Глава 58. Показное горе
7 января 2026 г., 22:13
Разгневанный маленький снежный барс направил своё кресло прочь, даже не оглянувшись. Ему не хотелось больше тратить время на общение с этими несерьезными мастерами, и он направился прямиком в библиотеку, следуя подсказкам своего терминала.
Группа бесстыдных мэтров, однако, последовала за ним. У всех них были высшие уровни доступа, так что библиотека была для них открыта. Они семенили вслед за малышом, не забывая при этом чесать языками:
— Судя по тому, как Мастер рассердился, у Черного Дракона всё-таки «всё работает»?
— Вполне возможно.
— Не стоит делать поспешных выводов. А вдруг наш Мастер в их паре главный, а маршал — ведомый?
Услышав это предположение, все мастера разом уставились на пушистую спину маленького снежного барса, восседающего в прозрачной сфере.
— …Представить такое трудновато, — пробормотал кто-кто.
— Но нет ничего невозможного, — голос автора догадки прозвучал уже не так уверенно. — Мы не видели человеческий облик барса, однако знаем, как выглядит маршал…
Маленький снежный барс, вконец ошарашенный сплетнями стариков, резко развернул кресло и в упор посмотрел на них своими синими глазами. Мэтры тут же прикусили языки и расплылись в самых елейных улыбках.
— Мастер, мы были неправы!
В этих улыбках было столько напускного радушия и почтения, что Жун Минши стало не по себе.
— …
Он молча отвернулся и продолжил путь. К счастью, сейчас шли занятия, и в этой отдаленной части кампуса не было студентов — иначе они стали бы свидетелями того, как почтенные мэтры Империи хвостиком ходят за маленьким зверем. Позор, да и только…
Ректор Стюарт понимал, что эта компания не сможет продержаться три дня. Он лихорадочно рассылал мастерам сообщения: «Вы хоть понимаете, что значит вести себя нормально? Живо прекратите, иначе Маршал запретит студенту Жуну приходить на ваши лекции!»
Это напоминание подействовало отрезвляюще. Все вспомнили, что в прошлый раз маршал позволил им изучать себя лишь полминуты. Семья у этого маленького снежного барса была скорой на расправу…
Получив нагоняй, мастера дружно остановились. Они больше не преследовали Жун Минши, а просто уселись прямо на землю, достали инструменты и камни низшего класса, прихваченные со склада. Резьба началась прямо на месте.
Малыш отъехал на приличное расстояние и, не услышав больше шагов, обернулся. Его внимание мгновенно приковала картина: полтора десятка мастеров одновременно принялись за работу. Он развернул сферу и, склонив голову набок, начал внимательно наблюдать.
— …!
Ректору Стюарту хотелось ругаться в голос. Он чувствовал себя скорее многодетной матерью, чем руководителем академии! В прошлом эти старики уже не раз начинали резать камни где попало, стоило их посетить вдохновению — для них это было нормой. Но никогда еще все восемнадцать человек не делали этого разом! К тому же рядом с ними находился приметный снежный барс.
Стюарт дважды ударил кулаком по столу и немедленно приказал вспомогательным роботам оградить эту зону знаками опасности, чтобы студенты случайно туда не забрели.
В это время маршал Аоцзя, занимавшийся делами в штабе, получил сообщение из пояса астероидов. Едва исследовательский корабль института покинул пределы Столичной системы, присланные им люди взяли судно под полный контроль.
Папа-дворецкий и Рур принялись за расшифровку данных. Оказалось, что лаборатория герцога Орана вела исследования не только по ядру Жун Минши — в их архивах были десятки других подопытных оборотней.
Официально институт изучал звериные ядра, пожертвованные после смерти. На деле же исследователи Орана по его личному приказу извлекали ядра у живых оборотней и пытались объединить два ядра в одно сверхмощное. Затем этот суррогат насильно вживляли в мозг живого человека.
Поскольку ядро вне тела живет недолго, доноры были обречены с самого начала. К настоящему моменту почти все эксперименты закончились гибелью подопытных и полным провалом.
Однако Оран был убежден: размер звериного ядра определяет силу восприятия резчика. Он считал, что прошлые пересадки провалились лишь из-за нехватки данных. Ему было нужно ядро Жун Минши — единственное аномально большое ядро, владелец которого оставался жив. И для завершения изысканий ему требовалось еще множество человеческих жертв.
В столице исчезновение стажеров и подмастерьев могло привлечь внимание, именно поэтому он решил перевести лабораторию в пояс астероидов, планируя вербовать добровольцев через новую сеть мастерских.
Дворецкий систематизировал эти данные и с яростью скопировал их в свою основную базу. Этих улик было достаточно, чтобы навсегда покрыть имя герцога Орана позором!
