Я (не) должен помнить тебя

Гиперпрыжок был похож на маленькую смерть. Звезды превратились в смазанные линии, а гравитация перестала существовать. В этот момент, когда реальность исчезла, Келус провалился в сон. Там не было ни Экспресса, ни станции. Была лишь бесконечная паутина, сплетенная из фиолетовых нитей, натянутая в пустоте. Он шел по ней, боясь оступиться, и каждый шаг отдавался звоном в ушах. В центре паутины сидела она. Кафка не смотрела на него. Она сидела спиной, её пальто, наброшенное на плечи, скрывало изгибы тела, но он помнил их наизусть. Она играла на невидимой скрипке, и музыка эта была не звуком, а болью. - Кафка! - крикнул он, но голос утонул в вакууме. Она прекратила играть и медленно повернула голову. Очков не было. Её глаза, глубокие и печальные, смотрели прямо в его душу. - Тебе холодно, Келус? - её губы не шевелились, голос звучал внутри. - Этот мир жесток. Но ты должен гореть, чтобы выжить. Она протянула к нему руку. Он рванулся вперед, чтобы коснуться её пальцев, ощутить тепло кожи, вдохнуть её запах... но паутина под ногами лопнула. Он полетел в бездну, а её силуэт растворился в снежном вихре. - Келус! Вставай! Мы прилетели! Резкий толчок. Келус открыл глаза. Сердце бешено колотилось, на лбу выступил холодный пот. Сон был настолько реальным, что он все еще чувствовал фантомное прикосновение холода. - Ты кричал во сне, - заметил Дань Хэн, стоящий у выхода. Он уже надел свое походное снаряжение, выглядя собранным и серьезным, как всегда. - Кошмар, - выдохнул Келус, протирая лицо ладонями. - Просто кошмар.

Двери вагона открылись, и в лицо ударил морозный ветер, несущий с собой колючие снежинки. Ярило-VI встретила их вечной мерзлотой. Бескрайняя белая пустыня, руины прежней цивилизации, торчащие из сугробов, как обглоданные кости. - Бр-р-р! Ну и холодища! - Март 7 тут же задрожала, обхватив себя руками. Она выглядела очаровательно даже в этот момент дискомфорта. Её короткая юбка, совсем не подходящая для такого климата, открывала вид на стройные ноги, которые тут же покрылись мурашками от холода. Плотные колготки едва спасали положение. Она пританцовывала на месте, и её пышная грудь под курткой вздымалась от частого дыхания, вырываясь облачками пара. - Почему я не надела штаны?! - простонала она, её щеки порозовели от мороза, делая её похожей на фарфоровую куклу. - Келус, Дань Хэн, как вы не мерзнете? Келус глубоко вдохнул ледяной воздух. Он обжигал легкие, но эта физическая боль помогала заглушить тоску после сна. - Стелларон греет, - мрачно пошутил он, поправляя воротник плаща. Внутри него действительно горел огонь, но это был не тот огонь, что согревает. Это было пламя тревоги. Он достал телефон. «Нет сигнала». Конечно. Вечная Мерзлота блокировала почти все частоты. Связь с межзвездной сетью была нестабильной. «Я не смогу ей написать», - с ужасом осознал Келус. Он оказался в ледяной клетке, отрезанный от единственного человека, который имел для него значение. - Нам нужно найти цивилизацию, - Дань Хэн сверился с картой. - Вельт и Химеко остались на орбите, чтобы поддерживать связь, но здесь, внизу, мы сами по себе. Будьте начеку. Здесь полно монстров Фрагментума. Они двинулись сквозь сугробы. Снег хрустел под ногами, ветер завывал, словно голодный зверь. Келус шел замыкающим. Он смотрел на спины своих спутников, но мыслями был далеко. Этот холод... он напоминал ему о Кафке. Не о её тепле, а о её безжалостности к врагам. О её холодном расчете. "Ты должен гореть, чтобы выжить", - сказала она во сне. Что это значило? Что он должен сжечь этот мир, чтобы спасти его? Или сжечь себя? - Эй, смотрите! Там кто-то в сугробе! - голос Март вырвал его из раздумий. Она указывала на странную кучу снега, из которой торчали чьи-то ноги. - Похоже на человека, - Дань Хэн напрягся, взяв копье наизготовку. Они подошли ближе. Из снега, отряхиваясь и широко улыбаясь, вылез странный тип с синими волосами. Сампо Коски. - Ох, спасибо, друзья! Думал, так и замерзну насмерть, пока прятался от... кхм, непогоды! - он подмигнул, и его взгляд скользнул по фигуре Март, задержавшись на секунду дольше положенного, прежде чем переключиться на парней. - Я Сампо, местный предприниматель, гид и просто красавчик. Келус смотрел на него с подозрением. Этот человек лгал каждым словом, каждым жестом. Он напоминал ему Серебряного Волка своей игривостью, но в Сампо не было той опасной элегантности, что у Охотников. Он был просто мелким жуликом. - Веди нас в город, - грубо оборвал его Келус. Ему не хотелось тратить время на болтовню. Он хотел тепла. И связи.

Когда они, наконец, увидели Белобог - последний бастион человечества, - Келус не испытал восторга. Огромные стены, защищающие от бури, гигантский обогреватель в центре... Это напоминало тюрьму. Красивую, теплую тюрьму. Они вошли в город. Здесь было теплее. На улицах кипела жизнь, но над всем витал дух обреченности. Пока Март и Дань Хэн договаривались со стражей Среброгривых Стражей, Келус отошел к стене одного из зданий. Он снова достал телефон, надеясь на чудо. Экран мигнул. Одна палочка связи. Слабая, прерывистая, но она была. Он тут же открыл чат. Последнее сообщение от неё: "Веди себя хорошо, Келус. :)" Он начал набирать текст, пытаясь согреть замерзшие пальцы дыханием: «Здесь холодно. Связи почти нет. Мне приснился сон с тобой. Это была ты или мое воображение?» Сообщение висело со статусом "Отправляется..." бесконечно долго. Кружок крутился, издеваясь над ним. Келус гипнотизировал экран, молясь Эонам, чтобы байты информации прорвались сквозь бурю. Наконец, галочка. Доставлено. Ответа не было минуту. Пять. Десять. - Келус! Нас ведут к Хранителю! - позвала Март, махая ему рукой. Её щеки уже отогрелись, и она снова выглядела полной сил. Келус вздохнул и хотел убрать телефон, как вдруг пришел ответ. Не текст. Голосовое сообщение. Всего 2 секунды. Он поднес динамик к уху, прижав его так сильно, что стало больно, и нажал play. Сквозь треск помех и цифровой шум пробился её голос. Тихий, интимный, словно она шептала ему прямо в шею: - Согрейся... Келус. И тишина. По телу пробежала горячая волна, мгновенно вытеснив холод Ярило-VI. Внизу живота сладко потянуло. Она ответила. Она думала о нем. Этот короткий шепот был для него ценнее, чем все сокровища Белобога. Он спрятал телефон во внутренний карман, ближе к сердцу. На лице появилась едва заметная, хищная улыбка. - Иду, - крикнул он Март. Теперь он был готов встретиться хоть с Хранителем, хоть с самим Стеллароном этого мира. У него было её "благословение".