Я (не) должен помнить тебя

Битва утихла. Комиссия по ремеслам, освобожденная от влияния Оленя, погружалась в сонную тишину. -Уф... Мои ноги... -простонала Март 7, плюхаясь прямо на холодный каменный парапет моста. Она с гримасой боли стянула один сапог, а затем и второй, с наслаждением шевеля пальчиками в разорванном чулке. -Героизм -это здорово, но эта плитка просто убийственна! Я больше шагу не сделаю! Вельт деликатно отошел чуть в сторону, якобы изучая повреждения архитектуры, чтобы дать им немного пространства. Келус посмотрел на Март. Она выглядела уставшей, но даже в этой усталости была очаровательна. Он подошел к ней и, не говоря ни слова, опустился на одно колено. -Дай-ка сюда, -тихо сказал он. -Э? Ты чего? -Март попыталась поджать ноги под себя. -Не надо, они же... ну, после боя, потные и вообще! -Не вредничай, -Келус мягко, но настойчиво перехватил её лодыжку. -Если мышцы забьются, завтра ты вообще не встанешь. Он положил её стопу себе на колено. Март вспыхнула, закрыв лицо руками, но сопротивляться перестала. Келус коснулся её ступни. Она была маленькой, удивительно изящной. Высокий подъем, аккуратная, розовая пятка, ровные пальчики с прозрачными ноготками. Даже мозоль от жесткого сапога не портила вид. Келус поймал себя на мысли, что даже её ноги выглядят мило и эстетично, словно кукольные. Он начал разминать её свод стопы. Сначала осторожно, потом чуть увереннее. -М-м-м... -с губ Март сорвался тихий, непроизвольный стон облегчения. Она тут же прикусила губу, испугавшись собственного голоса. -Ой... это... приятно. Келус продолжал массаж, чувствуя под пальцами тепло её кожи и пульсацию венки на щиколотке. Это было странное, будоражащее ощущение. Он касался того, что обычно скрыто обувью, и это доверие с её стороны пьянило не хуже алкоголя. -У тебя очень красивые ноги, Март, -честно, без тени иронии сказал он, большими пальцами проходясь по её подушечкам. Март посмотрела на него сквозь пальцы, её уши пылали. -Ты... ты странный, Келус, -прошептала она, но ногу не убрала. -Спасибо. Закончив массаж, Келус аккуратно опустил её ноги на парапет, но не позволил ей надеть обувь обратно. -Не надевай, натрешь еще сильнее, -сказал он, поднимаясь. Он подхватил её сапожки одной рукой. Они были еще теплыми внутри. Келус, повинуясь какому-то странному, инстинктивному порыву -тому самому, что заставлял его рыться в мусорках в поисках сокровищ, -незаметно поднес обувь к лицу, пока Март поправляла чулки. Он ожидал запаха пота или кожи. Но вместо этого в нос ударил удивительный аромат. Это пахло... морозной свежестью, чем-то сладким, вроде фиалок, и её собственным теплом. Этот запах ударил в голову. Келус глубоко вдохнул, прикрыв глаза. Ему понравилось. Это было интимно, странно и невероятно возбуждающе. Это был запах Её -живой, настоящей девушки, которая бегала рядом с ним, сражалась и доверяла ему. -Келус? Ты чего там завис с моими ботинками? -подозрительно спросила Март, заметив его странную позу. Келус вздрогнул и резко опустил руку с обувью. -Ничего! -быстро ответил он, чувствуя, как горят щеки. -Просто... проверял, не повреждена ли подошва. Всё цело. -А, ну ладно, -Март поверила, хотя и посмотрела на него с сомнением. Келус повернулся к ней спиной и присел. -Залезай, -скомандовал он. -Такси «Первопроходец» готово к отправлению. Сапоги я понесу. -Ура! -обрадовалась Март. Она обхватила его за шею и запрыгнула на спину. Её босые ноги, теперь расслабленные после массажа, обвились вокруг его талии, а грудь прижалась к спине. Келус выпрямился, поудобнее перехватывая её под бедра. В одной руке он сжимал её сапоги, запах которых всё еще щекотал его рецепторы, а другой придерживал её теплое тело. -Ты лучший, Келус! -прошептала она ему на ухо, уткнувшись носом в его волосы. -Знаю, -ухмыльнулся он, шагая вперед. Теперь мысли о Кафке казались какими-то далекими и холодными. Здесь, с Март на спине и ароматом её "следов" в носу, жизнь казалась куда более насыщенной и настоящей. -Эй, голубки, вы идете? -окликнул их Вельт, который всё это время терпеливо ждал у выхода, делая вид, что крайне заинтересован текстурой стены. -Едем, господин Вельт! -крикнула Март. -Курс на ресторан! Возвышенное Святилище Здесь жизнь текла своим чередом, словно войны не существовало. Пахло специями, жареным мясом и благовониями. Фонарики мягко покачивались на ветру. Они нашли уединенный столик на веранде небольшого кафе, с видом на звездное небо и проплывающие вдали грузовые ялики. Вельт, сославшись на то, что ему нужно «изучить местные архивы» (а на деле -давая молодежи побыть наедине), ушел в книжную лавку неподалеку. Келус сдержал слово. Перед Март стояла гора еды: ароматный рис с овощами, "Лисьи пельмени" и огромный стакан молочного чая. -М-м-м! -Март зажмурилась от удовольствия, отправляя в рот первый пельмень. -Это божественно! Келус, ты должен попробовать! Она наколола пельмень на палочку и поднесла к его рту. -Скажи "А-а-а"! Келус почувствовал, как краска снова