Глава 56. Я — честный барс!
7 января 2026 г., 22:13
Оказалось, что крошечный онлайн-магазин открыл мастер, у которого в «подмастерьях» ходят восемнадцать признанных мэтров Империи. Репутация этих мастеров и их небрежный тон заставили всех оборотней мгновенно понять, кому именно выгодно очернять владельца лавки.
Бюро Орана было гигантом, монополизировавшим индустрию резьбы в столице. Резьба по энергетическим камням была основой лечения мании, и такая огромная корпорация, как «Оран Карвинг», фактически держала за горло всех рядовых граждан. Обычные оборотни могли догадываться, кто стоит за травлей, но в лучшем случае они лишь тихо негодовали.
Совсем иначе дело обстояло с теми, кто нуждался в камнях высшего класса. Это были могущественные личности, занимавшие высокие посты. Долгое время из-за мании они были вынуждены мириться с диктатом Бюро Орана. И теперь, когда появился резчик, способный почти полностью исцелить их недуг, попытки корпорации задавить его вызвали у элиты Империи ярость.
Связь имперского маршала с владельцем магазина и поддержка восемнадцати именитых мэтров привели к тому, что заказы на высший класс из Бюро Орана начали отзывать один за другим. Волна отказов захлестнула не только Столичную планету, но и соседние системы.
Видя, что ситуация выходит из-под контроля, подчиненные герцога Орана немедленно доложили ему о происходящем.
Выслушав отчет, герцог едва не сплюнул кровью. Бюро резьбы было плодом его многолетних трудов. Пользуясь своим статусом члена королевской семьи, он пустил корни в индустрии и полностью монополизировал дорогие заказы. Это означало контроль над самой жизнью руководства Империи — и теперь всё рушилось из-за какого-то интернет-магазина?
Оран с силой сжал планшет. На экране был изображен взрослый снежный барс с белоснежным мехом и угольно-черными пятнами, припавший к земле под деревом. Голова зверя была чуть приподнята, а синие глаза мягко смотрели на горизонт. Рядом был другой снимок: крошечный, еще слепой котенок барса.
Герцог глубоко вздохнул, не сводя глаз с детеныша на фото. Его лаборатория в поясе астероидов скоро начнет работу. Половина исследователей института поднимется на борт корабля уже сегодня вечером. Как только он получит результаты изысканий, этот владелец лавки станет лишь досадным недоразумением!
— Отправьте сообщение всем клиентам, которые еще не отозвали заказы на высший класс. Снижаем цену вдвое, и за работу возьмутся ведущие мастера компании. А те, кто уже аннулировал договоры, пусть знают: если захотят вернуться, цена для них вырастет в десять раз!
Он не верил, что маленькая лавка с оборотом меньше десяти штук в день сможет тягаться с мощью сотен профессионалов. Оран был уверен: время на его стороне. Стоит ему заполучить результаты исследований, и этот выскочка исчезнет сам собой.
В это время в поместье маршала Папа-дворецкий оставил в системе свою резервную копию, а основное сознание вместе с военным ИИ Руром направил в созданную ими лазейку — прямиком в систему управления исследовательским кораблем института.
Маленький снежный барс и не подозревал о бурях, бушующих в Звездной сети. Он сосредоточенно вырезал фигурку слоненка. Большой черный дракон рядом с ним тоже был занят, но не государственными делами. Маршал делал наброски в программе для проектирования мехов.
Наконец Жун Минши выпрямился, убрал инструменты и критически осмотрел своего слоненка. Аоцзя, не отрываясь от рисования, протянул руку и почесал его за ушком.
— Да, твое мастерство стало еще изящнее.
Жун Минши обернулся и довольно оскалился, показав острые зубки. В его глазах светилась гордость. Случайно он заглянул в экран планшета маршала и увидел два рисунка…
На первом был изображен окровавленный черный дракон, лежащий на траве. Рядом примостился крохотный барс, который пытался лизать его когти.
На втором — летящий черный дракон, бережно сжимающий в когтях огромное гнездо. В гнезде, среди перьев и пуха, сидел снежный барс и со всей серьезностью грыз зубами гигантское птичье яйцо.
Аоцзя сделал всего несколько штрихов, но сцены выглядели пугающе реалистично. В глазах нарисованного малыша читался настоящий, первобытный голод.
«Ну… я же правда тогда голодал несколько дней!» — подумал Жун Минши.
Его мордочка вспыхнула от смущения. Он сердито спрыгнул со стола, вскарабкался Аоцзя на плечо и прикусил зубами воротник его мундира. Маршал негромко рассмеялся, поглаживая пушистый мех.
— Вырежешь эти две сцены?
Малыш яростно замотал головой:
— Нет!
— Почему?
— Мяу… — выдавил он. — «Слишком стыдно!»
