Меч красавицы / 美人剑 / The Beauty's Blade

*альбом с эротическими картиночками. Мало кто в мире мог устоять перед чарующей улыбкой Фу Ваньцин, но у Юй Шэнъянь это получилось. Если не считать легкого трепета вначале, она оставалась совершенно неподвижной – настолько, что ее веки даже не дрогнули, когда Фу Ваньцин села ей на колени. Дело было не в том, что она была женщиной, невосприимчивой к очарованию Фу Ваньцин, а в том, что она была Юй Шэнъянь; Юй Шэнъянь, прославленной главой демонической секты, единственной и неповторимой обладательницей Незримого Меча. Руки Фу Ваньцин обвивали ее шею. Их лица приблизились друг к другу настолько, что между ними почти не осталось пространства, и их поверхностное дыхание смешалось. Одна обжигающая, словно пламя, другая холодная, как лед. Когда эти две женщины, полные противоположности друг друга, оказались вместе, их союз выглядел поразительно гармоничным и невероятно прекрасным. Юй Шэнъянь посмотрела в искрящиеся смехом глаза Фу Ваньцин, но увидела в них лишь свое отражение. Юй Шэнъянь не ответила на вопрос Фу Ваньцин. Она не знала, что это за место, и ей было все равно. Хотя Юй Шэнъянь не сбивала пожилую служанку с ног, однако она все же случайно уронила ее, когда помогала подняться. В качестве компенсации она согласилась остаться на одну ночь в Доме Струящегося Золота. Снаружи сгущались сумерки, и красочные фонарики, нанизанные на тонкие нити, засияли. Хладнокровное и безразличное поведение Юй Шэнъянь только усилило недовольство в сердце Фу Ваньцин. Лидер демонической секты должен быть жестоким, коварным и кровожадным. Но любой человек, повстречавший Юй Шэнъянь на улице, подумал бы, что она просто утонченная молодая госпожа из богатой семьи или прекрасная бессмертная, низвергнутая на землю. Никому бы и в голову не пришло, что она – та самая вселяющая ужас глава демонической секты. Когда Фу Ваньцин пребывала в плохом настроении, ей хотелось, чтобы все вокруг испытывали те же чувства. Такова была ее натура. К несчастью для девушки, она принадлежала семье Фу, и ее отец был выдающимся героем, почитаемым во всем Цзянху. С момента своего рождения она стала символом справедливости, и под пристальным вниманием праведников у неё не оставалось выбора, кроме как соответствовать навязанному образу, не совершая ни одного недостойного поступка. Она много лет подавляла себя и теперь каждый миг после пробуждения жаждала обрести свободу и дать волю своим желаниям. Ее неизменно мучила одна и та же мысль: что, если бы она родилась в демонической секте? Уничтожила бы она благочестивый Улинь Центральных Равнин к этому моменту? Размышляя об этом, Фу Ваньцин заливисто рассмеялась. На мгновение она забыла, что сидит на коленях у Юй Шэнъянь, и когда отклонилась назад, чуть не соскочила с них. Внезапно на ее талию опустились руки, потянувшие ее обратно. Фу Ваньцин подалась вперед и инстинктивно вытянула ладонь, чтобы опереться. Мягкость, которую она ощутила под пальцами, застала девушку врасплох. Она сразу же отдернула руку, будто обожглась, но именно этот резкий жест придал её облику оттенок явного смущения. Разумеется, Фу Ваньцин ни за что бы в нем не призналась. Она снова положила руку на плечо Юй Шэнъянь и наклонилась так близко, что ее губы почти коснулись уха Юй Шэнъянь. Вкрадчивым голосом, в котором слышались игривые нотки, она прошептала: – Ох, Дом Струящегося Золота – место, где мужчины ищут наслаждения и забавы. Конечно, женщины тоже могут прийти сюда, чтобы поиграть с мальчиками. Но вы, последователи секты Изумрудных Вод, – совсем другое дело, – глаза Фу Ваньцин заблестели, ее взгляд был подобен касанию пера, нежно щекочущему само сердце. – Что ты имеешь в виду? – легкое замешательство промелькнуло в глазах Юй Шэнъянь. Фу Ваньцин нежно подула в мочку ее уха. Она не хотела расставаться с холодным ароматом, исходящим от тела Юй Шэнъянь. Однако ее столь глубокое неведение было необыкновенной редкостью, и Фу Ваньцин посчитала своим долгом просветить ее. Сама Фу Ваньцин была частой гостьей в Доме Струящегося Золота, но причина ее визитов отличалась от большинства людей. Она приходила исключительно ради убийств, но со временем тоже кое-что узнала. Фу Ваньцин, словно рыбка, плавным движением соскользнула с коленей Юй Шэнъянь и подошла к одному из шкафов. Открыв его, она выудила стопку альбомов с рисунками. Она громко шлепнула брошюры перед Юй Шэнъянь и невозмутимо села напротив, уверенная, что алый румянец окрасит лицо этой бесстрастной женщины. Она этого ждала. Юй Шэнъянь потянулась за книжкой. Взгляд Фу Ваньцин мгновенно скользнул к ее пальцам. В отличие от ее собственных рук, руки Юй Шэнъянь покрывали тонкие мозоли, оставшиеся от многолетнего владения мечом. Обнаружив этот изъян, Фу Ваньцин почувствовала торжество и удовлетворенно улыбнулась. Страницы громко шелестели. Юй Шэнъянь читала с поразительной скоростью. Она просмотрела одну книжку за время остывания чашки чая*. Ее лицо не выражало ни малейших эмоций, а взгляд по-прежнему оставался холодным и безразличным. *такой отсчет времени характерен для древних времен и жанра уся; определенного эквивалента в минутах нет, примерно – 8-12 минут. Фу Ваньцин вспомнила, как в юности тайком рассматривала подобные альбомы, по-девичьи смущаясь и боясь, что ее поймают за этим делом. Но Юй Шэнъянь переворачивала страницы с таким лицом, будто читала священные писания. Неужели Фу Ваньцин взяла не ту книгу? Подкравшись сзади, она заглянула через плечо Юй Шэнъянь, в тот же миг ее взгляд упал на обнаженную пару – их переплетенные тела.  