🖤Убей меня нежно

Звонок пришёл на мобильный. Тэхён мельком взглянул на экран. Оливия. С чего бы мачехе звонить ему среди бела дня? — Что тебе? — сухо бросил он, даже не скрывая раздражения. — Говори быстрее. Я занят. — Твой оборотень слетел с катушек, — взволнованно раздался женский голос. — Но если ты действительно занят, я могу позвонить твоему отцу. Только боюсь, он будет не в восторге от того, что устроила эта тварь… — протянула она с лёгкой, почти игривой насмешкой.- и просто убьёт его. Внутри всё похолодело. — Что ты с ним сделала? — резко спросил Тэхён, вцепившись в телефон. — Укусила его? — Я его и пальцем не тронула, — фыркнула вампирша. — Карин привела омегу. У него течка началась сегодня утром. Мы решили, что парочка приятно проведёт время. Она сделала паузу издав смешок. — Только вместо секса они устроили бои без правил. — Кто тебе разрешил впускать омегу?! — процедил Тэхён. Ему стоило огромных усилий, чтобы не сорваться на крик. -Откуда я знала, что он учудит такое? Они обычно все радуются, когда им устраивают сюрпризы. А с этим явно что-то не так. В трубке возникла короткая пауза. - Он ищет тебя, — протянула Оливия с плохо скрываемым удовлетворением. — Представляешь, как трогательно? Оборотень, который не хочет никого, кроме своего вампира. — Запри дверь и не подходите к нему, — резко оборвал её Тэхён. — Я скоро буду. Он сбросил вызов, не дожидаясь ответа. Не предупреждая никого, Тэхён спустился к машине, захлопнул дверь и вдавив педаль газа в пол на всей скорости поехал домой. Поднявшись к комнате, он увидел Карин и Оливию. Обе стояли у двери, не отрываясь, и прислушиваясь к каждому звуку изнутри. Гнев вспыхнул мгновенно, ударил в голову, лишая остатка самообладания. — Что ты здесь делаешь? — взорвался Тэхён, резко приблизившись к Карин. — Жду своего оборотня, — огрызнулась она. — Этот ненормальный удерживает его и не выпускает. — Какого чёрта ты вообще привела его сюда? — Разве мы не собираемся пожениться? — протянула Карин с улыбкой, слишком лёгкой для происходящего. — Что такого в том, чтобы и наши питомцы поженились между собой? — Чонгук — образец исследования, а не питомец, — процедил Тэхён, чувствуя, как закипает раздражение. — И если с ним что-то случится, твой отец тебя по головке не погладит. Упоминание отца ударило точно в цель. Карин на мгновение побледнела. Она поспешно отвела глаза и тут же стушевалась. — Ждите здесь, — отрезал Тэхён. — Заберёшь своего омегу. И чтобы ноги твоей больше не было в этом доме. — Чего ты сразу так нервничаешь, — отозвалась Оливия мягко, почти заботливо. — Мы же не знали, что твой образец… — она сделала паузу, будто подбирая слово, — с дефектом. И так остро воспримет своего сородича. Тэхён бросил на мачеху испепеляющий взгляд. — Если отец узнает, что именно ты сорвала проект, Оливия, — произнёс он нарочито вежливо, — разговор у вас будет… неприятный. Оливия на мгновение задержала взгляд на Тэхёне. Улыбка медленно сошла с её губ, будто её и не было. — Но ты ведь знаешь, как всё исправить, верно? — спросила она неуверенно. — Тебе сейчас стоит надеяться только на одно, — холодно ответил Ким. — Чтобы с ним ничего не случилось. Всю дорогу Тэхён думал лишь об одном, чтобы Чонгук не пострадал. Эта мысль гнала его вперёд, не давая дышать. Но когда дверь распахнулась, перед ним открылась совсем иная картина. Чонгук прижимал омегу к полу всем телом, удерживая жёстко, почти отчаянно, готовый разорвать его в клочья при малейшем движении. Он хрипел, дыхание сбивалось, футболка была разорвана, на