Алекс Реддл: Ледяное эхо прошлого

***

В кабинете директора было тихо, лишь мягко посапывали портреты на стенах. Альбус Дамблдор сидел за своим столом, сложив пальцы «домиком». Напротив него в глубоких креслах расположились деканы четырех факультетов. Воздух был пропитан напряжением, которое возникло еще в Большом зале и теперь сгустилось в этой комнате. — Вы все слышали это имя, — мягко начал Дамблдор, обводя присутствующих взглядом поверх очков-половинок. — И я видел вашу реакцию. — Альбус, это не просто имя! — профессор Макгонагалл нервно поправила свои очки. — Весь зал замер. Мальчик с такой фамилией и... вы видели его лицо? Он выглядит так, будто сошел с парадного портрета в Министерстве десятилетней давности. Только этот левый глаз... Пробирает до костей. Откуда он взялся? Кто его семья? — Он жил среди маглов, Минерва, — спокойно ответил Дамблдор, намеренно опуская подробности о приюте Вул. — Мальчик не знает о своих родителях ничего. Он считает себя сиротой, и я прошу вас относиться к нему именно так. Не делайте поспешных выводов. — Относиться как к сироте? — Северус Снейп, до этого хранивший молчание в тени книжного шкафа, резко шагнул в круг света. Его голос был тихим, но в нем слышался скрежет стали. — Это не просто сходство. Это вызов. Мальчик — копия Министра. Но то, что у него разные глаза... это признак очень старой и, возможно, очень опасной крови. Вы хотите сказать, что он просто... появился? — В магическом реестре Хогвартса иногда появляются имена, которые мы не ждем, Северус, — Дамблдор поднялся, давая понять, что разговор окончен. — Наблюдайте за ним. Обучайте его. Но не пытайтесь увидеть в нем тень, которой, возможно, не существует. По крайней мере, пока.

***

Первое утро в Хогвартсе 1991 года встретило Алекса прохладой подземелий. Проснувшись в кровати с зеленым балдахином, он какое-то время просто лежал, слушая, как вода озера тихо плещется о толстое стекло окна. Рядом уже возился Драко. — Вставай, Алекс! — Драко выглядел бодрым и уже успел идеально причесаться. — Сегодня Трансфигурация. Мой отец говорил, что Макгонагалл — кремень, так что лучше не опоздать. Они вышли в коридор и направились к Большому залу. По пути Алекс чувствовал, как ученики старших курсов замедляют шаг, провожая его взглядами. Шепот следовал за ним шлейфом: — ...это он? — ...посмотри, лицо точь-в-точь как у Министра... — ...что у него с глазами? Откуда он взялся вообще? У входа в зал их ждал Гарри. Его гриффиндорский галстук висел криво, а волосы торчали во все стороны. — Привет! — Гарри радостно замахал рукой, увидев друзей. — Ну как вам спалось? Рон говорит, что в подземельях сыро, но я думаю, он просто никогда там не был. — Там отлично, — улыбнулся Алекс. Они впятером — Гарри, Драко, Алекс, Рон и Гермиона — вместе зашли в зал. Факультетские столы стояли параллельно, и друзья заняли места на стыке столов Слизерина и Гриффиндора. На первом уроке Трансфигурации профессор Макгонагалл превратила свой стол в свинью и обратно, а затем раздала всем по спичке. — Ваша задача — превратить спичку в иголку. Приступайте. Алекс взял свою тисовую палочку. Он чувствовал, как дерево приятно греет ладонь. Он не стал сразу махать ею, как Рон (который в итоге лишь разломал свою спичку пополам). Алекс сосредоточился на кончике дерева, представляя, как оно становится стальным и острым. Короткий, четкий взмах. Его спичка мгновенно посеребрилась и заострилась. На парте лежала идеальная, тонкая иголка. Профессор Макгонагалл подошла к его столу. Она долго молча смотрела на результат, а затем перевела взгляд на Алекса. В её глазах промелькнула странная смесь восхищения и глубокой, затаенной тревоги. — Безупречно, мистер Реддл. Пять баллов Слизерину за великолепную работу с первой попытки. Гарри и Драко переглянулись, сияя от гордости за друга. Но Алекс заметил, что Макгонагалл произнесла его фамилию так, словно пробовала её на вкус и боялась обжечься.

