29 going on 30

Пятница, 29 марта 2024 года — Как ты думаешь, почему Ю Джунхёк ненавидит, когда я называю его сэр? — Ким Докча пригласил Ю Сангу на их следующее свидание за ланчем. Они сообразили, что расстояние между его офисом и ее кабинетом не так уж велико, поэтому начали вместе обедать раз в неделю по пятницам. Это помогло Ким Докче вести светскую жизнь помимо своего босса и помогло Ю Санге избежать многочисленных ухажеров, которые преследовали ее, как будто им за это платили. Ю Санга пожала плечами. Она проглотила кусочек еды, прикрыв рот рукой, и сказала: — Наверное, потому что он знает, что ты говоришь это, чтобы позлить его? Ким Докча внезапно рассмеялся. — То есть иногда да… но в других случаях я стараюсь вести себя уважительно. — Скажи это один раз в шутку, и это навсегда останется шуткой, — многозначительно произнесла Ю Санга. Он знал, что она права, но всё равно не хотел признавать правду. — Его на удивление легко дразнить, — со вздохом сказал Ким Докча, ковыряя вилкой в тарелке. — Я ничего не могу с собой поделать. Просто слегка поддразниваю его. А… может, мне стоит остановиться? — Немного поддразнивания — это нормально, — ответила Ю Санга. Она улыбнулась ему. — Если вы слишком официальны, атмосфера становится напряжённой. Если вы слишком неформальны, всем становится некомфортно. Скажи, ему некомфортно? Доверился бы ты ему, если бы ему было некомфортно? Ким Докча на секунду задумался. Его лоб нахмурился. Ю Джунхёк не был пассивным, но знал ли он, как правильно отчитать Ким Докчу? Знал ли он вообще, как это делается? Внезапно Ким Докча почувствовал себя виноватым. Он вздохнул. — Может, мне стоит кое-что прояснить с ним.

***

Ким Докча ёрзал на месте, стоя за закрытой дверью Ю Джунхёка. В тот момент он слишком много думал. За свою жизнь Ким Докча убедился, что он не самый приятный человек в общении: обычно тихий, с узким кругом интересов и слишком сообразительный, так что, когда он говорил, люди любили искажать его слова, считая их неуважительными. Особенно теперь, когда он стал взрослым, его слова искажали те, кто, казалось, хотели не понимать его. Он надеялся, что Ю Джунхёк не из таких людей, потому что на самом деле ему нравилось с ним разговаривать, даже несмотря на то, что тот вёл себя как придурок. Ким Докча видел, что в глубине души Ю Джунхёк добрый, даже несмотря на то, что снаружи он холоден. Поэтому он нервничал, когда сам поднимал эту тему, потому что, сделав это, он открывал себя для боли. Спустя целую минуту он постучал. — Войдите, — сказал Ю Джунхёк приглушённым голосом. Был час дня, так что Ким Докча пробыл там всего час. Ему нравилось работать в кабинете Ю Джунхёка, и он пользовался им чаще, чем арендованным офисом. Ким Докча вошёл. Он посмотрел на Ю Джунхёка, и слова застряли у него в горле. Ким Докча нервно сглотнул. Должно быть, паника отразилась на его лице, потому что глаза Ю Джунхёка слегка расширились. — Что такое? — спросил молодой человек с лёгким беспокойством в голосе. По какой-то причине это помогло Ким Докче остановить поток мыслей и выйти из ступора. Он поправил позу, взглянул на Ю Джунхёка, откашлялся и с наигранной уверенностью спросил: — Мы прошли половину 90-дневного испытательного срока, — начал он, а затем, сделав паузу, продолжил: — Я хотел узнать, как у меня идут дела и есть ли у вас какие-либо замечания. Я хотел бы знать, что я могу сделать лучше. Ю