Эпоха Пустоши

4 января 45 года Какурэ Сато Дзидай

Зимнее солнце только начинало подниматься над зубчатой линией гор Страны Травы, и его бледный, почти бесцветный свет осторожно касался верхушек скал. Каменные гребни постепенно вспыхивали тусклым золотом, тогда как само ущелье всё ещё оставалось погружённым в глубокую тень. У одной из палаток — той, где размещались раненые — собрались несколько человек. Это место легко можно было узнать по характерному запаху лекарственных трав, который витал в холодном воздухе. Ткань полога была откинута в сторону, и изнутри иногда доносился приглушённый голос старшего ирьёнина, отдающего короткие распоряжения своим помощникам. Именно здесь сейчас находился отряд Мориты. Пятеро шиноби, пришедших ночью из глубины вражеской территории, готовились к дороге. В утреннем свете они выглядели чуть лучше, чем несколько часов назад. Несколько подчинённых Энсина помогали им собираться. Рядом, на утоптанном снегу, лежало оружие, разложенное аккуратными рядами — всё то, что у прибывших изъяли ночью из соображений безопасности. Холодный свет утреннего солнца сползал по металлическим лезвиям, заставляя их тускло поблёскивать. Один из людей Энсина поднял катану Мориты и проверив ножны, протянул её владельцу. Морита принял катану обеими руками. На секунду задержал её в ладонях, словно ощущая привычный вес, затем уверенно закрепил за спиной, проверив крепления. — Благодарю, — коротко сказал он, кивнув. Подчинённый Энсина ответил таким же коротким кивком и вернулся к остальному снаряжению, не тратя слов впустую. Неподалёку, у края лагерной площадки, стояли Энсин и Нао. Оба молча наблюдали за происходящим не вмешиваясь в приготовления. Морита, закончив проверять своё снаряжение, направился к ним, останавливаясь в нескольких шагах. — Благодарю, что согласился помочь с раненым, — сказал Энсин спокойно. Морита коротко кивнул. Его лицо оставалось серьёзным, но в голосе прозвучала искренняя благодарность. — Это меньшее, что я могу сделать, чтобы отблагодарить вас за помощь. Из палатки для раненых, наружу вышли двое. Между ними, опираясь на их плечи, передвигался третий. Раненый был молод — едва ли старше двадцати. Даже под утренним светом его лицо выглядело бледным и осунувшимся. На щеках проступила нездоровая сероватая тень, а губы время от времени сжимались, когда очередная волна боли проходила через тело. Его левая рука была туго перебинтована от плеча до локтя. Под одеждой на груди проступало тёмное, почти чёрное пятно засохшей крови. Похоже, вчерашний бой оставил ему сразу несколько серьёзных ран: глубокий порез вакидзаси под ключицей и пробитый сюрикеном бок. Кроме того, один из ударов, судя по всему, сбил его с ног — походка была неровной, и при каждом шаге он невольно втягивал воздух сквозь зубы. Несмотря на это, он старался держаться прямо, насколько позволяли силы. Сослуживцы осторожно подвели его к небольшой двухколёсной полевой тележке. Это была обычная деревянная конструкция с узкими ободами колёс, потёртыми от долгой службы. Такие тележки чаще всего использовали для перевозки ящиков с продовольствием или припасами. Но на передовой они давно приобрели ещё одно назначение — помогали доставлять раненых туда, куда те уже не могли дойти своими ногами. Парня аккуратно уложили на доски, поверх которых были наброшены несколько сложенных плащей. Ткань слегка промялась под его весом. Он тихо выдохнул, когда спина коснулась импровизированной подстилки. Один из сослуживцев поправил плащ у его плеч, стараясь укрыть раненого от холодного утреннего ветра, который тянулся вдоль ущелья. Другой проверил крепление ремней у тележки и коротко кивнул, показывая, что всё готово. Энсин молча подошёл ближе. Его тень упала на доски, частично закрыв лицо молодого паренька. — Такума, — произнёс он. Молодой Учиха вздрогнул. До этого он смотрел куда-то в сторону, стараясь ровно дышать и не обращать внимания на боль, но голос командира мгновенно вернул его в реальность. Услышав имя, он попытался подняться. Тело сразу же отозвалось болью. Мышцы напряглись, и движение получилось неловким. Лицо на секунду исказилось, но он всё же попытался приподняться на локте. — Э-Энсин-сама… — выдохнул он. Но сесть ему так и не удалось. Сил не хватило. Тело снова опустилось на плащи, и он коротко втянул воздух сквозь зубы. — Расслабься, — спокойно сказал Энсин. — Ты уже сделал своё дело, сейчас твоя задача — выжить. Несколько секунд он смотрел на юношу, убеждаясь, что тот его слушает. — Вернёшься в Хадзэн вместе с группой Мориты. Они доведут тебя до форта. Там залечат твои раны, а когда сможешь снова держать оружие — вернёшься обратно. Его взгляд стал чуть жёстче. — А пока не делай глупостей и не геройствуй. Такума опустил взгляд. — Мне рассказали, как ты получил эти раны, — продолжил Энсин. — Запомни, Такума. Мне нужны воины в строю, а не герои в могиле. Молодой Учиха сглотнул. На секунду его пальцы сжались на краю плаща. — Да… Энсин-сама. Энсин ещё секунду смотрел на него, словно проверяя, действительно ли сказанное дошло. Взгляд оставался