***

Северус Снейп стоял у окна в своём кабинете, глядя на темные воды озера. Урок зельеварения с первым курсом Слизерина и Гриффиндора должен был начаться через пять минут. Он знал, что этот час станет для него испытанием. — Вы вовремя, — холодно произнес он, когда дверь распахнулась и в класс вошли ученики. Снейп прошел к своему столу, его мантия развевалась за спиной, словно крылья гигантской птицы. Он начал перекличку, делая паузы после каждого имени. Когда он дошел до конца списка, его голос стал ещё тише и опаснее. — Алекс Реддл, — произнес он. Мальчик поднял голову. Снейп замер. В полумраке подземелий сходство было не просто пугающим — оно было абсолютным. Тот же разворот плеч, те же тонкие губы. Но глаза... Левый глаз мальчика, льдисто-голубой, словно светился изнутри. — Вы здесь, Реддл, — Снейп медленно подошел к его парте. — Скажите мне, что я получу, если добавлю толченый корень асфодели в настойку полыни? Гарри Поттер, сидевший рядом с Драко, удивленно моргнул. Гермиона Грейнджер вскинула руку, но Снейп не сводил глаз с Алекса. — Получится усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют Напитком Живой Смерти, сэр, — спокойно ответил Алекс. Его голос был ровным, без тени страха. — А где вы будете искать, если я попрошу вас принести мне безоаровый камень? — В желудке козы, сэр. Снейп сузил глаза. Он ждал растерянности, но увидел лишь ледяное спокойствие. — Пять баллов Слизерину, — процедил он. — За знание матчасти. Приступайте к приготовлению зелья от фурункулов. Весь урок Снейп кружил по классу, делая едкие замечания Рону Уизли и хваля Драко, но каждый раз, проходя мимо Алекса, он чувствовал странное покалывание в области предплечья. Мальчик работал идеально. Его движения были точными, почти аристократичными.

***

— Свободны! — резко бросил Снейп, и звук его голоса эхом отразился от каменных сводов. — К следующему занятию жду от каждого по двенадцать дюймов пергамента о свойствах игл дикобраза. Класс наполнился шумом собираемых сумок. Алекс аккуратно убрал свои весы и флаконы в сундук. Он чувствовал, как затылок покалывает от пристального взгляда профессора, но не оборачивался. Как только они вышли в прохладный коридор подземелий, Драко с облегчением выдохнул. — Мерлин, ну и тип! — прошептал Малфой, поправляя галстук. — Мой отец говорил, что Снейп — человек строгий, но он смотрел на тебя так, будто ты съел его любимого ручного паука, Алекс. — Он просто пытался меня запугать, — спокойно ответил Алекс, перехватывая сумку поудобнее. — В приюте воспитатели часто так делали. Думают, если смотреть не мигая, то можно узнать, о чем я думаю. — А о чем ты думал? — спросил Гарри, который шел рядом, перепрыгивая через лужу на полу. — О том, что у него в банках слишком много мертвых змей, — честно признался Алекс, и друзья рассмеялись. Рон, который до этого шел тише воды, ниже травы, наконец подал голос: — Слушайте, а вы видели, как он замер, когда Алекс ответил про безоар? Гермиона, ты так тянула руку, что я думал, ты сейчас взлетишь. — Я просто хотела дополнить! — Гермиона надулась, обнимая стопку книг. — Но Снейп даже не смотрел в мою сторону. Он вообще ни на кого не смотрел, кроме Алекса. Это очень странно. В «Истории Хогвартса» не сказано, что преподаватели могут так зацикливаться на одном ученике. Они вышли из мрачных коридоров на залитую солнцем лестницу, ведущую в Большой зал. — Знаете, что я подумал? — Гарри остановился у окна. — Мой папа говорил, что в Министерстве все немного помешаны на порядке. Может, Снейп просто увидел в тебе кого-то знакомого? Ведь ты в мире магов новичок, а фамилия у тебя... ну, непростая. Алекс остановился и посмотрел на свои руки. — В Лондоне, в приюте, я видел фамилию Реддл на старых вывесках и в газетах. Это была просто фамилия. А здесь... здесь каждый раз, когда её произносят, люди замирают. Мне это не нравится. Я хочу, чтобы они смотрели на меня, а не на моё имя. — Мы смотрим на тебя, Алекс, — серьезно сказал Драко, положив руку ему на плечо. — Для нас ты парень, который не побоялся пройти сквозь стену. И который делает лучшие иголки на трансфигурации. — Точно! — подтвердил Рон. — Идемте на обед. После Снейпа я готов съесть целого гиппогрифа.