Понимание
4 января 2026 г., 01:00
Это было поистине незабываемое блаженство. Ванна невероятных размеров, в ней с лёгкостью поместились бы человек десять, а то и больше. Впервые я окунулся в горячую воду, и это ощущение оказалось совершенно непередаваемым. Воздух был наполнен крошечными пузырьками душистой пены, а помещение окутывал нежный аромат цветущих роз словно я оказался в волшебном саду. Ещё несколько часов назад я дрожала от пронизывающего осеннего ветра, съёжившись под его ледяными порывами. А теперь нежусь в роскошной ванне, окружённая великолепием величественного дворца. И теперь я Богиня. Всё ещё не могу до конца поверить, что Святая Богиня переродилась во мне. Ритуал подтвердил. С одной стороны, я безмерно рада: больше ни нищеты, больше никакого жестокого отца. Но с другой… Я до ужаса напугана. Что ждёт меня теперь? Чем вообще занимается Богиня? Знаю лишь, что она монарх этого королевства, правит единолично. До меня доходили и другие вещи. Я знаю, что все мужчины королевства млеют перед ней и у каждого есть желание завладеть ею, вкусить плотское удовольствие. И Богиня действительно занимается этим когда приходит в город, чтобы проведать своих подданных. От этой мысли я невольно поёжилась, обхватив себя руками. В просторной ванной я была совершенно одна. Опять мужчины... их прикосновения и грязные похотливые взгляды, но теперь это будут не невинные обжимания, а полноценное совокупление. Нужно надеяться, что это будет редкостью.
Мои размышления прервал резкий скрип дверей. В проёме появились две фигуры. Девушки медленно вошли, не поднимая голов. Их тела утопали в длинных мантиях, а лица скрывали золотые повязки оставляя только глаза. За ними вошёл один из жрецов. Он опередил девушек и остановился у края ванны, больше похожей на небольшой бассейн. Медленно склонился в поклоне и мне вдруг стало неловко. Я ещё не привыкла к таким знакам почтения.
— Ваше святейшество, — произнёс он ровным, благоговейным голосом, — я привёл к вам ваших личных слуг. Они будут сопровождать вас везде, помогать во всём. Любое ваше пожелание будет исполнено мгновенно.
Затем он слегка повернул голову их в голову и кивнул. Они сразу же подошли ко мне и взяли ванные принадлежности неподалеку и стали намыливать мне волосы.
— Что вы, не стоит, — я смущённо отстранилась, — я могу сама...
— Нет! — резко оборвал жрец. — Вы — Богиня, и вам не подобает обслуживать себя самостоятельно. Для этого существуют слуги. Впрочем, — его голос смягчился, — вам предстоит освоить многое. И это первое из правил, которые вы должны усвоить.
— Х-хорошо, — потупила я взгляд на пене перед собой.
— Сейчас вас омоют и облачат в подобающие одеяния, — произнёс жрец, — а затем сопроводят в тронный зал. Ваши придворные давно ожидают вашего появления, и каждый жаждет лицезреть вас как можно скорее. Ваша задача проста, восседать на троне и одаривать присутствующих благосклонной улыбкой. На сей момент это всё.
Он снова поклонился, улыбнулся и покинул помещение.
Две служанки скользили руками по моему телу, намыливая каждую часть без слов, без взглядов. Даже там… их движения казались подчеркнуто внимательными на моём лоне. Я попробовала заговорить, спросила их имена, а в ответ ни звука. Они будто не слышали, полностью погружённые в своё дело. Странные. Но что поделать, придётся привыкать. К этой жизни, к этому укладу.
Когда они почти закончили одна из служанок вышла на пару минут, а затем зашла обратно, но уже прикатив с собой небольшую вешалку где висели воздушные ткани. Это что, моя одежда?
Я переступила порог ванной, и тут же меня окружили, вытирая огромными, невероятно мягкими полотенцами. Их ткань казалась в тысячу раз благороднее, чем моя прежняя одежда. Каждая мелочь и деталь в этом замке дышит роскошью.
