удачная, чем у нилу. — допустим. — снова глотнул вина кавех, раздумывая новую тактику привлечения нужного внимания. он притих, желая отдаться мыслям всецело. но пока получалосьтолько любоваться прелестным личиком нового знакомого. зоркие алые глазки вновь принялись стрелять искрами по невозмутимому покою сяо. он смотрел сквозь стол, о чём-то думая нездешнем, чем сильно напоминал люмин. это разозлило кавеха. продолжил наблюдение за золотыми янтарями радужки глаз сяо, дивясь тому, насколько притягательна внешность. светлая кожа, молодое личико, прелестные волосы… кавех не заметил, как уже в открытую пялился на заметевшего его взгляд адепта, что так сильно стушевался, что предпочёл молчанию неловкий диалог с задумчивой люмин. она активно завела тему, чем заставила кавеха отвернуться к сайно. генерал махаматра казался полностью сосредоточен на игре, но на деле его мысли были охвачены кое-чем другим. он тайком поглядывал за своим пьяным товарищем, что под алкоголем и чувством обиды из-за вчерашней ссоры мог натворить таких дел, что репутация отмыться не сможет еще долго. подобные моменты нужно пресекать на корню, но в этот раз сайно был слишком не уверен в своих догадках. а вдруг всё совсем не так, как кажется? вдруг он более проницательный и осознанный, чем кажется сейчас? просто играется, без смысла как такового? но чем больше наблюдал сайно, тем сильнее уверенность в адекватности нетрезвого рассудка терялась в колючем страхе не успеть. не успеть спасти друга от провала. -… а с растениями сложнее. я помню падисары, красноплодники, сумерские розы… — изначальный разговор о делах отряда постепенно перетёк в обсуждения диковинок сумеру. сяо старался запоминать названия, но, как и с инадзумой, не всё давалось просто. — ох, сумерские розы мои любимые! такой цвет красивый… — перебила люмин, загораясь глазами. — я как-то сорвала такую, думала, венок сплести, но она довольно хрупкая для плетения. — не каждый цветок подходит для венков? — удивился сяо. он совершенно не разбирался в этом, но видеть, как заинтересована скучающая до этого люмин было чудом. — нет, что ты. вот вчера например, ты вешал гирлянду с лотосом… — вот с его названием у меня как раз проблемы. их же два, и называются они как-то похоже. — кавех точно знает! — сказала люмин, обращаясь к притихшему другу. он медленно перевёл на неё взгляд, пытаясь понять, о чём вообще речь. — как ваши лотосы называются? тот, что не в воде, а на скалах растёт… — лотос кальпалата? — да! — люмин продолжила разговор, а кавех уже не мог вновь отвлекаться. его внимание снова приковалось к адепту. тот лишь сидел в закрытой позе, редко жестикулируя, но вдруг он потянулся к винограду. «это шанс» — подумал кавех и также вытянул руку, желая вовсе не сладкую ягоду. его рука «нечаянно» столкнулась с пальцами сяо, и также «нечаянно» не пыталась прервать касание. якса быстро вернул руку назад, уже не скрывая нахмуренные брови. люмин сделала вид, что не заметила, а сайно… он теперь в открытую смотрел на друга с плохо скрываемым недоумением, пока паймон не воскликнула: — победа! я одолела сайно! — громко радовалась паймон, совершенно не находя в их компании смятения. она банально была занята веусом победы. — порой и такое может случится. — лишь сказал сайно, собирая карты в колоду. — кто-то ещё хочет сыграть? — а ты отыграться не желаешь? — издевалась победительница. — нет, на сегодня мне достаточно. но если вы хотите, я одолжу колоду и понаблюдаю. сяо, надумал? — думаю… да. — неожиданно даже для себя согласился он. взгляд не отрывался от люмин, что во время их небольшого диалога сказала, что сыграла бы партию. — отлично, я на это точно гляну тогда. — отозвался сайно, тасуя колоду. — кто будет соперником? — я. — я! — неожиданно вместе с люмин возник кавех. девушка растерянно смотрела на совсем пьяного друга, что будто зубами собирался отрывать своё место в призыве семерых. — так кто?.. — я. — пусть будет кавех. — уступила путешественница. она поменялась с паймон местами, чтобы сяо теперь сидел не у стены. он лишь озадаченно смотрел на подруг, на сайно, наконец на кавеха. в его голове одна мысль никак не укладывалась в привычное понимание. сайно раскладывал карты, подозрительно засматриваясь на друга, но тот уверенно держался на вере в свою правоту. — о, вы всё ещё играете? — вернулась нилу, садясь рядом с кавехом. он сосредоточенно наблюдал за дайсами, не обращая внимания на подошедшую танцовщицу. — да… — ответила люмин, неловко допивая лимонад. — а ты где была так долго? — ох, я любовалась луной с госпожой дуньярзадой. — неужели и дехья была с ней? — она вся в делах. мы пересеклись с ними, когда я вышла на улицу подышать воздухом. тогда дехья сказала, ей нужно отлучиться с её товарищем куда-то, потому попросила побыть рядом с госпожой. а мне не сложно, мы отлично ладим. — прекрасно. — не то что некоторые. — съязвила паймон, быстро роняя взгляд на кавеха. — неужели снова конфликт? — тихо спросила нилу, вспоминая утреннюю неурядицу. — не совсем. тут вообще непонятно ничего. — также тихо сказала паймон, пока люмин теряла внимание в своём стакане. — что же я пропустила… — пробормотала себе под нос нилу, искосо глядя на сайно и кавеха. они оба были напряжены, но по-разному: на лице генерала сквозило какой-то недоразумение, а по кавеху было непонятно, чего в нём больше — желания победить, и речь не о картах, или что-то доказать. девушка снова глянула на люмин, решив действовать. — люмин, тебе не душно? пойдём подышим. — разве ты не только с улицы… — начала паймон, но заметив во взгляде нилу особую решительность, она промолчала. — пойдём. — повторила танцовщица, вставая из-за стола. люмин кивнула, тихо подрываясь тоже. они вышли, оставляя сяо в ещё большем недоумении. ну хоть паймон рядом. девушек встретил лунный свет, пустая улица и стрекотание сверчков. нилу приятно улыбнулась ночному ветру, но, увидя на лице подруги тоску, вновь вернулась к желанию как следует её расспросить. — и что же произошло? — наклонила голову нилу, опираясь локтями на спинку скамьи. забавно, ведь с утра на этом самом месте уже происходил серьёзный разговор. — честно, я и сама не знаю. могу только подозревать, но стоит ли… — выдохнула люмин, не чувствуя спокойствия. — скажи хотя бы насчёт кого. — ну… — путешественница обернулась в сторону заведения, откуда они вышли, долго и задумчиво смотря сквозь него. казалось, из её головы доносился звук шестерёнок. — скажи. — наконец решилась она. — что ты знаешь о личной жизни кавеха? — ты… сейчас это хочешь обсудить? — не могла проморгаться нилу. она была явно обескуражена, теряя логическую цепь