Теория, которую нельзя доказать.

Утро встретило Накахару отвратительно бодро. Слишком яркий свет в коридоре отдела, слишком громкие шаги коллег, слишком ясная голова для человека, который спал от силы пару часов. Чуя раздражённо бросил пальто на спинку стула и почти сразу пожалел об этом — ткань соскользнула на пол, и пришлось наклоняться и поднимать. Недовольно рыкнув, Накахара сразу отправился к окну, на подоконнике, которого аккуратно спрятавшись за шторкой, стоял электрический чайник. Неприятный шум быстро залил помещение, заставив Чую поморщится. Вот уже третий день подряд его состояние на работе оставляло желать лучшего, и вот уже второй день подряд он работал с Дазаем. Думать о произошедшем ночью не хотелось. Странное гнетущее чувство мигом заливало грудь, когда он вспоминал случайно кинутые фразы Осаму. Заваривая кружку чая, Чуя отчаянно напоминал себе, что ничего не должен этому идиоту. Когда он, наконец, сел и начал разбирать бумаги, стараясь как можно быстрее вернуться к делу. Мысли упорно возвращались к имени, которое прозвучало вчерашней ночью. Анго Сакагучи. Чуя сжал зубы, включая компьютер. Он действительно не помнил это имя. И это пугало еще больше: он помнил практически все, что было так или иначе связано с треклятым Дазаем. Сколько сахара он кладет в кофе, почему не любит собак, какое блюдо из крабов его самое любимое и еще миллиард деталей и историй связанных с ним. Вся эта гора информации не нужным хламом хранилось в его голове, и сколько бы он пытался к ней не возвращаться или, наконец, выбросить ее, как пакет мусора — мозг продолжал беречь все детали. И тот факт, что Анго Сакагучи просто вылетел у него из головы, не давал покоя. Он потер переносицу и, в сотый раз за последние дни открыл папку с делом, стараясь как можно быстрее погрузить горячую голову в работу. Он листал страницы и по кругу читал основные детали дела, стараясь скомпоновать их между собой и выстроить логическую цепочку. — Чуя-сан. Голос Акутагавы выдернул его из мыслей. Рюноске стоял рядом с рабочим столом незаметной тенью, как всегда — тихо и слишком собранно для начала рабочего дня. — Док прислал дополнение к экспертизе, — коротко сказал он и протянул стопку бумаг усыпанных различными печатями. Чуя принял ее, пробегая взглядом по строчкам. С каждым мигом он хмурил брови всё сильнее. — Отёк мозга… разрыв мелких сосудов… отсутствие следов паники… — он медленно выдохнул. — То есть он даже не понял, что умирает. — Накахара держался из всех сил, чтобы не смять и не порвать документы прямо во время чтения. — Ебаный в рот — он отбросил документы на стол, — Именно, — подтвердил Акутагава. — защитной реакции не было, даже попыток. Чуя откинулся на спинку кресла, закрывая лицо шляпой. — Ебаный педант и человек, который работает с давлением, резко начинает работать не по правилам и не чувствует никакой опасности? — пробурчал он из-под шляпы — Хрень какая-то. Акутагава промолчал, садясь обратно за свой стол. Краем глаза еще раз просматривая заключение. — Нам надо ехать в НИИ, мы явно что-то проебали. — убирая с лица шляпу, пробубнил следователь — Но вам не кажется, что без Дазая нам нет смысла ехать туда?.. — тихо буркнул Рюноске, и невольно поежился: голубые глаза следователя буквально прожигали его синим пламенем. Казалось, будь сейчас в руках у Чуи нож, он бы непременно кинул его в Акутагаву. Поняв, что сказал лишнее оперативник вновь устремил свои глаза в бумаги лежащие на столе. За все время работы Накахара научился держать себя в руках. Он прекрасно знал, когда стоит придержать своих коней. Когда лишняя едкая фраза может испортить все то, над чем он работал несколько недель. Гнев свой он сможет выпустить в подвалах отдела, где расположился рабочий тир, или на боксерской груше в спортивном зале. Конечно, контролировать монстра внутри получилось не сразу, он множество раз срывался и ругался с теми, с кем, как многие считали не следовало ругаться. Даже при первой встрече с Мори юный и амбициозный парнишка