Джеронимо Стилтон — кровь Сицилии

**19 апреля 2019 года. Утро.** Утреннее солнце пробивалось сквозь плотные шторы временного убежища. Луиджи открыл глаза, но чувство тревоги не покидало его. Мир вокруг изменился: Семья Терази была уничтожена, Дон за решеткой, а старые укрытия больше не были безопасны. Теперь он был сам по себе. — Доброе утро, Луиджи, — бабушка, как всегда, была уже на ногах, расставляя чашки с кофе. Её голос был островком спокойствия в этом хаосе. — Доброе утро, — отозвался он, натягивая рубашку. В его движениях появилась новая жесткость. Луиджи вышел в общий зал, где собрались остатки верных бойцов — те немногие, кто не сбежал и не был арестован. Они смотрели на него с ожиданием. — Итак, парни, — начал Луиджи, обводя их тяжелым взглядом. — Я понимаю, что наша итальянская семья распалась, а наш босс посажен. Многие думают, что с нами покончено. Но у меня есть смелость заявить обратное. Мы не крысы, бегущие с тонущего корабля. Мы — те, кто этот корабль построит заново. Он сделал паузу, поправив очки. — И первый шаг будет громким. Мы должны убить Салли Макмауси. Лука, стоявший рядом и чистивший ногти охотничьим ножом, сплюнул на пол: — Та самая дебилка из «Крысиного голоса»? Которая сидела в офисе вместе с этим Саймоном Пискуном? Это она натравила на нас легавых своими статейками. Вот почему они нас преследовали, эти твари. — Именно, — кивнул Луиджи. — Она думает, что перо сильнее пистолета. Мы докажем ей, что она ошибается. Она сидит в своем офисе, в небоскребе, словно королева. Мы нанесем ей визит вежливости.

***

Кортеж из двух неприметных фургонов въехал на подземную парковку небоскреба редакции «Крысиный голос». Воздух здесь был спертым и пах резиной. — В подземной парковке... это хороший план, — заметил Лука, проверяя снаряжение. — Меньше камер, меньше глаз. — Ну, и какой же у тебя план дальше, мой любимый консильери? — усмехнулся Луиджи. Лука указал на дверь с табличкой «Хозяйственный блок». — Всё просто. Никакой стрельбы на входе. Мы войдем как те, кого никто не замечает. Они взломали подсобку. Внутри двое роботов-уборщиков и один живой надзиратель готовили тележки с химикатами. — С этими уборщиками надо что-то делать? Отвлечь? — шепнул Луиджи. — Нет времени, — Лука достал шокер. — Мы их тихо вырубаем. А потом берем их формы и бейджи. Если Салли нас увидит, пусть думает, что мы рабочие. Обслуживание в номерах, так сказать. — Гениальная идея, Лука. Через пять минут настоящие уборщики спали крепким сном, связанные скотчем в кладовке. Луиджи и Лука, одетые в синие комбинезоны и кепки, низко надвинутые на глаза, катили тележки к лифту. — Отлично, — прошептал Лука, нажимая кнопку пентхауса. — Главное — не показывай свое лицо. Ты же знаешь: если она узнает нас, то завизжит и вызовет полицию быстрее, чем ты скажешь «моцарелла». — Хорошо. Я буду смотреть в пол.

***

Верхний этаж редакции сиял роскошью. Салли Макмауси расхаживала по кабинету, диктуя что-то секретарю. Увидев вошедших «уборщиков», она даже не прервала речь, лишь брезгливо махнула лапой. — Ну привет! Шагом марш в угол! — взвизгнула она. — Там просто слишком грязно! Вы что, совсем работать разучились? Три эти полы так, чтобы я видела свое отражение! — Слушаюсь, мэм, — буркнул Луиджи, начиная яростно тереть паркет шваброй. Пока Луиджи отвлекал внимание своей усердной работой, Лука незаметно скользнул под массивный рабочий стол Салли. — Так, отлично... — шептал он одними губами, доставая из ведра с водой герметичный пакет с взрывчаткой С-4. — Плюс к плюсу... Вот так. Таймер на три минуты. Он закрепил заряд прямо под креслом. — Готово. Они закончили «уборку» и, пятясь, вышли из кабинета. — Эй, вы куда? — крикнула им в след Салли. — Я еще не проверила! — За моющим средством, мэм! — крикнул Лука, и двери лифта закрылись.