Джунхёк вздохнул. Он посмотрел на Ким Докчу, нахмурив брови, а затем сказал: — Ты подходишь. Ким Докча моргнул. — А как я мог бы сделать лучше? Ю Джунхёк, казалось, потерял дар речи. Ким Докча продолжил: — Это может быть что угодно, маленькое или большое, — сказал он, побуждая Ю Джунхёка ответить. — Если только я не идеален, тогда, конечно, слова не нужны. С невозмутимым выражением лица Ю Джунхёк потянулся через стол, взял блокнот и ручку и бросил их Ким Докче. Старший мужчина поймал их и, склонившись над столом, стал что-то писать, поглядывая на Ю Джунхёка. — Ты меня раздражаешь, — сказал Ю Джунхёк. — Сильно, очень сильно раздражаешь. — Да, это входит в должностные обязанности. — Помолчи, — буркнул Ю Джунхёк. — Я бы сказал, следи за своей речью, но, похоже, это неотъемлемая часть твоего характера, так что ничего не изменится. Ты высокомерный и импульсивный. Да, и неуважительный к тому же, но ты без проблем ведёшь себя вежливо с моими коллегами, что ещё больше меня бесит. Молодой человек пристально смотрел на Ким Докчу. Ким Докча робко улыбнулся ему. — И это всё? — Нет. — Тогда, конечно, продолжайте унижать меня. Ю Джунхёк сказал: — Ты сам напросился. — Я попросил конструктивной критики, — сказал Ким Докча. — Что я могу сделать, чтобы улучшить жизнь тебе, а значит, и себе? — Я к этому иду, — проворчал Ю Джунхёк. — Твоё высокомерие и импульсивность — признаки твоего ума и острого инстинкта. И ты не стесняешься задавать вопросы, что лучше, чем у предыдущих менеджеров, которые были либо ещё более высокомерными, чем ты, либо слишком робкими. Ты ведёшь себя неуважительно, но знаешь, как вести себя хорошо, так что с этим я могу работать. — Интересный способ превращать недостатки в достоинства, — пошутил Ким Докча, делая краткие пометки. Однако он ещё не услышал ничего, что мог бы улучшить. У него было такое чувство, что ему придётся читать между строк. — А ты иногда бываешь слишком властным. Однако, — продолжил молодой человек, и его голос слегка смягчился, — ты не относишься ко мне как к дойной корове. Ты относишься ко мне как к… От этих слов у Ким Докчи в груди словно что-то сжалось. Он нахмурил брови. — Например, что? Ю Джунхёк откашлялся, прикрыв рот локтем. Он помолчал ещё секунду, а затем ответил: — Человеку. Внезапно почувствовав себя неловко, Ким Докча выпалил, не успев прикусить язык: — Как я могу относиться к тебе как к дойной корове, если моя зарплата сопоставима с той, что я получал на предыдущей работе, а при этом я в три раза больше устаю? Ю Джунхёк глубоко вздохнул. — О, так ты делаешь это ради забавы? Я всегда могу убавить громкость. — Хм, — Ким Докча закатил глаза и выпрямился, держа в руке блокнот. Он посмотрел на Ю Джунхёка сверху вниз и сказал: — Конечно, сделаешь. — Вот оно, высокомерие. Ким Докча рассмеялся. — Если бы ты мог заглянуть в мой мозг, я сомневаюсь, что ты назвал бы меня высокомерным. — А стал бы я? Улыбка пожилого мужчины, оставшаяся после его смеха, померкла. Он сглотнул густую слюну. Затем Ким Докча сказал: — Полагаю, я прошу слишком многого, когда требую похвалы? Губы Ю Джунхёка изогнулись в едва заметной улыбке. — Подождём до середины мая, а там посмотрим. — Ю Джунхёк отмахнулся от него. — Иди. Мне нужно кое-над чем поработать. Однако Ким Докче хотел сказать ещё кое-что. — Ты всегда говоришь, что я тебя раздражаю, — спросил Ким Докча, — но ты бы сказал мне, если бы я зашёл