позволял себе явно лишние комментарии по поводу работы, за что справедливо оставался на бесконечные ночные дежурства. И только спустя годы работы, Чуя понял, что тогда босс поступал с ним очень даже снисходительно. Накахара давно не был взбалмошным подростком, который шел на поводу своих эмоций, но даже спустя столько лет, когда он слышит это проклятое имя, кровь в венах закипает от злости, точно как в далекой юности, когда они только познакомились. Дверь кабинета открылась почти бесшумно, так обычно на работу проникают Гин или Рюноске, Чуя даже не сразу поднял голову, наивно думая, что зашла девушка — и зря. — Доброе утро, — раздался знакомый голос, слишком спокойный для человека, который вчера едва не разнёс чужую машину. На пороге невозмутимо стоял Дазай Осаму. Для произошедшего вчера физик был слишком собранный. Как будто это не его вчера тошнило в машине, и не его вчера Чуя еле дотащил до квартиры. — Ого, сегодня ты опоздал всего лишь на. — Он бросил взгляд на часы на руке — пятнадцать минут! Поразительно. — как бы не старался Чуя, нужного раздражения в голосе не прозвучало. Дазай подошел к столу Акутагавы и нагло взял бумаги экспертизы. — О, зато ты выглядишь так, будто не уходил — Тонкие губы растянулись в улыбке, — по крайней мере, также паршиво — парировал Дазай не отрываясь от чтения. — Перестань делать вид, что умеешь читать, поехали на работу. — Встав, Накахара буквально схватил Осаму за шкирку, и долго не церемонясь, стараясь пропустить мимо ушей недовольные возгласы позади, потащил Дазая за собой — Эй, обычно хозяева тащат собак на прогулку, а не наоборот! — Воскликнул физик, сталкиваясь в дверном проеме с только пришедшими Гин и Тачихарой. Девушка предпочла сделать вид, что не заметила, а вот Тачихара не удержался от того, что бы нашептать что-то на ухо Гин, вопросительно бросающей взгляд на Акутагаву. Как будто тот смог бы что-то ей ответить, а не тяжело вздохнуть и поплестись за странным дуэтом. В машине ехали удивительно тихо. Акутагава постоянно что-то печатал в телефон, а Дазай отрешенно смотрел за окно и даже не пытался отвлекать водителя от дороги. На удивление также тихо они зашли и в само НИИ. Будь их всего двое: оперативник и следователь, Чуя бы не удивился, но вот молчание Дазая не на шутку раздражало. Не то, чтобы Накахаре нравилось, когда физик говорит, но, как выяснилось, даже если Осаму молчит — легче находится рядом с ним, не становится — Акутагава-кун, сходи за Ацуши и спроси ключи от серверной — голос физика прозвучал необычайно спокойно. Куцые брови нахмурились, смотря на Чую с недопониманием, но получив от рыжего короткий кивок, Рюноске словно растворился в воздухе. — И хули ты молчишь? Твоя работа с этой поломкой чертвой разбираться! — следователь недовольно пнул дверь серверной. — Я посмотрел данные, — без вступлений начал Дазай, опираясь на стену. — То, что ты называешь «поломкой», не могло убить его так быстро. — Обоснуй, — Чуя скрестил руки на груди. — Перепад давления был резким, но не критическим, — Дазай говорил спокойно, почти сухо. — Если бы установка просто дала сбой, Анго успел бы хотя бы потерять ориентацию. Здесь же — мгновенное поражение. Как будто систему… подтолкнули. Чуя медленно выпрямился, в голубых глазах сверкнула искра интереса. — Подтолкнули как? Только не говори, что… — следователь закрыл глаза, как будто потерянная деталь пазла, из-за которой картинка так долго не складывалась нашлась прямо под носом. На мгновение в коридоре вновь повисла тишина — Черт, ну, конечно, — медленно произнёс Чуя, — его убили, даже не заходя в лабораторию. — По крайней мере, тот, кто это сделал, прекрасно знал, когда и куда нажать, — Дазай повернулся к нему. — И Анго в этот момент был абсолютно уверен, что он в безопасности. — И сделали это через серверную, внеся новые данные прямо в главный компьютер. Все что говорил Дазай, буквально все это время было у Чуи прямо перед носом. И из-за постоянных «обстоятельств» он ходил вокруг да около, думая, что