Ворчун из Мус-Фолс

Хантер

Скрытая выгода

– Какое деревце ты хочешь? – Разве они не все одинаковые? – спрашивает мальчишка с широкой щербатой улыбкой. – А вот и нет, – я опускаюсь рядом с ним на корточки и показываю на две елки. – Вон та выше, а у этой, видишь, иголок больше. Совсем разные. – По-моему, одинаковые. – Какое бы ты ни выбрал, главное — чтобы оно поместилось у тебя дома. Не захочешь же ты распилить свою елку пополам. Он мотает головой и показывает на более пушистую. – Вот эту. Мама улыбается за его спиной и одобрительно кивает. – Тогда отойди, – говорю я. Убедившись, что рядом никого нет, я примеряю свой верный топор и наношу мощный удар. Глухой удар. Лезвие входит в ствол под идеальным углом. Вибрация отдает в руки, пока я прорубаюсь внутрь, и, наконец, дерево с мягким шорохом валится на снег. – Вау! Я тоже хочу так научиться! – Может, когда подрастешь, – улыбаюсь я и перевожу взгляд на его маму: – Мы отнесем елку к вашей машине и поможем привязать. – Отлично. – В главном сарае вас ждет горячий какао, а еще там есть поезд, если захотите прокатиться по полям. – Можно, мам? Ну пожалуйста? – мальчишка дергает ее за рукав пальто. – Пойдем. Они машут мне, направляясь по рядам заснеженных елок к главному сараю «Питомника озорных сосен». Я насвистываю себе под нос, быстро затаскивая дерево на сани, чтобы обернуть его сеткой. Работа хорошо отвлекает, чтобы не накручивать себя из-за Олли и его внезапной «проблемы». Обычно он уже к этому моменту написал бы, в чем дело. Раз уж он мой лучший друг — а я его — он рассказывает обо всем мне раньше, чем остальным ребятам. Значит ли это, что случилось что-то серьезное? Нет. В таком случае он не писал бы. Он бы позвонил. При всей моей любви к лучшему другу, он до сих пор считает, что лучше позвонить, чем отправить сообщение. И он единственный человек в мире, ради которого я вообще готов подойти к телефону. Взглянув на телефон еще раз, снова вижу пустой экран. По крайней мере, как только закончу с этим деревом, смогу смотаться в «Мишурную таверну». Преимущество быть владельцем — могу халтурить, когда нужно. Не то чтобы я взял это за правило, но сейчас, в самый разгар сезона, выкроить пару часов — это максимум, что я могу себе позволить. Ради Олли? Я бы освободил для него целый день, если понадобится. Когда я наконец заканчиваю, то понимаю, что чуть выбился из графика,  заскакиваю в свой пикап и еду в город. Я врубаю на полную одну из своих любимых рождественских песен — «All I Want For Christmas Is You». Ну а кто ее не любит? Другое дело, что я не афиширую этот факт. Все-таки перед друзьями нужно держать образ угрюмого лесоруба. «Мишурная таверна» забита под завязку. Приходится пару раз объехать квартал, прежде чем нахожу место для парковки. В тот момент, когда вылезаю из машины, в кармане вибрирует телефон. Мама У Синди есть свободный сын. Интересно? Хантер Ты снова за свое? Мама Я знаю, ты говорил, что ни с кем не встречаешься, но он красивый. Хантер Я же сказал. Мне и одному хорошо! Мама Нет ничего страшного в том, чтобы признаться, что тебе кто-то нужен. Хантер Я не спешу остепеняться Мама Ладно. Упустить такого красавца… Умру одна, без зятя. Хантер Пока, мам... Качаю головой, засовываю телефон поглубже в карман и вхожу внутрь. Конечно, мама пытается меня с кем-то свести. Это последнее, чего мне хочется. Меня более чем устраивает моя жизнь. Когда я после колледжа уехал из Мус-Фолс с парнем, мне казалось, что все сложилось идеально. Жизнь была хороша. Я был уверен, что мы поженимся. Я до беспамятства любил его, пока почва не ушла у меня из-под ног. Оказалось, что любил он не только меня. В