Хроники войны. Часть I. Блиндаж

На Самайн их наконец-то меняют. Возврат на базу ощущается правильно, как передышка, а вот праздник на фоне монотонных армейских будней выглядит неуместно, как пир во время чумы. Когда на пороге казармы появляется Джинни в сопровождении порочно улыбающегося Малфоя, это будто удар под дых — валит с ног. За время, проведенное ими на передовой, Гарри изучил каждый взгляд и жест блондина: он как будто даже доволен и уж точно не зол, наблюдая за Джинни, упавшей мужу на грудь. Гарри обескуражен и слишком занят своими чувствами, чтобы обратить внимание: Джинни говорит преимущественно о Флёр. Они не могут обсудить открыто — в присутствии других — свой план по отбеливанию репутации, но Гарри знает из прессы, что со своей частью Джинни весьма хорошо справляется. Их встреча больше похожа на встречу старых друзей, и когда после первых тостов Дракон отводит супругов в отдельный юнит, предоставляя возможность уединиться, Гарри чувствует нарастающее внутри раздражение. Что ж, Дракон был не против обсуждения после сближения в блиндаже, но Гарри не смог заставить себя пойти на контакт. Его план — довести жену до оргазма языком как можно скорее и вернуться на вечеринку. Джинни, к облегчению мужа, в исполнении супружеского долга не заинтересована тоже. — Как думаешь, — после некоторого промедления спрашивает она, деликатно разглаживая ладонями мантию на коленях, — уже приемлемо развестись? Гарри даже не оскорблен. Он всегда видел в Джинни достоинство, которого часто не видел в себе самом, и тот факт, что она не развелась с ним сразу после начала войны, хотя и могла, характеризует её с положительной стороны. Однако для них как для четы действительно есть смысл не делать резких движений, пока не установится баланс сил. Теперь, когда Гермиона, с подачи Гарри, стала Министром магии, в то время как сам он ловко и вовремя устранился от выполнения тех же обязанностей, Джинни могла бы реализовать кое-какие свои политические амбиции. Нет, общество бы не осудило её за развод, но лояльность выглядела бы одобрительно в глазах действующей власти, ведь предателей, как известно, никто не любит. Сам Гарри тоже не исключает для себя триумфального возвращения, хотя в последнее время уже и не задумывается об этом часто. — Я ценю твою честность, — с облегчением говорит он, — но давай повременим ещё пару месяцев. В худшем случае за это время ты овдовеешь, и вопрос отпадёт сам собой. — О, Гарри, не говори так, — она действительно переживает, когда обнимает его, но Гарри жизненно необходимо уйти от драмы сейчас, когда спираль его жизни сама собой закручивается в новый виток. — Надеюсь, я не был совсем уж паршивым мужем, — простой тест реальности, он стремится сгладить углы, ведь Джинни зачем-то выбрала именно его много лет назад. — Дело не в тебе, — она тяжело вздыхает, и теперь уже Гарри заключает жену в дружеские объятия: — У тебя кто-то есть? — Все сложно. «Могу себе представить», — понимающе кивает Гарри. Вечеринка в самом разгаре, когда он спускается этажом ниже, чтобы просто понаблюдать за Малфоем лишний часик.