руках темнели свежие царапины. Следы борьбы покрывали и второго оборотня. Тот остался с обнажённым торсом, грудь пересекали глубокие, внушительные следы когтей. Омега был далеко не слабым. Крепкое телосложение, широкие плечи, напряжённые мышцы. Но сейчас он был побеждён. Прижат и обездвижен. Вокруг царил беспорядок. Чонгук поднял голову, и их взгляды встретились. У Тэхёна перехватило дыхание под тяжестью этого внушительного, пугающе цельного, невероятно притягательного вида. Он, как никогда осознал, что перед ним будущий вожак стаи. В глазах читалась чистая ярость. Черты лица заострились, словно инстинкт вырвался наружу, вытесняя разум. Глаза горели дико и неестественно. Так, будто ещё мгновение, и он окончательно озвереет. На секунду Тэхёну показалось, что он его не узнаёт. Что сейчас Чонгук просто сорвётся и нападёт. В нём было столько необузданной, хищной агрессии, какой он не видел никогда прежде. Но взгляд всё-таки дрогнул. — Волчонок, — осторожно позвал Тэхён, делая шаг вперёд. Оборотень оскалился. Ким впервые увидел его клыки — длинные, хищно-белые. Такие, что, вонзившись в шею, вырвали бы плоть одним рывком. — Всё хорошо, — тихо сказал он, медленно вытягивая вперёд ладонь, показывая, что безоружен. — Это я. Пальцы скользнули по пуговицам рубашки. Тэхён расстегнул её и снял, не отрывая взгляда от звериных глаз, затем протянул Чонгуку. — Вот. Возьми это… — голос на миг стал тише. — А его отпусти. Хорошо? Взгляд Чонгука скользнул по ключицам. По открытой коже и рельефному прессу. Тэхён почувствовал, как жадно пронизывает этот взгляд. Рука оборотня сомкнулась на рубашке и поднесла к лицу. Он резко втянул воздух, и на мгновение в глазах вспыхнуло что-то человеческое. Боль. Узнавание. Отчаяние. Жертва за его спиной всхлипнула, вызывая у Чонгука очередную вспышку ярости и рычание. — Тише, волчонок, — мягко, почти убаюкивающе произнёс Тэхён, пытаясь унять очередную вспывшку агрессии.- Отпусти его. Давай останемся вдвоём. Он сделал ещё шаг, намеренно входя в опасную зону. — Ну же...отпусти, — повторил он негромко. Сердце стучало взволнованно в груди, отдаваясь в висках. Тэхён был не уверен, сработают ли уговоры и переживал о том, способен ли Чонгук вообще в таком состоянии его услышать. — Он тебе не нужен. - его руки распахнулись, как приглашение. - Возьми меня, вместо него. Чонгук замер. Его зрачки расширились, взгляд снова опустился к груди, к распахнутым плечам, к линии шеи, тонкой талии. Он сделал глубокий, жадный вдох. Запах Тэхёна накрыл его волной. Рука, державшая жертву, дрогнула и хватка ослабла. Этого хватило, чтобы омега сорвался с места, вскочил на четвереньки и, не оглядываясь, пополз к двери, минуя Тэхёна. Дверь распахнулась. Карин и Оливия вздрогнули, застыв на пороге. — Убирайтесь! — рявкнул Тэхён, не оборачиваясь, через плечо. - Карин. Чтобы ни тебя, ни твоего омеги здесь больше не было. — Не надо так кричать… Я всё поняла, — пробормотала она, торопливо накидывая ремень обратно на ошейник оборотню. Дёрнув его за собой слишком резко, она повела его вниз по лестнице. Следом, не сказав ни слова, ушла и Оливия. — Они ушли, — спокойно сказал Тэхён, обращаясь уже к Чонгуку. Его голос снова стал ровным, тихим. — Видишь? Больше никого нет. Чонгук медленно перевёл взгляд на открытую дверь, на пустой коридор. Его грудь всё ещё тяжело вздымалась, зрачки были расширены, а зверь всё ещё слишком близко к поверхности. — Давай закроем дверь, — осторожно предложил Тэхён, делая полшага в сторону. — Хорошо? Он понимал, что Чонгук сейчас едва держится. Сознание расплывалось, инстинкты правили телом, а пик гона делал каждое ощущение невыносимо острым, на грани срыва. Когда дверь захлопнулась, оставляя их наедине Тэхён снова взглянул на Чонгука. Потемневшие глаза. Взгляд, в котором сталкивались ярость и отчаянная попытка удержаться. Он боролся с собой, с телом, с инстинктами, — и Тэхён как никогда ясно понимал, что такое сопротивление лишь продлевает муку. Он сделал несколько медленных шагов вперёд и опустился перед Чонгуком на колени. Сквозь плотную дымку возбуждения, напряжения и злости в глазах Чонгука мелькнуло удивление. Короткое, почти растерянное. Зверь не ожидал этого. — В гон альфе необходимо доминировать, — спокойно объяснил Тэхён. Его голос был ровным, уверенным, хотя внутри он чувствовал бешенное нарастающее волнение, переживая, что не справится и Чонгук не приручит зверя внутри. Тогда Тэхёну придётся пойти на крайнюю меру и применить к нему силу, заперев в клетке. Больше всего Тэхёну не хотелось причинить Чонгуку боль. Он знал, что это разобьёт ему сердце. — Не нужно противиться своим желаниям. - продолжил он мягко уговаривать. - Твой зверь в тебе только сильнее начинает сопротивляться. Чонгук резко вдохнул. Плечи дрогнули. — Я сорвусь, — хрипло выдавил он, словно это было признание… или предупреждение. Тэхён не отвёл взгляда. — Природа всё предусмотрела, — мягко ответил он. — Когда ты позволишь себе… станет легче. Он был слишком близко. Достаточно, чтобы Чонгук чувствовал тепло его тела, слышал спокойный ритм дыхания. Оборотень резко выдохнул, будто эти слова задели что-то слишком глубоко. — Ты не понимаешь, — его голос сорвался, стал ниже, грубее. — Если я отпущу… я наброшусь на тебя. Тэхён не отступил. Только чуть медленнее вдохнул, внимательно следя за каждым движением Чонгука. — Тогда будем выпускать зверя постепенно. Тэхён не был уверен, что тревожит его сильнее: то ли риск, что Чонгук действительно сорвётся на нём, то ли необходимость скрутить его раньше. Жёстко, без колебаний, и посадить под замок на весь гон. От этой мысли внутри неприятно кольнуло. -Что ты хотел бы сделать сейчас? - осторожно спросил он, медленно на коленях приблизившись ещё немного. На Чонгука этот вид покорного вампира у его ног, открытого, смотрящего снизу вверх, с обнажённой грудью действовал сильнее любого прикосновения. Желание накрыло тёмной волной. Оно требовало власти и подчинения. Инстинкт подсказывал, как легко сейчас взять. Заставить. Прижать. Показать, кто здесь сильнее. Чонгук сжал пальцы, чувствуя, как напряжение собирается в теле, как зверь внутри скребётся о рёбра, требуя выхода. Его дыхание стало тяжёлым, неровным. Чонгук закрыл лицо рукой и зарычал. — Нет… — хрипло вырвалось у него. — Я не могу. Тэхён чуть приподнял подбородок, позволяя Чонгуку видеть его лицо полностью. Не отводя взгляда, нарочито спокойно, почти вызывающе. -Ну же...волчонок, ты справишься. Если ты не сможешь приручить зверя внутри себя, мне придется сделать это силой. Помоги мне этого не делать. Внутри у Тэхёна всё было натянуто, как струна. Он чувствовал силу Чонгука кожей, давлением воздуха, тяжёлым дыханием над собой, и надеялся, что он сделает правильный выбор. Чонгук стоял, не опуская руки, будто пытался удержать зверя внутри себя хотя бы этим жестом. Плечи дрожали, дыхание сбивалось, но он всё ещё стоял на месте. — Не смотри так… — глухо выдавил он, сквозь зубы. — Ты не понимаешь, что делаешь. — Понимаю, — тихо ответил Тэхён. — Именно поэтому делаю. Я доверяю тебе, волчонок. Знаю, что ты не