Владыка Зла

Глава 51

Лэй Дун обладал не только тремя отнюдь не слабыми Призрачными солдатами, но и полным комплектом магических артефактов высшего ранга, ничуть не уступающих снаряжению противника. По мере того как истинная ци непрерывно расходовалась в ходе их ожесточенной магической дуэли, лицо У Цяньцю становилось всё мрачнее. В спешке он нанес удар Ладонью Призрачного Зла, силой оттеснив кровожадного Призрачного солдата, и одновременно проглотил Пилюлю Возвращения стоимостью в несколько десятков духовных камней, чтобы восполнить запасы энергии. В отличие от него, Лэй Дун, чей уровень культивации был примерно таким же, сохранял спокойствие, а его лицо оставалось невозмутимым, словно гладь воды. Его аура по-прежнему была полна силы — таков был результат года, проведенного в размышлениях перед стеной в Малой Пещере Зловещей Инь. Он использовал каждую крупицу истинной ци с невероятной скупостью, стремясь к идеальной точности. К этому моменту истинная ци У Цяньцю была уже на исходе, тогда как у Лэй Дуна оставалось еще более тридцати процентов. Больше всего У Цяньцю удручало то, что звериная душа свирепого тигра, на которую он возлагал большие надежды, была обведена вокруг пальца всего лишь одним невидимым Призрачным солдатом шестого уровня. А ведь это был высококлассный расходный материал стоимостью в целых триста духовных камней! Пока У Цяньцю предавался унынию, Лэй Дун втайне поражался стойкости противника. Артефакты высшего ранга в сочетании с достаточным количеством средств на расходные материалы делали такого соперника крайне сложным. К тому же, его собственные Призрачные солдаты обнаружили свою слабость — недостаточную убойную силу против магического щита высшего ранга. Проще говоря, боевая мощь одного Призрачного солдата шестого уровня почти равна силе обычного культиватора на шестом уровне Стадии Тренировки Ци. Однако против культиватора того же уровня, но с полным комплектом отличного снаряжения, они выглядели несколько слабовато. К счастью, Лэй Дун чувствовал, что прикончить этого нувориша У Цяньцю не составит большого труда. Особенно учитывая, что призванная звериная душа со временем и от постоянного истощения становилась всё более прозрачной; в её прыжках и уклонениях уже не было той первоначальной властности. Казалось, битва перешла в затяжную фазу. Но все понимали: если У Цяньцю не придумает ничего нового, он, скорее всего, проиграет. Летающие мечи и магические щиты высшего ранга у обоих противников уже покрылись шрамами от непрерывных столкновений. Особенно пострадал щит У Цяньцю: из-за того, что в него то и дело попадали удары двух Призрачных солдат, он был на грани разрушения. Лицо У Цяньцю побледнело еще сильнее, и в его глазах появилась мольба: — Старший брат Лэй, младший брат просто шутил с тобой. Прошу тебя, пощади мою жизнь. Лэй Дун с бесстрастным лицом холодно хмыкнул. Внезапно его движения, до этого неспешные, резко ускорились. На глазах у всех его фигура превратилась в размытую тень. В то же время раздался пронзительный, сотрясающий душу призрачный вой — это наконец-то пришел в ярость молчавший доселе воющий Призрачный солдат. У Цяньцю почувствовал приступ паники и смятения, словно на него наложили Технику Фиксации Души; он оцепенел на месте. Коготь Призрака Преисподней! В правой руке Лэй Дуна сгустился шар темно-зеленого света, который тут же вырвался наружу и превратился в огромную, зловещую и ужасающую когтистую лапу. Она с высоты обрушилась вниз и схватила застигнутую врасплох звериную душу тигра. — Р-р-ра! — пойманный тигр яростно зарычал, повинуясь остаткам инстинктов. Даже будучи на грани истощения, он, вероятно, смог бы вырваться из Когтя Призрака Преисподней максимум за три вдоха. Однако в этот момент три Призрачных солдата уже плотно окружили его и, используя все свои способности, принялись отчаянно атаковать звериную душу. Всего за два вдоха звериная душа взорвалась, и энергия разорванной души рассеялась во все стороны. Три Призрачных солдата, радостно вереща, превратились в сгустки черного тумана, жадно поглощая эту чистую силу. Лэй Дун же, заложив руки за спину, остановился рядом с кружащимися призраками и с холодным выражением лица смотрел на У Цяньцю, который от страха обливался потом. На самом деле, большинство присутствующих знали: как только звериная душа уничтожена, смерть У Цяньцю уже не за горами. Но Лэй Дун по-прежнему оставался чрезвычайно осторожным. Ведь сцена того неожиданного переворота в битве десятилетнего турнира, которую он увидел в свой первый день в секте, вероятно, навсегда врезалась ему в память. Дождавшись, пока три Призрачных солдата насытятся, Лэй Дун скомандовал им наброситься скопом, и они одновременно устремились к У Цяньцю. Лицо У Цяньцю стало белым, как у мертвеца, и он поспешно снова взмолился: — Старший брат Лэй, умоляю, пощади меня! Я готов отдать всё свое имущество, большую часть вещей я спрятал в тайном месте... Его способ молить о пощаде был