внимательным и строгим. Наконец он коротко кивнул и отошёл. Позади уже слышались приглушённые голоса людей, готовящих тележку к дороге. Двое бойцов присели у колёс, проверяя крепления и оси. Один из них подтянул кожаный ремень, которым тележку собирались тянуть по тропе. Энсин неторопливо вернулся к тому месту, где стояли Нао и Морита. Нао как раз заканчивал объяснять своему собеседнику маршрут. Он стоял чуть боком к дороге и, говоря, иногда указывал рукой в сторону тропы, уходящей вдоль скал. — Вас ожидает два дня пути, — сказал он, — учитывая то, что вы передвигаетесь с раненым. Если пойдёте без лишних остановок, к вечеру второго дня будете у стен Хадзэна. Морита молча кивнул. Нао продолжил: — По эту сторону моста вам не стоит опасаться серьёзных нападений. Эта дорога под контролем Конохи. Наши дозоры регулярно проходят по этим маршрутам. Он сделал короткую паузу, затем добавил: — Но осторожность всё равно не повредит. Морита слегка прищурился, ожидая продолжения. — До нас дошли слухи о разбойниках, — сказал Нао. — Орудуют на дорогах в этой части страны. Ничего организованного — обычные бродяги. Нападают на торговые караваны, иногда на одиночных путников. Он пожал плечами. — К форту они не приближаются. Там гарнизон быстро наводит порядок. Но неподалёку от дорог их уже несколько раз замечали. — Шиноби среди них есть? — сразу спросил Морита. — Нет, — ответил Нао. — По крайней мере, нам о таком не докладывали. Он чуть усмехнулся. — Но голодные люди с ножами иногда бывают опаснее шиноби. Энсин, стоявший рядом, коротко добавил: — Особенно если думают, что перед ними лёгкая добыча. Морита чуть хмыкнул. — В таком случае им не повезёт. — Просто держите ухо востро, — сказал Нао. — Благодарю за сведения, — внимательно выслушав, ответил Морита. — Будем передвигаться осторожно. Он протянул руку, и Нао крепко пожал её. — Хорошего пути, — добавил Энсин, тоже протягивая ладонь. Морита повернулся к нему и ответил рукопожатием. — Благодарю за помощь, Энсин-сама, мы её не забудем. Энсин лишь слегка кивнул. — Просто доведи людей до форта. Морита коротко склонил голову. Его люди уже были готовы. Один из них взялся за рукояти тележки, на которой лежал раненый Такума. Двое остальных заняли места по бокам, ещё один шёл чуть впереди, внимательно осматривая дорогу. — Двигаемся, — тихо сказал Морита. Колёса тележки тихо скрипнули, когда её потянули вперёд. Через несколько мгновений маленькая группа покинула лагерь. Сначала их силуэты были ещё хорошо различимы между деревьями и камнями. Но постепенно фигуры становились всё меньше. Холодный воздух и лёгкая утренняя дымка начали скрывать их очертания, пока те вовсе не растворились в бледном зимнем свете. Энсин и Нао ещё некоторое время стояли молча, провожая их взглядом. — Похоже, одной проблемой меньше, — наконец сказал Нао. — Вовремя они нам подвернулись. Он скрестил руки на груди и перевёл взгляд на дорогу. — Если Морита не соврал, то Камень действительно пытается перекрыть подходы к мосту. Энсин негромко хмыкнул. — Хм. — Он ещё несколько секунд смотрел туда, где исчезла группа. — Вопрос только в том, сколько их там на самом деле. — Хочешь это выяснить? — спросил Нао. — Уже пытаюсь, — ответил Энсин. Нао повернул голову. — Что ты имеешь в виду? Энсин чуть прищурился, глядя на скалы, будто мысленно возвращаясь к событиям ночи. — Ещё до рассвета я отправил двух человек на разведку. Нао сразу напрягся. — Кого? — Кэйту и Сору. Нао почти сразу понял, о ком идёт речь. Оба были из числа лучших разведчиков отряда, но выражение его лица всё равно осталось напряжённым. — Это опасная затея, — сказал он. — Враг наверняка наблюдает за мостом, их могли заметить. — Я это понимаю не хуже тебя, — спокойно ответил Энсин. — Тогда зачем нужно было их отправлять? — Потому что куда опаснее сидеть в неведении — пространство вновь окутала короткая пауза. — Не с проста атаки прекратились. Нао чуть нахмурился и скрестил руки на груди. — Думаешь, они перегруппировываются? — Возможно, — ответил Энсин. — А возможно, готовятся к чему-то. Он посмотрел на скалы, словно пытаясь разглядеть за ними скрытую угрозу. — Если так — мы в опасности и даже не знаем об этом. Нао вздохнул и перевёл взгляд на лагерь. — Мы и так в оборонительной позиции, — лёгкое разведение рук в стороны подчеркнуло его скептическое отношение. — Чего нам ещё, кроме нападения, можно ожидать? — Оборонительная позиция не делает нас неуязвимыми. Энсин повернул голову в сторону моста таким образом, что было видно почти всю линию укреплений. — Враг может собрать ударный кулак, — продолжил он. — Если они подтянут достаточно людей, даже эти укрепления долго не продержатся. Энсин сделал короткую паузу. Его взгляд на секунду скользнул по линии укреплений, которые люди возводили все последние дни. Всё это выглядело внушительно лишь до тех пор, пока не появлялась настоящая армия. — Если мы будем знать их расположение и численность, — продолжил он, — то будем лучше понимать их цели и методы. И сможем подготовиться к конкретной угрозе, а не действовать вслепую. