How to Survive the World of Vikings (Как выжить в мире викингов)

      Халла убрала руку с моего плеча и поспешила вперёд с корзиной, которую я принесла. Я на мгновение пошатнулась, но тут же, спотыкаясь, направилась за ней.       Стоик немного отодвинулся от Беззубика. — Плевака, мой плащ.       Плевака снял меховой плащ с плеч Стоика, пока тот держал на руках Иккинга, и постелил его на землю между Стоиком и Беззубиком. Затем Стоик осторожно уложил Иккинга на плащ. У мальчика было несколько ссадин и синяков на лице, но ожогов не было. Видимо, Беззубик вовремя его поймал.       Халла опустилась на колени у ног Иккинга и быстро открыла корзину. Я опустилась на колени рядом с ней и посмотрела на его ногу, борясь с тошнотой. Его нога. Неудивительно, что в мультфильме сразу перешли к моменту, как он приходит в себя. Это зрелище определенно было не для детей.       Его левая нога, начиная от колена и ниже, представляла собой месиво из костей, крови и разорванной плоти. Кость была сломана и торчала посередине голени. Ниже кожа была содрана до кости, вплоть до остатков ботинка.       О боги... Я закрыла глаза и отвернулась, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — Кендра, ты уверена, что справишься?       Я открыла глаза и кивнула. Она наблюдала за мной, как и Стоик с Плевакой. Все трое выглядели обеспокоенными. — Я в долгу перед ним после всего, что произошло.       Халла кивнула и принялась изучать то, что осталось от ноги Иккинга. Стоик нахмурился. — Что ты имеешь в виду?       Я открыла рот, чтобы ответить, но меня перебила Халла. — Вождь. — Его взгляд переместился с меня на Халлу. Её лицо было мрачным, но решительным. — Если я хочу его спасти, ногу нужно будет убрать. Повреждения... слишком серьёзные. Похоже, зверь схватил его, но перелом случился раньше.       Хвост Королевы и стал причиной перелома. Разорванная плоть — это уже Беззубик. — Они не смогли увернуться от хвоста Королевы. Он получил удар и вылетел из седла. Тогда же он потерял сознание. Вероятно, тогда и произошел перелом. Должно быть, Беззубик схватил его вскоре после этого.       Все трое уставились на меня. — Девочка, откуда ты это знаешь? — Поинтересовался Плевака, нарушив молчание. — Она сможет объяснить, пока мы работаем. — Заметила Халла. Она переглянулась с обоими мужчинами. — У кого-нибудь из вас есть маленький нож? Мне нужно разрезать его одежду.       Стоик и Плевака покачали головами. Я вынула из ножен пояса кинжал, который подарил мне Иккинг. — Вот.       Халла забрала у меня кинжал. — Плевака, разожги костер. Мне придётся прижигать рану. Вождь, у меня в корзине есть мази от ожогов и бинты. Пусть Слюнявый разнесёт тем, кому они нужны. Потом мне понадобится ваша помощь.       Плевака приступил к выполнению поручения. Стоик кивнул и поднялся на ноги. Он мгновение смотрел на сына, а потом расправил плечи и ушел.       Первым делом она отрезала кусок его сбруи, чтобы использовать в качестве жгута, и затянула его чуть выше колена. Затем Халла попросила меня аккуратно оттянуть одежду с ноги, чтобы она могла её отрезать. Я сжала губы и постаралась унять тошноту. Я видела кровь и кости, когда помогала ей после набегов драконов. Но это... это было ещё хуже. Может быть, потому что я знала, что это случится, и позволила этому произойти? Или потому, что он был не просто каким-то викингом, а моим лучшим другом?       Стоик и Плевака вернулись как раз в тот момент, когда Халла протянула мне кинжал. Я вытерла кровь о свои лосины, которые и так были испорчены, и убрала кинжал в ножны. Она сняла с плеча топор. — Вождь, мне нужно, чтобы вы держали его. Кендра, помоги ему. Плевака, мне нужен кусок кожи потолще, чем его сбруя. Разведи костер и нагрей меч, чтобы я могла прижечь рану.       Стоик осторожно взялся за плечи Иккинга, а Плевака протянул Халле кусок кожи из мешочка на поясе. — Я оторвал это от того, что осталось от седла. Знал, что тебе это понадобится. И огонь уже развёл.       Халла кивнула, забирая кожу у Плеваки. Если кто и знал этот процесс так же хорошо, как Халла, то это был Плевака. Отсутствующие конечности — не такое уж редкое явление на Олухе. Но две? Таким мог похвастаться только Плевака.       Халла засунула кожу в рот Иккингу, чтобы он не навредил себе. Я прижала его правую ногу. — Готовы? — Уточнила Халла. Стоик кивнул, не сводя глаз с сына. Я тоже кивнула, глядя на лицо Иккинга. Я не хотела видеть, что будет дальше. Мне и так было тяжело это слышать.       Раздался свист лезвия в воздухе, хруст рассекаемого мяса и кости, а затем глухой стук о землю. Иккинг застонал и повернул голову, но не проснулся.       Халла быстро отложила топор, очистила рану и взяла меч, который протянул ей Плевака. Лезвие меча раскалённо светилось. Иккинг почти не отреагировал на саму ампутацию, но вот это? Его крики разнеслись по округе, как только горячее лезвие коснулось его. Нога под моими руками дернулась.       В ответ на его крики Беззубик заскулил. Я посмотрела на Ночную Фурию, стараясь не опускать взгляд, и продолжала придерживать ногу Иккинга. Глаза Беззубика расширились от беспокойства, он пытался встать, чтобы подойти ближе к своему всаднику, но у него не было сил подняться на ноги. — Беззубик! Беззубик!       Взгляд Ночной Фурии метнулся от Иккинга ко мне. Он снова заскулил и попытался подняться. — Всё в порядке. С ним всё будет хорошо, Беззубик. Иногда, чтобы стало лучше, сначала приходится сделать больнее. Пожалуйста, пожалуйста, успокойся. С ним всё будет хорошо.       Беззубик снова тихо заскулил, но успокоился. Крики сменились стонами от боли, и я услышала, как Стоик что-то тихо ему говорит. Халла отложила меч и теперь вдевала нитку в иголку, а рядом лежали бинты, чтобы перевязать рану.       Я совершила ошибку, взглянув вниз, и меня чуть не стошнило при виде ноги Иккинга, которая лежала в нескольких сантиметрах от культи, которую Халла собиралась зашить. Я закрыла глаза и с трудом сглотнула.       Нежная рука погладила меня по спине. — Дыши, девочка.       Я кивнула. Рука исчезла. Я почувствовала, как Плевака обошел меня и ушел. Через мгновение я почувствовала запах горелой плоти. — Кендра.       Когда я открыла глаза, Стоик смотрел прямо на меня. Халла подняла голову, прежде чем начать зашивать культю. Нога Иккинга дернулась у меня в руках, он застонал, но так и не проснулся и не открыл глаза.       Я глубоко вдохнула и начала говорить. Халла время от времени поглядывала на меня, а Стоик убирал волосы с лица Иккинга, но в остальном они молчали, пока я рассказывала им всё то же, что и Иккингу накануне. Откуда я родом, что я знаю и как я узнала об этом, как я позволила всему этому случиться, чтобы Иккинг выжил. — Но он не должен был ловить меня. Это должна была быть Астрид. Не знаю, могло ли это что-то изменить. — Объяснила я, пока Халла зашивала культю Иккинга. Он несколько раз дернул головой, но не проснулся. — Я понимаю, что это звучит безумно, но клянусь, я говорю правду. — Это одно из слов объясняющее это. — Пробормотал Плевака, стоявший у меня за спиной.       Что ж, пора использовать козырь. — Иккинг тоже сначала мне не поверил, пока я не сказала ему, что Готи всё знает. — Что? — Спросил Стоик, оторвав взгляд от Иккинга и подняв кустистые брови так высоко, как я никогда не видела.       Халла отвлеклась от работы. — Как... — Её глаза расширились. — Её голос.       Я кивнула. — Она увидела, откуда я и что знаю. Более того, она заранее подготовила корзину к тому моменту, как я пришла к тебе домой. А потом выгнала меня за дверь своим посохом.       Плевака расхохотался. Стоик покачал головой, но его борода задрожала. — Очень на неё похоже. — Вождь, я ей верю. — Произнесла Халла через мгновение, отложив иголку с ниткой и взяв бинты, чтобы перевязать культю. — Вы так и не нашли никаких следов этого Эрроухеда. Она побледнела, когда я рассказала, кто нашёл её в лесу. И её одежда... Я никогда не видела такого материала и такого покроя. К тому же, когда она появилась, на ней не было ни одного шрама. — Там, откуда я родом, медицина намного более развита. — Пояснила я. — И хотя мы по-прежнему зашиваем раны, методы и материалы стали лучше.       Стоик задумчиво смотрел на Иккинга. Когда он поднял глаза на меня, его взгляд был еще более пронзительным, чем накануне на ступенях у входа в Зал. — Больше никаких секретов. Больше никакой скрытности. С этого момента — только правда, иначе я отправлю тебя прочь, как и предлагал Гнилец, когда ты только появилась.       Конечно же, в тот день так громко говорил именно Гнилец. Я сглотнула и кивнула. — Клянусь. — Тогда что будет дальше? — Задал он вопрос. Затем посмотрел на Иккинга. — С ним все будет в порядке? — На самом деле я не знаю. История не показывала, что произошло между тем, как вы его нашли, и тем, как он очнулся на Олухе, и на этом всё заканчивается. Эта часть не вошла в сюжет. — Объяснила я, указывая на Халлу, которая почти закончила обматывать культю. — История была рассчитана на детей, поэтому они просто показали, как он очнулся, чтобы не пугать детей, но не уточнили, сколько времени прошло.       Стоик нахмурился, явно озадаченный.       Халла взглянула на меня, закончив обматывать культю. — Это многое объясняет в твоём поведении, когда ты только появилась.       Я не знала, как это воспринимать, но была почти уверена, что это был не комплимент. Впрочем, она была права. — Теперь можешь расслабиться, Кендра. — Произнесла Халла с мягкой улыбкой. Я убрала руки с ноги Иккинга и села на корточки. Она принялась осматривать Иккинга на предмет других травм. — Помимо головы и ноги, есть ли у него еще какие-нибудь повреждения?       Я пожала плечами. — Царапины. Возможно, синяки. Они сильно преуменьшили масштаб, чтобы подходило для детей.       Плевака усмехнулся. — Подходило детям. Даже кинжал толком не используют. — Кинжалы и ножи до сих пор используются довольно часто, но в основном для охоты. А это уже скорее хобби, чем необходимость. Топоры и мечи уже давно не в ходу. — Прояснила я, оглянувшись через плечо на кузнеца. — Вместо них у нас есть мощное оружие, которое, я уверена, в своей базовой форме ещё даже не существует. Взрывы куда сильнее того, что мы только что видели.       Глаза Плеваки расширились, и он бросил взгляд в сторону трупа Королевы. — Сильнее, чем этот? — Настолько, что могут сравнять с землёй город размером с Рим. — Ответила я. — Борода Тора... — Кендра.       Мы с Плевакой посмотрели на Халлу. По выражению её лица я всё поняла. — Что-то изменилось. — Думаю, да. — Ответила она, кивнув. Она взяла бинты и аккуратно перевязала руку Иккинга. — Царапины, синяки, как ты и сказала. Странно, что нет ожогов. Это чудо. Ребра в синяках, может, треснули, но не сломаны. Травма головы. И правое предплечье сломано. Кость не сдвинулась, но перелом точно есть.       Я закрыла глаза. Чёрт. Это определенно было изменением. В мультфильме не было перевязи. — Да, это изменение. — Чёрт. Парень какое-то время не сможет ни писать, ни рисовать. — Заметил Плевака. — Да, он этому не обрадуется.       Постойте. Это неправильно. Каждый раз, когда я видела, как Иккинг пишет или рисует, он делал это левой рукой. Я открыла глаза и переглянулась со Стоиком и Плевакой. — Иккинг — левша. — Что? — Стоик посмотрел на Иккинга, потом закрыл глаза и тяжело вздохнул. — Ох, сынок.       Плевака выглядел растерянным. — Каждый раз, когда я видел, как парень работает, он использовал правую руку. — Он амбидекстр. — Выпалила я. Это вызвало недоумение. — Точно. Для вас пока нет такого слова, поэтому звучит как какая-то тарабарщина. Это значит, что он может пользоваться обеими руками. — На острове больше нет левшей, поэтому он это скрывал. — Подметил Стоик, нежно убирая волосы со лба Иккинга. — Чтобы быть одним из нас.       Видимо, он скрывал это ото всех, кроме меня. Даже с самого начала он ничего от меня не скрывал, в то время как я столько всего ему не рассказывала. Я шмыгнула носом и отвернулась, часто моргая.       Беззубик всё ещё наблюдал за нами. Он был измотан и явно хотел спать, но не мог оставить своего всадника без присмотра. Я взглянула на Халлу. — Тебе ещё нужна моя помощь?       Она покачала головой. — Нет. После того как я всё зафиксирую, мне нужно будет проверить, нет ли у остальных срочных проблем. Иди отдохни. Ты выглядишь так, будто тебе это нужно.       Отдохнуть? Звучало заманчиво. Я не спала больше суток. Но сначала мне нужно было кое-что сделать.       Я медленно поднялась, ноги онемели от долгого стояния на коленях, на которых остались вмятины от камней, и подошла к Беззубику. Он тихо заурчал, когда я погладила его по голове. — Ты молодец, Беззубик. Правда молодец. Давай попробуем снять с тебя то, что осталось от снаряжения, а? Будет поудобнее.       Итак, я достала кинжал и принялась за дело: разрезала порванную кожу, и она упала к моим ногам. Повреждения были настолько серьёзными, что всё придётся переделывать заново: большая часть металла расплавилась или деформировалась до неузнаваемости. Если всё пойдет по плану, даже с учетом внесенных изменений, Плевака успеет всё переделать к тому времени, как проснется Иккинг.       Я также осмотрела чешую на наличие повреждений, когда снимала с него металл, но ничего не обнаружила. Местами она была немного поцарапана, но, похоже, во время боя ни одна чешуйка не отлетела. Я сняла с него всё, что могла, но чтобы снять те части, которые крепились к груди и правому боку, мне пришлось бы поднять его на лапы.       Я подошла к Беззубику и погладила его по голове. Он медленно моргал, явно борясь со сном. Как же это сделать? Раньше у него не хватило сил даже добраться до Иккинга, когда он был в отчаянии. И сейчас он точно не сможет помочь мне снять оставшуюся часть. — Что тебе нужно, девочка?       Я обернулась, когда рядом со мной появился Плевака. Позади него я увидела, что Халла отошла от Иккинга, но Слюнявый вернулся и разговаривал со Стоиком, который всё ещё стоял на коленях рядом с сыном. Я снова повернулась к Беззубику. — Мне нужно снять с него остатки седла и сбруи. К счастью, насколько я могу судить, он не ранен, просто измотан. И, думаю, голоден?       Беззубик промурлыкал что-то и одарил меня беззубой улыбкой.       Плевака вздрогнул и уставился на Ночную Фурию. — Зверь... — Я сверкнула на него глазами. — Беззубик. Он тебя понял.       Я улыбнулась Ночной Фурии. — Он всё время удивляет меня тем, как много понимает.       С помощью Плеваки мы частично перевернули Беззубика на бок, чтобы освободить ремни. Ночная Фурия ворчала, но, к счастью, не сопротивлялась. Я снова осмотрела его с головы до хвоста, проверяя, не было ли ран, но ничего не обнаружила. Даже его заживающий хвост выглядел нормально. Чешуя была поцарапана, но не повреждена. Что происходило внутри, я не могла понять. Эх, если бы у меня был рентген! Или схема их внутреннего строения. Это тоже помогло бы. Я так много не знала о драконах.       Я обернулась и увидела, что Плевака с восхищением разглядывает остатки седла и хвостового протеза. — Он сам это придумал? — Ему пришлось пройти через множество проб и ошибок, чтобы сделать всё как надо. — Ответила я. — И не раз падать с высоты. — Впечатляющее мастерство. Просто гениально. — Плевака с гордостью смотрел на то, чего добился его ученик. Он перевел взгляд на Иккинга. Стоик наблюдал за своим другом и явно прислушивался к нашему разговору, его лицо было мрачным. Плевака посмотрел на остатки кожи в своей руке, и гордость сменилась стыдом. — Все эти изобретения. Мы так и не дали ему шанса довести их до такого уровня.       