размышления. причём тут его личная жизнь?.. — это единственное, что меня сейчас интересует. — выдавила из себя люмин, желая не предполагать, насколько же странно она звучала. — ну… — сглотнула нилу. — ты же знаешь его характер. он довольно… мягко говоря, эксцентричная личность. они живут с аль-хайтамом достаточно давно, чтобы привыкнуть к друг другу, но до сих пор часто конфликтуют. порой… хотя, практически всегда их конфликты становятся причиной помешательства кавеха на алкоголе. — мм… а последний их конфликт когда был? — я не знаю, я же не слежу за ними! правда, — нилу побегала глазами, будто искала причину промолчать. однако не найдя её, сдалась и закончила мысль. — ходят слухи, что совсем недавно, буквально два или день назад они вновь разругались в пух и прах! их ссору слышали все соседние дома на улице. говорят, что даже не знают, где сейчас ночует кавех, ведь он в том квартале и близко не бывает! — то есть, то что он сегодня только при мне практически в одного выпил две бутылки вина, активно навязыв… ладно, это не важно… настойчиво продолжает вечер и ведёт себя странно, это не совпадение? — люмин подозрительно кинула взгляд в сторону ресторана, возвращая его к лицу нилу. судя по всему, она попала в точку, раз невинные глазки танцовщицы забегали в поиске ответов. — ну… можно и так сказать. но я не люблю сплетничать, поэтому не хочу продолжать эту тему! — но это и касается моего поведения! он совершенно обезумел в своём пьянстве, раз предпочёл так нагло приставать к нему и злиться на меня! — не выдержала люмин. она обняла себя, пытаясь спрятать разбушевавшую сердце тревогу. — что? о чём речь? — я… не хочу что-то утверждать без доказательств, но я заметила, как он пол вечера строит глазки сяо! — закрыла себе рот люмин, когда услышала свой срывающийся голос. — просто, — продолжила она уже тихо. — я могла бы ещё как-то закрыть глаза на это всё, ведь я не имею права лезть в его голову, да? но он переступает границы дозволенного, а теперь, когда я ушла и они остались там практически вдвоём… о боги! — погоди, люмин! — нилу обняла её, слыша не просто срыв, а натуральную истерику. — не всё так страшно, как ты думаешь! там паймон, сайно… да даже если кавех сильно напился, вряд-ли он успеет сделать что-то плохое! речь же идет о простом смертном и адепте! он же как дух, да? очень сильный, постоит сам за себя, зачем же ты так переживаешь? — нилу говорила успокаивающе, прямо как мать ребёнку, сама точно зная природу эмоций девушки. — я не знаю… мне очень жаль, что я… что он… не знаю, нилу! не понимаю, отчего так дурно. — может ты не в страхе, а в… мм… гневе? может ты пытаешься его подавить через слёзы? — нилу понятия не имела, права она сейчас или нет, но она точно знала, что если намекнуть люмин на их чувства, той явно станет легче. не сейчас, так в будущем. — думаешь, я разозлилась, поэтому плачу? пф, я так никогда не делаю… но злость я правда испытывала. когда кавех смотрел на него этим своим взглядом. и когда коснуться пытался, и когда намекал на что-то… я злилась, хоть и отношусь к его выходкам лояльно. но нельзя же создавать такой дискомфорт человеку! — а почему ты злилась? — ну как? ему же неприятно! он же, может, вообще такое не любит! а ему это делают. я всегда встаю на сторону людей, которым требуется помощь. — а если его наоборот это устроило? — нилу внимательно заглянула в глаза люмин, видя в них просто бурю эмоций! яркие медовые радужки вмиг помрачнели, превращаясь в холод и гнев. её явно раздражал подобный исход. — не знаю почему, но не могу в такое поверить. если бы устроило… нет, это невозможно. он бы не такое предпочёл. — а ты знаешь его предпочтения? — ну да, я же много времени провожу с ним. — ты о нём многое знаешь, понимаешь, защищаешь, и это всё только как друга? — д-да. — вот оно! нилу нашла этот момент, за который можно зацепиться. — со мной было бы также? мы же подруги. — ну да… только я общаюсь с тобой реже и… — врёшь. ты ревнуешь его! потому что он тебе совсем не как друг. — уверенно сказала нилу, чем ошарашила девушку. она настолько резко преподнесла, что у люмин не нашлось слов как-то опровергнуть это. — можешь сомневаться или отнекиваться, но меня не переубедить! ты была в бешенстве от того, что кто-то посмел так открыто смотреть на него не через призму товарищества. а ещё потому что позволял себе это показывать, пока ты долгое время запрещала себе и лишнего взгляда кинуть! я сотни раз видела глаза, которыми смотрят на своего возлюбленного, как ты на сяо. такое не может быть у человека, который уверен в свою дружбу! просто признай наконец! — я не понимаю. — тихо сказала люмин. — я это уже слышала от паймон, мне что-то пыталась сказать кокоми… да даже мадам пин задавала странные вопросы… — пробурчала себе под нос люмин. — неужели вы все считаете это правдой? — а почему нет? мы со стороны видим, как вы друг по другу убиваетесь, тут уже до ревности дошло… причём даже не думай, что это невзаимно! нам с дехьей с первого взгляда удалось узнать о ваших чувствах. — не может быть. — люмин совсем затихла, закрываясь в себе. нилу погладила её по спине, смотря в сторону заведения. вдруг она остановилась, а склонившую голову люмин накрыла небольшая тень. — вы очень долго дышите! паймон отправили вас позвать, потому что сяо и кавех закончили партию, а сайно закрыл счёт. — сказала фея, не отрывая взгляда от путешественницы. она точно знала, что этот разговор произошёл, и что теперь люмин предстояло оставить наедине желательно на всю ночь. — кто выиграл? — лишь тихо спросила люмин. — ничья. сяо с трудом понял правила, а кавех сильно опьянел и намочил вином карты. сайно там так ругаться начал! — решила отвлечь подругу разговором паймон, уже зная, что это не поможет. мутный обеспокоенный и задумчивый взгляд обещал молчание ещё надолго. — интересно, куда теперь пойдет кавех? обруганный и нетрезв… — не успела нилу договорить, как увидела самого аль-хайтама, заходящего в ресторан. троица подруг остановилась, предвкушая грандиозное прощание архитектора с компанией. но как оказалось, и этого не стоило ожидать: кавеха вывели под руки сайно и аль-хайтам, кивнувший девушкам в знак приветствия, пока сяо осторожно выносил забытую люмин сумку и пару фруктов для паймон. — что это было? — спросила нилу. — не спрашивайте. — вымотался сяо. он отдал радостной паймон доедать персики, а сам осторожно глянул на люмин. она глубоко ушла в себя, не реагируя даже на подобное окончание вечера. видимо, её тоже нагрузили какой-то информацией. компания пошла в номер, забываясь в тишине улиц, ведь сил на бессмысленные диалоги совсем не осталось.