куда умнее, чем у Чжоу Минхуа в своё время, но Лэй Дун остался безучастным, продолжая направлять Призрачных солдат в атаку. Видя, что мольбы бесполезны, лицо У Цяньцю исказилось в свирепой и злобной гримасе: — Ты! У тебя сердце из железа сделано? Я заберу тебя с собой! — с этими словами он взметнул огненно-красный летающий меч и яростно рубанул им по Призрачным солдатам. Понимая, что с Лэй Дуном ему уже не справиться, он хотел перед смертью уничтожить хотя бы одного или двух его призраков. Дзынь! Меч Призрачного Огня Лэй Дуна вылетел по косой дуге и в воздухе блокировал красный меч. — У Цяньцю, ты идиот? Ты сам предложил смертельный поединок, а теперь, когда не можешь победить, хочешь просить пощады и еще винишь меня в жестокости? Это просто смешно, — Лэй Дун холодно рассмеялся и еще яростнее погнал призраков в атаку. Бум! Щит Тёмной Инь У Цяньцю был разбит совместными ударами Призрачных солдат. Следом за ним, под тяжелым ударом кровожадного Призрачного солдата, разлетелся вдребезги и тот магический щит высшего ранга, который уже был искорёжен до неузнаваемости. Оставшись без защиты перед тремя Призрачными солдатами, У Цяньцю оказался в таком же беспомощном положении, как безоружная обнаженная девушка перед тремя свирепыми амбалами. Он метался по арене на своем летающем артефакте высшего ранга, но в итоге не смог избежать участи быть убитым, а его плоть и живая душа были полностью поглощены. Снова появился Коготь Призрака Преисподней, но на этот раз он схватил Пространственный пояс У Цяньцю. Спокойно убрав трофей, Лэй Дун обвел взглядом толпу зрителей под сценой. Даже двое культиваторов, чей уровень уже достиг восьмого-девятого уровня, встретившись с его ледяным взглядом, невольно опустили головы, не смея смотреть ему в глаза, боясь навлечь на себя беду. Причина была проста: наблюдая за этим смертельным поединком, они мысленно ставили себя на место участников. И с ужасом обнаружили, что, несмотря на семнадцать лет культивации, если бы им пришлось столкнуться с этим младшим братом Лэем, они бы ему не соперники. В мире культиваторов уважают сильных, и в Секте Зловещей Инь это правило действовало вдвойне. Что касается безжалостного убийства молящего о пощаде противника в смертельном бою — для учеников Секты Зловещей Инь это было совершенно естественным делом. Те, кто изначально собирался посмеяться над Лэй Дуном, теперь были напуганы и потрясены. За последнее время они немало сплетничали о старшем брате Лэе за его спиной. Если это дойдет до его ушей и вызовет его недовольство, никто не сможет взять на себя ответственность. Даже во взглядах Чэнь Гэ и Вэй Хуа, увидевших такую мощь Лэй Дуна, читалось благоговение. … Вернувшись в свое жилище, Лэй Дун почувствовал невыразимую усталость и втайне был немало встревожен. Изначально он полагал, что с таким снаряжением и тремя неплохими Призрачными солдатами сможет сокрушить любого противника того же уровня. Однако сегодняшняя битва с У Цяньцю дала ему понять: его сила среди равных действительно хороша, но до непобедимости ему еще далеко. У Цяньцю, благодаря лишь капле удачи и внезапному богатству, смог получить неплохие ресурсы и сражаться с ним на таком уровне. А что, если бы на его месте оказался кто-то с происхождением лучше, как у сына Старого Предка Гуйша? Кто-то, с ног до головы увешанный лучшими магическими артефактами, или владеющий несколькими духовными призраками высшего ранга, или имеющий существо посильнее той звериной души? Чем больше он думал, тем холоднее становилось на душе. В последнее время, с резким ростом силы, он начал постепенно смотреть на всех свысока. На самом деле, Лэй Дун мог гарантировать, что в этом огромном мире культиваторов определенно существуют люди на шестом уровне Стадии Тренировки Ци, способные победить его, и их количество отнюдь не мало. Более того, в мире полно тех, чья культивация выше, а состояние богаче. Если в начале пути он был для сильных мира сего словно муравей, то сейчас стал, в лучшем случае, чуть более крепким муравьем. Грубо говоря, тех, кто может прихлопнуть его одной левой, в этом мире не счесть. Например, Старый Предок Гуйша мог бы раздавить его одним пальцем. При мысли об этом Лэй Дун не мог не содрогнуться, а чувство опасности возросло в разы. Лэй Дун невольно покачал головой и горько усмехнулся. Даже будучи попаданцем, выжить здесь не так-то просто. Вспоминая прочитанные ранее романы про попаданцев, где удача героев была просто небесной, уверенность зашкаливала, а психологическое превосходство позволяло смотреть на местных жителей как на грязь... Лэй Дуну стало смешно. Какое право он имеет презирать тех сильных мира сего, кто при желании может раздавить его, как букашку? С другой стороны, Лэй Дун действительно хотел поблагодарить У Цяньцю. Тот дал ему шанс переосмыслить всё. Жизнь всего одна, и к ней нужно относиться с предельной осторожностью. Поразмыслив, он решил, что нужно добавить себе еще средств для сохранения жизни.