Я посмотрела на Иккинга, который лежал без сознания, его голова покоилась на колене отца. Его рука была в гипсе. Культя перевязана. Я сглотнула подступивший к горлу ком.       Я посмотрела на кинжал, который он сделал для меня, всё ещё находившийся у меня в руке. На нём не было его крови, но мне казалось, что я всё ещё вижу её на лезвии, окрасившем его в красный цвет. Я хотела убрать кинжал в ножны, но заметила на руке пятно. Нет, не пятно. Капельку засохшей крови. И ещё одну. Я перевернула руку. Пятна были и на другой руке.       У меня всё внутри оборвалось, а в груди сдавило. Мне нужно было это смыть.       Не сказав ни слова, я развернулась и почти бегом бросилась к кромке воды, выронив кинжал. Я бросила его на землю, не обращая внимания на то, что колени промокли, а камни впивались в кожу, и опустила руки в воду. Мне было всё равно, что она была ледяной или в ней плавало кто знает что после битвы, — мне просто нужно было это смыть.       Мне нужно было это смыть. Почему оно не смывалось? Почему там всё ещё была его кровь, сколько бы я ни терла?       Смыть. Смыть. Смыть! — Девочка!       Я вздрогнула, когда чьи-то большие руки оттащили меня от воды. Я уставилась на Стоика, пытаясь вздохнуть, но воздух словно застрял у меня в горле. Перед глазами всё поплыло, и я разрыдалась.       Стоик нежно притянул меня к себе. Вот он, его сын без сознания, и кто знает, очнется ли он теперь из-за меня, а я рыдаю у него на плече. Должно быть, я что-то говорила, но что именно, я не помнила, и как он меня понял, оставалось загадкой, потому что он мягко отстранил меня за плечи, чтобы посмотреть в глаза. — Девочка, этот мальчик никогда бы тебя не возненавидел. Он слишком добросердечный, как и его мать. — Заверил он, нежно сжимая мои плечи. Я шмыгнула носом и подавила очередной всхлип. Мне так хотелось в это верить, но я не была уверена, что смогу. По крайней мере, пока. — И он очнётся. Он всегда был самым сильным из нас. Мне просто нужно было напомнить себе об этом.       Он посмотрел через плечо на Иккинга, лежавшего на плаще. Я проследила за его взглядом. Плевака стоял рядом с Иккингом и задумчиво потирал подбородок, глядя на его культю. Затем он перевел взгляд на остатки седла и снова посмотрел на Иккинга.       Стоик тяжело вздохнул и снова посмотрел на меня. — Он справился с тем, что был самым слабым среди своих ровесников. И с этим справится.       У меня болела грудь, и не только от рыданий. Я была измотана. Не спала бог знает сколько времени. От слёз. Ну, в общем, от всего. Я шмыгнула носом. — А теперь. — Продолжил он, снова сжимая мои плечи, прежде чем подняться на ноги. Затем он протянул мне руку и помог встать. Он вернул мне кинжал. Я старалась не смотреть на лезвие, пока убирала его в ножны. — Мне понадобится твоя помощь. У нас есть идея, как вернуться на Олух, но для этого нам понадобится твоя помощь и помощь других подростков.       Я нахмурилась. Наша помощь? Может, это из-за усталости, но я никак не могла понять, чем мы могли помочь. — Вы меня запутали, вождь.       Его борода дернулась. — Ни одна лодка не уцелела настолько, чтобы доставить на Олух хотя бы раненых. Это не самый... популярный план, но, похоже, нам как племени придется измениться. Хотя некоторых придется тащить силой, кричащих и брыкающихся. Мы вернёмся тем же способом, каким сюда добрались вы.       Тем же способом, каким мы... ох. Вот почему этот план не пользовался популярностью. Я провела рукой по лицу, вытирая слезы. Отдохнуть пока не получится. — Это будет интересно.