Алекс Реддл: Ледяное эхо прошлого

***

После случая с окаменевшей кошкой Хогвартс наполнился тревогой. Чтобы поднять боевой дух учеников, профессор Локонс решил организовать Дуэльный клуб. Вечером в Большом зале установили длинный золотой помост. Пятерка друзей: Гарри, Драко, Алекс, Рон и Гермиона стояли в первых рядах. Алекс чувствовал себя неуютно: после того дня на стадионе шепот в стенах стал навязчивее, а его льдисто-синий глаз иногда пульсировал в такт этому странному голосу. — Посмотрите на Локонса, — шепнул Драко, поправляя воротник. — Опять в мантии цвета «полуночный восторг». Надеюсь, Снейп покажет ему, что такое настоящая магия. Локонс и Снейп вышли на помост. После короткой демонстрации, в которой Снейп эффектно разоружил Локонса заклинанием «Экспеллиармус», профессор ЗОТИ, пошатываясь, поднялся на ноги. — Отлично, отлично! — воскликнул он, фальшиво улыбаясь. — А теперь попробуем сами! Поттер, Малфой, прошу на сцену! Гарри и Драко переглянулись. И вышли на помост с азартом, но без злобы. — На счет три! — скомандовал Локонс. — Раз, два... Драко, подстрекаемый шепотом Снейпа, который подошел к нему за секунду до начала, взмахнул палочкой раньше: — Серпенсортиа! Из кончика его палочки вырвалась длинная черная кобра. Она тяжело шлепнулась на помост, подняла голову и угрожающе зашипела, глядя на Гарри. Зал ахнул. Локонс попытался вмешаться, выкрикнув заклинание, но лишь подбросил змею вверх. Разъяренная кобра упала на пол прямо перед Джастином Финч-Флетчли. Змея пригнулась, готовясь к броску. Джастин замер от ужаса. Алекс Реддл, стоявший ближе всех, почувствовал, как мир вокруг него внезапно затих. Его льдисто-синий глаз вспыхнул ослепительным холодом. Он не доставал палочку. Он просто сделал шаг вперед. — Шшшассс-эсссе... хэссс-шшши... Это не был крик. Это было чистое, леденящее душу шипение, от которого по залу прошел физически ощутимый мороз. Змея, только что готовая впиться в горло Джастина, внезапно обмякла. Она медленно повернула голову к Алексу и... склонилась, коснувшись чешуйчатым лбом каменного пола. Алекс медленно подошел к змее. Его взгляд был прикован к ней. — Сссэй-ассса... — тихо выдохнул он. Кобра замерла, став неподвижной, как изваяние. В Большом зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как трещат свечи. Все смотрели на Алекса. Снейп не отрывал взгляда от его лица, и в глазах профессора читалось нечто среднее между страхом и глубоким осознанием. — Ты... ты змееуст? — прошептал Джастин, пятясь. — Ты приказал ей напасть на меня? — Нет, я... — Алекс моргнул, и ледяное сияние в глазу начало гаснуть. Он огляделся, видя на лицах одноклассников ужас. Алекс развернулся и бросился прочь из зала. — Алекс, стой! — крикнул Гарри, спрыгивая с помоста. Он и Драко догнали его уже в коридоре. Рон и Гермиона прибежали следом. — Алекс, это был парселтанг! — Гермиона была бледнее обычного. — Я читала... это дар великих темных волшебников. — Мне плевать, что говорят книги! — Гарри твердо взял друга за плечо. — Ты спас Джастина. Ты приказал ей отступить! Драко кивнул, его лицо было очень серьезным. — В нашей стране только один человек открыто владеет этим даром. Министр Том Реддл. Алекс, ты понимаешь? Это не просто совпадение фамилий. Это кровь. Алекс прислонился к холодной стене. Его трясло. — Я не знаю, кто я, — прошептал он. — Но я боюсь, что этот голос в стенах... он был прав. Он назвал меня Наследником. И теперь все в Хогвартсе думают так же. Друзья обступили его кольцом, защищая от пустого коридора, но где-то глубоко под их ногами, в сточных трубах замка, что-то огромное довольно зашипело в ответ на слова своего нового господина.

***

После Дуэльного клуба Хогвартс изменился. Теперь, когда Алекс шел по коридорам, ученики прижимались к стенам, а шепотки за спиной стали громче. Даже статус друга Гарри Поттера и Драко Малфоя не спасал: клеймо «Змееуста» и фамилия Реддл превратили его в главного подозреваемого. — Мы должны выяснить, кто настоящий Наследник, — решительно сказала Гермиона, когда пятерка друзей снова заперлась в туалете Плаксы Миртл. — Если все думают на Алекса, значит, настоящий преступник чувствует себя в полной безопасности. — И как мы это сделаем? — спросил Рон, с опаской поглядывая на бурлящий котел в углу кабинки. — Подойдем к каждому и спросим: «Извините, не вы ли выпускаете монстра из стен?» — Нет, — Гермиона помешала густую, похожую на смолу субстанцию. — Мы используем Оборотное зелье. Гарри и Драко выпьют его и превратятся в Крэбба и Гойла. Нам нужно пробраться в гостиную Слизерина и выведать всё, что знают другие. — А почему я — Гойл? — возмутился Драко. — Я и так слизеринец! Я могу просто спросить... — Нет, Драко, — Алекс поднял на него свой льдисто-синий глаз. — Тебе они не скажут правду, потому что ты — мой лучший друг. А вот Крэббу и Гойлу, которые считаются тупицами, могут проболтаться.