***

Как только они оказались в коридоре, комбинезоны полетели на пол. — Снимаем это тряпье! Бегом на крышу! — скомандовал Лука. Они взломали люк и вырвались на свежий воздух. Ветер на высоте небоскреба сбивал с ног. — Мы почти пришли, — Луиджи указал на строительную люльку для мойщиков окон. Они прыгнули в люльку и начали спуск. План был прост: спуститься до этажа Салли, посмотреть на фейерверк и уйти. Лука достал пульт детонатора. — Антенна настроена... Сигнал есть. — Он нажал кнопку. **БУМ!** Взрыв был гораздо мощнее, чем они рассчитывали. Стекла пентхауса вылетели наружу дождем из осколков. Ударная волна ударила в люльку, раскачав её как маятник. Трос сорвался с одного крепления, и платформа с грохотом врезалась в стену здания, прямо на уровне разрушенного этажа. — Вот черт! Ах! — Луиджи ударился плечом о металлический борт. — Луиджи, что с тобой? — крикнул Лука, удерживаясь за поручень. — Живой... Ну так что, идем, что ли? Мы тут чуть небоскрёб не обрушили! Сквозь дым и пыль они увидели Салли. Она чудом выжила — в момент взрыва она отошла к сейфу. Теперь, контуженая, вся в пыли и с разодранной одеждой, она ползла к выходу. — Ах... нога... 😖 — стонала она. Луиджи спрыгнул с люльки на пол офиса, хрустя стеклом под ногами. — Вот живучая гадина! Салли увидела их. В её глазах ужас сменился узнаванием. — Ах вы... Итальянцы! Она из последних сил рванула к пожарному выходу и скрылась на лестнице. — Она уходит! — заорал Лука.

***

Пока Салли спускалась на лифте (который чудом работал), итальянцы приняли безумное решение. — Нам не догнать её пешком! — крикнул Луиджи. — Парашюты! Они надели заранее припасенные ранцы (Лука всегда перестраховывался) и прыгнули прямо в разбитое окно. Полет был коротким. Они приземлились на крышу соседней парковки, сбросили стропы и прыгнули в свою машину. Внизу, на шоссе, желтый спорткар Салли Макмауси вилял из стороны в сторону. Она пыталась уйти. — Надеюсь, что эта наглая мышка просто-напросто обманула весь Нью-Маус-Сити в последний раз, — прорычал Луиджи, высовываясь из окна с автоматом. Он прицелился. Очередь прошила заднее колесо желтой машины. Шина лопнула с оглушительным хлопком. Машину Салли занесло, она крутанулась на дороге и с диким скрежетом врезалась в бетонный фонарный столб. Луиджи и Лука затормозили рядом. Пар валил из-под капота разбитой машины Салли. Она сидела внутри, зажатая подушкой безопасности, кровь текла по её носу. Луиджи подошел к разбитому окну. Он посмотрел на неё — на ту, кто портила жизнь тысячам мышей своими сплетнями. — Пожалуйста... — прохрипела она. — Я напишу про вас... хорошее... — Ты больше ничего не напишешь, — холодно ответил Луиджи. Раздался одиночный выстрел. Луиджи спрятал пистолет в пальто и повернулся к Луке. — Теперь у Джеронимо нет конкурентов. — Это точно, друг. Это точно. Они сели в машину и растворились в потоке городского транспорта, оставив позади горящий символ желтой прессы.