***

оставшаяся ночь для люмин была беспощадна. она совсем не могла уснуть, особенно, когда в комнате слышались ещё два сопения: паймон громко и довольно дышала, иногда переходя на храп, а сяо практически не был слышен, но для тревожной головы путешественницы это казалось не так. она лежала на спине, смотрела в потолок и очень много думала. в целом, она могла согласиться со многими утверждениями нилу: да, она злилась, а не печалилась, ведь нельзя же просто сидеть и смотреть, ничего не сделав! и при этом сделать и вправду как будто бы ничего нельзя было. да, она совсем не допускала того, чего хотел себе позволить кавех. её это искренне злило, ведь соблюдать принципы мораль в одиночку совсем теряла смысл, но и… не соблюдать их было тоже глупо. она определённо осуждала нетрезвое поведение своего друга, но так как не имела представления, что можно было ей с этим сделать, она лишь изнывала в гневе и обиде. и да, она воспринимала сяо не как друга, а как лучшего друга! это же совсем другое, правда? у неё и мыслей не было подобных, как у кавеха! глупая несуразная похоть не может быть среди друзей, но… люмин вмиг вспомнила ту самую ситуацию в инадзуме, где впервые увидела его в чёрном кимоно, что так прекрасно сочеталось с его внешностью. а тот случай на арауми? что же было в её голове, когда коснулась его губ пальцами? там явно не мысли о невинной дружбе застилали глаза. да даже его рутина, когда, например, он рисует себе красные стрелки невероятно поджигало ей что-то внутри… люмин легла на бок, хмурясь от своих глупых мыслей. не такое могут чувствовать друзья к друг другу. а ведь… чувствовал ли он что-то к ней? возможно ли это? сяо как-то делился с ней, что никогда не находил смысла и чувств на любовь к кому-то, кроме якс и моракса. «влюблённость обходила стороной» — так он говорил, когда люмин решила задать смелый вопрос. значит и надеяться не на что. но ведь… он никогда не утверждал, что это невозможно. ему просто… не доводилось испытать. но какова вероятность, что с ней у него всё получится? она ведь могла быть даже не в его вкусе! а какой у него вкус? «а ведь утверждала, что предпочтения знаю…» — горько усмехнулась люмин. она опять поменяла позу, слыша такой же звук шелеста простыни. чуть сощурившись, она увидела невысокий силуэт, что бесшумно поднялся с постели и вышел из комнаты. — куда это он? — шепнула себе под нос люмин. она невольно вспомнила, как сяо подслушал и подсмотрел откровенный разговор с аякой. — видимо, так же оказался тогда на крыше. — закатила глаза в какой-то иронии она. — тоже решил за кем-то понаблюдать? люмин поднялась с кровати, подходя к окну. на лице проступило понимание — сейчас было ранее утро, даже рассвет не наступил, лишь подгорая на горизонте холодными полосами света. значит, адепт не изменял своим привычкам — очень раннему подъёму и обязательной утренней медитации. — я не спала целую ночь… — лишь с досадой поняла люмин, садясь обратно на кровать. — дура! — фыркнув в подушку, уже озлобленно попыталась заснуть без лишних мыслей.

***

пробуждение путешественниц наступило уже после обеда. паймон всегда любила поспать подольше, а люмин сбила режим своими ночными размышлениями. теперь, когда сяо стоял над кроватью люмин, с уже летающей, но невыспавшейся паймон, очередь бодрствовать наступила и для девушки. — люмин, пора вставать! паймон даже быстрее тебя смогла проснуться! — завопила фея, когда после привычного дисциплинного тона сяо не послышалось и звука пробуждения. — люмин, ты проспала обед. — скрестил руки адепт, дивясь такому глубокому сну. хотя не удивительно — он слышал ночью её бурчание и бесконечные шевеления. но знать, что именно не давало ей уснуть он не мог — был занят собственными тяжёлыми мыслями, что заставили даже подняться раньше обычного и идти медитировать на крышу. то, что она сейчас игнорировала их попытки её разбудить на физическом уровне было объяснимо, но совсем не оправдано. — да что же такое! — топнула в воздухе ножкой паймон. — вчера вроде бы не пила, а спит крепче, чем после бутылки алкоголя! даже кавех, как кажется паймон, проснулся бы быстрее неё. — не думаю. — сквозь зубы прошипел сяо. после вчерашнего он и вспоминать это имя не хотел. невесть какое терпение ему потребовалось, лишь бы не устроить крупную потасовку, за какую ещё бы и под стражу загремел. — почему? они даже внешне с люмин похоже! — паймон не унималась, будто специально, как показалось сяо, выводила его на эмоции. — ни разу не похожи! — зарычал якса, злясь сам не зная на что именно. сравнивать люмин с этим оплотом невежества и похабщины было настоящим грехом! да, внешне их черты лица и впрямь казались похожими, но даже этот факт не хотелось признавать, настолько сяо было неприятно вспоминать вчерашние выходки их знакомого. — ой, а что… вы тут стоите? — вдруг послышалось сонное лепетание. люмин проснулась, судя по всему, как раз из-за гневного ответа сяо. он посмотрел на неё, замечая вселенские нежность и хрупкость, что расцвели в груди от созерцания невыспавшейся девушки. она выглядела растрёпанной, уставшей, немного опухшей. возможно, она плакала вчера, сяо мог лишь предполагать по шелесту в постели и неровному дыханию. и стало ему безумно жаль, что решили они будить несчастную путешественницу. — вставай, люмин, нам нужно помогать нилу с праздником! — паймон стащила её одеяло, заставляя тело покрыться мурашками в тонкой ночнушке. — я ходил на базар с утра, купил вам вчерашние лепёшки, что вы уже ели. будешь? — сяо подошёл к своей тумбе, доставая картонку с ароматными, но уже остывшими лепёшками. люмин согласна кивнула. — спасибо. — откусил она, забрав одеяло у паймон. несмотря на жаркий климат, спросонья всегда казалось, что воздух прохладнее. когда компания дождалась собравшуюся люмин, они вместе вышли к месту проведения