Глава 59. Забрать маму
7 января 2026 г., 22:13
В гравикаре Калань сидел за рулем, а Аоцзя устроился на заднем сиденье, баюкая маленького снежного барса и мягко поглаживая его лапки. Затем маршал открыл терминал и показал малышу две фотографии, опубликованные герцогом Ораном.
На снимке был взрослый снежный барс — его копия, только в зрелом возрасте. Малыш замер, невольно придвинувшись ближе к экрану.
Он родился в этом мире, и в его памяти, еще до того, как он впервые услышал голос герцога, сохранилось одно смутное воспоминание. Тогда он еще не открыл глаза, но почувствовал нежное прикосновение к своей голове. Та рука была холодной и слегка дрожала…
Маленький снежный барс повернулся к Аоцзя и твердо произнес:
— Это моя мать.
В его голосе не было ни капли сомнения.
Аоцзя с сочувствием погладил его по голове, а затем вывел на экран другой файл.
— Эту информацию Рур выудил из базы данных твоего Папы-дворецкого.
Военный интеллект Рур, постоянно путавшийся в данных Папы, изучил его системы вдоль и поперек. Этот файл был спрятан в самых глубинных пластах памяти робота и защищен многоуровневым шифрованием. Рур обнаружил его случайно, когда в очередной раз вычищал кэш дворецкого. О существовании этого архива не знал даже сам Папа.
— …!
Малыш в шоке уставился на содержимое документа. Аоцзя сжал его лапку и показал видео, которое герцог Оран выложил в сеть после своего мемориала. Лапы Жун Минши непроизвольно напряглись, и из подушечек показались острые когти.
— Мы едем в поместье герцога, — негромко сказал Аоцзя, массируя его лапки.
Маленький снежный барс опустил голову, его острые зубки сжались, а синие глаза заволокло влажной пеленой.
Опыт прошлой жизни научил его не ждать ничего хорошего от герцога, который его бросил. Он знал, что из-за болезни стал для кого-то разочарованием, поэтому в музее отнесся к «отцу» как к чужаку. В его сердце отцом был робот-дворецкий, растивший его девятнадцать лет.
Но теперь он узнал правду. Его настоящая мать — та, чьё сознание когда-то стало основой для ИИ его дворецкого, — отдала жизнь, чтобы он родился, и никогда от него не отказывалась. Даже на смертном одре она сделала всё, чтобы защитить его и оставить ему всё, чем владела. И теперь этого светлого человека использовали ради наживы спустя двадцать лет после её смерти!
Аоцзя развернул малыша к себе и мягко посмотрел в его разгневанные глаза.
— Пойдем и заберем твою маму оттуда.
Маленький снежный барс вытер глаза пухлыми лапами, посмотрел на Аоцзя и решительно кивнул. Маршал прижал его к себе и протянул прозрачный энергетический камень. Малыш облизнулся, обхватил кристалл лапами и перебрался на сиденье рядом.
Аоцзя велел Каланю припарковаться и ждать снаружи. Малыш встряхнулся, закрепляя камень, и активировал свои инструменты.
На этот раз, обогащенный опытом наблюдения за мастерами в академии, Жун Минши чувствовал материал гораздо острее. Стоило резцу коснуться прозрачной поверхности, как он ощутил мощное сопротивление. Сила камня буквально выталкивала нож, мешая сделать надрез.
Но лапа барса была тверда. Он уверенно наметил контур: это был маленький снежный барс, застывший в охотничьем прыжке. Линии спины были плавными и сильными, мех казался мягким. Задние лапы отталкивались от земли, а толстый хвост был слегка приподнят, уравновешивая позу в полете. Передние лапы были широко расставлены, демонстрируя выпущенные когти.
Жун Минши не считал количество ударов, но он полностью вырезал силуэт и даже проработал часть деталей. К тому моменту, когда энергия камня окончательно отбросила его, прозрачный кристалл словно ожил, и по его граням потекли струйки чистой силы.
Аоцзя поймал отлетевшего малыша и посмотрел на закрепленный камень. Затем он склонился и поцеловал барса в макушку.
— Блестящий результат!
Малыш облизнул лапки и посмотрел на Большого Черного Дракона:
— Аоцзя, сколько у нас времени?
Мужчина достал приготовленную одежду.
— Со мной тебе времени хватит на всё.
Маленький снежный барс не знал точных цифр, но по опыту прошлых раз он понимал: этого заряда хватит не только на визит к герцогу, но и на то, чтобы объехать на гравикаре всю столицу!
Малыш подтащил к себе вещи, запрыгнул обратно на сиденье, посмотрел на Аоцзя и положил лапу на прозрачный камень.
— …
Это была сцена, требующая немалой выдержки. Большой черный дракон глубоко вздохнул, прежде чем помочь своему снежному барсу одеться. В завершение он закрепил на левом плече Жун Минши наруч, в котором теперь хранился прозрачный амулет.