слишком далеко, верно? Или если бы я был близок к тому, чтобы зайти слишком далеко? Последнее, чего я хочу, это, эм… Ю Джунхёк усмехнулся, не отрываясь от компьютера и что-то набирая в строке поиска. — Если бы ты действительно выводил меня из себя, я бы уволил тебя ещё до того, как ты приступил к работе, — сказал он, а затем добавил: — Я дам тебе знать, если ты перейдёшь границы, идиот. Конечно, дам. Разве я похож на человека, который будет терпеть то, что считает невыносимым, если может что-то с этим сделать? На губах Ким Докчи появилась искренняя улыбка. — Так почему же ты злишься, когда я называю тебя «сэр»? — Я… Ким Докча рассмеялся, прикрыв рот рукой. Его плечи затряслись, мышцы расслабились, когда он понял, что Ю Джунхёк — это воплощение грубой внешности и мягкого характера. Ну ладно, может, и не мягкий, но… Поддразнивая Ю Джунхёка, он сказал: — Эй, сэр, это потому, что вы чувствуете себя старым, да? Или потому, что вы думаете, что я шучу и проявляю неуважение? Я имею в виду, да, иногда я проявляю неуважение, но совсем немного. Если вы хотите, чтобы я серьёзно называл вас «сэр», я могу это исправить. Рука Ю Джунхёка крепче сжала мышь, и он по ошибке нажал на видео, которое начало воспроизводиться на полной громкости. Ким Докча рассмеялся и поспешил выключить его. Когда видео закончилось, Ким Докча спросил: — Серьёзно, почему ты так злишься, когда я называю тебя сэром? Ю Джунхёк поднял взгляд на Ким Докчу, переводя его с него на другого. — Это… не моё. Звучит странно. — Хорошо, — сказал Ким Докджа легким тоном, как будто он не верил Ю Чжунхюку, хотя на самом деле верил. Он просто хотел еще немного подразнить. — Я не буду называть тебя так. Я буду звать тебя более небрежно. — Я и не говорил, что это нормально. — А, так ты не против Джунхёка-сси? — Это… ладно. Просто придерживайся этого, ради всего… — Ю Джунхёк закрыл глаза и потёр висок. — Убирайся. Почувствовав, что Ю Джунхёк уже на пределе, Ким Докча ушёл. В конце концов, им нужно было готовиться к конкурсу на следующий день, так что у него не было времени на поддразнивания.

***

Суббота, 30 марта 2024 года На следующее утро Ким Докча вышел из отеля, в котором они остановились на время соревнований. Он забронировал два отдельных номера: один для себя, другой — для Ю Джунхёка. Площадка для соревнований находилась прямо через дорогу, поэтому отель идеально подходил, чтобы сократить время в пути. Ю Джунхёк сначала поворчал, но Ким Докча был уверен, что он будет рад тёплой постели прямо через дорогу, а не необходимости ехать домой после долгого дня. Однако, когда они приехали в отель, чтобы заселиться до начала соревнований вечером, возникла проблема. — У нас есть для вас только один номер, сэр, — уверенно сказала девушка на ресепшене. Ким Докча почувствовал взгляд Ю Джунхёка. — У меня есть письмо с подтверждением, — сказал Ким Докча. Он показал ей свой телефон. — Номера 810 и 812. Она посмотрела на письмо, а затем снова на экран компьютера. Она нахмурилась, а затем ещё два раза переводила взгляд с одного на другого. — Понятно, — сказала она. — Должно быть, это системная ошибка. Прошу прощения. Давайте посмотрим, чем я могу вам помочь, хорошо? — Не торопитесь. Она пощёлкала мышкой. Ким Докча оглядел вестибюль. Он был оформлен в чёрных, светло-серых и тёплых коричневых тонах, с редкими красными акцентами в виде свежих цветов, которые наполняли помещение