Миф

Продолжаю путь, я нервно дергаюсь, все болит, и в правом ухе звенит. Пальцы невольно тянутся к волосам, дергая их нервно, пока я пытаюсь привыкнуть к новым ощущениям внезапной слепоты на один глаз и нахождению в чужом теле, которое до сих пор не слушается. Ноги подкашиваются, дергаясь произвольно, руки творят что им угодно. А лес становится словно все гуще и гуще, легкий теплый ветерок колышет листья на ветках деревьев, создавая приятный шум, соловей поет свою трель, успокаивая и душу, и тело. Остановившись под деревом кипариса, делая глубокий вдох, ложусь на траву, закрыв глаза, устало выдыхая, стараюсь отогнать печали и снять напряжение. Как говорит дедушка, нужно собраться, подумать, а потом действовать. Ночью я хорошо спала и не падала, не билась, не дергалась, а значит, тело меня не слушается, когда я нервничаю. Нужно взять себя в руки и разобраться. Вытянув руки перед собой, я начала рисовать узоры в воздухе. — Я Ника, мне 10 лет, живу с дедушкой, который удочерил меня и вырастил. Я оказалась невесть где, да к тому же в чужом теле. А значит, нужно сначала выйти из леса, найти людей и вернуться домой. Пальцы остановились, не завершив узор. Вяло открыв глаза, продолжаю размышления. — Но остается проблема с телом. Что вообще происходит? Нет. Нужно вернуться домой и рассказать дедушке. Он умный и взрослый и точно поможет мне. Но сначала выбраться. Поднявшись на ноги и стряхивая с плаща мусор, продолжаю путь, наслаждаясь природой, собирая полевые цветы и сплетая их в незамысловатый венок, чтобы отвлечься. Увидев куст ежевики, я подошла к нему, положила венок рядом и начала есть ягоды, пачкая пальцы, губы, щеки и подбородок в сладком и липком соке, едва ли пережевывая и глотая их, пока меня не начало подташнивать. Облизываю пальцы и смотрю на куст. — Нужно набрать с собой, вдруг больше не найду. Вот только куда бы собрать ягоды? Оглянувшись вокруг и пощупав свой плащ и набедренную повязку в поисках чего-нибудь, но так и ничего не найдя, я посмотрела на плащ, брови взметнулись вверх от идеи, а руки уже тянулись, срывая квадратный кусочек ткани. Я начала складывать ягоды и, завязав на узелок, привязала к набедренной повязке. На губах появилась довольная улыбка. Подняв с земли венок, я водрузила его себе на голову. Внезапно вдалеке послышался рев, глаза удивленно округлились, а ресницы захлопали от быстро надвигающегося страха. По телу пробежала дрожь, а рука дернулась. Не долго думая, я начала карабкаться по дереву как можно выше, чтобы спрятаться в кроне. Ноги дрожат, а пальцы отказываются сжимать ветку, усложняя мне путь наверх. Пытаясь сжать ладонь, как назло, она раскрывается, ноги стучат по стволу. Челюсть сжата, зубы скрипят, пока я пытаюсь сесть на ветку, а жуткий рев и страшный топот становятся все ближе. Сердце бьется в ушах от страха перед зверем. Сделав глубокий вдох и выдох, я смогла перекинуть ногу через толстую ветку, усевшись удобно, крепко обнимая ствол, смотрю вниз, широко раскрыв глаза и затаив дыхание. Вдалеке послышался хруст, от которого я рефлекторно сжалась и зажмурилась. Звук поваленных деревьев, птицы, взмывающие в небо, яростно хлопая крыльями, добавляют страха. Открыв один левый глаз, я узрела нечто ужасное, от чего душу воротит. Запах мокрой шкуры и мочи вызывает рвоту. Омерзительное нечто предстало перед моим взором: черная шерсть блестит и дыбом стоит, словно тысячи игл. Зловонное дыхание вырывается из пасти, пока он, словно царь в своем королевстве, идет большой и высокий кабан. Нос дергается, принюхиваясь, а огромные желтоватые клыки обещают расправу без жалости и милости. Слюни текут, глаза широко раскрыты. Сразу видно чудовище, а не зверь, ибо его по-другому не назовешь. Закрыв глаза и не выдерживая этого зрелища, выдыхаю тихонько, чтобы он не заметил. Я зажмурила глаза, чтобы немного успокоиться, забыла, что слепа стала, и по привычке открыла слепой глаз, увидев совершенно иную картину: обычный кабан, окутанный грязью, словно он вобрал в себя всю безумную ярость.Нахмурившись и не понимая, что происходит, решила посмотреть сначала левым, а потом правым, не понимая, как это так? Ужасная и мерзкая реальность, вот только какая настоящая? И так, и так ужасно и страшно все выглядит. Я начала моргать и смотреть то одним, то другим глазом, пока он проходил мимо меня, явно не замечая, как я провожу его взглядом, пока он не скрылся из виду, а я, в свою очередь, продолжаю сидеть на ветке, прижимаясь к дереву в ступоре от страха и не до конца понимая, что происходит и как это работает, где истина и что это вообще было? А также то, что я явно не дома, ведь таких зверей у нас не бывает, не существует. Я сделала глубокий вдох, только сейчас осознав, что не дышала. — Это странно. Очень странно. Чудовище, монстр. Посидев еще немного на ветке, решаюсь слезть: не до конца же жизни мне сидеть тут, нужно поскорее найти людей и разобраться. Как только ноги касаются земли, настороженно начинаю осматриваться по сторонам, аккуратно ступая, и только сейчас понимаю, что мои ноги дрожат от страха. Я продолжаю идти, и лес не кажется теперь уютным и успокаивающим. Ветер стал холоднее, а солнце терялось за густой листвой; каждый шум и треск невольно заставляет вздрагивать.