А затем наступило самое волнующее мгновение, меня начали облачать в одеяния невиданной красоты. Шлейф платья простирался на невероятную длину, он был сшит из самых драгоценных тканей королевства. Лёгкий, словно шифон, наряд парил вокруг, напоминая облако. Золотые оттенки переливались, украшенные россыпью алых рубинов. В боковой части воздушной юбки скрывался дерзкий разрез вплоть до бедра. Эта деталь казалась странно вызывающей, однако вскоре я обнаружила нечто куда более неожиданное. Верх платья был абсолютно прозрачен. Ткань просвечивала столь откровенно, что беззастенчиво обнажала грудь, едва прикрывая её призрачной дымкой. Мысль о возражении мелькнула и тут же растаяла. Я глубоко вдохнула, пытаясь унять волнение. Кто я теперь? Не простая девушка, не прежняя я. Я — Богиня. И если жрецы решили, что именно такой наряд должен облекать моё тело, значит, так тому и быть. Им действительно виднее.
Затем настал черёд украшений. Служанки бережно облачали меня в сокровища: тяжёлые драгоценные ожерелья, сверкающие браслеты, нити жемчуга, ниспадающие от самой шеи до подола платья. Венцом образа стала корона из рубинов всевозможных размеров, величественная, ослепительная… и совершенно несочетаемая с моими неподобающе короткими волосами.
Я взглянула в гигантское зеркало, и дыхание перехватило. Передо мной стояла настоящая богиня. Воздушные ткани изящно скрывали худобу, придавая силуэту благородную плавность. Лишь грудь оставалась почти плоской, два нежных холмика едва нарушали линию. Соски, маленькие и аккуратные, контрастировали с пышностью сестры, но в их скромной прелести была своя притягательность. Несмотря на откровенность наряда, он выглядел поистине царственно, величественно и безупречно.
Мои любования собой прервала вновь открывшаяся дверь. Там стояли уже все четверо жрецов.
— Вы великолепны, ваше святейшество, — все поклонились мне. — Нам пора идти, ступайте за нами.
Они развернулись почти синхронно и уверенно двинулись вперёд. Я последовала за ними, волоча за собой воздушные струи юбки. Ощущения были необычны, смесь тревоги и восторга. Но мысль о возвращении к прежней жизни теперь казалась немыслимой, контраст был слишком разителен, а новый мир слишком притягателен. Лишь одна мысль омрачала моё сердце, это разлука с сестрой. Она единственный человек, кого я безмерно люблю. Может быть, стоит попросить жрецов? Возможно, они разрешат ей остаться здесь, со мной…
Мы внезапно остановились перед величественной дверью, уходящей ввысь, под самый потолок. Она начала медленно распахиваться, открывая вид на роскошный трон. Он скорее походил на изысканный диван, где можно было с комфортом расположиться. Бархатная ткань алого цвета, усыпанная драгоценными камнями, придавала ему царственное великолепие. Мы продолжили путь, и вдруг боковым зрением я уловила движение справа. Повернув голову, я не смогла сдержать громкого возгласа изумления. Передо мной раскинулся зал с колоннами, напоминавший тот, где совершался ритуал. Однако сейчас он был до отказа заполнен людьми, и почти мгновенно я осознала, что все до единого были мужчинами. В зале мгновенно поднялся многоголосый гул. Со всех сторон неслись восторженные возгласы: «Ваше святейшество!», «Мы так долго вас ждали!», «Да пребудет с вами благодать!». Они звучали искренне, тепло, но в то же время так громко, так напористо, что я почувствовала себя маленькой и потерянной. Я сглотнула не понимая как отвечать на это? Что от меня ждут? Я вдруг вспомнила слова жреца "лишь тёплая улыбка". Я собрала всё, чему научилась в борделе отца, все те приёмы, что помогали скрывать страх и неуверенность. И натянула улыбку. Губы дрожали, но я старалась держать её ровной, мягкой, чтобы никто не догадался, как мне страшно.
Меня подвели к трону и почтительно усадили. В тот же миг служанки ловко поправили пышные юбки, расправляя их. Гул мужских голосов не стихал, наполняя зал восхвалениями. Меня не покидало лёгкое недоумение почему здесь нет ни одной женщины? Думаю всему есть объяснение, вероятно они где-то во дворце и им по каким-то причинам сюда нельзя.
Двое жрецов встали от меня слева, а другие два справа и начали свою речь.
Тишина воцарилась в зале, когда самый старший из жрецов поднял руку.
— Мы ждали этого дня много лет, — прозвучал его голос, наполненный благоговением. — Наконец наша Святая Богиня вернулась! — он указал на меня кистью, и в его взгляде читалась безмерная преданность. — И с её приходом в наши сердца и души вернулась бескрайняя любовь, что озаряет мир подобно солнцу.
