Глава 8. «Believe you me».
27 мая 2026 г., 11:00
Говори со мной откровенно.
Мир придумал так много фраз.
Есть слова, что ломают стены,
Есть слова, что ломают нас.
***
В офисе было душно. Окна раскрыты настежь, но ветра не было. Вика сидела за своим столом, перебирая очередные кипы бумаг. Помимо неё в кабинете находился Холмогоров. Мужчина вальяжно сидел по другую сторону стола, широко расставив ноги, с сигаретой в зубах. На коленях у Космоса лежал «Коммерсантъ», развёрнутый на второй полосе. Холмогоров смотрел в одну точку уже минут пять и молчал. Газета давно не перелистывалась, а сигарета не была закурена. Вика чувствовала это напряжение всем телом и далеко не в первый раз. Такая атмосфера длилась уже несколько недель. Белова знала, в чём дело, но помалкивала. Космос нутром чуял, что Белый что-то не договаривает. Чувствовал, что Саша вёл дела с людьми, о которых даже не упоминал. Это Космоса не устраивало — Космос в тени быть не привык, а потому реагировал крайне остро. Вика уже несколько месяцев пыталась оформить их совместный бизнес с Фархадом в легальное русло. Поставки алюминия — это было только прикрытие, и Вика прекрасно об этом знала. Знала, что внутри этих контейнеров, которые шли из Душанбе в Москву, лежал совсем не алюминий. Космос наконец перевернул страницу газеты, но взгляд всё равно уходил в сторону. Потом он резво сложил «Коммерсантъ» вчетверо и кинул на стол. — Вик, — голос мужчины был спокойным, но в нём всё же прослеживался холод. — М-м-м? — Вика не подняла головы, продолжая водить ручкой по бумаге. — Ну сколько можно с этими бумажками возиться? Белова отложила ручку и подняла глаза на Холмогорова. Посмотрела на него внимательно, чуть прищурившись. — Столько, сколько надо, Космос. — Вика вернула своё внимание к документам. На это Космос ухмыльнулся, выпрямился на стуле, параллельно доставая из кармана спички, и наконец прикурил. Глубоко затянулся и выпустил дым в потолок. — Да кому они нужны, эти фантики? — Холмогоров кивнул на стопку бумаг. — Ты на улицу выйди и посмотри, что там творится. Сейчас прав тот, у кого ствол. А все остальные — лохи. Вика вновь раздражённо отложила ручку в сторону. Теперь она смотрела на мужчину в упор. — Кос, — сказала она тихо, но достаточно чётко, — хочешь до старости с пистолетом по зонам мотаться? Космос кривился, но взгляда не отводил. Он чувствовал, что она могла быть права, и это бесило его ещё больше. Но в конечном итоге большая уверенность в своей правоте его не покидала. — А ты че, думаешь, эти фантики меня спасут? Когда придут люди с автоматами, я им твои бумажки покажу? «Вы чего, мужики, мы по закону»? Да хер там плавал, Виктор. Эти разбираться не будут: ствол к виску — и прости-прощай. — Если всё грамотно сделать — спасут. — Вика продолжала настаивать, взяв в руки документы. — Вот смотри, объясняю для особо тупых. Это учредительный договор для фонда «Реставрация». Это лицензия на экспортно-импортные операции. Это разрешение Госкомимущества на аренду складских помещений. Если, повторюсь ещё раз, это всё правильно оформить, у ментов нет оснований даже в дверь постучаться. — Менты, — Космос ухмыльнулся, стряхивая пепел на пол, не глядя, попал ли в пепельницу. — Вик, ты в каком мире живёшь? Ментам сейчас ничего этого не надо. Им или бабло давай, или они сами придут и всё заберут. А твои бумажки они в лучшем случае в сортир спустят. Космос медленно встал и подошёл к окну, выходящему на оживлённую улицу. Там, внизу, во двор въехала чёрная «Волга». Космос проводил её взглядом, рука мужчины машинально потянулась к поясу, где под пиджаком таился пистолет. От внимания Беловой этот жест не ушёл, а потому она следом встала со своего места и подошла, встав бок о бок рядом с другом. — Ты чего напрягся? Неужто менты уже нагрянули? — шутка вышла неудачной и совсем не подходящей для данного момента. Холмогоров не успел дать ответ, как дверь в кабинет резко открылась. В дверном проёме показался Пчёлкин в сопровождении двух амбалов — крепких парней на вид лет по двадцать пять, в одинаковых чёрных куртках. Мужчины встали на полшага позади Вити. Космос медленно повернулся от окна, хмуро глядя на гостей. Переводя