For our indepent

Да да, у меня шило в жопе, смиритесь. Есть шанс, что в марте я свалюсь с выгоранием, но это не точно. С 1 мартом, дорогая! (Мне плевать что уже конец марта, и, да, Реми ещё функционирует) _______ Глава 7 Тяжелые ботинки шаркали по ковру, отворив перед собой тяжелую дубовую дверь, Ники вошла в кабинет. Её встретил неодобрительный вгляд босса: - Por el amor de Dios, Ники. Я понимаю, что сейчас зима, но этот ковер драили всю прошлую неделю. - Здравствуй, Алекс, - непринужденно ответила девушка, усаживаясь в кресло напротив: - Неужели ты научилась здороваться? Глядишь еще и ботинки чистить начнешь, - язвительно заметил брюнет. Подчиненная смерила его язвительным взглядом, мол радуйся, что я их еще на стол не закинула: - Я почти два дня ехала из столицы не для того, чтоб слушать твое ворчание по поводу ковра, Алекс. - Рассказывай давай. У меня и так дел по горло, - об этом он не врал. Власть над Лас-Невадасом уже семь лет как была в его руках. И хоть не всегда официально, но работать приходилось много. Но это не так уж страшно. Да, порой приходится сразу после убийства шпиона или каких-нибудь пыток, переть на конференцию. Хотя к этому привыкаешь: - Слышал о подставных газетах из столицы? Там пишут почти всю поднаготную того, что твориться в стране. - Слышал. - Так вот, я все-таки нашла этих газетчиков. - Досье есть? - Есть, - она достала из внутреннего кармана плаща небольшую папку и положила её на стол. Квакити отложил в сторону бумаги и открыл папку: - Фулиш постарался. Тут чуть ли не вся биография. - Здесь в основном только цифры, хочешь не хочешь, а они мало, что расскажут. Единственный рабочий глаз Алекса скользил по страницам документов. Хоть он не ожидал, что такой занозой в заднице президента окажутся подростки, он не был удивлен. Все-таки юношеская наглость когда-то пробила ему дорогу к креслу мэра: - Томас Сут? Случаем не Уилбура родственник? - он нахмурился. В досье о братьях не упоминалось. Только отец и мать: - Он самый, - вздохнула Ники, скучающе крутя карандаш в руках. - Уилбура заставили отказаться от всех родственных связей, пока держали в ящике. - Да уж. . - С этими Сутами и их родословной вообще какая-то дичь. У белобрысего сын есть. Прикинь? Испанец присвистнул. Вообще, у всей компании в досье тварилась какая-то несусветица. О Ранбо вообще ничего до приюта было неизвестно. Тоббиас прыгал по всей стране как блоха. А с Томасом все и так было понятно. Единственным более-менее нормальным оставался только Грейсон Перплд. Ну, почти: - Как ты вообще на них вышла? Кроме этого Ранбу они все внешне ничем таким не отличаются. - Скажи спасибо Миссис Паффи и Джеку. - Ого, от этих двоих я вообще вестей не ждал. Уж было начал думать, что твой бритоголовый дружок окончательно забылся. Девушка презрительно фыркнула: - Лучше скажи, что нам делать с мелкими, босс. - Пока оставь детей в покое. До тех пор как они не выйдут за рамки газет и статей, они нам особо не помеха. - Тогда отлично. Я пожалуй тебя покину, досье оставить? - Да. - А, и передай привет Чарли от меня. - Передам. Девушка вышла из кабинета, оставив Алекса наедине с волокитой бумаг. Хотя после этого визита работать особо не хотелось. Голова была забита вопросами об этих мальчишках. Они хоть и юны, но в дополнительной информации упоминалась не самые обнадеживающие вещи. Два административных ареста Тоббиаса еще до совершеннолетия, с толи с попыткой недо подрыва, толи какой-то драки. Томас тоже упоминался как не самый добропорядочный гражданин, но в отделениях, в отличии от своего товарища не появлялся. Казалось бы, что в такой компании из дыры в документах, подрывнике и младшем брате главного революционера страны, забыл Перплд. А суть вся в фамилии. Не просто так его отец на время войны схоронился в Эгпайре. И не просто так ему фактически запрещен въезд в Невадас. Все таки яблоко от яблони далеко не падает, но оставалась надеяться, что хотя бы его сынок проблем доставлять не будет. Хотя может Грейсон пошел в кроткую и миловидную мать? Оставалось надеяться.. Квакити встал, разминая измученную спину. Да уж, почти тридцать лет это вам не шутки. Он достал из резного шкафа бутылку скотча и стакан. Все же есть и свои привилегии в жизни на работе. Наполнив стакан, он оставил бутылку на столе и  подошел к окну. Отсюда очень хорошо был виден Лас-Невадас. Неоновые вывески, сапфиты уходящие в небо, вечно оживленная автострада. За три спокойных года им удалось не просто воссоздать старую инфраструктуру, а почти полностью переосмыслить её. И Алекс этим несказанно гордился. Да, хоть его город и выглядит как один огромный сгусток неонового света, это еще и крупнейший порт. Неудивительно, почему во время гражданской войны, Шлатт так яро пытался прибрать все к рукам. А ведь можно же было просто признать их частичную автономию, сколько бы людей они оставили в живых. От неприятных воспоминаний у него снова разболелась голова. Он опракинул в себя стакан алкоголя и поставил пустую стекляшку на стол. Злопамятность не позволяла забыть кто именно