— Королевство людей наконец воспрянет! — возгласил другой жрец, и голос его разнёсся по залу. — Мы вновь отвоюем наши земли у мерзких, коварных монстров, что долгие годы разоряли наши владения. Без нашей Богини у нас не было сил противостоять им, но отныне всё переменится! Свет вернётся на наши поля, а страх покинет сердца народа.
Пока жрецы возносили хвалы в мою честь, я незаметно наблюдала за собравшимися в зале мужчинами. Почти все они были облачены в белоснежные рубахи и чёрные штаны, словно подчиняясь негласному уставу. Несмотря на речи жрецов, взгляды присутствующих неотрывно прикованы ко мне. Я ощущала, как жаркий румянец заливает щёки осознавая то, что грудь моя была обнажённой.
Я не могла сосредоточиться на всей речи жрецов и включилась только под конец.
— Вы все с трепетом ожидаете мгновения, когда вкусите любовь Святой Богини, — произнёс жрец. — Но молю вас о терпении. Она лишь возродилась, и ей надлежит время, дабы освоиться в новой жизни. Когда же этот час настанет, двери её священных покоев распахнутся.
"Что?.. Какие покои?" — мысль пронзила меня, словно молния. Сердце замерло, а разум отказывался принять смысл сказанного. Неужели все эти мужчины… жаждут меня? Голова закружилась и тошнота подступила к горлу. Неужели те слухи, что рассказывала мне сестра правда? В глазах потемнело и я ушла в забвение.
***
— Ммм, — простонала я лежа на чём-то мягком. Резко распахнув глаза, я обнаружила себя в ином помещении. Взору предстала величественная комната, и первое, что приковало взгляд, — исполинская кровать под бархатными балдахинами на которой я лежала. Вокруг был множество маленьких и мягких подушек. Помещение дышало роскошью, не уступая прежним залам. Справа высились два огромных окна, обрамлённые столь же роскошными бархатными шторами. Возле ложа расположились изящные диванчики и тахта, а в дальнем углу был накрытый стол с разными явствами. Слева от меня безмолвно замерли мои служанки. Одна из них плавно приоткрыла дверь в опочивальню и в тот же миг в помещение зашли жрицы, чьи лица мне уже были знакомы. — Ваше святейшество, как вы себя чувствуете?! — взволнованно начал один из них. Я села на край кровати и смотрела на них — четырёх мужчин, настолько похожих, что казалось, будто это один человек, умноженный на четыре. Высокие, лет сорока или старше. Длинные бороды как у всех в этом королевстве. У двоих седые, словно пепел, у двоих тёмные, как смоль. Одеты одинаково. А имён я не знала. И от этого они казались ещё более безликими. — Х-хорошо, — потёрла я глаза, — кажется, я потеряла сознание. — Верно, ваше святейшество. Вероятно вы переволновались. — Да, кажется, — сказала я тихо. — Вы сказали что-то про двери моих покоев и про то, что все смогут вкусить мою любовь... что это значит? — Вы слишком юны и не застали прежнюю богиню и возможно не знакомы с её обычаями и обязанностями. — Нет, мне не рассказывали подробности, только какие-то детали. — Что ж, вас в любом случае нужно обучать, так слушайте: Святая Богиня — это пламя женской силы, источник неиссякаемой чувственности и сексуальности. Когда она освобождается от оков стеснения, её дух взмывает ввысь, подобно огненной птице, а вера её народа, питаемая этим светом, становится непоколебимой. — Простите... я не совсем понимаю... — Простыми словами, — начал другой жрец, — вы должны придаваться плотским утехам. Вы должны желать мужчин своим телом. Чем сильнее это влечение тем ярче сияет ваша священная аура, дарующая силу всему королевству. И в миг высшего блаженства, когда душа и тело сливаются воедино с мужским, вы благословляете семя и оно обретает чудодейственную мощь. Оно способно исцелять любые раны, изгонять хвори и порой возвращать жизнь. Это произошло сегодня с вашим человеческим отцом. Я просто сидела с открытым ртом и не могла поверить в услышанное. Для меня было это весьма неожиданно, я не думала об этом, что это настолько все серьёзно. Я думала, что эти моменты с совокуплениями как часть каких-то обычаев и обрядов, но это буквально образ жизни... — Но что если.., — я неуверенно взглотнула, — что если я не захочу придаваться плотским утехам? — Ох, ваше святейшество, сие практически невозможно, — изрёк один из седобородых жрецов. — Такова суть вашего естества, вы не властны отрешиться от