Да, я сбежал…

– Извини, Гриффин, но несколько воспоминаний я всё же тебе не верну, – со смущённой улыбкой шепчет Палладиум и возвращается на кушетку. Ведьма хотела было возмутиться, но, заметив красные пятна на щеках эльфа и то, как он заламывает пальцы, резко передумала. – Пелл, скажи, ты ведь наверняка знаешь, чего на самом деле ищет Валтор, – ведьма пересаживается на край кровати, поближе, зная, что даже под барьером тишины говорить вслух об этом не стоит. – Он ведь не от скуки разрушает, да и разрушал лишь храмы да дворцы, там, где хранили тайные знания. – Знаю, – шепчет в ответ Палладиум и подхватывает с тумбочки тиару. – Это тот самый артефакт из сверхновой? – поражённо спрашивает Гриффин, указывая на тиару. – Да, тот самый, – мягко улыбается эльф, оглаживая кончиками пальцев кристалл, в котором время от времени переливается то красный цвет, то отражение миллиона звёзд. – Я только что поняла смысл фразы "достать звезду с неба", – ухмыляется женщина и накрывает руку Палладиума, что любовно касается могущественного артефакта. – Валтор хочет одного – жить, – губы мужчины растягиваются в грустной улыбке, и слёзы, что сдержать не было сил, бегут по щекам. – Он просто хочет жить, чтобы без этих трёх древних ведьм, чтобы без его нечеловеческой сути. Он так боится её, боится, что перестанет контролировать демоническую сущность, и она навредит мне. – Палладиум шумно вдыхает и, немного подождав, продолжает ещё тише: – Второго раза он не переживёт, он не переживёт, если убьёт меня во второй раз. Гриффин сжала его руку в ответ, чувствуя, как дрожит его тело. Она чувствовала его боль, его страх, его отчаяние. Валтор – злодей, тиран, разрушитель – он тоже был жертвой, заложником своей судьбы, своей тьмы. И он, Палладиум, любил его несмотря ни на что. Ведьма догадывалась, надеялась спустя столько лет, что в глубине его тёмной души скрывается страх, страх перед собственной силой, перед неизбежностью. – Значит, он ищет способ избавиться от своей демонической сущности, – тихо проговорила Гриффин, смотря на тиару в его руках. – Артефакт из сверхновой может помочь ему в этом? Палладиум помотал головой, не отрывая взгляда от кристалла, в котором плясали отблески далёких звезд. – Отделить свою человеческую сторону от демонической, избавиться от проклятия, которое преследует его всю жизнь? Цена может быть слишком высока, – хмыкнул мужчина, сжимая холодный металл в руках. – Что ты имеешь в виду? – нахмурилась ведьма, эльф словно перевёл разговор на другую тему, и она потеряла нить. – Артефакт из сверхновой обладает невероятной силой. Но она не поможет, это то, что спасло мою жизнь, в тот, в первый раз, когда я был на грани, чтобы не встретиться с предками, – объяснил Палладиум, но это явно не было ответом на её вопрос. Гриффин нахмурилась, решая начать с самого начала и обдумать слова эльфа. Сила, способная отделить человеческую сущность от демонической… Это звучало почти немыслимо, но, если Валтор действительно отчаянно ищет избавления, готов ли он пожертвовать собой? Неужели он готов уничтожить всё, что ему дорого, ради призрачной надежды на исцеление? – Ты боишься, что он не справится с такой силой? – тихо спросила она. Палладиум кивнул, не поднимая глаз. – Валтор уже однажды поддался тьме, пусть и не по своей воле. Если найдётся артефакт, ритуал, заклинание – всё равно, если Валтор попытается использовать это, чтобы изменить свою природу, он может навсегда потерять себя. Демоническая сущность поглотит его остатки человечности, и тогда он действительно станет тем монстром, которым его все считают. И я думаю, он это понимает, понимает, что, если он использует это, то может если не умереть, то перестать существовать как личность. А это хуже смерти. – Но ведь есть и шанс, что у него получится, – возразила Гриффин, пытаясь ухватиться за возможности. – Если артефакт спас тебя однажды, возможно, он сможет спасти и его. – Пусть Валтор и был разрушителем миров, но, узнав правду, она хотела ему помочь. Ведь отрицать те несколько лет, что они втроём жили вместе, как комфортно ей было находиться рядом с этими двумя глупо влюблёнными мужчинами, принимать их заботу и те знания, которые она получила, было бессмысленно. – Возможно, – эльф печально улыбнулся. – Но риск слишком велик. Валтор должен понять, что есть другие пути, другие способы обрести покой. Гриффин вздохнула, чувствуя, как тяжесть правды давит на плечи. Она знала Валтора достаточно, знакома с его упрямством и одержимостью. Убедить его отказаться от этой опасной затеи – невыполнимо. – Он может найти артефакт, что навсегда запечатает его силу, лишит магии, превратит в обычного человека. Но Валтор без магии – это не Валтор. Это как лишить птицу крыльев. Он просто перестанет быть собой, зачахнет. Его демоническая сущность слишком глубоко переплелась с его человеческой частью. Разделение убьет их обоих, – продолжил Палладиум, не получив ответа. Он впервые за последние почти восемнадцать лет может поделиться своими мыслями. Гриффин задумалась, глядя на Палладиума. Боль Валтора стала и его болью, и эльф был готов на всё, чтобы помочь ему. Но какую цену эти безумцы готовы заплатить? Мир, лишённый Валтора, даже такого, какой он есть сейчас, – это мир, лишённый частички их истории, их общего прошлого, пусть и… – Есть ли другой выход? – спросила Гриффин, надеясь услышать хоть какой-то луч надежды. Палладиум вздохнул, проведя рукой по лицу, словно пытаясь сбросить с себя груз ответственности. – Я не знаю, Гриффин. Я потратил годы на поиски ответа, но безуспешно. Возможно, Валтор сам не знает, чего хочет. Он мечется между желанием обрести покой и страхом потерять себя. И в этом метании он готов разрушить всё вокруг, чего нельзя допускать ни в коем случае. Его должны остановить, даже если это будет означать пожертвовать и мной. Ведьма кивнула, понимая, что Палладиум говорит правду. Валтор всегда был сложной, противоречивой личностью. Она чувствовала, что остановить его будет невероятно сложно, но необходимо. Цена его одержимости может оказаться слишком высокой для всех. – Ты знаешь Валтора, Гриффин, – Палладиум грустно улыбнулся. – Он не из тех, кто легко меняет свои решения. Но я благодарен тебе за то, что ты рядом, я один не справлюсь, – Он поднялся с кушетки и подошёл к окну, глядя на звездное небо. – Звезды… Они всегда напоминали мне о Валторе. Он, как сверхновая, вспыхивает с невероятной силой, озаряя всё вокруг. Но рано или поздно сверхновая гаснет, и от нее остается лишь холодная, мертвая пустота. Я боюсь, что именно это и произойдет с Валтором. – Мы не позволим этому случиться, Пелл, – Гриффин подошла к нему и положила руку на плечо. – Сделаем всё возможное, чтобы спасти его. Вместе.