взгляд с Вити на мужчин и обратно, Холмогоров словно приценивался, сколько у него уйдёт времени на то, чтобы достать пушку. — Кос, выйди. — без приветствий заявил Витя, проходя глубже в кабинет. Космос с места не сдвинулся, продолжая угрюмо смотреть на друга и сопровождавших его людей. Напряжение в кабинете росло, обещая вот-вот задушить всех присутствующих своей густотой. — Кто такие? — Космос кивнул на мужчин. — Люди Фархада. — Пчёлкин взгляда не отвёл, продолжая зрительный поединок с Холмогоровым. — А Белый знает? — Кос, повторяю: выйди. Потом перетрём это между собой. Прошло ещё несколько секунд до момента, пока Космос не сдвинулся с места. Мужчина усмехнулся — той самой кривой усмешкой, которая всегда появлялась на его лице перед тем, как он делал что-то, о чём потом жалел. Обходя Вику, Холмогоров замедлился и, наклонившись к самому уху девушки, проговорил тихо, так, чтобы слышала только она: — Смотри, Вик. Не заигрывайся с их бумажками. Фархад этот — он не наш. И нашим никогда не будет. Вика посмотрела на Космоса серьёзно, пронизывающе, но ничего не ответила. После того, как мужчина покинул пределы кабинета, в нём всё ещё были слышны его шаги — громкие, резкие и злые. Вика наконец смогла обратить своё внимание всецело на Витю. Тот, в свою очередь, убедившись, что Космос ушёл, попросил мужчин оставить их на пару минут. А сам медленно подошёл к девушке, наконец захватив её внимание. Лёгким движением мужчина взял Белову за подбородок, слегка приподнимая её голову, заставляя смотреть себе прямо в глаза. Приблизившись к её лицу, он коротко, по-хозяйски поцеловал Вику в уголок губ — даже столь мимолётным жестом заставляя девушку тяжело дышать и желать большего. — Привет, — прошептал Пчёлкин на расстоянии нескольких миллиметров от губ девушки. — Привет, — Белова мягко убрала его руку, но сдержать лёгкую улыбку, коснувшуюся уголков её губ, не смогла. — А предупредить? — Не успел, — Витя кивнул на дверь, за которой их всё ещё ждали двое мужчин. — Они без звонка прилетели. Сказали, мол, срочно. Фархад велел доверять только мне, вот я и привёз. — И чего хотят? — Вика отвернулась к столу в поисках нужной папки с документами. Признаться, на столе творился небольшой хаос, а потому так быстро папку не отыскать. — Контракт подписать. Поставки на следующий месяц, если быть точным. Саня сказал, что ты глянешь, всё проверишь, и если всё нормально — то подпишем. Вика взяла со стола нужную папку и, раскрыв её, начала шустро пробегать взглядом по тексту. — Когда они приехали, говоришь? — Сегодня утром. В Домодедово сели и сразу ко мне. — А Саша где? Витя мялся. Отводил взгляд и почесывал затылок — явный признак того, что человек что-то не договаривает, пытается утаить. — Саня занят. Встреча у него, — в итоге выдал Пчёлкин, всё ещё не поднимая взгляда на девушку. — С кем? — не отставала Белова. Витя молчал. Белова вздохнула, потому что знала этот его взгляд. В душе закрадывалась обида на них за то, что они так с ней поступают. Ведь она для парней делала абсолютно всё, чего бы тем ни пришло в их бредовые головы. А чем они ей отплачивали? Недомолвками и отнекиваниями? Не важно, пытались ли они её уберечь или ещё не до конца осознавали, что она уже взрослая и достаточно умная, чтобы доказать, что является профессионалом в своём деле. — Ладно, — коротко бросила Вика. — Зови. Она отложила обиду на второй план и, стараясь сейчас ни о чём таком не думать, мягко улыбнулась, смотря на Витю. От этой улыбки у мужчины до сих пор замирало сердце, сколько бы раз он её ни видел, сколько бы они ни были вместе. Пчёлкин открыл дверь и жестом пригласил мужчин войти. Они медленно вошли в кабинет, обводя его взглядом. Один из мужчин представился Рустамом, второй — Шухратом. Говорили они чисто, почти без акцента. Оба в дорогих костюмах, с золотыми перстнями на пальцах. От них пахло дорогим парфюмом и чем-то восточным — может быть, пряностями, может быть, деньгами. Тот, кто представился Рустамом, сел за стол напротив Вики и положил перед ней на стол кожаный портфель, из которого достал документы. Шухрат же остался стоять у двери, сложив руки в замок за спиной. На поясе под пиджаком у него