Ворчун из Мус-Фолс

Олли

Выживание

– Я нормально выгляжу? – спрашиваю я уже в который раз за вечер. – Да успокойся ты, – Хантер шлепает меня по руке, не давая снова теребить галстук. – Ты выглядишь отлично. – Правда? – я поправляю очки, опуская взгляд на белую рубашку с праздничным галстуком и свой обычный черный пиджак. – Однозначно! – Мне кажется, люди только взглянут на нас и сразу поймут, что я все придумал, – признаюсь я. – Такое ощущение, что у меня это на лбу написано. – Эй, – Хантер хватает меня за бицепс, стаскивает с тротуара и прижимает к стене здания. – Никто ни о чем не догадается, пока ты сам все не выложишь. Мы зайдем, выпьем по паре коктейлей, поболтаем с твоими коллегами — и по домам. – Ты же знаешь, я как раз из тех, кто все выкладывает, – напоминаю я. Он улыбается: – Знаю. Но если почувствуешь, что вот-вот ляпнешь что-нибудь лишнее — просто скажи «баклажан». – Баклажан? – я смеюсь. – Серьезно, Хантер? Мои плечи наконец расслабляются, сбрасывая напряжение, которое я чувствую с того момента, как он заехал за мной. С такого расстояния я вижу его теплые карие глаза. По телу пробегает дрожь от того, как пристально они смотрят только на меня. Стоп, что? Это что-то новенькое. Хантер смотрел на меня тысячи раз, наверное, сотни тысяч раз за нашу жизнь, и ни разу это не вызывало во мне таких чувств. Я отмахиваюсь от этого ощущения. Сейчас это точно не то, о чем мне стоит думать. –Расслабься. Мы же друзья. Никто и не подумает сомневаться в том, что мы давно знакомы. – Ты еще не видел Шэрон. Она захочет узнать все. – Тем лучше, что я знаю о тебе все, Олли. Можешь меня проверить, если хочешь. Я бросаю на него взгляд в стиле «я, может, и хочу тебя проверить, но вслух это говорить не буду». – Ладно, – сдается он. – Ты — Олли. Мы познакомились в роддоме, потому что наши мамы подружились. Ты носишь очки со второго класса и фанатеешь от фильмов про супергероев. Суп — единственная пищевая группа, которая тебя по-настоящему интересует. А еще ты обожаешь смотреть каналы про садоводство, хотя у тебя и руки из… эээ… с растениями у тебя не клеится, но тебя это успокаивает. Я выпрямляюсь: – Окей. Похоже, мы не пропадем. – Я же говорил. Хантер подмигивает и возвращается на тротуар, направляясь к ресторану. Я ничего не могу с собой поделать — нервы все еще на пределе. В основном из-за того, как он заставил меня себя чувствовать. Из бара доносится гул. Музыка. Смех. Радостный гомон голосов. Жаль, что присутствие на этой вечеринке обязательно. Иначе я наверняка остался бы дома. Хотя я и люблю свою работу, тусоваться с людьми, которых я плохо знаю, мне не нравится. И спустя все эти годы совместной работы коллеги для меня остаются коллегами — не друзьями. Хантер придерживает дверь и делает приглашающий жест: – Прошу, милорд. – Вау. Да ты прям вжился в роль бойфренда, – бурчу я. – Это называется галантность, – он снова подмигивает. – Удивительно, что ты еще не занят, – говорю я шепотом. Как только мы входим, громкая музыка едва не бьет по ушам. Наш босс забронировал заведение целиком. Столы ломятся от еды, а очередь за напитками вьется петлей вокруг барной стойки. – Хочешь, я возьму нам выпить? – спрашивает Хантер. – Я с тобой. Окидывая взглядом зал, я совершенно не готов оставаться один. Не хочу, чтобы кто-то решил, будто я явился без пары, и начал расспросы. – Олли! Ты пришел! – голос Шэрон разрезает