праздника. вся дорога до танцовщицы казалась особенно взволнованной: молодые сумерянки, похожие одеждой на нилу, сновали тут и там с корзинками падисар; загорелые юноши совсем не стеснялись оголять торс, видимо, готовясь искать себе пару к танцам, а пожилое население с удовольствием украшали себя цветочными венками и ожерельями. запах улицы также сменился с вечно пряного и аппетитного на цветочный и ароматный. наконец, дойдя до знакомой локации, компания восторженно охнула: вся небольшая территория, огороженная украшенными стенами, сейчас была заполнена людьми в ярких одеждах и громким смехом. музыка играла исключительно произвольная, ведь главные танцы от труппы нилу начнутся лишь к трём часам. до этого же времени их троице предстояло закончить с последними делами — расставлением закусок на общие столы. считалось, что раз представление начнётся в три, то и люди подойдут к этому времени, но видимо, праздничное настроение заставляло всех прийти намного раньше. — ох, неужели вы уже здесь! как давно проснулись? — нилу появилась внезапно, моментально озаряя всех своих чарующей улыбкой и красивым нарядом. нежно-сиреневое платье прекрасно сочеталось с её волосами и глазами, о чём обязательно сообщила люмин. нилу приятно порозовела щёчками, отводя взгляд. — не поверишь, нилу, но люмин встала только десять минут назад, не меньше! — паймон хихикнула, видя смущение люмин, за которое она ещё кулаком ей пригрозила. — правильно! не на битве всё-таки, имеем право на отдых! — восторженно всплеснула руками танцовщица. — но время зря тоже не стоит терять. сейчас осталось расставить последние напитки и закуски, и можно вам самим переодеваться в мои вчерашние подарки. вы их, кстати, примеряли? — да, мы с паймон долго возились с верхней драпировкой. — а ты, сяо? — я… не знаю, что и сказать. довольно необычный… фасон. — очень сдержано сказал сяо. нилу не обратила внимания, но путешественницы знали, как был обескуражен сяо, когда узнал, что светить телом ему придётся больше обычного. всё-таки сумерцы не стеснялись одеваться открыто. возможно как раз и из-за климата. — уже на месте? чего ж отлыниваете тогда? — показался сзади паймон сайно. в его руках было несколько тарелок с кусочками фруктов и канапе. — или лучше сказать… отланиваете? поняли? ну, лань, типа как нилу, то есть это игра слов… — иди уже, сайно. — закатил глаза подошедший тигнари. у него в руках тоже были тарелки, поэтому вместо объятий он обошёлся кивками. — простите его, он опять за своё. — давно не виделись тигнари! — улыбнулась паймон. — а с сяо вы вообще не виделись! знакомьтесь, тигнари — это сяо, адепт из ли юэ. сяо, это тигнари — учёный из сумеру. — приятно познакомиться! сайно мне рассказывал, как предполагает, что с вами сможет сойтись взглядами в отряде. да и к тому же, вы, кажется, имеете схожие военные чины. — точно, ты же… — не важно. — скрыл взгляд сяо, предпочитая особо не заговариваться. — давайте я лучше помогу с едой. — да, точно, у нас осталось не так много времени! — нилу, что тихо перекидывалась словами с люмин, внезапно глянула на часы и ускакала к своей труппе. компания разошлась по своим делам.

***

— дорогие сумерцы и путешественники, что бесконечно любят и уважают наши традиции, нашу культуру и национальное единство — мы, представители древнего искусства танца, готовы вам… — речь одного из участников труппы была довольно долгой, пафосный, но не менее впечатляющей. паймон сидела на краю каменного выступа с открытым ртом, внимая каждому слову о горячо любимом дне падисары, а стоявший рядом сяо изумлённо рассматривал открывающийся ему вид на огромную толпу людей, собравшихся отмечать этот день. а ведь говорили, что праздник танца в сумеру отмечают не с таким размахом, как сабзеруз. тогда как же отмечают его… — сяо. кажется, нам пора идти переодеваться. — шепнула на ухо люмин, что стояла пару мгновений назад далеко от него. теперь же её тёплое дыхание щекотило ему щёки и сдувало прядки. — д-да. возможно. — уши горели, а глаза не могли оторваться от лица девушки, что так близко к нему стояла. паймон, что была над ними, заметила их переговоры. — вы что там затеяли? — паймон, тебе же тоже нужно переодеться! — люмин также шёпотом обратилась к подруге. — ой, точно! а вы взяли свою одежду с собой? — нет… а ты, значит, свою взяла? — я могу нас переместить, чтобы мы успели. — быстро выпалил сяо, чувствуя, как люмин теряет хороший настрой. — отлично! нам нельзя опоздать на номер нилу. — тогда я полетела переодеваться к танцорам. — обернулась паймон, прежде чем испарились в воздухе сяо с люмин. телепортация всегда казалась для люмин испытанием её вестибулярного аппарата. во время таких скачков в пространстве её тело и мозг будто очень быстро и грубо раскручивало по кругу, из-за чего, чувствуя под ногами землю, её бесконечно уводило в стороны. благо, сяо разрешал за себя хвататься в такие моменты. да и в любые, на самом деле… — интересно, сколько у нас времени. — залетела в комнату люмин, замыкаясь в ней, чтобы переодеться. сяо остался прямо у двери, рассматривая небольшой коридор. — думаю, речь того глашатая будет ещё долгой. — а паймон сможет позвать тебя, в случае чего? — донёсся глухой звук из-за двери. — клятву давал я тебе, а не ей. — смущённо сказал сяо, еще сильнее краснея, когда никакого ответа не последовало. и кто такие формулировки выбирает? прошло, возможно, минут десять, прежде чем дверь отворилась и за ней показалась готовая люмин. выглядела она превосходно — её светлые волосы были уложены чуть по-другому, из-за чего преобразилось и лицо. глаза сияли, пусть и чувствовалась неуверенность, но зато румяные щёки и блестящие подкрашенные губы подчёркивали яркость внешности иноземки. вместо белого платья на ней теперь было изумрудрое укороченное сари, длинной драппировкой и большими сиреневыми