Жун Минши произнес это очень невнятно. Аоцзя осторожно снял его со своего воротника и заглянул в глаза, которые барс старательно отводил.
— Тебе не нравится? Тогда я удалю и нарисую что-нибудь другое.
Жун Минши заколебался. Это же Аоцзя нарисовал… Сам маршал склеил ту разбитую фигурку дракона, которую он сделал первой.
«Пусть наброски и такие… но решать-то всё равно мне, когда буду резать!»
Маленький снежный барс поднял пухлую лапку и пробормотал:
— …Просто скинь их мне.
Аоцзя погладил его по голове и переслал файлы. Жун Минши спрыгнул на пол и вызвал дворецкого, чтобы отправить готового слоненка.
Сделав дело, малыш зашел в свой магазин и обомлел от количества уведомлений. На главной странице красовалось «Свидетельство военного поставщика», а под ним — фото стрекозы, которое он просил не публиковать.
Первой реакцией было замешательство.
«Что-то пошло не так!»
Жун Минши не стал спрашивать сидящего рядом Аоцзя. Он бросился в чат покупателей и начал лихорадочно читать сообщения. Узнав, что его обвинили в предательстве, маленький барс почувствовал себя ужасно.
Ему было плевать, когда его называли ленивым или сомневались в его способностях. Но клеймо предателя он стерпеть не мог. В прошлой жизни предки семьи Жун проливали кровь на полях сражений. Они пережили войну и лишения, но ни один представитель рода никогда не опозорил имя предков. Они никогда не продавали реликвии чужакам, не говоря уже о предательстве родины!
Шерсть на загривке маленького снежного барса встала дыбом. Он обернулся к маршалу и твердо заявил:
— Я — порядочный барс!
Аоцзя, видевший, какую страницу открыл его подопечный, кивнул:
— Да.
— Я — честный барс!
— Совершенно верно, — снова согласился Аоцзя.
— Спасибо, Аоцзя.
Малыш понимал: без официальной бумаги за подписью маршала его репутация была бы смешана с грязью. Аоцзя погладил его по голове чуть сильнее.
— Тебе не за что меня благодарить.
Маленький снежный барс потерся головой о его ладонь, но всё еще выглядел подавленным.
— Аоцзя, как мне понять, кто зерг, а кто — наш оборотень-насекомое? Может, мне брать только военные заказы? Так будет надежнее?
Аоцзя подхватил малыша на руки и ответил на ходу:
— Это свидетельство — доказательство того, что ты не делаешь ничего против интересов Империи. Стрекоза — это армейский заказ, он не имеет отношения к зергам. Если появятся новые запросы от военных — делай как знаешь. Не захочешь — не бери. А насчет зергов не волнуйся: Папа тщательно проверяет всех покупателей. Пока мы рядом, ты можешь спокойно заниматься творчеством.
— Да! — Малыш облегченно вздохнул и посмотрел в сторону дворецкого. — Папа — самый лучший!
Резервная копия данных Папы-дворецкого радостно мигнула. Система «умного дома» вычленила похвалу малыша и бережно сохранила её в памяти.
— Уже поздно, — улыбнулся Аоцзя. — Пора спать.
— Хорошо.
Жун Минши направился в спальню вслед за Аоцзя, продолжая по пути листать чат. Наконец он наткнулся на цепочку аккаунтов, от которых ему стало неловко. Ткнув лапкой в экран, где восемнадцать человек называли себя учениками Мастера «Времени», он спросил:
— Аоцзя, смотри, эти люди притворяются моими учениками.
Аоцзя бросил взгляд на экран. Увидев официальные сертификаты и знакомые имена восемнадцати мэтров, он едва заметно ухмыльнулся. Маршал вспомнил, как когда-то сам пришел к этим мастерам за амулетом…
Тогда его сила была на пике, и мания едва поддавалась контролю. Обычные камни не помогали, и он обратился к этой «элите», показав им свою звериную форму.
А потом он пережил нечто невообразимое…
Эта банда стариканов, увидев его дракона, начала беззастенчиво обсуждать его прямо при нем. Например: «Почему ты дожил до таких лет и ни разу не впадал в гон?» или «У драконов маловато жизненной энергии!».
Аоцзя сжал мягкую лапку барса.
— Не обращай на них внимания.
— Но я сам еще студент… я всего пару дней слушаю лекции в их классе…
Тут Жун Минши осекся. В Мастер-классе было девятнадцать человек, если считать ректора.
Аоцзя лукаво прищурился:
— Они все лжецы. Хочешь, сорвем с них маски?
Малыш призадумался.
— Аоцзя, они ведь заступились за меня. Давай в этот раз не будем их разоблачать?
— …Хорошо, — Аоцзя погладил его по макушке. — Пусть будет по-твоему.