отношениях я становлюсь медведем. Одна мысль о том, чтобы снова быть с кем-то вместе, заставляет меня разворачиваться на сто восемьдесят. Неудивительно, что я встречаю в штыки все мамины попытки кого-то мне подыскать Когда я вернулся в Мус-Фолс, дал себе слово: никаких отношений. Деревья? Вот деревья мне нравятся. И друзья. Отношения? Я в них не играю. Я предпочитаю играть в другое. Мне нравится свободный формат. В случайном сексе нет ничего плохого. Для меня это отлично работает. Хотя об этом я, разумеется, не говорю маме. Поэтому ограничиваюсь напоминанием, что не собираюсь «остепениться». К тому же мой график в праздники — сплошной хаос. Я не хочу, чтобы кто-то сидел и ждал меня, пока я до ночи торчу на ферме. – Смотрите-ка, кто наконец соизволил объявиться, – говорит Брукс, лавируя через толпу с тремя кружками в руках, когда я перешагиваю порог таверны. – Некоторые из нас сегодня, вообще-то, работали. – Если бы я мог показать тебе один известный жест, я бы показал, – бурчит он. Я ухмыляюсь: – Я в курсе. – Забыл, значит, про весь тяжкий труд, что я сегодня ради тебя проделал? Я улыбаюсь: – Пока я в одиночку рубил деревья. – Потому что ты не подпускаешь меня к топору. – И небезосновательно. Я обожаю подшучивать над Бруксом. С ним это невероятно легко. Он стал хорошим парнем для Чарли в прошлом году, и мне нравится наблюдать, как они растут вместе как пара. Не то, чтобы мне теперь хотелось чего-то подобного — мне и одному вполне комфортно. Но у них все более чем хорошо. – Так что там за чудовищная срочность? – спрашиваю я, принимая от Брукса пиво и проскальзывая в угловую кабинку бара, где уже сидят Гриффин, Тео и Олли. Рождественские огоньки мигают по стенам, из музыкального автомата звучат праздничные песни. – Технически это не я назвал это «чрезвычайной ситуацией», – уточняет Олли, поправляя очки. Зная его всю жизнь — наши мамы познакомились в роддоме и стали лучшими подругами — я прекрасно понимаю, что он так делает, когда нервничает. – Я, э… – начинает он и тут же запинается. Я медленно потягиваю пиво, давая ему столько времени, сколько потребуется, чтобы собраться с мыслями. Беру кренделек из миски, которую принес Чарли, и закидываю в рот. – Ты меня уже нервируешь, – говорит Гриффин. – Мне нужен бойфренд. Я давлюсь кренделем, который становится поперек горла. Чарли хлопает меня по спине, пока я делаю большой глоток. – Прости, что? Бойфренд? – Да, – щеки у него наливаются ярко-вишневым цветом. По-моему, я еще ни разу не видел его настолько красным. – Зачем тебе бойфренд? – интересуется Тео. – Это долгая история. – А у нас много свободного времени, – говорит Гриффин, закидывая руку на спинку сиденья и глядя на него. Олли теребит горлышко пивной бутылки: – Я… ну… вроде как сказал коллегам, что с кем-то встречаюсь. – Ты «вроде как» сказал или все-таки сказал? – уточняет Брукс. – Так, чисто для ясности. – Я сказал им, что у меня кто-то есть, – признается Олли, тяжело вздыхая, потом делает огромный глоток пива и почти захлебывается. – Значит, тебе нужен бойфренд, – подытоживает Чарли. – Зачем именно? – В эту пятницу у нас корпоративная рождественская вечеринка, и вторые половинки приглашены. – Я думал, их после того случая запретили? – хмурюсь я. – Разве кто-то не нажрался и не устроил пожар? – Пожар? – переспрашивает Тео. – Эту версию я не слышал. – Нет, никакого пожара не было, – вмешивается Олли. – Кто-то напился и решил, что будет отличной идеей оторвать от стены держатель для бумажных полотенец. – И зачем ты сказал им, что встречаешься, если у тебя никого нет? Ну, то есть, проще же признаться, что ты один, – говорит Гриффин. – Они