цветами так замечательно сочетаясь с одеждой сяо. он смотрел на неё, свечась от неподдельного счастья, наблюдать такую красоту первым и явно единственным. ведь люмин так никому больше и не улыбалась, был он уверен или же хотел в это верить. когда она вышла из комнаты, явно призывая его войти переодеться самому, адепт даже не смог сразу и шаг сделать, ведь взгляд оставался прикован на девушке. — что-то не так? — спросила она, усмехаясь и своей робкости тоже. — нет. — быстро шепнул он, входя в комнату и закрывая дверь. люмин же осела на пол, пряча красное лицо в ладонях. как и сяо. он долго стоял, прилегая спиной к стене, пытаясь переварить свои чувства. все, кому он смел перечить были правы. во всём. везде. всегда. дыхание перехватило так, как ни в одной тяжёлой схватке. а их в его жизни было достаточно. сяо полез к своему комоду, доставая комплект, сам же не смея думать ни о чём другом, кроме как путешественницы. она даже не своим преобразованием его восхищала — вовсе нет, её внешние данные были стабильно прекрасны — скорее, он только теперь мог осознать в полной мере, что танцы, которые им предстоять сегодня самим испытать, включали и люмин. и сяо, как бы ему не верилось, был одним из первых, кому позволено будет с ней станцевать. и некогда суровый воин, что и подумать не смел о простых смертных радостях и волнениях, теперь сидел в комнате и дрожал как мальчишка перед слишком обаятельной девушкой. стыдно, но он бы ни за что не променял эти ощущения на что-то другое. и когда же в нём успело прижиться это согласие на чувства? на что-то более яркое и существенно приятное, чем стабильное возвращение в спальню ваншу после очередной чистки. на нечто разрывающее грудную клетку лишь от осознания своей избранности ею. сяо наконец нашёл силы снять свою прежнюю одежду, чтобы примерить уж очень открытый жилет на манер здешних наёмников. благо хоть украшения и брюки были в достатке, что позволили чувствовать себя не таким раздетым. не изменяя себе в амулетах, адепт бережно надел священные чётки, бусы, кинжал и курильницу. что бы то не было — он, в первую очередь, якса, охотник на демонов. потому и забывать свои обязанности, такие как носка важных атрибутов, было табу. адепт быстро глянул в зеркало — вроде бы неплохо, но красные стрелки уже смазались. тогда сяо быстро достал кисть и чернила, желая их поправить. — сяо, я войду? — послышался стук и голос люмин. — да, я уже готов. — сказал он, макая кисть в красную тушь. — я тут… свои цветы… надеть… — торопливо щебетала люмин, рыская по своему прикроватному уголку. — они где-то затерялись… ох, вот они! — она отряхнула интейваты от пыли, что достала за тумбой, и быстро надела на волосы. — о, ты рисуешь стрелки? — да. — сосредоточенно коснулся кистью века глаза сяо. он не видел её в отражении, но чувствовал, как она подошла. — тебе они так идут, если честно. — быстро шепнула люмин. — я, на самом деле, всегда заглядываюсь на них и думаю: как долго нужно сидеть, чтобы они вышли такими ровными? я бы вряд-ли смогла быстро их нарисовать. — у меня в запасе были тысячилетия. — хмыкнул сяо, не отрываясь от отражения. — это несложно, правда. нужно лишь уверенно держать кисть. — легко сказать. — склонила голову люмин, из-за чего сосредоточенность всё быстрее испарялась. он решил отвлечься, чтобы спустить дрожь с пальцев. — хочешь, попробуй. — сказал сяо, протягивая кисть и прикрывая глаза. один уже был нарисован, люмин предстояло лишь сделать такой же. она осторожно взяла кисть, не зная даже, когда успела согласиться. но и отказаться — просто невозможно. — и всё же это нервно. — неловко хихикнула люмин, пытаясь удобнее нагнуться, чтобы точно не испортить макияж. она совсем близко придвинулась к нему, что даже когда он дышал, грудью мог ощущать её локоть. девушка холодным кончиком кисти коснулась века, но продолжить линию не смогла — боялась. — уверенно… держать… — едва слышно хрипнул сяо, осторожно касаясь своей рукой пальцев люмин. он сжал их в правильном положении, и неотрывно нарисовал привычную стрелку. и даже после этого руку её не отпустил. сяо открыл глаза, замечая над собой очень красное лицо девушки. она едва сдерживала внутренний крик. не важно чего. люмин была так близко к нему, что даже его невозмутимость стала быстро исчезать с лица. но вместо привычного смущения и кроткости он испытал какой-то новый, невиданный прилив уверенности и желания. всё ещё не размыкая своей хватки на её пальцах, он медленно поднёс эту кисть к женскому лицу, сосредоточенно смотря на него, будто что-то рассчитывая. люмин же практически не дышала, лишь радужки чистого золота стали мутнее и глубже. сяо не отрывал взгляда от её глаз, но секунда вольности дала возможность посмотреть на губы. красные, чарующие. — люмин. — всё также тихо сказал сяо. он стал ещё ближе к ней, уже чувствуя дыхание у щеки. — д-да?.. — едва слышно шепнула она. она неотрывно наблюдала за его действиями, не веря в их подлинность. но реальность всегда умела удивлять. — тебе, — сяо коснулся кистью её века, заставляя девушку прикрыть один глаз. вторым же она следила за сосредоточенными такими же мутными радужками сяо. они двигались вслед красной стрелке, что он ей нарисовал. затем он чуть отодвинулся, присматриваясь и вновь подвинулся даже ближе, чем изначально. — тоже пойдут. — договорил он, рисуя вторую. люмин и до этого испытывала жар, когда лишь нависала над ним, но теперь, находясь под ним, внутри её груди и живота разгорелся настоящий пожар. сяо отошёл, убирая кисть на место, а люмин рассматривала отражение в зеркале. и вправду — её глаза выглядели невероятно выразительными, когда подчёркнуты красным. прямо как у него. — нам надо идти. — да. — ты готова? — угу. — кивнула люмин, предчувствуя очередную тряску. ухватившись за локоть, они исчезли в дымке анемо элемента.

