По-настоящему важно

Нежное утреннее солнце заливало спальню. Озорные лучики прыгали по комнате, перескакивали с одного плаката на другой, освещая то Валерия Харламова, то Александра Овечкина. Это явно была спальня хоккейного фаната. Сам юный фанат сейчас морщил нос и пытался спрятаться от света под одеялом, не желая покидать мир грез. Однако сон ушел, поэтому мальчик лениво открыл глаза и сонно прищурился. Ему снился невероятный сон. Там он уже вырос, стал первым новичком на драфте, попал в НХЛ, играл за Бостон.... И был влюблен в своего главного соперника. Какой странный сон. Мотнув головой, мальчик бодро вскочил с кровати и, учуяв аромат блинчиков, со всех ног побежал на кухню. Там, спиной к двери он увидел невысокую темноволосую женщину, которая тихо напевала какой-то незамысловатый мотив и выливала очередную порцию теста на сковородку. Ощутив какую-то всепоглощающую тоску, мальчик бросился к ней и обнял, уткнувшись носом в район лопаток. Слезы потекли сами собой и он, путаясь в словах, затараторил: - Мама, мама, мне такой сон приснился! Ты умерла, а я вырос и мне так одиноко... Я играл в НХЛ, а там Шейн и он, и мы. А мне так страшно. И так тебя не хватает. Мальчик захлебывался словами, не в силах сформулировать свой рассказ, а слезы понемногу пропитывали женскую футболку. Она развернулась и сама обняла в ответ, прижимая его голову к груди, утешая: - Илюша, ты вырос таким храбрый. Я так сильно тебя люблю. Я горжусь всем, чего ты достиг. Илья прикрыл глаза лишь на миг, но открыв их увидел мамину макушку. Он застыл, привыкая к сменившемуся углу обзора, а женщина подняла взгляд и аккуратно погладила его по щеке. - Мой милый мальчик, тебе столько пришлось пережить.... Илья зажмурился, желая вернуть то чувство детской безмятежности, что было у него еще минуту назад, но потом просто прошептал: - Мама, я так скучаю... Я так устал... Ты пришла за мной? Я умер? Лицо Ирины осветила грустная улыбка: - Нет, малыш, твое время еще не пришло. Ты должен бороться. Тебя там очень сильно ждут. Илья замотал головой и спрятал лицо на плече мамы, хоть это и было не очень удобно из-за разницы в росте: - Нет, мама, я не хочу снова прощаться. Я не могу снова тебя потерять. И я так устал там. Разреши мне остаться с тобой. Его голос звучал почти мольбой. Но женщина мягко отстранила сына от себя и, глядя ему в глаза, сказала: - Время невозможно остановить. Мы можем еще немного остаться вместе, но чем дольше ты пробудешь здесь, тем труднее будет вернуться. Ирина погладила Илью по волосам и махнула в сторону стола. - Садись, а я пока закончу с блинчиками. Расскажи мне что-нибудь. Мне очень интересно узнать, как ты сейчас живешь. Илья сел на мягкий стул и, сначала нехотя, а потом все охотнее стал рассказывать об НХЛ, о Бостоне, об играх, о сокомандниках. При этом избегая касаться темы личной жизни и тем более Шейна. Было страшно, что мама не поймёт, не примет, осудит. В какой-то момент запах блинчиков стал настолько соблазнительным, что Илья не удержался и, тихонько подкравшись к блюду с уже готовыми, попытался незаметно утащить один. За что мгновенно получил легкий удар полотенцем по рукам. - А ну кыш! Потерпи, я скоро закончу, тогда и наешься. Как всегда нетерпеливый - Ирина мягко улыбнулась и погладила волосы сына - А помнишь, как ты пытался выйти на лед со сломанной рукой? Не хотел ждать, пока она срастётся и рвался на тренировки. Всегда хотел все и сразу. В этих словах не было осуждения, только подтрунивание и констатация факта. Да и впрямь был такой случай. - Да, я тогда все же упал, из-за чего только увеличил срок заживления. Ты тогда повторяла, что предупреждала меня, а я злился на тебя за это. Прости меня. - Ну что ты, милый, я же все понимаю и не обижаюсь на тебя. Не волнуйся об этом. Ирина последний раз перевернула блинчик, проверяя степень прожарки, после чего аккуратно переложила его на тарелку. - Ну вот, они готовы. Теперь можно есть. С чем ты хочешь? Только сейчас взгляд Ильи упал на стол, который оказался заставлен разными видами варенья, медом, сметаной, а прямо возле парня стоял стакан прохладного молока, прямо как он любил. Это казалось странным, ведь когда он садился, стол был пустым. - А ты, как обычно со сметаной будешь? Мам, может хоть попробуешь их с вареньем? Ирина усмехнулась и, в очередной раз взъерошив кудряшки сына, ответила: - Это ты у меня сладкоежка, ты же знаешь, я не очень люблю сахар и все сладкое. Так что наслаждайся. Женщина взяла верхний блинчик и макнула его в мисочку со сметаной. Илья последовал ее примеру и выбрал мед. Сделав первый укус, парень застонал от блаженства и признался: - Это самые вкусные блины, что я пробовал. Ответ оказался неожиданным: - Они не только вкусные. Их главное преимущество - 0 калорий. - Почему? - Ну как же глупыш, это же все у тебя в голове. Тут до Ильи донесся странный звук. Сначала это был монотонный писк, прерываемый чьим-то, невероятно знакомым, голосом. Слов было не разобрать. Но потом писк усилился, становясь навязчивым и раздражающим. И вдруг, сквозь писк, что начал вызывать мигрень, вдруг отчетливо послышался голос: - Илья... Илья!.!.