Владыка Зла

Глава 98

— Хочешь уйти? Не всё так просто, — фигура женщины в черной мантии слегка покачнулась, словно ей было трудно усидеть на месте. На её белоснежной, как нефрит, коже то и дело проступал румянец. В изначально холодных глазах теперь сквозила какая-то необъяснимая весенняя страсть. Говоря это, она достала блестящую округлую пилюлю, подняла изящную шею и проглотила лекарство. Лэй Дун не был дураком. Конечно, он понимал: раз она потратила последние силы, чтобы стащить его вниз, у неё есть цель, и она ни за что не отпустит его так просто. Однако этот легкий румянец на её щеках и неудержимая страсть во влажных глазах заставили сердце Лэй Дуна тревожно забиться. Он подумал про себя: «Неужели эта дьяволица практикует какой-то метод сбора Ян для восполнения Инь? Хочет забрать мою эссенцию, чтобы залечить раны?» Чем больше он думал, тем вероятнее это казалось. Хотя эта дьяволица была высокой, стройной, очаровательной и невероятно красивой, холодной и в то же время соблазнительной. Судя только по внешности, Лэй Дун вынужден был признать, что она была редчайшей красавицей, какую он только видел за две свои жизни. Однако, при всем уме Лэй Дуна, даже будь эта женщина в десять раз красивее, он не согласился бы добровольно стать её «котлом» для исцеления, чтобы в итоге превратиться в обтянутый кожей скелет без единого слова жалобы. Жажда убийства в его сердце внезапно возросла. Но он опасался Небесного Грома Зловещей Инь, который она сжимала в руке. Видя, что она принимает лекарство, он не смел действовать опрометчиво. — Младший является личным учеником Старого Предка Ваньгуя из Логова Десяти Тысяч Призраков. Прошу старшую, ради лица моего Предка, пощадить младшего, — чем больше Лэй Дун думал, тем более странной казалась ситуация, поэтому он решил прикрыться именем Предка, надеясь, что это заставит её проявить осторожность. — Личный ученик Ваньгуя? — женщина в черном слегка опешила. Она взглянула на Дхармическое Колесо Нирваны, которое было отброшено демонической рукой и упало на землю. Возможно, пилюля немного вернула ей силы. Она подняла белую руку, и Колесо само собой оказалось в её ладони. Внимательно осмотрев его, она холодно хмыкнула: — И правда, знаменитый магический артефакт того мальчишки Ваньгуя, Дхармическое Колесо Нирваны. — Однако выражение её лица немного смягчилось. Лэй Дун обрадовался. Он понял: эта женщина хоть немного знакома со Старым Предком Ваньгуем или, по крайней мере, слышала о нем. Его тон стал еще более искренним: — На самом деле, у младшего нет никакой глубокой вражды со старшей. Если старшей нужен «котел» для лечения, младший готов послужить верой и правдой. Младший помнит, что неподалеку есть рынок, я могу отправиться туда и поймать бродячих культиваторов, не потерявших свой изначальный Ян... — про себя же он подумал: «Если она согласится, все будут довольны». — Мерзавец, за кого ты меня принимаешь? — румянец на лице женщины в черном мгновенно исчез, сменившись гневом. В её глазах вспыхнула жажда убийства: — Какая дерзость! Даже Ваньгуй не посмел бы нести такую чушь передо мной. — В душе она сгорала от стыда и гнева. И правда, когда тигр спускается на равнину, его обижают псы. Если бы не тяжелые ранения и истощение от Техники Кровавого Побега, она бы одним ударом прихлопнула этого наглеца, посмевшего принять её за практикующую методы сбора Ян. Терпение женщины в черном было на пределе. Даже практики Золотого Ядра, встречая её, трепетали от страха, боясь вызвать её недовольство. А этот пацан хорош: сначала, пока она была без сознания, хотел прикончить её мечом, а теперь принимает её за... кого? Под напором убийственной ауры из её глаз Лэй Дун почувствовал, будто всё его тело онемело, он не мог пошевелиться. Лицо его побледнело, на лбу выступил пот. Стиснув зубы, он постарался выровнять голос: — Младший оговорился, прошу старшую простить, простить. Не знаю, какое лекарство нужно старшей, младший может добыть его для вас. Лицо женщины менялось, словно погода; казалось, внутри неё идет борьба. Спустя долгое время она неохотно процедила сквозь зубы: — В ли к северу отсюда есть пещера. Сначала помоги мне добраться туда, чтобы залечить раны. — Слушаюсь, старшая, — Лэй Дун осторожно и медленно отозвал упавшую на землю Завесу Злых Призраков, заставив её зависнуть у ног женщины. — Старшая, прошу. — Помоги мне подняться, — женщина в черном слегка нахмурилась и встряхнула Небесным Громом Зловещей Инь в руке: — Советую тебе убрать свои убийственные намерения. Сердце Лэй Дуна сжалось. Он знал, что женщин нельзя мерить логикой, и не смел проверять её решимость бросить бомбу. Он спрыгнул в кратер, подхватил её за талию и ноги, чтобы поднять на Завесу. Хотя их разделяла черная мантия, Лэй Дун чувствовал, как её тело то горит, то леденеет. Пока он недоумевал, в нос ему ударил сладкий, немного пряный и дурманящий аромат. Едва этот аромат проник в ноздри, он стремительно распространился по всему телу. Лэй Дун почувствовал, словно в голове что-то взорвалось, а кровь, подобно пороху, мгновенно вспыхнула. Дыхание стало прерывистым. Женщина в черном, которая до этого силой воли сдерживала действие яда похоти, чувствовала себя чуть лучше, пока Лэй Дун был далеко. Теперь же, когда он обнял её и она вдохнула его мужской запах — особенно учитывая, что это был первый раз, когда мужчина был так близко и даже держал её на руках, — её лицо залилось румянцем. Холод в звездных глазах мгновенно исчез, уступив место томному, затуманенному взгляду... Лэй Дун поспешно попытался циркулировать энергию для сопротивления, но огонь разгорался всё сильнее. В голове оставалась лишь последняя ниточка ясности. Он отчаянно сопротивлялся. ... ... Пилюля, которую приняла женщина, явно была непростой. Хотя она всё еще была крайне слаба, её истинная ци и духовное сознание быстро восстанавливались. Но в этот момент её самоконтроль окончательно рухнул. Глаза затуманились, стали влажными; она больше не могла сдерживать себя. В мыслях крутились лишь инстинктивные желания. Белая рука схватила Лэй Дуна, и, перехватив инициативу, она властно повалила его на Завесу Злых Призраков. Тр-р-рась! Черно-красная одежда Лэй Дуна, хоть и считалась своего рода магическим артефактом, под её длинными, как нефрит, пальцами оказалась совершенно беззащитной. Под напором энергии она разлетелась в клочья.