причинишь мне вреда. Чонгук медленно опустил руку. Их взгляды встретились. В звере что-то рванулось. На лице оборотня появилась гримаса боли. И вместо шага вперёд Чонгук сделал усилие над собой и отступил на полшага, будто это стоило ему больше, чем любой бой. — Чёрт… — выдохнул он. — Я не могу. -Всё хорошо. - успокоил Тэхён мягко. - Я здесь. Мы переживём это вместе. Пожалуйста, доверься мне, Гук. Ты сможешь. - Нет, - резко отрезал Чонгук, и в его взгляде было столько мучений, что у Тэхёна внутри всё переворачивалось. - Ты даже не представляешь, что я хочу с тобой сделать. Что хочет зверь во мне… Он отвернулся, словно не мог вынести собственного признания. Плечи напряглись, дыхание сбилось окончательно. -Понимаю, волчонок,- мягко произнёс Тэхён, почти умоляя. - твой зверь видит во мне свою пару. Он не причит мне вреда. Не бойся. Чонгук снова взглянул на Тэхёна. Внутри всё рвалось наружу, но он слышал голос и делал усилие над собой. — Хорошо… — шепнул он. — Я попробую. — Умница, — выдохнул Тэхён почти с облегчением. — А теперь… давай. Скажи, чего хочет твой зверь. Взгляд упал на брюки. Тэхён сглотнул. В ожидании приказа его ладони начали потеть от волнения, сердце забилось быстрее. - Сними,- приказал Чонгук твёрдо. От этого властного тона дыхание Тэхёна перехватило. Каждый мускул напрягся. Он медленно опустил руки к замку, ощущая, как за ним пристально наблюдают. Лёгкое прикосновение к ткани вызвало короткий вздох, едва сдерживаемый. Медленно расстёгнув брюки, Тэхён откинул их в сторону, всё ещё не отводя глаз от Чонгука. -Всё. Снимай. Тэхён замер на месте. Лёгкая дрожь пробежала по спине. От этого жадного, пронизывающего взгляда, устремлённого снизу вверх внизу живота стал подниматься жар. Он невольно заметил, что его завораживает эта игра, где власть совсем не в его руках. Этот низкий голос Чонгука, властная, почти первобытная энергия напоминали о том, что контроль не его, и он может перестать себя сдерживать. От этого внутри всё начинало тянуть, будто разливаясь горячей лавой по всему телу. Тэхён медленно начал стягивать белье, смотря вызывающе и оставаясь теперь совершенно голым, но ничуть от этого не смущаясь. Его собственный член начал наливаться кровью, твердея от желания, что не было упущено из виду. Он облизнул пересохшие губы и продолжил покорно ждать следующего приказа. Чонгук уже едва сдерживался, глубоко дыша. Его глаза пылали похотью. Он становился всё решительнее в своих действия. — Нравится, когда тобой управляют? — спросил он с вызовом, переводя взгляд на пах и расплываясь в удовлетворённой улыбке. Медленно, но решительно подошёл ближе и грубо схватил Тэхёна за волосы, запрокидывая голову назад. - Пора тебе узнать, кто здесь настоящий хозяин. Тэхён издал короткий звук, чувствуя, как больно тянет альфа. Сердце рванулось. Он уловил в голосе Чонгука одновременно угрозу и обиду, как будто зверь внутри готов был излить месть всем вампирам, которые когда-то заставляли его делать то, чего он не хотел. Но вместо страха это лишь сильнее заводило, отзываясь в нём, как удар тока, заставляя мышцы напрягаться и одновременно замирать, желая еще больше подчиняться невысказанной власти. — И чего же хочет, мой хозяин? — выдохнул Тэхён. — Хочу, чтобы ты был полностью моим, - наклонясь к уху, прошептал Чонгук, и резко толкнул Тэхёна, заставив того опереться руками об пол и встать на четвереньки. Он обошёл его и встал со спины. Волнение и страх, смешались с возбуждением. Тэхён ожидал чего угодно, но не этого. Ладонь Чонгука снова опустилась ему на