чётко прорисовывался силуэт оружия. Вика старательно отводила взгляд, дабы лишний раз не пялиться в ту сторону. К наличию оружия девушка уже давно привыкла, носила его сама, а потому факт его нахождения в данную минуту её вовсе не смущал. Просто Белова знала: если у собеседника при себе пистолет, лучше всегда быть настороже. — Виктория Николаевна, — Рустам улыбнулся, но та улыбка была больше похожа на оскал. — Фархад Гафурович много о вас рассказывал. Говорит, вы очень умная женщина. — Приятно слышать, — Вика улыбаться и не пыталась, сохраняя профессиональное выражение лица. Девушка взяла лежащие перед ней документы и начала медленно и досконально их просматривать. — Надеюсь, рассказывал исключительно хорошее. Рустам усмехнулся и достал из кармана пиджака золотой портсигар. Открыв его, он предложил Вике, но та покачала головой — ведь только недавно выкурила пару-тройку сигарет за разговором с Холмогоровым. — Фархад Гафурович уважает вашего брата, — произнёс Рустам, выпуская дым. — Говорит, Александр — настоящий мужчина. Слово держит, дела делает чисто. — Мы стараемся, — сухо ответила Вика, не отрывая взгляда от бумаг. Девушка читала весьма быстро, но не менее вкрадчиво, цепко выхватывая главное. Пункт за пунктом. Суммы, сроки, проценты. Всё шло как и договаривались, и лишь в конце взгляд зацепился за новый раздел, которого доселе не было. Белова нахмурилась. — Что это? — девушка подняла глаза на собеседника, тыча пальцем в нужный пункт. — Дополнительные условия. Фархад Гафурович считает, что раз объёмы растут, то и наша доля должна увеличиваться. — Мы договаривались на тридцать процентов. Здесь же написано сорок, — Белова сдерживалась, сохраняя как лицо, так и ровный, спокойный тон. — Рынок меняется, Виктория Николаевна, — Рустам лишь развёл руками. — Дорога дорожает, люди тоже хотят есть. — Люди Фархада и так неплохо зарабатывают, — Вика отложила документы и посмотрела на мужчину в упор. Рустам вновь затянулся, медленно выпуская дым. Посмотрел на девушку с интересом, как на диковинного зверя. — Вы смелая женщина, — произнёс он снисходительно. В голосе слышались нотка уважения и, может быть, даже удивления. — Я просто юрист, который читает, что написано. И если Фархад Гафурович хочет пересмотреть условия — пожалуйста, но для этого нужны переговоры с моим братом. А не такие условия подписания важного документа на коленке. В кабинете повисла звонкая тишина. Шухрат, всё ещё стоящий у двери, слегка напрягся. Напряжение сквозило в его позе, в том, как были напряжены его руки и челюсть. Пчёлкин сделал шаг вперёд и обосновался рядом со стулом Беловой, чуть сзади. В разговор он не вмешивался, но давал понять, что он рядом и чтобы ни сказала Вика — он всё поддержит. Рустам перевёл взгляд с Вики на Витю и обратно, вновь усмехнулся. — Хорошо, — произнёс он, затушив сигарету о край пепельницы. — Я передам ваши слова Фархаду Гафуровичу. Пусть решает сам. Мужчина аккуратно собрал документы и засунул их обратно в портфель. Поднявшись со стула, он поправил свой пиджак. — Всё-таки Фархад Гафурович был прав — вы умна. — Кивнув Вите, он удалился из кабинета. Когда дверь закрылась, Витя подошёл ближе к Вике и, прислонившись вплотную к столу, скрестил руки на груди. Он смотрел на неё с необычайным уважением и гордостью. Она всё так же не переставала его удивлять. Его девчонка. — Чего на меня смотришь? — спросила Белова, убирая за ухо прядь выбившихся волос. — На тебя невозможно не смотреть, Викуль. С такими волчарами разговаривать — и ноль страха. Я бы на твоём месте… — Ты бы на моём месте ствол достал, — перебила Вика. — А так хотя бы договорились. — Договорились? Да ты их так развернула, что они ещё долго это вспоминать будут. — Я всего лишь сказала им о том, что им следует поговорить с Сашей. Вот и всё. Никого я не разворачивала, это разные вещи. Пчёлкин молчал. Он смотрел на девушку долго, пристально. После протянул руку и коснулся её щеки, большим пальцем аккуратно проведя по скуле. — Ты знаешь, что Фархад сейчас в Душанбе? Саня к нему не полетит. Не сейчас. — Почему? — Потому что сейчас время такое, всё меняется. Причём каждый грёбаный день. И если упустишь момент — тебя раздавят. И Саня это понимает. — А ты? — А я стараюсь не думать. Просто делаю что надо. Вика встала из-за стола и прижалась к Вите. Тот уткнулся ей в волосы. Девушка чувствовала, как он дышал — глубоко и тяжело, словно на нём неподъёмный груз. — Вить, — тихо прошептала Вика, — что происходит? Я вижу, вы с Сашей что-то не договариваете, Космос на взводе. Эти люди из Таджикистана прилетают без предупреждения… — Всё нормально, — перебил Пчёлкин, не отпуская её из своих рук. — Рабочие моменты. Тебе не нужно об этом беспокоиться. Вика замерла. Эти слова били её больнее, чем если бы он ударил её по-настоящему. Она несколько месяцев почти безвылазно сидела с этими «рабочими моментами», оформляла их дела, рисковала своей репутацией, своей свободой в конце концов. И всё, что она получала, — это «не нужно беспокоиться». Девушка отстранилась и посмотрела Пчёлкину в глаза. — Вить, — голос по-прежнему оставался спокойным, но внутри всё закипало, — я не только сестра Саши и твоя девушка. Я — ваш юрист, ваш адвокат. Всё, что вы делаете, проходит через мои руки. Разве я не имею права знать всё, что происходит? Ты думаешь, я не догадываюсь? — Вик, ты умная, я знаю. Но есть вещи, в которые тебе лучше не лезть. Не потому что я тебе не доверяю, а потому что… — он замолчал, подбирая слова. — Потому что если что-то пойдёт не так, я не хочу, чтобы ты была в этом замешана. — Я уже замешана, — голос сорвался на крик. — Я уже давно замешана. С того самого дня, как согласилась вам помогать, — уже тише произнесла девушка. — Просто доверься мне, — произнёс мужчина. — Хорошо? Вика молчала. Ей совсем не хотелось с ним сейчас ссориться, хоть эта тема зудела у неё уже очень давно, не давая покоя. Белова кивнула. — Хорошо. Пчёлкин вновь обнял её, ещё крепче, чем в первый раз. Вика чувствовала, как билось его сердце — сильно и часто. Она знала, что он не скажет ей правду. Не сейчас. Может быть, никогда. Но она всё равно кивнула, потому что если бы она начала задавать вопросы, ей пришлось бы отвечать на них самой. А ответы ей вряд ли понравились бы.***
Прошло три дня. Наступили долгожданные выходные, которые в Викиной работе бывали крайне редко. Потому, несмотря на погоду, что явилась в Москву с хмурой осенней прохладой, Белова всё же решила прогуляться, дабы побыть наедине со своими мыслями. Присев на лавочку в первом же парке, девушка достала пачку сигарет и, прикурив, смотрела вдаль, размышляя о насущном. В голову то и дело лезли мысли о сделке с людьми Фархада, конфликте в семье Самойловых и других, не менее важных нюансах на работе. Все мысли, как одна, словно сговорившись между собой, лишь навевали уныние. Череду неприятных мыслей прервал мужчина, севший на ту же скамейку, что и Вика. Девушка решила не обращать внимания и продолжила всматриваться в серые здания, что виднелись вдалеке, пока до ушей не донёсся чужой голос, явно обращавшийся к ней: — Виктория Николаевна? — мужской голос был достаточно тихим и вкрадчивым. Вика медленно повернулась и настороженно оглядела собеседника. Рядом сидел весьма статный мужчина в явно дорогом сером костюме. С притворной улыбкой на лице тот с интересом смотрел на Белову. — Я вас знаю? — удивлённо спросила девушка, выкидывая бычок в урну неподалёку. — Вы, скорее всего, меня не знаете, но я знаком с вашим братом и знаю вас. И у меня к вам весьма выгодное предложение. Всё, что от вас требуется, — это выслушать меня. — Я не решаю важные вопросы в неформальной обстановке, извините. И мне уже пора идти. Если ваше предложение и правда такое выгодное, то жду вас у нас в офисе, там всё и обсудим. До свидания. Прежде чем Вика успела уйти, мужчина достал из внутреннего кармана своего пиджака визитку и протянул ей, не прекращая наигранно улыбаться. — Вот. Позвоните, поговорим. Это в ваших же интересах. Вика осторожно взяла визитку и всмотрелась в текст на ней. Там — название какого-то фонда, имя и номер телефона. Казалось бы, ничего криминального. Но в душе Белова понимала, что всё это не случайность и так просто ей теперь не выкрутиться. Идя вдоль парка, девушка выкинула визитку в очередную урну, стоящую рядом с лавочкой, но номер на ней она запомнила.