В комнате было тихо; безмолвие нарушали лишь их размеренное дыхание и шелест страниц. Юй Шэнъянь прочитала последнюю страницу и отложила книгу. – Я закончила, – спокойно сказала она. Фу Ваньцин потеряла дар речи. Через мгновение ее охватило раздражение. – Теперь ты понимаешь, что это за место? Осознаешь, что значит провести здесь ночь? Если хочешь уйти, тебя никто не сможет остановить. – Но я пообещала пожилой госпоже, что останусь, – ответила Юй Шэнъянь. – Хорошо! – в глазах Фу Ваньцин вспыхнул гнев. Она устремила пристальный взгляд на Юй Шэнъянь, процедив сквозь зубы: – Я заплатила ей золото, а значит, я купила тебя на эту ночь. Я хочу поединок. Пойдем во внутренний двор! Я знаю, зачем ты покинула демоническую секту. Если победишь, я отдам тебе лекарство, которое ты так ищешь. Глаза Юй Шэнъянь заблестели. Она знала, что нужное ей лекарство хранилось только в Усадьбе Доблести, и так совпало, что Фу Ваньцин оказалась старшей дочерью этого дома. Но у Юй Шэнъянь были свои принципы и убеждения, и бороться за лекарство она не собиралась. В конце концов она все же покачала головой: – Нет, я не могу сражаться с тобой. – Почему? – Фу Ваньцин посмотрела на нее. Она так явно хотела его. Почему же продолжает себя сдерживать? Безразличие, наконец, спало с лица Юй Шэнъянь, и в ее глазах появилась глубокая чернота. Ее руки, скрытые в рукавах, сжались в кулаки. Четко проговаривая каждое слово, она произнесла: – Незримый Меч покидает свои ножны только для того, чтобы отнять жизнь, а я не хочу убивать тебя. Тот человек сказал ей, что жажда крови поглощает человеческую природу. Она не может лишить жизни, повинуясь кратковременному порыву. – И ты так уверена, что победишь? – Фу Ваньцин фыркнула. Юй Шэнъянь не ответила. Но да, она была уверена. Она оценила мастерство Фу Ваньцин, когда та атаковала ее. Фу Ваньцин была сильнее, чем считали в Цзянху, но сравниться с Юй Шэнъянь она все равно не могла. Юй Шэнъянь никогда не была самоуверенной или высокомерной, однако ее спокойные глаза никогда не ошибались в таких вещах. Взгляд Юй Шэнъянь пригвоздил Фу Ваньцин к месту, оставив ощущение, словно она погребена под тяжестью гор, и это заставило ее задохнуться. Ее меч внезапно был вынут из ножен и приставлен к нефритовой шее Юй Шэнъянь – под лезвием появился тонкий кровавый след. Юй Шэнъянь боялась ее, Фу Ваньцин, или просто смотрела на нее свысока? Оба этих варианта разжигали гнев Фу Ваньцин, но и у нее были свои принципы – она никогда не нападет на безоружного. Под спокойным взглядом Юй Шэнъянь она почувствовала, как ее намерение сражаться сходит на нет.  Разочарованная, Фу Ваньцин вложила в ножны меч и плюхнулась на табурет, совершенно не заботясь о внешнем виде. – Мне все равно. Я уже купила тебя на эту ночь, ты должна меня слушаться. Сколько лет прошло с тех пор, как госпожа Фу позволяла себе такие бесстыдные, похожие на детские капризы, речи? Едва эти слова сорвались с ее языка, она тотчас смущенно поджала губы, её лицо выразило досаду. Юй Шэнъянь проигнорировала ее. – Я обещала той женщине, что останусь на одну ночь, – спокойно сказала она. – Но я не соглашалась устраивать поединок. Фу Ваньцин резко вскочила на ноги и громко спросила: – А если бы сюда пришел мужчина? Сражаться со мной на мечах ты отказываешься, но что насчет того, чтобы разделить постель с мужчиной? Согласилась бы? Юй Шэнъянь бросила на нее взгляд и по-прежнему спокойно ответила: – Но ведь пришла ты. Эти слова заставили сердце Фу Ваньцин на мгновение замереть, однако очень скоро она вернула самообладание. – Юй Шэнъянь, – рассмеялась она, – из нас двоих победителем может быть лишь одна. Мне все равно, хочешь ли ты… – Госпожа. Не успела Фу Ваньцин договорить, как в комнату ворвался мужчина в сером, вытирая пот со лба и тяжело дыша. – Госпожа, мастер узнал, что вы затеяли драку в Доме Струящегося Золота. Он в ярости и велел, чтобы вы немедленно вернулись в усадьбу. Нетерпение промелькнуло в глазах Фу Ваньцин. У нее больше не было настроения разговаривать с Юй Шэнъянь. Она бросила на слугу сердитый взгляд и приказала: – Что ж, тогда немедленно уходим. Слухи распространились по Янчжоу всего за несколько часов, и теперь о них знал даже её старик. Фу Ваньцин могла ясно представить, какую чепуху будут про неё болтать: госпожа Фу ставит удовольствия превыше долга, тратит немыслимые богатства на благосклонность соблазнительной женщины и даже не остановилась перед жестокой схваткой, соперничая за красавицу. Какие порочащие честь слухи! Фу Ваньцин запрокинула голову и рассмеялась от чистого восторга.