голову. Он погладил её, повторяя движения, которые когда-то делал Тэхён с ним. Оплачивал той же монетой. Его пальцы снова схватили волосы. Чувствуя натяжение вампиру пришлось выгнуться. Ещё короткое мгновение и Тэхён ощутил болезненный шлепок на своей ягодицы. От неожиданности он издал тихий стон, но быстро собрался и прикусил губу. Такого унизительного акта он никак не ожидал. Он понял, что Чонгук его наказывает, а не только играет с ним в брачные игры. В груди неприятно кольнуло. Разве он когда-то обращался с ним также жестоко? Ему казалось, он всегда был с ним дружелюбен и почти на равных. Он не укусил его, когда тот попросил этого не делать. Потому что уважал его желания, и берег чувства. Почему же Чонгук наказывает его за тех, к кому Тэхён лично не имеет отношения? Горечь, обида и расстерянность росла в груди, с каждым новым ударом, который становился больнее предыдущего. Чонгук бил беспощадно и мучительно долго. Захотелось остановить это, наброситься на него за дерзость, за уязвлённую гордость. Заставить ответить. Но Тэхён остановил себя, вспомнив в последний момент, что сам просил Чонгука не сдерживать зверя. Обещал, что если тот послушает его, ему не придётся применять к нему силу. Мысль о том, что он очнётся после гона в клетке и поймёт, что натворил, и что Тэхён сделал с ним за это ударила сильнее любого унижения. Сердце упало, и вместе с этим пришло тихое, почти болезненное смирение. Он закрыл глаза, сжав крепко челюсти, когда последовал очередной удар по ягодицам и окончательно сдался, выбирая порку и унижение сейчас, чем чувствовать вину потом. - Не нравится, да?- удовлетворенно переводя взгляд на упавший член, проговорил Чонгук. — Вот и оборотням не нравится, когда их бьют и унижают. Тэхён остался стоять на месте. Руки едва держались на весу, подрагивая от напряжения, но он упрямо сохранял позу. В голове звучала лишь одна мысль, что сейчас Чонгук не совсем тот, кто он есть: смесь волка, долго живущего в заперти, и жестоко подавленной доминантной личности вожака. Если они оба пройдут это испытание вместе, то станет легче. Разум вернётся к Чонгуку и острый этап будет пройден. Ему всего лишь нужно позволить дать эту возможность ощутить себя главным, отомстить за всё, что с ним сделали вампиры. Тогда Тэхён выдохнет, и они смогут обсудить, что с ними произошло уже в более спокойном состоянии. Он верил, что Чонгук не желает ему настоящей мести. Мысль утешала, до того момента, пока Тэхён не почувствовал на своей спине лёгкое, но острое прикосновение когтей. Тело машинально вздрогнуло, сердце ухнуло вниз, дыхание застыло на мгновение. Когти медленно скользили по спине, не царапая, но оставляя ощущение опасной грани. Тэхён громко выдохнул, когда почувствовал, как они прошлись к ссаднящим ягодицам. Покалывание стало отчетливее. Они спустились к машонке. Тэхён зажмурил глаза, но продолжал стоять, успокаивая себя, что несмотря на обиды, он для Чонгука остаётся выбранной парой, и зверь вряд ли посмеет причинить ему реальный вред. Хотя червячок сомнения всё же зашевелился в груди, когда когти Чонгука провели по мягкому члену. Тело напряглось. Адреналин уже во всю будоражил кровь, когда ладонь Чонгука обхватила член и стала надрачивать, едва не задевая когтями. Тэхён не мог перестать думать, что одно неосторожное движение, и ему станет очень больно. Но при этом, тело начало реагировать на ласки, возвращая возбуждение, и сбивая дыхание. Когда ладонь выпустила член, он снова налился кровью, пульсируя. Тэхён весь дрожал от этой горючей смеси