***

Через некоторое время, когда зелье было готово, Гарри и Драко отправились в подземелья. Алекс остался в туалете с Гермионой и Роном. Ему было не по себе. Стены замка вибрировали, откликаясь на его беспокойство. «…ссскоро… нассстанет чассс… очиссщение…» — прошипел голос где-то над потолком. Алекс резко встал. — Он снова говорит. Прямо над нами. В этот момент дверь туалета распахнулась, и внутрь ввалились «Крэбб» и «Гойл». Как только действие зелья начало ослабевать, черты лиц Гарри и Драко вернулись в норму. — Ну что? — спросил Рон. — Это Малфой-старший приказал Драко открыть комнату? Драко сердито посмотрел на Рона. — Мой отец тут ни при чем, Уизли! Но мы кое-что узнали. Слизеринцы говорят, что много лет назад, когда Комната открылась в первый раз, погибла девочка. И тот, кто её открыл, всё еще на свободе. — Хмм... — Гермиона нахмурилась. — Это как раз то время, когда Министр Реддл учился здесь. Алекс почувствовал, как внутри него всё похолодело. — Вы хотите сказать, что мой... что Министр открыл её тогда? — Мы не знаем, Алекс, — Гарри подошел к другу. — Но есть кое-что еще. Слизеринцы шепчутся, что Наследник — это не тот, кто владеет силой, а тот, кого «выбрал дневник». Какой-то дневник, который бродит по школе. Внезапно раздался пронзительный вопль. Это была Плакса Миртл. Она вылетела из своей кабинки, заливаясь слезами. — Кто-то бросил это в меня! — прокричала она. — Прямо в голову! На мокром полу лежал маленький черный блокнот в дешевой кожаной обложке. Алекс медленно подошел к нему. На обложке, стертыми золотыми буквами, было написано имя: Т. М. Реддл. Алекс поднял дневник. Как только его пальцы коснулись кожи, левый глаз мальчика вспыхнул ослепительно-белым светом. Друзья замерли, наблюдая, как страницы дневника начали стремительно перелистываться сами собой, хотя они были абсолютно чистыми. Алекс медленно протянул руку и поднял блокнот. Кожаная обложка была влажной от воды, но, как только его пальцы коснулись дневника, по руке пробежал странный разряд — не то холод, не то жар. Левый глаз Алекса на мгновение вспыхнул тем самым мертвенным светом, от которого его друзьям всегда становилось не по себе. — Т. М. Реддл... — прочитал Гарри через его плечо. — Это инициалы Министра. — Но дневник абсолютно пустой, — заметил Драко, перелистывая взглядом страницы, которые Алекс медленно открывал. — Почему кто-то решил его выбросить? И почему именно в туалете? — Может, он не так прост, как кажется, — Гермиона с подозрением посмотрела на черную книжицу. — Алекс, будь осторожен. Магические предметы с собственным разумом — это очень опасно. Алекс ничего не ответил. Он чувствовал, как дневник словно пульсирует в его ладони, подстраиваясь под ритм его собственного сердца. Это была первая вещь в его жизни, которая была связана с его фамилией не через газетные заголовки, а напрямую. — Я заберу его, — тихо сказал Алекс, пряча блокнот во внутренний карман мантии. — Ты уверен? — Гарри нахмурился. — Если это вещь Министра, может, стоит отдать её Дамблдору? Мой отец говорит, что у Тома Реддла даже в юности были секреты, которые не стоит трогать. — Нет, — отрезал Алекс. — Это... это личное.

***

Вечером в гостиной Слизерина, когда Драко уже уснул, Алекс сел у камина. Зеленоватый огонь отбрасывал причудливые тени на стены. Он достал дневник и положил его на колени. «Здравствуй», — мысленно произнес он. Затем он взял перо, обмакнул его в чернила и осторожно коснулся бумаги.

«Меня зовут Алекс Реддл», — вывел он на первой странице.

Чернила задержались на поверхности всего на секунду, а затем медленно, словно впитываясь в саму плоть бумаги, исчезли. На чистом листе начали проступать другие слова — изящный, уверенный почерк, который казался Алексу до боли знакомым: «Здравствуй, Алекс. Я — Том Реддл. Я не знаю, как ты нашел мой дневник, но я чувствую нашу связь. Ты тоже слышишь его, не так ли? Голос в стенах?» Сердце Алекса пропустило удар. Он быстро застрочил в ответ:

«Да. Он называет меня Наследником. Кто ты? Ты действительно Министр?»

«Я — это память о том, кем я был много лет назад, когда Хогвартс принадлежал нам по праву. Я могу показать тебе правду, Алекс. Ту правду, которую скрывает Дамблдор. Хочешь ли ты увидеть, что произошло, когда Комната открылась в первый раз?» Алекс замер. Его льдисто-синий глаз вспыхнул во тьме гостиной. Он знал, что должен остановиться, но жажда узнать, кто он такой на самом деле, была сильнее страха.

«Покажи мне»

Мир вокруг Алекса внезапно начал вращаться. Зеленое пламя камина вытянулось, тени слизеринской гостиной поплыли, и через мгновение он почувствовал, что проваливается прямо в страницы дневника, навстречу прошлому, которое должно было остаться похороненным.