***

— ну наконец-то! — паймон, что была похоже на один сплошной цветочек падисары, гневно обернулась на возникшую парочку. она поправила свой наряд и отвернулась, но обида витавшая в воздухе так и осталась, тревожа подругу. — извини, я потеряла цветы, из-за чего… — но обрела красное, как персик зайтун, лицо! — ну извини! — шепнула люмин, уже чувствуя на себе недоумённые взгляды некоторых людей из толпы. всё же внезапное появление их впечатлило. а на сцене вовсю танцевала труппа нилу. их роскошные наряды, драматичная этническая музыка и прекрасный сюжет постановки заставляли сердца зрителей вздрагивать от восхищения и чувственности. сяо смотрел на их танцы со своеобразным вниманием. лицо ничего не выражало, но в сердце горело пламя удовольствия и желания поделиться с почившими яксами своими впечатлениями. «они бы точно оценили мастерство сумерцев» — улыбнулся уголками губ адепт, представляя довольные лица братьев и плачущих от восторга сестёр. паймон постоянно оглядывалась на подругу. постановка нилу, без сомнений, была великолепна, но в голове почему-то затесались другие мысли. возможно тому виной был сюжет танца: молодая принцесса бросает дворец и роскошь ради бедного возлюбленного. она променивает все удобства, мечты и желания на новую, совершенно неопределённую жизнь. в этом были страх, неизвестность, некий триумф. нилу хорошо сыграла характер принцессы — мечтательность и наивность ей к лицу. но паймон волновало не это: что, если люмин окажется в таком же положении? променяет их главную цель путешествия — поиски брата — на новый, никем неизвестный исход жизни с сяо? он не плохой, паймон уверена в нём, но ей… тяжело, что ли, было думать об этом. а если люмин бросит её? если паймон окажется такой же «кучей» роскоши былой жизни, от которой пора отречься? фея сжалась, бледнея от страха. нет, люмин так не поступит! но какова вероятность, что паймон ей будет нужна, если она уже выискивает моменты остаться одной, совсем не прислушивается к мнению паймон, пытается её кому оставить? стало бесконечно грустно. — паймон, ты чего? — вдруг шепнула на ушко путешественница. она стояла рядом, явно замечая изменившееся лицо подруги. — ничего, паймон жалко принцессу… — быстро сказала она, решая обсудить свои страхи, но только в другой раз. — нилу красиво танцует, да? — очень! не зря так старалась на репетициях. — девушка под фатой — нилу? — удивился сяо, чем позабавил путешественниц. — да, а вот её возлюбленный, помнишь кто он? — нет… — тот, что говорил речь в начале! — ответила паймон, радуясь своей правоте. — да! — что? — тсс! — послышался гневный шёпот от зрителя. компания отошла чуть дальше, находя даже более удобное место для просмотра. постановка закончилась грустно, но не менее романтично, из-за чего аплодисменты получились громкими, слышался восторженный свист и даже чей-то плач. на глазах подруг мелькали слёзы и улыбки, сяо чувствовал прекрасное состояние покоя и умиротворения, а нилу с труппой утопали в падисарах. когда послышалась более бодрая музыка с местных лир и барабанов, толпа зрителей разошлась к столам с закусками. дальше предстоял ещё один танец, но менее театральный и более быстрый и бодрый. он станет концом дневной программы, объявляя начало повсеместным танцам, где уже нарядные посетители праздника смогут красоваться харизмой и навыками. к троице присоединился сайно с тигнари. они набрали закусок в общую тарелку, держали в руках по бокалу чего-то кислого на запах и от души улыбались своим друзьям. здесь же, у входа, встретилась и дехья со своей госпожой и даже знакомая голубая шляпа мелькнула за толпой. — смотрю, вы основательно подготовились к сегодняшнему дню. — резво хлопнула по плечу сяо и люмин дехья. адепт опешил, а девушка также смело хлопнула по спине наёмницу в ответ. — а то! такой прекрасный повод быть раскрепощённой и яркой. — а путешественница знает толк в веселье! — закинул новую порцию канапе в рот сайно. — не то, что ваш иностранный друг. стоит, хмурной, даже глаз на нас не бросит. — вновь подколола дехья, получая ожидаемый закат жёлтых глаз. — может недолили? — улыбнулся тигнари, предлагая бокал с вином. сайно его тут же отодвинул. — не пьёт. — а в инадзуме так не сказали бы! — хихикнула паймон, чем спровоцировала огонь в глазах сумерцев. — так наш упёртый дух-адепт пить может, значит! а что же так скромно тогда? — дехья тут же нашла чистый стакан, куда плеснула вина. — давай-давай, у нас тут традиции такие. — не сегодня. — лишь отмахнулся сяо, на удивление не чувствуя дискомфорта от такой многолюдности. — а когда? алкоголь смелость придаёт, без него тяжело решиться на некоторые поступки, да? — дехья приобняла сяо за предплечье, явно намекая на его сегодняшние планы. она уже без зазрения совести всунула стакан ему в руки, отстраняясь на приличное расстояние. — львица своё дело сделала, так что пойдёт она и себя подпаивать. — подмигнула дехья и отошла к дальним столам. — ну, значит, выпьем? — чуть приподнял бокал сайно, заставляя других стукнуться стаканами друг с другом. послышался звон и весёлые разговоры. прошло не меньше пяти таких тостов, прежде чем перерыв завершился и начался новый танец труппы. теперь музыка напоминала уличное исполнение в порт ормосе, что особенно нравилось путешественницам в своё время. люмин с удовольствием прислонилась к стене, подставляя лицо тёплым лучам вечереющего солнца. на щеках проступал пьяный румянец, а глаза сияли в совершенном спокойствии. паймон от души наелась бесплатных закусок, поэтому довольно сидела где-то на верхушке стены и наблюдала за танцами уже без энтузиазма, но с таким же вниманием, как и прежде. сяо впервые ощутил себя нетрезво, хотя контроля над телом не терял. мыслил здраво, но, как завещала дехья, некоторые идеи казались более стоящими, нежели пять бокалов назад. сайно остался без тигнари — как бы он ни уважал нилу, танцы его не сильно трогали. теперь, когда он наелся, напился и достаточно растрогался от предыдущего сюжета, ему оставалось заводить беседы и новые знакомства. а тигнари остался на прежнем месте, внимательно следя за сценой и виртуозными движениями танцовщиц. глубоким поклоном нилу закончила номер, и как в домино вслед за ней начали кланяться её коллеги. толпа вновь завалила сцену цветами, восторгом и аплодисментами. труппа спустилась