Глава 18. Спокойной ночи, Аоцзя
4 января 2026 г., 17:45
Вторая порция оказалась куда лучше. Робот-дворецкий, изучив историю запросов на корабле Аоцзя, воссоздал вкус той самой яичницы.
Жун Минши с удовольствием поел. Аоцзя погладил его по голове и что-то ввел в свой терминал, передавая инструкции домашнему роботу. Он твердо запомнил, что малыш обожает яйца четырехкрылой птицы. Робот на секунду замер, его механические глаза мигнули, и он послушно сохранил новое меню.
«Значит, ребенку нравятся птичьи яйца…» — пронеслось в электронном мозгу дворецкого.
После ужина Аоцзя вынес барса на террасу. Наступила ночь, и две луны заливали всё вокруг серебряным светом. Жун Минши спрыгнул на пол и принялся исследовать территорию, с любопытством поглядывая на огни города у подножия горы.
Аоцзя наблюдал за ним. Когда малыш набегался и вернулся, мужчина произнес:
— Пойдем, я покажу твою комнату.
— …
Жун Минши замер. Он уже привык спать под боком у черного дракона, а тут — отдельная комната. Впрочем, это было логично. Аоцзя взрослый, поместье большое, и спать порознь — это нормально.
С понурым хвостом детеныш снежного барса побрел за хозяином. Его комната оказалась по соседству со спальней Аоцзя, их соединял общий балкон. Аоцзя присел и погладил малыша по голове:
— Спи. Я буду рядом. Если что-то понадобится — позови.
Жун Минши запрыгнул на кровать и помахал лапкой:
— Мяу, Ао-цзя!
«Спокойной ночи, Аоцзя».
— Спокойной ночи, Жун-Жун, — улыбнулся мужчина и тихо закрыл дверь.
Когда шаги в коридоре стихли, Жун Минши развалился на кровати, подставив пузо прохладному воздуху. Свет в комнате плавно погас.
Робот-дворецкий был полон сомнений, но свои обязанности выполнял безупречно. Вот только Жун Минши совсем не хотелось спать. Он уже выспался днем под крылом дракона.
Детеныш снежного барса поворочался, погрыз свой хвост и в итоге включил квантовый компьютер. Его мучил один вопрос: та сумма, которую Аоцзя заплатил Стюарту. Ему нужно было понять, насколько она велика.
Как только интерфейс вспыхнул в темноте, робот-дворецкий тут же включил мягкую подсветку, идеальную для зрения барса.
Малыш огляделся — никого не было, но это проявление заботы подарило ему чувство безопасности. Он глупо улыбнулся в пустоту и погрузился в поиски.
Результаты его шокировали. Обучение в Академии резчиков стоило баснословных денег. Сами занятия были не такими дорогими, но студенты использовали огромное количество энергетических камней в процессе практики, и все они входили в стоимость. Учеба здесь обходилась в десять раз дороже, чем в лучшем университете Империи.
Существовало десять стипендий, покрывающих все расходы, но Жун Минши был зачислен по квоте без экзаменов, а значит, на льготы в этом году претендовать не мог.
В прошлой жизни родители Жун Минши были богаты, и он никогда не думал о деньгах. Теперь же, будучи нищим барсом в чужом мире, он окончательно потерял сон.
«Я не могу вечно сидеть на шее у Аоцзя».
Гиперактивный барс начал искать способы заработка и вскоре наткнулся на интересную возможность. От радости он снова вцепился в хвост и сделал пару кувырков на кровати.
Он немедленно зарегистрировался в Имперском ресурсном центре — месте, где зверолюди могли получить камни низшего класса. В Империи действовала социальная политика: если твой статус подтвержден, ты можешь получить 10 камней бесплатно. Проверка прошла мгновенно. Система проверила счет Жун Минши и обнаружила там ровно ноль кредитов.
«Что ж, я официально нищий».
Система присвоила ему статус бедняка второго уровня. Теперь ему полагались не только 10 бесплатных камней, но и услуги трех подмастерьев-резчиков для помощи.
Наконец-то Жун Минши почувствовал, что может уснуть. Завтра придут камни, и он начнет действовать. Но, поворочавшись еще немного, он всё же спрыгнул с кровати и вышел на балкон.
Робот-дворецкий, следивший за его перемещениями, уже сбился с толку, включая и выключая свет в разных частях дома. Это было похоже на световое шоу.
Жун Минши осторожно заглянул в соседнюю комнату. Окна были распахнуты, и в спальне Аоцзя всё еще горел свет. Игнорируя странный жар в ушах, малыш на цыпочках прокрался к стеклянной двери и прижался мордочкой к стеклу.
Аоцзя не спал. Перед ним стояло несколько коробок. Когда мужчина достал из одной что-то черное, Жун Минши узнал драконью чешую.
Аоцзя почувствовал на себе взгляд и обернулся. Увидев приплюснутую о стекло пушистую мордочку, он не смог сдержать смеха.
— Заходи, — позвал он, открывая дверь.
Жун Минши вприпрыжку подбежал к нему:
— Ао-цзя, мяу ао-цзя мяу?
«Аоцзя, что ты делаешь?»
Мужчина подхватил его и усадил рядом:
— Хотел доработать твои инструменты, пока ты спишь. Но раз уж ты здесь — выбирай сам. Какая чешуя подойдет лучше?
Жун Минши посмотрел на коробки, полные черных чешуек, и на сердце у него стало горько. Аоцзя собирался использовать части собственного тела, которые он в муках вырывал у себя, чтобы сделать инструменты для него…
«Аоцзя, сколько же раз ты проходил через этот ад, раз у тебя столько чешуи? Почему ты так беспощаден к себе?»