не переставали пилить меня насчет свиданий, и однажды я сорвался и сказал, что у меня кто-то есть. Только чтобы отстали. – А-а, – киваю я. Вполне в его духе. – И теперь, когда вечеринка на носу, тебе нужно кого-то привести, чтобы не выглядело так, будто ты соврал. – Именно. – Может, попробуешь дейтинговое приложение? – предлагает Тео. – Мы с Треем так познакомились. Гриффин фыркает: – До сих пор не верю, что ты встречаешься с парнем по имени Трей. – Зато я вообще с кем-то встречаюсь, – Тео бросает выразительный взгляд на лучшего друга. – Ауч. Скажи еще раз, что ты обо мне думаешь, – тянет тот. – Я лишь говорю, что ты тоже мог бы кого-то найти, если бы захотел. Гриффин мотает головой: – Меня вполне устраивает свободный полет. – Не думаю, что это то, чего хочет Олли, – вмешиваюсь я, пока они не разошлись всерьез. – Верно? – Н-нет, – бормочет он. – Думаю, у нас не останется времени достаточно узнать друг друга, чтобы это выглядело как правдоподобные отношения. Да и что я напишу? «Требуется фальшивый бойфренд на праздники, чтобы обмануть коллег»? – Тебе нужен кто-то, кто тебя уже знает, – говорит Чарли, постукивая пальцем по подбородку. – Почему бы не взять кого-то из них? Он указывает на нас троих. – Только не меня, – тут же отзывается Тео. – Я счастлив в отношениях и не хочу объяснять Трею, почему иду на свидание с кем-то еще. – На фальшивое свидание, – поправляет его Олли. – Всего на одну ночь. – Значит, остаетесь вы двое, – заключает Брукс, переводя взгляд с Гриффина на меня. – Кажется, в пятницу я свободен, – спокойно говорит Гриффин. – Свободен? – Олли резко поворачивается к нему, изучающе глядя. Как будто всерьез примеряет его в качестве кандидата для своего рождественского корпоратива. И именно это подталкивает меня к следующей фразе: – Я пойду. Каждый взгляд в компании впивается в меня. – Правда? – Вообще-то это я только что предложил, – возмущается Гриффин. – И что со мной не так? – Да все с тобой так. Просто я свободен. Так что пойду я, – повторяю я. – Ну все, я, видимо, официально отбракован, – ворчит Гриффин, глядя на Тео. – Я все равно тебя люблю, – Тео чмокает его в щеку. – Ты правда это сделаешь? – спрашивает Олли. – Мне даже неловко тебя втягивать. Не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Я улыбаюсь ему как можно искреннее: – Это не проблема. К тому же, если кому и быть идеальным фальшивым бойфрендом, так это мне. Я знаю тебя лучше, чем себя самого. – Это верно, – подтверждает Гриффин, будто это обстоятельство спопобно смягчить обиду за то, что его не выбрали. – Это всего одна ночь, – напоминает Олли. – Больше ничего. – Все нормально, – говорю я. – Выдержу. Потусить с другом на вечеринке не самое худшее, что могло со мной случиться. Честно говоря, вечер обещает быть даже лучше изначального плана: работа на ферме до седьмого пота, а потом пиво дома в одиночестве, пока не вырублюсь. Да, этот вариант куда интереснее. С учетом того, насколько я загружен в это время года, будет даже полезно хоть раз выбраться в люди. – Приходи завтра ко мне, и мы обсудим детали, – предлагает Олли, снова поправляя очки. – Договорились. Я подмигиваю ему, одним махом допиваю пиво и иду к стойке за следующей порцией напитков. – Ты точно понимаешь, во что ввязываешься? – спрашивает Чарли, идя за мной, чтобы помочь. – Всего одна ночь. Что такого непоправимого может случиться? – Просто уточняю, – говорит он. – Спасибо, но у нас все под контролем. Мы — Хантер и Олли. И это не изменится. Даже после одной ночи в статусе бойфрендов. Фальшивых бойфрендов. Эту часть забывать нельзя. Несколько часов фальшивых отношений ничего не изменят.