волнения и желания, уже с трудом понимая, что происходит. Когти снова прошлись по спине и его будто током ударило. Он всхлипнул, чувствуя, себя на грани потери рассудка. -Малышу нравится, когда с ним обращаются грубо, - сделал выводы Чонгук, снимая с себя джинсы и белье, схватил ягодицы ладонями, крепко их сжимая. Тэхён почувствовал, как упирается его член. Слишком огромный для неподготовленной дырочки. И всё же стиснул зубы, думая лишь о том, что это единственное, что поможет Чонгуку не упасть в окончательную агрессию , и унять зверя. — Ты пахнешь страхом, -прошептал Чонгук, наклоняясь, и продолжая водить когтями по спине. - Такой уязвимый, беззащитный. И при этом невероятно соблазнительный. Заводит и заставляет хотеть тебя ещё сильнее. Чонгук играл по нервам, как будто специально провоцировал Тэхёна остановить эту сладкую пытку, и начать давать отпор. Но на удивление альфы, он продолжал стоять на четвереньках,покорно отдаваясь чужой власти. Не дождавшись сопротивления Чонгук вернулся к бёдрам и чуть приподняв их, протолкнулся вперёд. Искры ударили в голову от той пронзительной боли, которую почувствовал Тэхён. Он резко зажался, издав стон, но быстро взял себя в руки и попытался расслабиться, понимая, что Чонгуку будет сложнее войти, если он будет напрягаться. Много сил ушло на то, чтобы так долго стоять на четвереньках, и Тэхён рухнул локтями на пол. Руку сжатую в кулак он прижал ко рту, пытаясь сдержать всхлипы, которые угрожали прорваться наружу. Сердце колотилось, как бешенное. Его удерживала лишь одна мысль, что он не позволит Чонгуку оказаться в той клетке. Ни под каким предлогом. Ни одной секунды он не сдастся перед страхом или болью, даже когда внутри всё кричало. — Больно? — голос вырвался неожиданно напуганный, и Тэхён мгновенно пришёл в себя. Испарина появилась на лбу. На секунду ему показалось, что тот Чонгук, которого он знал, вернулся. Мягкий, почти человечный, добрый и внутри вспыхнула нежность: зверь не победил его полностью. Его волчонком всё ещё рядом. С ним. Но Тэхён понимал, что зверю нужно получить удовлетворение, чтобы окончательно успокоиться, и отступать нельзя. -Я впорядке,- утешил он, мягко , почти ласково отзываясь. - Не думай обо мне. Продолжай. Тэхён уже приготовился к следующему разрывающему на части толчку, но его не последовало. Вместо этого он ощутил мягкое, почти заботливое поглаживание ладони по спине. Тело невольно дрогнуло, реагируя на неожиданную нежность, которая прокрадывалась сквозь всю дикость и силу Чонгука. Пальцы скользили медленно, успокаивая, будто стараясь снять напряжение, которое копилось в каждом мускулах Тэхёна. Следующий толчок был аккуратнее первого. Ким прикусил губу, с облегчением осозновая, что все же зверь в Чонгуке не настолько кровожадный и не хочет его мучений. Движение стали плавные. И боль смешалась с ласками, которые Тэхён продолжал чувствовать от касаний. Они откликались в нём какой-то незнакомой чувственностью. Непривыной. Чужой и желанной одновременно. Возбуждение постепенно туманило разум. Тэхён уже не понимал, от чего получает это странное, непривычное удовольствие. От того, что зверь разрывал его на части, принося боль или от мягких, почти нежных прикосновений Чонгука. Или, может, всё это вместе создало такую огненную смесь, что тело и разум сливались в одно единное наслаждение. Он излился, не сдерживая громкие стоны. Его бёдра от падения на пол сдерживала только крепкая хватка Чонгука. Он продолжил его тезать толчками, становясь резче и быстрее, пока не кончил следом.