оставил ему шрам на пол лица и лишил его зрения на один глаз: - Сэр, Мисс Тина сказала, что хотелось бы встретится с вами. Мне перенести встречу? - от бодрого голоса помошника, Квакити, чуть не схватил инфаркт. Черт. он даже не услышал как тот зашел: - Нет, Чарли. Можешь не переносить, - он повернулся к дверям где стоял Чарли. - во сколько и где мне её ждать? - Через час, в ресторане при отеле Рубенс. - Отлично, можешь идти. Кстати, сегодня у нас быда Ники. Она передавала тебе привет. - Неожиданно - усмехнулся русоволосый и закрыл дверь. *** Квакити вошел в холл, снимая с себя плащ и, отдав его гардеробщику, направился к своему столику. Тина была не из тех кто пренибрегал своими привычками, даже если дело касалось незначительных вещей. Но тем не менее, уже несколько лет подряд все встречи проходят в одном и том же ресторане за одним и тем же столом. - Mi querida, давно тебя не видел. Как дела? - Алекс улыбнулся девушке, садясь за стол. - О, ты уже здесь. Я уж думала, что ты последуешь своим испанским генам и снова опаздаешь. - Жизнь мэра их перебила, что уж поделать. - Да уж. Ладно, сперва по делу. - Может хотя бы выпьем? - Нет, спасибо. Мне хватает твоих бывших коллег, которые вечно пытаются меня споить. - Привыкай, hermana. Ты молода и красива, так что придется смириться. Тина удрученно вздохнула. Она давно поняла это, но все равно раздражало когда вместе обсуждения акций её саму разглядывали как товар: - Ну, рассказывай. Что же там творится? - Сейчас у нас с рынком проблемы. Хоть с патрулем все не так плохо как в столице, у нас все равно участились поимки проституток, из наркодиллеров каждый второй либо уехал пока мог, либо залег на дно. С казино все еще более-менее в порядке, как и с алкогольно-табачным бизнесом. Но из-за сухого закона продавать любой алкоголь сейчас сложно в двойне. - Да уж, не самые хорошие вести. Уже есть какие-то идеи по их решению? - Я честно говоря уже устала думать. Мне нужны твои мозги. - Понятно. Мне кажется нам не хватает кадров в полиции. Что думаешь? - Мы думали над этим, но никто из совета даже слушать не хочет. Сидят как собаки на сене и еще причитают что никто ничего не делает. - Похоже придется опять светить лицом. Странно, я думал, что за два года они все же признают тебя моей преемницей. Или хотя бы часть, – брюнет нахмурился. Самыми консервативными людьми всегда были не политики, а наркоторговцы и сутенеры. - Они считают меня чересчур рациональной и совсем не воспринимают в серьез. Серьезно, Квак. Мы сидим на деловой встрече, а один из этих ублюдков закидывает мне руку на плечо и заводит песню о том, что таким красивым китаянкам не место в бизнесе. - В следующий раз прострели ему колено и скажи, что ты кореянка. Sera como la seda. - Не думаю, что все так просто решится насилием, – хотя Тина все равно улыбнулась. Квакити часто вел себя будто старший брат. Всячески оберегал её, преподавал не самые этичные с точки зрения морали советы. Да даже стрелять её лично учил: - Тина, это мужчины. Им свойственно мериться сантиметрами в ширинке и числом женщин в постели. Пока ты не покажешь свою способность прострелить их головы, они тебя даже слушать не будут. Тем более если ты девушка, – он пожал плечами и подозвал официанта. В начале пути, Алекс испытал подобное на своей шкуре. Его как то раз неплохо так напоили, но видимо апонент не рассчитал вероятность того, что вместо пьяной покорности Квакити он получит ножевое ранение. Это сейчас, по прошествию лет, алкоголь действительно расслаблял. А тогда он особо себя в руках не держал: - Я подумаю над этим. Но все же, что делать с полицией? Для начала нам нужен тот кого мы уже будем там знать. - Думаю, я смогу потрясти Фулиша, чтобы тот кого-нибудь нашел. Пока у нас еще есть лишние деньги, можно не торопиться. - И все же ситуация в стране хуже некуда, а мы у Шлатта не последние в списках, – да уж, девушка явно была встревожена. Кажется ей стоит прекратить читать газеты: - С этим я сейчас стараюсь что-нибудь сделать. Надеюсь до второй гражданской войны дело не дойдет, но мы во всяком случае должны быть готовы. Тина лишь коротко улыбнулась. Как может человек которому эта страна причинила так много боли, лишила товарищей, веры в любовь и людей, глаза. Так беспокоится о её будущем? Как может человек, совершенно чужой для этой земли и связанный с ней только вторым именем, так любить эту страну? Именем Квакити его окрестили ничуть не родители. А подчиненные и коллеги. В мифологии Квакити являлся полубогом, благословленным в младенчестве самими небесами. Но когда он вырос, вместо привычных героических дел он стал пользоваться своим даром: обманывал людей, рушил чьи-то судьбы, отбирал чужие завоевания. И стоило хитрецу подняться на пьедестал еще одной нечестной победы, как его прокляли- он был обречен скитаться в облике ни то человека, ни то птицы до конца своих дней. Многие думали, что Алекса ждет похожая судьба, но пока тот и не планировал падать, а Тине, честно говоря, хотелось на него равняться. Пожалуй, она последует его совету.