убили Сакагучи сломав только одно устройство. Дазай удовлетворенно кивнул на логику следователя. — Однако взломать серверную не так просто, — как будто невзначай пролепетал шатен — За ней следит слишком опытный программист После этих слов на лице Накахары расцвела, кажется самая искренняя за последнее время улыбка. — Катай Таяма, по-моему, да? — Услышав знакомое имя Дазай нахмурил брови, и кивнул — И ты на сто процентов уверен, что это не он покушался на Анго? — На все двести. — Отчеканил Осаму — Ему нет смысла подставлять себя через программу, догадайся ты об этом, и ему головы не сносить. С каждой фразой улыбка на лице следователя становилось еще ярче — Боже, ростом выдался, а мозгами вот не очень. Судя по камерам вашего Катая за день до этого не было на рабочем месте ровно семь минут. Какой-нибудь еще более одаренный программист мог в легкую влезть за это время в ваши самые засекреченные компы. — В отличие от сияющего на весь коридор Чуи, лицо Дазая выглядело все мрачнее и мрачнее с каждой секундой. — Обычно он буквально не отходит от своего места. — Я в курсе, в отличие от некоторых, я выполняю свою работу. — В последнее время ты стал слишком разговорчивым для собаки. — В карих глазах, впервые за день, блеснул интерес — у меня есть идея, но тебе она не понравится. — Только не говори, что надо будет прошерстеть ваши архивы и смотреть, в каких проектах был замешан Сакагучи, чтобы понять кому это нужно было влезть в настолько сложную систему ради его убийства? — Когда это мои планы, Чуя-кун, не срабатывали? — Глупая и самонадеянная улыбка шатена будто бы сказала все сама за себя. Накахара лишь нервно вздохнул, недовольно косясь на дверь серверной. Откуда-то из глубины коридора начали слышаться крики. В одном из голосов, хриплом и резком, Чуя отчетливо узнавал Рюноске, второй же был до удивления звонким и еще более громким — Тебе сказали, это не твое дело! Ты обязан отдать мне его! — Я скорее собаку съем, чем доверю тебе, что-то настолько важное! — Идиот, я посажу тебя на 15 суток, за оскорбление при исполнении! Двое появились в коридоре, практически сцепившись в драку. Блондин Ацуши, упорно прижимал к груди белую карту-пропуск, пока Рюноске отчаянно пытался заломить тому руки. Откуда в белом, совсем хилом студенте столько силы, Чуя мог только догадываться: он прекрасно видел, как Акутагава ломает задержанных, и то что, сейчас он видел, больше походило на перепалку двух школьников на большой перемене. Чуя выругался сквозь зубы и шагнул вперёд. — Так, хватит цирка, — рявкнул он, вставая между ними. — Акутагава, руки убрал! Рюноске замер в непонимании, но подчинился мгновенно. Его пальцы разжались, и Ацуши тут же отшатнулся, всё ещё прижимая карту к груди, так словно это был спасательный круг. Накаджима, как-то особенно неловко протянул кусок пластика Дазаю, но не прошло и мгновения, когда Чуя обогнав длинные руки Осаму схватил ее сам. Студент округлил глаза в не понимании, косясь то на Чую, то на Дазая. Последний же только недовольно закатил глаза. — Потому что за смерть твоего коллеги отвечаем мы, а не эта скумбрия — холодно пояснил Накахара Ацуши уже было открыл рот, чтобы возразить, но все же замялся. — Он… он не должен был умереть, — выдавил он. — Анго-сан был осторожен. Он всегда говорил, что техника не прощает глупости. Накахара невольно отметил последнюю фразу внутри себя, как будто ставя галочку, в том, что все-таки ученый был педант. — Значит, глупости не было. — Вы думаете?.. — несчастный студент моментально побледнел, казалось, что Чуя слышит как в белой голове перебираются самые страшные варианты произошедшего. Накахара предпочел не раскрывать всего студенту-практиканту Дазай успокаивающе похлопал паренька по плечу, наблюдая, как Чуя закатывая глаза, отворачивается к двери и прислоняет белую карту к сканеру. Серверная встретила их сухим холодом и ровным, монотонным гулом работающих машин. Из света здесь были только синие экраны компьютеров, и в разнобой мелькающие лампочки