В это время герцог Оран пребывал в прекрасном расположении духа, наблюдая за переменой общественного мнения в Звездной сети. Бюро резьбы восстанавливало позиции. Хотя клиенты, отменившие заказы на высший класс, не вернулись, продажи на окраинных планетах заметно выросли.
Пришли новости и с исследовательского корабля. Судно успешно достигло пояса астероидов, а филиалы на границе завербовали достаточное количество резчиков. Это значило, что эксперименты скоро возобновятся.
Похороны его бывшей жены были назначены на завтра. Герцог был уверен: «щенок» обязательно попытается прийти, и тогда он поймает его одним махом. Всё шло идеально. Скоро он станет монополистом в сфере энергетических камней и возьмет под контроль всю Империю.
Оран пригубил вино, наслаждаясь его вкусом. Сидевшая рядом Фидия капризно протянула:
— Отец, зачем устраивать похороны этой женщине? Я не хочу там быть.
Оран строго посмотрел на неё:
— Это твоя мать.
Фидия покосилась на свою настоящую мать и пробурчала:
— Она мне вовсе не…
— Фидия, будь умницей. Всего три месяца в простом платье и без украшений — это быстро пройдет, — мягко уговаривала её герцогиня.
— Мама! Тебе не кажется несправедливым, что отец столько лет хранил тело той женщины в этом доме?
— Фидия!
В этот момент домашний робот доложил о прибытии имперского маршала Аоцзя. Герцогиня тут же просияла:
— Видишь, Фидия, у твоего отца были свои причины. Маршал приехал лично. Наверняка он беспокоится о тебе.
У Фидии закружилась голова от радости, и она кокетливо опустила глаза.
Для Орана это тоже стало приятным сюрпризом. Он давно мечтал выдать дочь за маршала, чтобы окончательно закрепить свое влияние. Он велел дочери:
— Иди переоденься во что-нибудь скромное и сними побрякушки.
Фидия убежала в свою комнату. Герцог вытер рот салфеткой и направился в гостиную. Аоцзя уже шел по длинной галерее поместья, положив руку на плечо Жун Минши.
— Редкий гость, господин маршал. Присаживайтесь, — Оран указал на роскошный диван.
Он слегка нахмурился, заметив юношу рядом с маршалом. Рука Аоцзя на его плече выглядела слишком собственническим жестом…
Герцог знал всех молодых аристократов Империи, но этого парня видел впервые. Неужели маршал увлекся простолюдином? Что ж, с простолюдинами разобраться несложно…
Черный дракон усадил своего снежного барса напротив герцога. Как только взгляд Орана задержался на юноше, Аоцзя холодно посмотрел на него. Этот взгляд был подобен удару ножа.
Герцог почувствовал неладное. Цель визита маршала явно была далека от светской беседы.
Герцогиня попыталась разрядить обстановку:
— Маршал, вы наверняка еще не обедали? Прошу к столу. Фидия в эти дни сама не своя, но когда она увидит вас…
Аоцзя бросил на неё такой ледяной взгляд, что у женщины перехватило дыхание. Она похолодела и тут же замолкла, не смея больше проронить ни слова. Маршал перевел взор на герцога и произнес властным тоном:
— Герцог Оран, мы с моим женихом пришли кое-кого забрать.
Оран опешил:
— Забрать?
— Мою мать, — спокойно ответил Жун Минши, глядя прямо в глаза человеку, которого должен был называть отцом.
Зрачки Орана сузились. Внешне он оставался спокоен, но внутри него бушевал восторг.
«Значит, этот щенок всё-таки может принимать человеческий облик! Мой эксперимент обречен на стопроцентный успех!»
Подавив радость, герцог холодно произнес:
— Маршал, Его Величеству прекрасно известно, что Фидия — единственная дочь моей покойной супруги. Кто этот мальчишка, посмевший заявлять права на аристократическое имя? У меня никогда не было сына!
Аоцзя лишь презрительно усмехнулся. Он не стал тратить слова на споры, а просто вывел перед герцогом проекцию с экрана своего терминала.
Лицо Орана мгновенно побледнело, он вскочил с места:
— Откуда это у вас? Это гнусная клевета!
Аоцзя лениво перебирал пальцы Жун Минши, продолжая говорить:
— Вы сменили название бюро, расширили бизнес и размыли капитал изначальной мастерской, но за двадцать лет право собственности так и не перешло к вам полностью. Для принятия любых ключевых решений вам до сих пор требуется генетический код госпожи Бовэй.
— Истинная причина, по которой вы не хоронили её двадцать лет, заключается в том, что вы пытались взломать наследство, оставленное ею сыну. Ваша «дочь от покойной жены» на самом деле — бастард, рожденный на стороне. Генетические протоколы бюро за двадцать лет и сравнение ДНК вашей незаконнорожденной дочери — все документы налицо. Желаете по-прежнему называть это клеветой?
С каждым словом лицо Орана становилось всё мрачнее. Он смерил Аоцзя ледяным взглядом и процедил:
— Маршал, давайте без экивоков. Чего вы хотите?