Тем временем герцог, потерпевший серию неудач в попытках похитить малыша, опубликовал в Звездной сети траурный мемориал.
В конце своего обращения Оран с надрывом произнес:
— Перед смертью моя дорогая жена сказала, что хочет остаться со мной еще на двадцать лет и увидеть, как я восстановлю величие семьи ради нашей дочери, Фидии. Именно поэтому я все эти годы не проводил похороны. Теперь, двадцать лет спустя, мы с Фидией решили предать тело нашей любимой земле на самом прекрасном парящем острове столицы. Это будет прощание, достойное королевской чести.
К посту прилагались два 3D-снимка. На одном был запечатлен грациозный снежный барс под деревом, на другом — прекрасная женщина, спящая в окружении белых цветов.
Оран планировал не только заманить к себе Жун Минши. Те, кто знал о его второй женитьбе спустя всего два года после смерти первой супруги, считали герцога холодным и расчетливым человеком. Теперь же мир увидел «истину»: Оран был верен клятве и двадцать лет хранил тело жены в доме.
Миллионы оборотней были тронуты. Общественное мнение о Бюро резьбы начало меняться в лучшую сторону. Некоторые даже начали писать, что в бизнесе допустимы жесткие методы борьбы, раз владелец такой благородный человек.
Калань, который первым нашел этот пост, едва не взорвался от негодования. Он ведь лично раскопал правду! Этот герцог был патологическим лжецом. Фидия была дочерью его любовницы, рожденной еще при жизни законной жены, и она просто заняла место Жун Минши!
Гвардеец мысленно показал экрану неприличный жест и немедленно доложил командиру:
— Сэр, герцог Оран сделал заявление, касающееся прошлого маленького снежного барса.
Аоцзя, уже изучивший все улики из захваченной лаборатории, прикрыл глаза. Его пальцы мерно постукивали по запонкам на запястье. Он как раз раздумывал над тем, как нанести Орану смертельный удар, когда пришло сообщение от Каланя. Маршал открыл терминал, прочитал о «спектакле» герцога, и его глаза опасно сузились.
— Подготовь гравикар. Едем домой.
— Слушаюсь, сэр!
Калань мгновенно отреагировал. По тону командира было ясно: маршал в ярости.
Гравикар на полной скорости пронесся до поместья. Аоцзя велел завести машину прямо на террасу спальни. Он вошел в комнату, забрал прозрачный энергетический камень и одежду, которую заранее купил для малыша. Снова сев в машину, он скомандовал:
— В академию резчиков.
— Есть! — Калань был в замешательстве. Зачем боссу понадобился комплект одежды?
Аоцзя прибыл в академию в тот момент, когда Жун Минши увлеченно изучал технику восемнадцати мэтров. Все они годами находились под влиянием мейнстрима, и их стиль был схож, но под впечатлением от работ малыша они начали стремительно менять подход.
Наблюдать за тем, как мастера используют восприятие на пределе возможностей, было истинным наслаждением. В их лапах ментальная сила превращалась в тысячи тончайших светящихся нитей. Жун Минши понимал: именно такого ювелирного контроля ему пока не хватает. Вот почему в его работах было меньше той самой «пульсации жизни», что у мэтров…
В это время гравикар Каланя, игнорируя все запреты, мчался по территории академии. Завыли сигналы тревоги, роботы-помощники пытались преградить путь, но никто не мог даже коснуться обшивки машины маршала.
Ректор Стюарт в ужасе смотрел на карту, где зоны тревоги окрашивались в ярко-красный цвет. Что случилось? Бунт? Он подумал, что личность маленького снежного барса была раскрыта, и со всех ног бросился к месту событий.
Гравикар бесшумно замер перед Жун Минши. Тот во все глаза смотрел на вышедшего из машины человека. Большой Черный Дракон сегодня выглядел иначе: на нем был парадный мундир, и он даже не пытался маскироваться. Взгляд малыша мгновенно стал серьезным.
— Аоцзя? Что произошло?
— Есть дело. Расскажу по дороге, — маршал протянул руки и подхватил малыша.
— Хорошо, — Жун Минши почувствовал торжественность момента и послушно запрыгнул в машину.
Когда запыхавшийся Стюарт добежал до поляны, он увидел лишь тающую тень гравикара и сидящих на земле мастеров. Ректор вытер пот со лба:
— Где студент Жун? Что тут случилось?
Восемнадцать мэтров, сжимая в руках свои незаконченные работы, ответили в унисон:
— Кажется, у Черного Дракона начался период гона.
Судя по тому, как он спешил, иного объяснения у стариков просто не нашлось.