бесконечных системных блоков. Воздух здесь был другим — пыльным и затхлым, словно сама комната не принадлежала живым людям, а компьютеры исправно работали сами. Чуя невольно поморщился: он не любил места, где всё работало слишком правильно. Дверь серверной щёлкнула и бесшумно закрылась за ними. Акутагава остался у двери, скрестив руки. Его взгляд скользил по помещению цепко и настороженно, словно он ждал, что из стоек с серверами вот-вот кто-то выйдет. — Эй, кого там принесло? — послышался голос откуда-то из глубин темной комнаты. Долго ждать реакции полицейский не пришлось, не прошло и секунды, как прицелы табельных оружий были направлены на источник шума: худого, слегка сутулого, мужчину с растрепанными волосами и ужасными темными кругами под глазами, которые виднелись даже из-под очков. Кажется, на нем была та же рубашка, что и на записях с камер наблюдения, которые они просматривали вчера с Акутагавой, мятая и застиранная, а рукава ее были закатаны на три четверти. Он моментально поднял руки в жесте «сдаюсь», и пару раз глупо моргнул, будто бы осознавая происходящее. — .чего вам надо?..- наконец закончил начатое программист — Какого черта?! Сегодня воскресенье, чего он здесь забыл?! — практически прокричал следователь не сводя прицела с обитателя. — Ой, я же сказал, что, когда он работает, для него не существует ни людей, ни времени. Если не ошибаюсь, он однажды просидел здесь почти сутки, пока охрана не вскрыла дверь. — Как не в чем не бывало пролепетал Дазая, совершенно не обращая внимания, на то, что только что НИИ не потеряло еще одного ценного сотрудника — Прекрасно. — процедил Чуя, наконец убирая табельное в кобуру. — Полиция. Есть пару вопросов — Накахара невольно обернулся на Рюноске и успокоив себя, что тот все-таки тоже убрал табельное, продолжил. Из диалога с Катаем они вынесли многое. Во-первых причину, почему вечный затворник Катай все-таки покинул кабинет на те злосчастные семь минут: Куникида написал смс о том, что его срочно ждет директор НИИ с разговором по поводу камер и их подключения. Но придя в директору, выяснилось, что тот его не вызывал, и смс волшебным образом исчезло. А несчастный ученый утверждал, что ничего подобного не писал. Во вторых, что никаких признаков взлома системы быть не могло, Таяма неприменно бы заметил это. Голос его звучал настолько уверенно и искренне, что Чуя с трудом подвергал это сомнению. — Я знаю каждый лог, каждый отклик, — Катая нервно поправил очки и снова уставился в мониторы, будто там можно было найти подтверждение его словам. — Если бы кто-то полез напрямую, система бы отреагировала. Даже идеально замаскированный взлом оставляет шум. Здесь его нет. — А если не напрямую? — спокойно уточнил Накахара. Катай замер, нахмурив брови и тут же разворачиваюсь к компьютеру начиная, что листать в синих экранах. — Тогда… — он сглотнул, — тогда это должен был быть кто-то, кто знал, как думает система. Не как она устроена — это знают многие. А как она принимает решения. Чуя почувствовал, как в груди неприятно сжалось. — А теперь переведи на человеческий, — бросил он. — Это не был хаотичный ввод данных, — Бурчал Таяма не отрываясь от экрана. — Это выглядело так, словно система сама пришла к нужному результату. Будто её аккуратно подтолкнули к единственно возможному сценарию. — Как крысу в лабиринте, — тихо добавил Дазай. Катай вздрогнул, наконец развернувшись к ним. На лице его был испуг и не понимание. — Да, — выдохнул он. — Именно так. Акутагава едва заметно напрягся у двери, не сводя глаз с происходящего. — Может остался входящей пакет данных — еле слышно сказал Ацуши, все это время стоявший рядом с Рюноске и будто боявшийся пошевелиться. Катай поколебался, потом быстро вывел на экран ещё одно окно, принимаясь то что-то печатать, то кликать мышкой. Он выглядел, как хакер в тех самых подростковых фильмах. Где малолетние программисты случайно долбили по клавиатуре, а в результате взламывали целый Пентагон. Вот только сейчас Чуе к черту не нужен