со сцены, скрываясь за украшенными ширмами, а музыканты медленно, но верно стали наигрывать мотивы приближающихся плясок. сумерцы вновь разбрелись по всей территории, находя себе дело, место и компанию. тигнари обернулся к сяо с довольной улыбкой. — ну как тебе номер? сайно сказал, что мельком видел генеральную репетицию некоторых членов труппы. тогда они выложились на все сто, а здесь, кажется, даже больше. — это правда. — кивнул со спокойным лицом сяо, держа в руке бокал недопитого вина. — добавить? — не стоит, мне сегодня достаточно. — а стоишь также зажато, как прежде. что-то смущает? толпа? — не даром тигнари был учёным — видел суть в самом чистом её проявлении. — не привык быть в таких местах. — в хорошей компании и подобные трудности будут не по чём. — кивнул себе сумерец, облокачиваясь на стену. — знаешь же, что сейчас будет, как только музыканты зададут более бодрый ритм? — снова танцы? — да, но уже не подготовленные профессионалами. здесь каждый, кто присутствует, будет так или иначе участвовать в них. обычно больше всех удовольствия получают пары, а вот одиночки уходят в общий круг, где находят новые знакомства. либо же их самих зазывают будущие приятели. — тигнари задумчиво рассматривал пустую сцену, забавно шевеля ухом. — неужели тут не бывает тех, кто просто пришёл смотреть, но не участвовать? — сяо решил попробовать дать назад, даже не подозревая, что внутри сам себе такого уже не позволит. — бывают но… обычно дар убеждения может сыграть и не такую шутку. особенно, если ты кому-то понравишься. — ох, ну это вряд-ли. — сяо вспомнил вчерашний инцидент, тут же теряя веселье. — ну-ну. скажу как статист — ваша с путешественницей внешность очень нравится сумерцам. может ты не замечал, но даже когда мы все стояли в толпе, на вас двоих особенно часто засматривались. обычно с иностранцами такое бывает в порядке исключения. — тигнари говорил с лёгкостью, не придавая своим словам какого-то подтекста, но разгорячённые алкоголем мысли сяо почему-то разозлили его. кто это посмел на них засматриваться? но пыл быстро остудился с приходом люмин, нилу и паймон. — вы так одиноко стоите в стороне. чего ж не танцуете? — раззадорилась нилу. — а уже пора? — отложил стакан тигнари. — тебе-то точно пора. смотри, чтоб сайно не угнали. — хихикнула люмин, что после вина стала более дерзкой. — не угонят — знает же мои повадки. — хмыкнул тигнари, всё же отправляясь на поиски. — как вам наша программа? — всё же спросила нилу. но не успела она задать уточняющих вопросов, как впечатлительная паймон незатыкаясь протороторила о переполняющих эмоциях от представления. под смех танцовщицы и нарастающую музыку, они удалились от стены до более нетронутого стола с едой. паймон лишь на секунду обернулась, убеждаясь, что сегодня она готова уступить сяо своё внимание. — чудесная атмосфера, правда же? — сказала люмин, глядя на закат. золотые лучи ничуть не слепили глаза — скорее, усыпляли, давали слезам выйти рефлекторно. — не думал, что соседний регион окажется таким насыщенным. — допил вино в бокале адепт, прежде чем совсем его отставить. он, конечно, не человек, но даже для него столько спиртного употреблять не стоило. благо, тысячилетний контроль не давал переступить никакие черты. — это правда. тут совсем не так, как в инадзуме. да даже сумеру, в котором мы прибыли впервые, сильно отличается от того, в котором мы сегодня. — люмин как-то тоскливо обернулась к сяо. — раньше даже танцы были запрещены. потому этот день падисары так важен для нилу и всех нас. — вот как… — сяо и не думал о подобном контексте. назревающую общую меланхолию лишь спасли дехья, её госпожа, сайно и тигнари, что первые решили закружить толпу в танцах. кто-то из них вихрем прошёлся мимо люмин, задев её локтём. её под руку подхватил сяо, наблюдая, как весёлый пляс хаотично подзывает всех в хоровод. — они вот так просто решили это начать. — хихикнула неожидавшая «нападения» люмин. — даже не удивительно. — хмыкнул сяо, чувствуя на локте тёплые ладони путешественницы. — ты чего? — а что? пойдём тоже! — она потянула сяо к толпе, что уже быстро раскручивалась в разные стороны. к своему удивлению, он чувствовал на сердце лишь лёгкость и готовность к новым ощущениям. приятный танцевальный мятеж развеял все лишние мысли даже у тех, кто и не думал себя ими нагружать. в голове остался лишь ритм, отбиваемый босыми ногами и хлопками, и унисон самых разных голосов присутствующих. сяо оказался зажат между люмин и сайно. рядом подскочили нилу и паймон, а следом тигнари, госпожа дуньярзада и дехья. их круг замкнулся незнакомыми людьми, так счастливо и просто отплясывающие под звуки барабанов. в какой-то момент нарастание гармонии голосов и музыкальных инструментов заставило вести хороводы вокруг отсоединившихся девушек. нилу подхватила руки люмин и дуньярзады и повела их в центр к молодым незнакомкам. они словно знали, как именно стоит двигаться, чтобы восхитить толпу. девушки, не сговариваясь, начали изящно кружиться вокруг себя и друг друга, хватая подолы юбок и развивая их, создавая иллюзию волн. главные «лотосы» остались в центре — раскрыли руки, плавно стекая вниз, словно распустившиеся бутоны. и в один миг изогнулись в спинах, утопая под своими же тканями. водившие хоровод юноши начали воодушевлённо подпевать, переходя на свой древний язык. сяо не знал слов, но чувствовал общий экстаз от эмоций и впечатлений. он смотрел на красивые движения, на близость таких, казалось бы, далёких душ и изнывал в желании сохранить этот вечер на всю жизнь. его глаза были направлены лишь к одной светлой макушке, так красиво и правильно выглядевшей среди толпы. она была главным его цветком — главным лотосом в пруду, к которому он шёл так долго и тяжело. его рука неосознанно разорвала круг, потянувшись к знакомой изумрудный ткани. юноши, что заглядывались на холостых девушек внутри круга, повторили движения за сяо. это стало своеобразным танцевальным элементом, где каждая понравившаясь танцовщица поняла, чьё сердце она успела украсть. люмин лишь обернулась, чувствуя сползающую драппировку с плеча, и встретилась золотым сиянием глаз с таким же счастливым лицом сяо. они улыбнулись друг другу кротко, чувственно. щелчок пальцев одного из музыканта задал новый ритм. теперь под такой такт вести хоровод было