Ленивейший торговец мира зверолюдей / Number One Lazy Merchant of the Beast World

      Аоцзя безразлично скользнул взглядом по потемневшему лицу герцога Орана, и уголки его губ едва заметно изогнулись.       — Мы пришли сюда, чтобы забрать госпожу Бовэй.       — Если у маршала и есть такие планы, то ему стоит дважды подумать! — голос Орана был ледяным. — Бовэй, может, и мертва уже двадцать лет, но она всё еще моя жена! Посторонним не место в делах, касающихся её тела!       Аоцзя накрыл своей ладонью сжатую в кулак руку Жун Минши, безмолвно призывая к спокойствию.       — Герцог Оран, мы здесь сегодня не для дискуссий. Наше решение окончательно. И еще… извольте вернуть наследство госпожи Бовэй, которое вы присвоили.       Как только Аоцзя произнес это, на интерфейсе перед Ораном вспыхнул файл — тот самый документ, который Рур выудил из глубин базы данных дворецкого. Это было завещание, подписанное госпожой Бовэй незадолго до смерти. Бюро резьбы было её добрачным имуществом, и после её кончины всё оно должно было отойти её сыну — законному наследнику, чей статус подтверждался генетическим кодом.       Герцог уставился на экран, его веки нервно задергались. Лицо стало багровым: он и понятия не имел о существовании этого завещания! Знай он об этом раньше, он бы собственноручно прикончил этого щенка на окраине галактики еще много лет назад.       — Я расширял этот бизнес двадцать лет! — прорычал Оран. — Не знаю, где вы взяли эту бумажку и где откопали этого зверя, но, если вы думаете, что можете вот так просто отобрать у меня владение бюро… Маршал, вы слишком наивны!       — Похоже, герцог хочет, чтобы все оборотни Империи узнали правду, — спокойно парировал Аоцзя. — О том, как благородный герцог Оран пытался захватить чужие активы. О том, как он двадцать лет не хоронил покойную жену, чтобы пользоваться её генетическим кодом. О том, как он бросил собственного сына и подменил законного наследника титула незаконнорожденной дочерью.       Аоцзя смерил собеседника ледяным взглядом.       — Перед лицом неопровержимых доказательств столь гнусных поступков — как вы думаете, удастся ли вам сохранить репутацию, титул, привилегии и нынешнее положение?       Оран стиснул зубы так, что во рту появился металлический привкус крови. Любое из этих обвинений, стань оно публичным, нанесло бы сокрушительный удар по его власти, поставив под угрозу самое важное — то, чем он занимался сейчас.       Стоило Империи вплотную заняться его делами, и созданный им Институт звериного ядра был бы раскрыт. Эксперименты на людях, многочисленные смерти подопытных… Его прикрытие было надежным, но оно не выдержало бы пристального внимания всей страны. Сейчас, когда звериное ядро «щенка» могло стать ключом к успеху всех его изысканий, Оран не имел права на ошибку.       Он ненавидел себя за то, что не убил мальчишку раньше. Но в то же время ему всё еще было нужно ядро живого оборотня. Эти мысли сплелись в его голове в тугой узел, заставляя задыхаться от ярости.       Прошло немало времени, прежде чем герцог хмуро произнес:       — Я могу отдать вам наследство Бовэй. Но вы должны понимать: все мастера, нанятые Бюро Орана за последние двадцать лет, имеют контракты лично со мной. Все частные соглашения и расширенные филиалы оформлены на моё имя и не имеют отношения к наследству Бовэй!       Аоцзя презрительно усмехнулся:       — Герцог, вы мастер расчетов. Но если бы не активы госпожи Бовэй, разве ваше бюро разрослось бы до нынешних масштабов?       Оран хмыкнул:       — Если маршал настаивает на таком подходе, не боится ли он, что я уничтожу тело Бовэй прямо сейчас?       — В таком случае я требую немедленно передать мне тело госпожи Бовэй в целости и сохранности! Раздел имущества будет четким: нам не нужно ничего, что не принадлежало госпоже Бовэй изначально.       Герцог глубоко вздохнул:       — Хорошо! Как только маршал лично уничтожит все имеющиеся у него улики, вы сможете забрать тело Бовэй и убираться прочь!       Оран окончательно сбросил маску благопристойности. Зрачки Аоцзя слегка сузились, он почувствовал, как напрягся кулак Жун Минши, и коротко кивнул:       — Идет. Договорились.       Сказав это, Аоцзя повернулся к юноше. Жун Минши крепко сжимал его руку. В его ясных глазах не было ни тени сомнения в решении маршала. Ему было плевать на заводы и магазины — он лишь хотел вернуть маму.       В это время герцогиня, забившаяся в угол дивана, не смела проронить ни слова. В гостиную вошла дочь герцога — Фидия. Она уже успела сменить наряд на скромное нежно-голубое платье и сняла все украшения. Девушка направилась прямиком к маршалу Империи, демонстративно игнорируя юношу, сидящего рядом с ним. На её лице застыло выражение кроткой печали…       — Лорд маршал, вы пришли, чтобы… ах!       Не успела она приблизиться, как стоявший рядом с Аоцзя гвардеец перехватил её запястье и бесцеремонно оттолкнул.       — Герцог Оран, следите за своей дочерью! — ледяным тоном произнес Калань. — Попытка нападения на маршала Империи — тяжкое преступление!       «Эта фальшивка еще смеет тянуть руки к боссу?» — Калань едва сдерживал презрение. Маленький снежный барс, ставший человеком, был во сто крат красивее и достойнее этой девицы. Он был идеальной парой для маршала! А любого, кто посмеет влезть между ними, Калань лично размажет по стенке.       Герцогиня подхватила лишившуюся чувств дочь. Она со слезами на глазах посмотрела на мужа, но тот даже не взглянул в их сторону — все его мысли были поглощены активами Бовэй.       Бюро Орана ежегодно проводило аудит. Все эти годы герцог лишь радовался росту прибыли и не замечал, что основной капитал и самые ценные активы до сих пор юридически принадлежали Бовэй, в то время как его собственные вложения были не столь велики. Пусть мастера и были подписаны на его имя, потеря этой доли бизнеса была для него горькой пилюлей.       Он утешал себя лишь тем, что прикажет всем резчикам немедленно перевестись в его личные структуры. Почти все мастера Империи были у него в кулаке. Без них бюро превратится в пустую оболочку, и Орану не составит труда вскоре раздавить этот осколок былого величия.       Поскольку имущество Бовэй требовало её генетического кода, оно никогда не смешивалось с личными средствами герцога. Поэтому ликвидация и раздел активов прошли на удивление быстро.       В итоге в присутствии Аоцзя герцог составил список возвращаемого имущества и официально отозвал всех своих мастеров из этих структур.       Жун Минши предоставил свой генетический код. Тот совпал с кодом госпожи Бовэй на сто процентов, и юноша официально вступил в права владения. Первым же делом он через единую систему управления приказал убрать вывески «Оран Карвинг» со всех своих зданий и временно закрыть двери предприятий.       Наконец Оран велел роботу-дворецкому доставить тело Бовэй, хранившееся в недрах особняка.       К счастью, тело госпожи Бовэй было в идеальном состоянии. Герцог использовал самые передовые технологии стазиса, чтобы иметь постоянный доступ к её ДНК. Поэтому Бовэй по-прежнему выглядела так же элегантно и красиво, как в день своей смерти.       Аоцзя посмотрел на женщину, мирно спящую в капсуле, и осторожно обнял Жун Минши за плечи. Затем он кивнул Каланю, чтобы тот позвал охрану для транспортировки. Когда роботы герцога попытались преградить путь конвою, Аоцзя смерил Орана саркастическим взглядом и одним движением руки стер всю информацию о генетическом коде Бовэй и маленьком снежном барсе.       — Маршал подтверждает, что все данные уничтожены? — подозрительно спросил Оран.       — Я не настолько подл, как вы, — отрезал Аоцзя. С этими словами он увел своего снежного барса из поместья.       Герцог Оран смотрел вслед удаляющимся фигурам, яростно скрежеща зубами.       «Пусть я потерял часть денег, зато теперь я знаю: щенок под крылом маршала. У меня есть цель. Стоит им разлучиться хоть на миг — и он будет моим!»       Оран уже хотел отдать приказ о слежке, как вдруг снаружи взвыли сирены. Он в недоумении выглянул в окно: поместье было окружено машинами имперской полиции. Тысячи боевых роботов и десятки гвардейцев с ионными винтовками брали дом в кольцо.       — Герцог Оран! — раздался громовой голос через громкоговоритель. — Вы арестованы по подозрению в проведении незаконных экспериментов над людьми, преднамеренных нападениях и преступлениях против общества! Не оказывайте сопротивления! В случае малейшей угрозы гвардия имеет приказ стрелять на поражение!       Оран застыл, глядя на прицелы, наведенные на его голову. Он не понимал, как его дела могли вскрыться! Ведь институт уже перебазировали в пояс астероидов, а все архивы были вывезены!       В этот же миг Звездная сеть буквально взорвалась. По приказу Аоцзя все улики, собранные Руром и Папой-дворецким, были опубликованы без цензуры. Перед глазами жителей Империи предстали кровавые проекты Института звериного ядра, где живые оборотни использовались как расходный материал. Фотографии оборудования, незаконченные отчеты с исследовательского судна и видеопризнания ученых — всё это стало достоянием общественности.       Заголовки новостей кричали:       — Бездна человеческой подлости! Герцог Империи годами истреблял резчиков ради безумных опытов!       — Черные руки Орана оборвали сотни жизней!       — Бюро резьбы — цветок зла, выросший на крови!       — Смерти Орана будет мало, чтобы унять ярость народа!       Вскоре всплыли и другие факты: оказалось, что почти все мастера бюро, кроме топовых мэтров, были принуждены к контрактам силой и шантажом.       Волна народного гнева захлестнула Звездную сеть. Магазины Орана по всей стране подверглись нападениям. Всего за полдня империя герцога превратилась в руины — уцелели лишь те здания, которые забрал Жун Минши и с которых уже сняли грязное имя «Оран».       Тем временем Жун Минши, снова принявший облик маленького снежного барса, сидел на плече Аоцзя. Он потерся головой о подбородок маршала и тихо промяукал:       — Спасибо, Аоцзя.       Черный дракон полностью разорвал его связь с Ораном. Теперь никто не посмеет ассоциировать малыша с павшим герцогом, а наследие его матери было очищено от грязи. Но важнее всего было то, что маршал не стал выносить личную трагедию Бовэй на суд толпы, позволив ей уйти с миром и не стать темой для сплетен за ужином. Это был последний дар покоя для неё.       Аоцзя погладил пушистую шерстку:       — Планируешь сам управлять бюро?       Малыш мотнул головой. Он и представить не мог, как это делать. Ему и со своим онлайн-магазином забот хватало…       — У меня есть идея, — произнес черный дракон.       — Мяу? Какая?       Под озадаченным взглядом маленького снежного барса Аоцзя почесал его за ушком:       — Нет ничего лучше для имиджа, чем история об авторитетном мастере.       — Об авторитетном мастере?       Маршал активировал видеосвязь с восемнадцатью мэтрами академии и спросил их:       — Ну что, вы всё еще хотите получить себе Мастера?       — …       — …       — …       Старики замялись. Им почему-то казалось, что в голосе Черного Дракона звучат нотки, не сулящие им ничего, кроме грандиозной головной боли…