воздух. Я дергаюсь и влетаю прямо в грудь Хантера. Его ладонь ложится мне на талию. – Расслабься, – шепчет он мне в ухо. – Все нормально. – Ага, – отвечаю я скорее себе, чем ему. – Не верится, что мы наконец познакомимся с бойфрендом Олли, – говорит Шэрон. Я не двигаюсь, все еще застряв в хватке Хантера. Его рука слегка сжимает меня в ответ — уверенный, почти собственнический жест, дающий понять, что я в безопасности. И, черт возьми, это действительно так, когда Хантер прикасается ко мне таким образом. – Шэрон, это мой бойфренд Хантер. Хантер, это Шэрон. Из ее ушей свисают сережки в виде елочек, а свитер переливается и мигает цветными огоньками. – Очень приятно познакомиться, – говорит она, протягивая руку. Хантер берет ее ладонь, чуть улыбается: – Взаимно. Рад, что наконец познакомился хоть с кем-то из коллег Олли. – Надеюсь, вы не в обиде, что я все пыталась его с кем-то свести. Я лишь хочу, чтобы он был счастлив. – Поверьте, мы счастливы, – отвечает он. Я оборачиваюсь и смотрю на Хантера — на меня сверху вниз глядят сияющие глаза. Хм. Он и правда выглядит счастливым. Даже сквозь его щетину я вижу, как от него словно исходит свет. Хантер и правда хороший актер. – Вижу, – я снова поворачиваюсь к Шэрон, а на лице у нее выражение кота, который только что стянул сливки. – Ладно, пойду, дам вам оглядеться и взять напитки. Увидимся позже. И она уходит сообщать всем, что встретила бойфренда Олли. – Отлично. Через минут пять все будут знать, что мы тут, – бурчу я. Хантер смеется: – Какие пять минут? Секунд через пять. Она аж подпрыгивала от радости, когда меня увидела. Я шлепаю его по груди, пока мы продвигаемся в очереди. Благодаря нескольким барменам за стойкой она двигается быстро. – Твое эго, пожалуй, раздувать не стоит. – Олли. Рад, что вы все-таки добрались, – раздается голос позади нас. Владелец фирмы, Кевин, появляется вместе со своим мужем, взяв его под руку. Оба в безумно уродливых рождественских свитерах. – Привет, Кевин, Рэймонд, – я оборачиваюсь и просовываю руку под локоть Хантера. – Это мой бойфренд Хантер. – Очень приятно, – говорят они почти хором, а потом все по очереди жмут друг другу руки и представляются. – Спасибо, что позвали, – добавляет Хантер. – Любой вечер, проведенный с этим парнем, будет отличным. Он наклоняется и целует меня в макушку, и по мне будто проходит электрический разряд. Он, конечно, отыгрывает роль по полной. – Только не устраивайте погром в баре и не отрывайте ничего от стен, – Кевин смеется, но я-то знаю, что за шуткой скрывается серьезное беспокойство. – Обещаю, – поднимает руки Хантер. – Буду вести себя прилично. – Вот и прекрасно. Веселитесь. К нам подходит еще несколько человек, знакомятся, жмут руки, и к тому моменту, как бармен машет нам, приглашая к стойке, мои нервы уже на пределе. – Два шота виски и два пива, – говорю я. – Сейчас будут. – И ему то же самое, – киваю я на Хантера через плечо. – Ничего себе! – он приподнимает бровь. – Серьезно настроился, да? – Да, – киваю я. – Мне нужно максимально возможное количество жидкого спокойствия, чтобы пережить этот вечер. Бармен ставит передо мной два шота, и я залпом опрокидываю оба, один за другим. Глаза у Хантера округляются. – Мне придется тащить тебя домой на руках? – Нет. По крайней мере, я на это надеюсь. Но посмотрим. Лимит по общению у меня уже исчерпан, а вечер даже толком не начался. Надеюсь, я выживу.