тяжело, зато разбиться на более мелкие компании стало куда легче. сайно и тигнари, как и дехья с госпожой, давно пропали в толпе, а нилу весело подхватила ручки паймон и побежала с ней к своей труппе. теперь и фее были обеспечены незабываемые впечатления. люмин внимательно проследила за своей подругой, пока та не скрылась за ширмой вместе с нилу и её командой. на сердце стало легче — переживать за паймон не нужно, с ней хорошие люди. значит, можно было отвлечься на свои желания целиком. путешественница ловко, через горячие тела новых молодых пар, проскользнула к сяо, что на секунду потерял подругу из виду. щекотно постучав ногтями по татуированному плечу, она заставила его обернуться, но сама быстро скрылась за двумя девушками, так и не попавшись на глаза. её весёлая улыбка на миг исчезла с лица, когда на голой талии появились чьи-то руки. «нилу предупреждала, что такое может быть…» — тут же подумала люмин. и только она хотела небрежно их скинуть, как обнаружила себя в объятьях сяо. — так это ты меня напугал! — хихикнула девушка, чувствуя пьяное дыхание у своей шеи. жар, толпа, вино — прекрасное сочетание, чтобы расслабить бдительность яксы. он совсем растерял прежнее напряжение, теперь без стеснения касаясь к люмин, как давно и желал. — первая начала дразниться. — фыркнул в улыбке он, кладя руки на бёдра в правильном положении. он внимательно наблюдал за другими всё это время. — так это я виновата? — усмехнулась люмин, также, как и парочки, двигаясь бёдрами. это оказалось куда легче, чем она думала вчера в танцах с нилу. их танец, что сначала не особо попадал в ритм музыки, сейчас был не хуже местных пар. — твоя вина не измерима. — протянул сяо, пьяным румянцем светясь от улыбки. он переложил правую руку на локоть люмин, медленно и щекотно двигаясь к её запястью. она закусила губу, чувствуя необычайное удовольствие. их тела двигались в танце, а танец будто нарочно заводил их дальше от толпы. — и в чём же я провинилась? — промурчала люмин, спиной прислоняясь ближе к груди сяо. он крепче сжал руку на кости бедра, лбом ощущая мягкие светлые волосы затылка. в какой-то момент они затесались в укромный угол стены, куда попадал лишь персиковый луч закатного солнца. что-то люмин это напоминало. хотя в подобном положении она явно находилась впервые. вдруг губы сяо оказались совсем рядом с её ухом. вмиг оно покраснело, задавая тон всему лицу. — ты воровка. — шепнул адепт. люмин дёрнулась лицом, чтобы посмотреть в его глаза, но оказалась в плену. между его рук, стеной и этим взглядом. она никогда не видела в этих янтарных радужках настолько тонких хищных зрачков, мутной пелены и желания. люмин прекрасно знала, чего именно желал сяо, ведь она испытывала точно такую же тягу к его… — воровка моего сердца. — шепнул сяо совсем близко. — чт… — люмин не успела испытать ни шока, ни неверия, ведь её губы заткнули жадным, долгожданным поцелуем. но несмотря на внезапность, путешественнице удалось испытать полный спектр их общих чувств: трепет и нежность их обыкновенных отношений оглушительной волной снесла накопившаяся страсть, так всевольно обволакивающая грудные клетки друг у друга. а ведь они и подумать не могли, что подобное тоже можно испытывать. сяо нравилось, ему нравилось абсолютно всё в эти мгновения! он так бережно и одновременно с этим крепко сжимал люмин в объятьях, так горячо целовал её губы, на которые всего пару часов назад было трудно смотреть, так удивительно сладко чувствовал её дрожь по всему телу, будто жаркий вечер мог позволить замёрзнуть, что готов был поклясться — жизнь тысячилетиями в страданиях и одиночестве стоила того. люмин в неверии принимала ласку и страсть от того, кто даже в её самых незабываемых снах не мог предстать в таком виде. сяо был прекрасен, необыкновенно удивителен и так… так любим ею. кислород от подобных мыслей будто ещё стремительнее начал пропадать из лёгких, заставляя вернуться в реальность. девушка тяжело оторвалась от адепта, глубоко вдыхая воздух. она прислонила голову к стене, остужая горячий рассудок. сяо лбом прилёг на голое плечо девушки, чувствуя её аромат. неповторимый и дурманящий. — а ты… умеешь… красиво говорить… — хрипло хмыкнула люмин, не переставая дышать. её грудь вздымалась от каждого вздоха, а в голове не осталось ничего, кроме ярких вспышек эмоций. — оно само… как-то… — пробубнел в голую ключицу сяо, щекотя и смущая люмин. она чуть дёрнулась, из-за чего сяо невольно придержал её за талию. — уходишь? — нет! но… как мы тут оказались? — люмин наконец трезво рассмотрела уже знакомое место, но никак не могла вспомнить их дорогу к нему. — танцы. — выдохнул сяо, тоже выпрямляясь телом. неловкая пауза от нехватки слов, времени на осознание и вообще, эмоций, давила на них тяжёлым грузом. они обернулись друг к другу, ловя последний розовый луч солнца на своих лицах. секунда… две… три… и новый порыв чувств чуть не снёс пустую коробку, стоящую у стены. люмин схватила ладонями лицо сяо, жадно вдыхая его воздух вторым поцелуем — она совсем не думала, как себе оправдает это завтра, или даже через несколько часов, но останавливаться явно не собиралась. ровно как и сяо. они вновь вцепились друг в друга, уже более вольно изучая руками не только лица и плечи. тёплые ладони люмин обхватили шею, уже смазано целуя губы. сяо пытался перехватить инициативу, но ласки девушки были ядовитыми — обездвиживали тело, заставляя полностью подчиниться. теперь величавый адепт был прижат к стене, чувствуя голым, из-за съехавшей жилетки, плечом шершавую поверхность. девушка тоже поставила руки по обе стороры на стену, но резко отпрянула. сяо дёрнулся за ней, рассматривая её удивление на лице. — что случилось? — смотри! — люмин указала цветной ладонью на стену, что, как оказалась, была той самой, что они вчера старательно разрисовывали. интейваты, что сплелись в кружеве традиционных узоров ли юэ, теперь были смазаны и бледны. люмин посмотрела на спину сяо, сдерживая смех. — хахах! наши рисунки теперь частично на твоей спине! — и на твоём лице. — улыбнулся сяо, мягко смывая пальцем белый штрих с щеки люмин. — нужно уходить, иначе нас заподозрят в вандализме. — девушка смахнула прядь, вновь пачкая себе лицо. — лучше не касайся ничего своими руками, они пачкают. — сяо обхватил её ладонь своей, уводя от их личного убежища.