ароматом. Очень изысканно, отметил он, и очень стильно, но не для него. — Хорошо… — медленно произнесла администратор. Она явно сдерживалась, чтобы не поморщиться, глядя на них. — У нас все номера заняты. Боюсь, что единственный номер с двуспальной кроватью, который мы для вас забронировали, — это всё, что у нас есть. Однако мы можем полностью вернуть вам деньги за двухдневное пребывание, а также предложить ваучеры на двухдневное проживание в роскошных условиях со всеми удобствами. — Это не идеальный вариант, — прямо сказал Ю Джунхёк. Женщина перевела на него взгляд, широко раскрыв глаза и словно заворожённая. Она открыла рот, чтобы снова заговорить, но Ким Докча поднял руку, чтобы мягко прервать её и избавить Ю Джунхёка от раздражённого ворчания. — Мы примем ваше предложение, спасибо, — с улыбкой сказал Ким Докча. Он склонил голову набок и посмотрел на Ю Джунхёка. — Не волнуйся, я буду спать на полу. Женщина кивнула, переводя взгляд с одного на другого. На её губах появилась лёгкая улыбка, когда она повернулась, взяла небольшой бумажный пакет с карточками-ключами внутри и сказала: — Ваш номер 810. Лифты находятся в дальнем конце большого зала — их невозможно не заметить. — Спасибо, — снова улыбнулся Ким Докча. — Я должен получить ваучеры по электронной почте? — Да, сэр, — ответила она. — Отлично. Хорошего дня, и большое вам спасибо за помощь, — сказал Ким Докча и ушёл. Ю Джунхёк последовал за ним. К тому времени, как они подошли к лифтам, молодой человек стал нервничать и ещё больше раздражаться. — Говори, — вздохнул Ким Докча. — Флиртуешь с ней? Серьёзно? — выпалил Ю Джунхёк. — Она не собиралась волшебным образом создать комнату только потому, что ты хлопал ресницами. Ким Докча опешил от неожиданности. Он поднял взгляд на Ю Джунхёка, который пристально смотрел на серебристые двери лифта. Когда они открылись, он первым вошёл внутрь, прислонился к стене и бросил на Ким Докчу тяжёлый взгляд. — Подвёл глаза?! — Ким Докча воскликнул приглушённым голосом, как будто это было чем-то возмутительным. Для него это было так. — Я не подвожу глаза! Я просто был вежлив! — Хорошего прекрасного дня, — съязвил Ю Джунхёк, опустив ресницы и взмахнув ими так, как это делал Ким Докча, прощаясь с администратором. — Спасибо большое за вашу помощь. — Я так не говорю. — Но да, — возразил Ю Джунхёк. Ким Докча нахмурился, войдя в лифт. Он встал напротив Ю Джунхёка, уперев руки в бока. Затем, осознав, что выглядит как злая мамаша, он опустил руки и с трудом подавил желание поёрзать. — Я просто хотел быть вежливым, — многозначительно сказал Ким Докча. — Тебе стоит как-нибудь попробовать. Двери за ним закрылись. Они стояли друг напротив друга. — Я достаточно милый. — Неужели? — саркастически спросил Ким Докча. Ю Джунхёк усмехнулся. — Значит, ты действительно не замечаешь… — Что заметить? — снова растерянно спросил Ким Докча. — Что я мог упустить? — Неважно… — сказал Ю Джунхёк, качая головой. — Ладно, чудак. Ким Докча вздохнул. Лифт звякнул, когда они добрались до нужного этажа. Ким Докча развернулся и тут же столкнулся с незнакомцем, который быстро заходил в лифт. Ким Докча растянулся на полу. Незнакомец сердито посмотрел на него. — Смотри, куда идёшь, — холодно сказал мужчина. Ю Джунхёк заговорил, как раз когда Ким Докча решил, что он закроет эту тему и извинится за то, что не присмотрел за ним. — Знаешь, — сказал Ю Джунхёк низким