него. Воздержание станет для вас мучительным бременем, и тело ваше, лишённое должного удовлетворения, начнёт увядать, а священная аура терять былую мощь. — Увядать? — уточнила я. — Вы умрёте. — Ох... — выдохнула я испуганно. — Но вы не волнуйтесь, тело Богини никогда не отказывалось от плотского удовольствия. Возможно сейчас вы этого не чувствуете так как перевоплощение только началось, но совсем скоро всё поменяется. — Я должна совокупляться со всеми теми мужчинами? — тихо спросила я. — Разумеется! Эти мужи ваши верные придворные. Они не прекращали молитв о вашем явлении с момента смерти предыдущей Богини. Но вы как новая Святая вправе выбрать новых придворных, более молодых и выносливых, но это позже, после того как вы освоитесь. Я слушала, уставившись на свои пальцы, которые нервно теребили шёлк платья. Всё звучало так странно, так дико… Но с другой стороны врятли они придумали это только что чтобы утолить свои низменные желания. Наверное, в этом есть смысл, который я пока не понимаю. Осталось только поверить и смотреть, что будет дальше. В конце концов сияющая сперма отца мне не померещилась. — У нас будет ещё много времени рассказать вам все детали, а пока пора приступать к первому ритуалу. — Ритуалу? Ещё? — я удивленно пробежалась по лицам жрецов. — Верно, это ритуал первой ночи. Мы, как высшие жрецы и верные почитатели, должны оставить в вас семя первые. — Ох, — я залилась краской, — я не думала, что так скоро это все начнётся, — я пробубнила себе под нос. В ответ было молчание и один из жрецов щёлкнул пальцами служанкам. Они тут же оказались рядом со мной, их руки мягко легли на мои плечи, подталкивая вниз. Я послушно опустилась на ложе, глядя вверх, на балдахин, пытаясь найти в его складках хоть каплю утешения. Вскоре до слуха донеслось шуршание ткани, служанки раздвинули полы моего платья у того самого выреза, обнажив ноги и мою промежность перед жрецами. Сердце вновь застучало как и в сегодняшнем ритуале с отцом, только теперь я понимала, что мужчин во мне будет четверо. И непонятно что лучше, один отец или четверо незнакомых мужчин. В любом случае, это только начало и мне предстояло принять ещё очень много мужей. От этих мыслей я лишь зажмурилась и приготовилась к дальнейшим действиям жрецов. Пальцы непроизвольно сжались в замок на груди как в молитве. Через несколько мгновений подошёл первый и согнул мои ноги в коленях. Затем мягко взял за бедра и аккуратно раздвинул. Холодный воздух коснулся моих складочек от чего мурашки пробежались по всему телу. Я не знала, одет он или снял своё одеяние, но через мгновение он прижался ко мне, и я почувствовала его готовый член настойчиво упиравшийся в моё лоно. Войти ему сразу не получилось, но мужчина был настойчив и надавив с силой мои складочки сдались и всё же впустили плоть жреца внутрь. — Ай! — дрогнула я от неожиданности и небольшой боли. Все же девственность я потеряла всего несколько часов назад. Но жрец проигнорировал это и медленно зашёл внутрь до конца. Замерев так на несколько секунд словно дал мне привыкнуть к нему. Затем он уперся руками о кровать по бокам моей талии и стал двигаться во мне. Сначала медленно и аккуратно, а затем все активнее. Его член я отчётливо ощущала внутри. Совсем скоро моё лоно увлажнилось и толики неприятных ощущений исчезли. Теперь остались лишь поступательные движения не приносящие ни дискомфорта и ни удовольствия как сегодня на ритуале. В такт движениям жреца мои драгоценности пришли в движение, они перекатывались, издавая мелодичный звон словно маленькие колокольчики. И только этот звон наполнял пространство, единственный звук в тихой комнате. Оттого атмосфера становилась ещё более напряжённой, смущённой и неловкой, словно сама тишина подчёркивала значимость происходящего. Спустя всего пару минут мужчина ускорился, а затем и закряхтел. Он выдохнул так громко, словно ждал этого момента многие годы. Хотя так оно и было. На секунду замерев он перевёл дыхание и стал медленно отстранятся. Я почувствовала как его член вынырнул из меня и через пару секунд вслед за ним потекло горячее семя. Я так и лежала с раскрытыми ногами не понимая, что делать дальше. Долго ждать не пришлось и подошёл следующий. В этот раз я одним глазом увидела, что они не снимали одеяния, а приподнимали