был Пентагон, ему нужно было знать, какая крыса полезла к кошке в логово. — Он не сохранился. Но… — наконец пробубнил Катай, слегка отодвигаясь от экрана, предлагая находящимся в комнате взглянуть. — Остался след маршрутизации. Очень короткий. — Откуда? — мгновенно спросил Чуя, он попытался понять что-то в сине-белом экране, но быстро понял, что весь монитор был усыпан настоящей тарабарщиной. — Не из внутренней сети НИИ, — Катай говорил уже быстрее, будто боялся передумать. — И не с городских серверов. Это… — он нахмурился. — Это было что-то вроде промежуточного узла. Как будто сигнал пришёл через систему, а не в неё. Дазай наклонился ближе к экрану. — Любопытно. —Такие узлы используют только те, кто не хочет оставлять следов. Совсем. — резко отозвался Катай Чуя медленно выпрямился. — Имя, я полагаю, ты не сможешь назвать? Катай покачал головой, как-то особенно расстроено, как провнившийся ребенок . — Но… — он замялся, — этот стиль. Я видел подобное однажды. — Где? — одновременно спросили физик и следователь. Стоявшие позади Рюноске и Ацуши, бросили на них удивленные взгляды, будто не ожидали, что мысли этих двоих могут сходиться, хоть в чем-то — В старом архиве, — тихо сказал Катай. — Несколько лет назад. Закрытый проект. Данные потом изъяли. Официально — из-за нарушений этики. — А неофициально? —Чуя прищурился, голубые глаза будто бы горели двумя яркими фонарями среди всего полумрака. Катай неловко отвёл взгляд, и склонил голову, будто его прямо сейчас прослушивает все службы мира на свете. — Неофициально… говорили, что куратор проекта был слишком… — он подбирал слово, — заинтересован в людях как в переменных. В серверной повисла тяжёлая тишина. — И как звали этого куратора? — спросил Дазай мягко, почти лениво. Катай посмотрел на него внимательно. Слишком внимательно, так будто только они двое во всем мире знали ответ на поставленный вопрос. — Я. Я не могу сказать, — безнадежно промямлил программист. Дазай улыбнулся. Своей обычной дурацкой улыбкой — тонко, почти незаметно. —Кажется у нас проблема, Чуя-кун. — Да ну?! — мрачно отозвался тот. — А я-то думал, просто рядовое убийство, как же, блять, так?! — следователь развернулся к выходу. — Катай, — бросил он через плечо. — Ты никуда не уходишь. И если вспомнишь хоть что-то ещё — даже самую бредовую деталь — сразу сообщаешь мне. — Я и так никуда не хожу… — глухо ответил программист. Выйди в свежий воздух и яркий цвет, Ацуши всё ещё бледный и растерянный, по настоящему встрепенулся и не удержался спросить — Что… что теперь? — осторожно спросил он — Теперь, ты не лезешь не в своей дело, и не ходишь за нами хвостиком! — процедил сквозь зубы Акутагава — Узнаю, что кому-то разболтал, на пожизненное сядешь! Накахару не переставала удивлять такая бурная реакция, слишком спокойного обычно оперуполномоченного, на тихого студента. Чуя невольно улыбнулся, от того, насколько тихий и уровновешенный Акутагава загорается синим пламенем при виде бедного Накаджимы. Но все же Рюноске в этом случае был прав. Не стоило молодому пареньку лезть в такие дела. Чуя задержался на мгновение, и все-таки повторно намекнул пареньку, что может на пожизненное он и не сядет, но Рюноске не шутил про то, что хвостиком за ними бегать не надо. Когда они наконец вышли на улицу, Чуя достал из кармана пачку сигарет, и подкурил, заметив сигарету в руках следователя, Акутагава сделал шаг назад, чтобы в случае чего слышать Накахару, но не слышать запаха сигарет. Дазай же бесцеремонно выхватил пачку из рук рыжего, и по-лисьи улыбаясь на всегда угрозы и оскорбления следователя тоже подкурил сигарету. — Теперь, — недовольно выдохнув едкий дым, сказал Чуя — мы ищем человека, который умеет убивать, не прикасаясь к жертве. — Он поймал взгляд Дазая.— И который любит, когда люди думают, что всё произошло само собой. Дазай чуть наклонил голову, словно соглашаясь. — А значит, — тихо добавил Осаму, — он уже следит за нами. — Заебись. — подвел итог следователь туша бычок об рядом стоящую урну.