приливает к щекам. Это было... слишком по-домашнему. Словно они действительно пара на свидании. -Я сам могу... -начал он. -Нет, не можешь! У тебя руки заняты чаем! Ешь давай, а то обижусь! -настояла она. Келус послушно открыл рот и съел угощение. Вкусно. Но еще вкуснее было видеть, как сияют её глаза. -Слушай, Март, -начал он, когда они немного утолили голод. -А ты... ты помнишь что-нибудь до льда? Март перестала жевать. Она отставила палочки и посмотрела на звезды. -Нет, -тихо сказала она. -Только холод. И пустоту. Знаешь, это странно... Все вокруг имеют прошлое. У Дань Хэна оно темное и запутанное. У Химеко -полное открытий. А у меня... я как чистый лист. Иногда мне кажется, что я ненастоящая. Что я просто... придумала себя, чтобы не сойти с ума. Она повернулась к нему, и в её взгляде была такая уязвимость, что у Келуса защемило сердце. -Поэтому я так много фотографирую, Келус. Я боюсь, что если не запечатлею момент, он исчезнет, и я снова останусь ни с чем. Келус поставил свой стакан. Он накрыл её руку, лежащую на столе, своей ладонью. -Ты настоящая, -твердо сказал он. -Ты самая настоящая из всех нас. У тебя нет прошлого, но у тебя есть огромное будущее. И... мы похожи. -Похожи? -она грустно улыбнулась. -Но у тебя есть Кафка. У тебя есть кто-то, кто знает тебя. А у меня -никого. Келус сжал её пальцы. -Кафка -это тень, Март. Я гонюсь за ней, но не уверен, что догоню. А ты... ты здесь. И я знаю тебя. Я знаю, что ты любишь сладкое, что ты храбрая, хоть и боишься призраков. Знаю, что ты смешно морщишь нос, когда злишься. Разве этого мало? Март посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. -Ты умеешь утешать, когда не ведешь себя как одержимый, -мягко сказала она. Она потянулась к своему чаю, но неловко дернула рукой, и капля соуса с уголка её губ не упала, а осталась предательским оранжевым пятнышком на щеке. Келус невольно засмотрелся. Это делало её такой... земной. Такой милой. В его голове мелькнула мысль: «Кафка бы никогда не испачкалась. Она идеальна. Но Март... с ней можно быть неидеальным». -У тебя тут... -он потянулся к её лицу. -Что? Где? -Март попыталась вытереть щеку, но промахнулась. -Дай я, -Келус взял салфетку и очень осторожно, почти невесомо, стер пятнышко с её нежной кожи. Его пальцы задержались на её щеке на секунду дольше, чем требовалось. Март замерла, глядя ему прямо в глаза. Между ними снова возникло то электричество, что и в Комиссии по ремеслам. Но теперь здесь не было опасности, только уютный шум города и запах жасмина. -Спасибо, -выдохнула она, и её голос упал до шепота. -Всегда пожалуйста, -так же тихо ответил он. Келус чувствовал, как внутри него что-то меняется. Образ Кафки, который всегда занимал 100% его мыслей, сейчас потеснился, уступая место этим розовым волосам и разноцветным глазам. -Кхм, -Вельт появился из-за угла с пакетом книг. Он снова сделал вид, что ничего не заметил, но уголки его губ подрагивали. -Надеюсь, вы отдохнули? Нам пора выдвигаться. Март вскочила, чуть не опрокинув стул. -Да! Мы готовы! Полностью! Абсолютно! Она быстро собрала свои вещи, стараясь не смотреть на Келуса, но он заметил, как она улыбается сама себе.

Путь в гостиницу Они шли по ночным улицам Сяньчжоу. Март шла чуть впереди, напевая какую-то мелодию, а Келус шел рядом с Вельтом. -Господин Вельт, -тихо спросил Келус. -А что вы думаете о... долголетии? Вельт посмотрел на проходящих мимо долгожителей Сяньчжоу. -Ты спрашиваешь из-за Стелларона внутри тебя? -проницательно уточнил он. -И из-за Кафки. И из-за... всего, -Келус вздохнул. -Местные живут веками. А мы, люди... мы такие хрупкие. -Долголетие -это проклятие, Келус, -ответил Вельт, глядя на звезды. -Виды-долгожители теряют вкус к жизни. Они впадают в Мару, потому что их память переполняется печалью. А мы, короткоживущие... мы горим ярко. Каждое мгновение для нас ценно, потому что оно может быть последним. Он положил руку на плечо парню. -Не гонись за вечностью, Келус. Цени тех, кто идет с тобой рядом сейчас. Этот ужин, этот смех Март, эта прогулка -это и есть жизнь. Не упусти её в погоне за призраками. Келус посмотрел на спину Март 7. Она остановилась у лотка с сувенирами, разглядывая смешную плюшевую птицу. -Эй, Келус! Смотри! Это вылитый ты! Такой же лохматый! -крикнула она, смеясь. Келус улыбнулся. Искренне, широко. -Сейчас я тебе покажу, кто тут лохматый! -он притворно нахмурился и побежал к ней, собираясь схватить её в охапку. Март с визгом бросилась наутек, лавируя между прохожими. -Не догонишь! Не догонишь! Вельт смотрел на них, качая головой. -Дети... -пробормотал он с теплотой. Келус бежал за ней, и в этот момент он был счастлив. Телефон в кармане молчал. Кафка была далеко. А Март -здесь, на расстоянии вытянутой руки. Но в глубине души он знал: это затишье перед бурей. Скоро им придется спуститься в глубины Комиссии по алхимии, где их ждет правда о том, кто на самом деле стоит за катастрофой. И там ему снова придется выбирать между долгом и чувствами.