подол и прижимались ко мне сразу заходя внутрь. Член второго жреца проскользнул в лоно очень быстро из-за того, что теперь там все было влажно. Так же громко выдохнув от удовольствия он сразу быстро и нелепо задёргался во мне, по другому я это не назову. Это было похоже на спаривание кроликов весной, настолько быстро он входил и выходил из меня. Я все так же лежала и жала когда закончится этот ритуал. Надолго второго не хватило и он закончил меньше чем за минуту. Наверное, это нормально подумалось мне. Его семя так же поступило в меня горячими струйками, а затем он вышел и сперма за ним. Ко мне подошёл моментально третий и так поспешно пристроился, словно еле дождался очереди. Я не совсем глупая и понимаю, что вероятно они возбудились от этого вида и долгое воздержание сделало своё дело. В этот раз фрикции были громкими из-за большого количества спермы во мне. Теперь помимо звона украшений в такт движениям были хлюпающие звуки. Это стало смущать ещё больше. Как только закончил третий и вышел, случился смущающий момент. Моя правая нога затекла от такой позы и соскользнула с края кровати от чего накопившаяся сперма внутри со звонким хлюпаньем вырвалась из меня на красивое платье. Она и ранее стекала, но не в таком количестве. — П-простите! — громко выпалила я из-за смущения и согнула ногу обратно. — Вы не должны извиняться ни перед кем, тем более за такое, ваше святейшество, — благоговейно произнес четвёртый жрец и так же стал пристраиваться. Это последний и наконец моё смущение на сегодня закончится. Я на это надеюсь. Четвертый справился так же быстро вместе со смущающими хлюпающими звуками, пока остальные стояли позади него и молча наблюдали. Когда он отошёл от меня, то ко мне моментально подошли служанки которые так же стояли неподалёку от нас и стали старательно вытирать меня тряпками. Спермы было так много, что у них это получалось не сразу, они только и успевали менять на чистые. Но все же, когда у них удалось вытереть все дочиста, я снова села на край кровати с опущенными глазами. Переварить то, что сейчас произошло было крайне сложно. — Мы закончили с ритуалом, — сказал самый первый жрец таким спокойным и серьёзным голосом, словно мы сейчас занимались каким-то важным и ответственным делом. — Осталось помолиться. И они действительно опустили головы в благоговейном смирении и вознесли молитвы о моём величии и благоденствии. Какое-то безумие... — А теперь позвольте нам откланяться, вам пора отдохнуть. — Эот стол накрыт для вас, надеюсь вам все понравится, — сказал другой. Вы пока ещё нуждаетесь в еде, но со временем она будем вам ни к чему. — Ни к чему? Как это? — удивилась я. — Как мы и говорили ранее, ваше тело полностью станет святым и вы обретёте относительное бессмертие и долголетие. Вам ни нужны буде ни вода, ни еда и ни другие потребности. —Ох, — я прикрыла рот руками от изумления. — Отдыхайте. Они удалились оставив меня с служанками. Я поднялась с ложа и устремилась к столу, на коем располагались яства, каких прежде не довелось мне видеть. Множество мясных блюд, пышных пирогов, изысканных закусок и разносолов предстали пред взором. Вкушая их, я едва удержала слёзы, столь восхитительным оказался вкус, и столь горьким осознание, что вскоре лишусь сего блаженства. Хотя может я смогу это есть несмотря на то, что не буду чувствовать голода? Закончив с едой и вдоволь наевшись я подошла к кровати. — Я хочу спать, — коротко сказала я чтобы проверить реакцию служанок. Служанки метнулись ко мне, будто ждали этого сигнала. Их пальцы быстро сняли украшения, потом принялись за платье. Значит все таки они меня слышат, но говорить не желают. Или может им нельзя со мной говорить? Всё же это единственные женщины которых я встречала. Они раздели меня догола. Без слов, без колебаний. А потом одна из них принесла халат, прозрачный, как воздух, из ткани, которую я почти не чувствовала на коже. Видимо на мне всегда должна быть прозрачная одежда. Затем они быстро расстелили кровать и уложили меня на мягкие воздушные перины и подушки. Я словно проваливалась в них. И наконец опустили плотный балдахин, отрезав меня от всего мира. Я осталась одна словно в маленькой комнате. Громко выдохнув, я словно прокрутила перед внутренним взором весь прошедший день всего за одну секунду. Ещё утром я была нищей девушкой, медленно угасавшей от голода в ветхом, прогнившем доме. А теперь… Теперь я Святая Богиня, богатейшая женщина страны, засыпаю в величественном дворце, окружённая личными слугами и служителями. Контраст был настолько разительным, что казалось это не моя жизнь. Несмотря на то, чем предстоит заниматься, жизнь моя ныне поистине шикарна. А визиты мужчин… Что ж, их придется потерпеть, но это, в сущности, малая плата за всё остальное. Я так думаю...***