***

Вечер этого воскресенья обещал быть спокойным и тихим. Завтра у Чуи должен был быть выходной перед ночным дежурством, но это не значило, что на работу он не придет. Как любой, человек, женатый на своей профессии, следователь придет на свое место и займется тем, на что в рабочее время сил или часов ему не хватало. Займется отчетами, подошьет новые детали дела и тому подобное. Просто в этот раз, он позволит себе придти позже, чем обычно. Бездельничать дома Накахара не любил, в голову обязательно начинала лезть всякая ересь, после которой не то что, работать не захочется, а жить навряд ли. Лишь совсем редко, когда сил в теле не оставалось, он разрешал себе провести день за тунеядством. И так как сегодня он, наконец, мог позволить себе выспаться, отказываться от этой возможности он не стал. На часах было около девяти вечера, когда Накахара закрыл ноутбук, и начал готовится ко сну. На часах было ровно девять, когда в его дверь кто-то позвонил. Почему-то Чуя даже не сомневался в том, кто стоял за дверью. — Дазай, я сломаю тебе обе ноги, если ты сейчас же не уйдешь. — следователь не стал даже смотреть в дверной глазок, говоря сквозь закрытую дверь квартиры — Эй, Чуя, ну нам же надо обсудить с тобой мой шикарнейший план! — глухо прозвучал голос из-за двери, а затем в нее начали долбить. Накахара закатил глаза, но все-таки начал открывать дверь. Видимо пока он работает с Дазаем — сон для него непозволительная роскошь. — Какой к чертям собачьим план?! — Он глянул на физика из подлобья, надеясь сжечь того взглядом. — Как какой? — Он легко отодвинул даже не сопротивляющегося рыжего с прохода. Чуя слишком долго знал Дазая, чтобы начать сопротивляться, если Осаму что-то пришло в голову, то он обязательно это сделает. А если ему надо куда-то попасть, он обязательно туда попадет, и вот чего меньше всего хотелось Чуе, это чтобы к нему в квартиру сегодня ночью взбирались по пожарной лестнице, как это было пару раз в юношестве, когда Накахара все-таки отказался открывать дверь взбалмошенному Дазаю. — План того, как мы будем пробираться в секретный архив НИИ, конечно же. Нам же нужна информация. — Дазай по хозяйски проследовал на кухню, — тем более тебе с твоим ростом не составит труда, пробраться во все щели. — Да ты совсем ебнулся?! Какой к черту секретный архив НИИ?! Какой пробираться?! Катай же четким языком тебе сказал, это все изъяли. — Боже, какая ты громкая собака, перестань тявкать. — Дазай устало отмахнулся от следователя садясь на стул рядом с окном. — Тебе же нужна информация по Сакагучи, иначе мы не сможем раскрыть это дело, а пока тебе предоставят разрешение на эти документы, ты сам состаришься и умрешь, собаки знаешь не так долго живут. — он лукаво улыбнулся, на что Чуя лишь закатил глаза. — А я в НИИ побольше твоего работаю и прекрасно знаю, что там есть копии на каждое исследование. — Я не верю, что у такого идиота, как ты может быть докторская степень. Максимум инвалидная! — Чуя сел оперся на стол, закрывая руками лицо. — Мы даже не сможем предоставить эти данные в суде. — Какая разница! — холодно ответил Осаму — Это второстепенная проблема, главное сейчас разобраться с убийством Анго. — И что ты предлагаешь? — устало сказал Чуя, понимая, что дальше спорить с Дазаем абсолютно бесполезно. Они просидели на кухне не меньше часов трех, Чуя молча слушал план Осаму, то резко вскакивая с места начиная нарезать круги по маленькой кухни, то снова садясь на стол. Он не заметил как выкурил пол пачки, пока слушал откровенный бред Дазая, который… Который был слишком продуман, для того чтобы быть идиотской идеей. — И закончим мы, в шесть ноль-ноль, у тебя в квартире. — Во первых, ты понимаешь, что подводишь меня буквально под статью, во вторых почему у меня?! — Не только тебя, но и себя, а во вторых, у тебя отвратительный вкус в мебели, даже если нас поймают, будет не жалко что в твоей квартире устроят маски-шоу. — Заткнись, черт бинтованный. — У тебя есть выбор, Чуя-кун — Когда ты так говоришь, у меня не остается выбор, идиот. На секунду лицо Дазая перестало быть приторно сладким, улыбка пропала с его лица, оставив только честное удивление. Накахара невольно отметил это про себя, и губы дрогнули в улыбке. Он искренне ненавидел Дазая, за все то, что он когда-то сделал или не сделал. Его раздражало его бесконечная уверенность в своей правоте, до мерзости сладкая улыбка, и нескончаемые шутки про рост, но больше всего Накахару злило то, что даже сквозь килограммы ненависти и злости к нему, он продолжает вызывать в нем неприкословное доверие. Он готов был лезть в петлю от одной мысли, что он опять соглашается на авантюру Дазая, даже не зная, доверяет ли тот ему также, как сам Чуя верит ему спустя столько лет.