голосом, — прежде чем войти в лифт, нужно дождаться, пока выйдут те, кто в нём едет. Мужчина в замешательстве уставился на Ю Джунхёка, а затем усмехнулся и начал говорить: — Да у тебя кишка тонка… Ю Джунхёк протиснулся мимо него, оттеснив мужчину своим телом. Затем он наклонился, схватил Ким Докчу за руку и рывком поднял его на ноги. — Хорошего дня, — сказал Ю Джунхёк самым безжизненным тоном, который Ким Докча когда-либо от него слышал, и совершенно неискренне. Они отошли от бормотавшего что-то себе под нос мужчины и свернули за угол, чтобы не усугублять ситуацию. Ким Докча поднял взгляд на Ю Джунхёка. На его лице было странное выражение — как будто он не мог поверить в то, что сказал. Затем молодой человек отпустил руку Ким Докчи, как будто она обожгла его, и пошёл вперёд, опережая старшего. Вскоре они добрались до своей комнаты, но Ким Докча всё ещё не мог произнести ни слова. Ю Джунхёк? Защищаешь меня? Фу, я чувствую себя девственницей. Оставив сумки в номере, Ким Докча вздохнул, увидев, что дополнительного постельного белья нет. Он взял телефонную трубку и уже собирался попросить запасное одеяло, когда Ю Джунхёк обошёл его и положил трубку на рычаг. — Ты не будешь спать на полу. Ким Докча был парализован. — Эм? — Просто поспи на кровати, — сказал Ю Джунхёк. — Она достаточно большая для нас обоих. Я не хочу, чтобы завтра ты капризничал и из-за твоего плохого настроения я лишился спонсорской поддержки. Нахмурившись, мужчина постарше сказал: — Это моя реплика. Ким Докча был совершенно сбит с толку предложением спать вместе. Ну, не спать вместе, а спать в одной комнате! В одной кровати, он имел в виду! Но он натурал, так что это не должно стать проблемой. Может быть, это значит, что Ю Джунхёк проникся к нему симпатией, так что это может быть даже хорошо. Ким Докча быстро обдумывал ситуацию. Затем он пришёл к выводу, что Ю Джунхёк был прав. — Хорошо, — согласился Ким Докча. — Тебе какая сторона больше нравится — левая или правая? — Мне всё равно. — Что ж, тогда я займу левую сторону, — заявил Ким Докча, кладя свои вещи рядом с кроватью. — А теперь поспи, или я заставлю тебя принять успокоительное. — Во сколько нам нужно быть на месте? — Через два часа. А если не можешь уснуть, просто отдохни, — сказал Ким Докча, зная, что Ю Джунхёк гораздо лучше реагирует на иллюзию компромисса. — Мне тоже нужно отдохнуть. В конце концов, мне придётся работать сегодня и завтра. Ю Джунхёк лёг на кровать и достал телефон, но быстро отложил его в сторону. Они посмотрели друг на друга. По какой-то причине от мысли о том, что он ляжет в постель другого парня, пока его не будет, Ким Докча густо покраснел. — Я сяду за стол, — быстро сказал Ким Докча. Он поставил ноутбук и сел, не отрывая взгляда от экрана. Ю Джунхёк ничего не сказал и оставил его в покое. Ким Докча был благодарен ему за это, потому что по какой-то причине он был совершенно не готов находиться так близко к своему клиенту. Между ними ничего не было, так почему же он так нервничал? К чёрту всё, забудь об этом! Ким Докча, злясь на себя, заставил себя встать и лечь лицом вниз на свою половину кровати. Его лицо было прижато к подушке, но это была наименьшая из его проблем, потому что он остро ощущал тепло тела, лежавшего всего в нескольких сантиметрах от него. Наступила тишина, а затем Ю Джунхёк спросил: — Почему ты ведёшь себя странно? — Я не хочу с тобой