Пробуждение пришло в кромешной тьме. Я не могла разобрать, царит ли ещё ночь или уже наступил день. Медленно откинув одеяло, я протянула руку к балдахину, хотелось хоть немного рассеять этот густой мрак. И тут же его раскрыла служанка, она, похоже, ждала моего знака. В помещении находилась лишь она одна, вторая, наверное отдыхала. Подняв весь балдахин со всех сторон я увидела, что за окном уже давно день. Неужели я проспала так долго? Как только я захотела встать меня мигом остановила служанка. Она присела рядом и, взяв за колено, раздвинула мне ноги. Мне нужно ещё привыкнуть к тому, что все норовят мне тут раздвинуть ноги. Затем она отбросила халат оголяя моё лоно и потянулась за полотенцем на прикроватном столике. Я почувствовала между ног некую стянутость. Она мне знакома. Такое бывает когда плохо вытираешь сперму и она засыхает. Через мгновение я почувствовала мягкое прикосновение полотенца бережно вытиравшее мои складочки. Моё лоно, видимо, должно всегда содержаться в идеальнейшей чистоте. Пока служанка старательно вымывала остатки засохшего семени, дверь в спальню отварилась и внутрь зашли двое жрецов со второй служанкой. От внезапности я по привычки захотела сомкнуть ноги, но потом резко одёрнула себя и поняла, что теперь это не имеет никакого смысла. Но внутри все же ещё присутствовал некий дискомфорт. — Добрый день, ваше святейшество! — поприветствовали меня жрецы и поклонились. — Уже день? Я так долго спала? — Вы можете спать сколько угодно и никто не посмеет вас разбудить! Все ждут. Все подстраиваются. Весь этот дворец крутится вокруг вас, подчиняется вашему ритму. На самом деле это шикарная новость. Такая роскошь… раньше я даже представить не могла. Всегда одно и то же, засыпала за полночь, едва успев переделать все дела, а утром опять подъём ни свет ни заря, снова эти бесконечные домашние хлопоты. — О! Я вижу преображение уже началось, — оптимистично подметил один из мужчин. — Хм? О чём вы? — уточнила я. — Можете взглянуть в зеркало. Я непонимающе посмотрела на жрецов и слегка испугалась. Неужели со мной что-то не так? Не дав служанке завершить нежное омовение моего лона я поджала под себя ногу и подскочила с кровати. Абсолютно обнажённая, лишь лёгкий халат струился за мною, я устремилась к настенному зеркалу и застыла, охваченная изумлением. — Мои глаза... — я аккуратно дотронулась пальцами до своего лица. Когда-то тёплые, карие, теперь они стали подобны двум застывшим океанам, холодным, голубым, как самый чистый лёд. — Что случилось? — я резко повернула голову на жрецов. — Не волнуйтесь, вы не утеряете свою внешность. Произойдут лишь малые трансформации в вашем теле которые были у самой первой Богини, — объяснил мужчина. — Произойдёт это не сразу, а постепенно. Всё зависит от того как быстро вы начнёте принимать семя. Ах вот оно что, опять снова всё упирается в семя. Получается чем больше и чаще я совокупляюсь, тем быстрее трансформируется моё тело? Мне совсем не хотелось терять свою внешность, но похоже без этого не обойтись. — Не будем терять и минуты. Вам сейчас принесут яства, а затем нас ждёт много дел. — Что... опять? — я смущённо потупила взгляд на жрецах. — Ах, что вы, — запнулся мужчина, — я бескрайне рад вашем мыслям, но помимо совокупления вас ждёт обучение всему, что следует знать Богине. — Ритуал первой ночи прошёл и мы более не посмеем войти в вас без вашего позволения как и другие мужи. Всё только с вашего согласия, — сказал второй. — Но только учтите, что это необходимо в первую очередь для вас. Эта новость порадовала меня, словно тяжёлый груз упал с плеч. Теперь никто не посмеет взять меня без моего согласия. Но в глубине души я понимала, однажды мне придётся открыть двери своего ложа, впустить в него чужих, пусть даже по собственной воле.