ссориться, — сказал Ким Докча, уткнувшись в подушку. Он отвернулся от Ю Джунхёка, чтобы глотнуть воздуха. — Я нервничаю. Ю Джунхёк на мгновение замолчал. Затем он тихо сказал: — Я чертовски нервничал перед первым выступлением. Но я справился с этим. — Да? — К этому привыкаешь, — сказал Ю Джунхёк. — Все эти люди, шум. Иногда я… — он вздохнул, — … всё ещё нервничаю, особенно перед командными соревнованиями. Я знаю, что люди рассчитывают на меня. Ким Докча сел. Он посмотрел на Ю Джунхёка, который лежал на спине и смотрел в потолок. — Но ведь ты тоже от них зависишь, верно? — спросил Ким Докча. Он заметил, как изменилось выражение лица Ю Джунхёка, словно тот об этом не задумывался. Ким Докча продолжил: — Твои товарищи по команде заботятся о твоём благополучии. Так что можно немного расслабиться и позволить им нести тебя на руках, пусть даже ненадолго. — …Мне нелегко расслабиться. — Я знаю, — сказал Ким Докча, слегка рассмеявшись, прежде чем взять себя в руки. — Иногда мне кажется, что я расслабляюсь слишком сильно, и когда я понимаю, что зашёл слишком далеко, я начинаю паниковать. От этих привычек трудно избавиться. Ю Джунхёк поднял голову и посмотрел на Ким Докчу. — Я дам тебе знать, если ты зайдёшь слишком далеко. Ким Докча слабо улыбнулся. — Я буду на это надеяться. — Я не могу допустить, чтобы ты запаниковал, — сказал Ю Джунхёк, запрокинув голову и снова уставившись в потолок. Он нахмурился, открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, но потом закрыл его. Ким Докча хотел спросить, в чём дело, но не стал настаивать. Момент был слишком хрупким для таких вопросов. Вместо этого Ким Докча сказал: — Я паникую наедине с собой. Не волнуйся. — Ты когда-нибудь паниковал из-за меня? — Совсем чуть-чуть, — рассмеялся Ким Докча, — но это была хорошая паника — та, что заставляет тебя подняться с дивана и сделать что-то, понимаешь? Я так долго прозябал, но работать на тебя было… весело. Мне это действительно нравится. — Это возмутительно. Ким Докча приподнял бровь. — Что? Ты собираешься сделать мне ещё хуже? — Нет, — фыркнул Ю Джунхёк. — Я не злой. — Я знаю, — согласился Ким Докча. — Просто это немного сложно. Слишком чопорно. Взгляд Ю Джунхёка стал жёстче. — Я не привередлив. — Конечно, так и есть, — ухмыльнулся Ким Докча. — Ты и твоя навороченная френч-пресс-кофеварка. И тебе нравится, когда всё делается по-особенному. Ты ещё и очень пунктуален. — Я дисциплинированный. — Угу. Верно. Ю Джунхёк перевернулся на спину и одним ударом ноги сбросил Ким Докчу с кровати. Тот со стоном рухнул на пол. — Ты такой козел… — пробормотал Ким Докча, потирая ушибленную задницу. — Это говоришь ты. Ким Докча встал, подошёл к столу и сел так, чтобы Ю Джунхёк не мог до него дотянуться. — Как жестоко, — прокомментировал он. — Я подам на вас в суд за домогательства. — Тебе нравится эта работа. Не притворяйся. — Я как раз ищу, как на тебя пожаловаться, — поддразнил Ким Докча. Ю Джунхёк проигнорировал его. Ким Докча просто переключался между вкладками в своём веб-браузере, но его клиенту не нужно было об этом знать — по крайней мере, он не воспринял угрозу Ким Докчи всерьёз. И хотя у него болела задница, Ким Докча чувствовал себя гораздо увереннее, чем раньше. В конце концов, за последние полчаса он собрал множество доказательств того, что Ю Джунхёк его не ненавидит. На самом деле ему, возможно, даже нравится Ким Докча — совсем чуть-чуть.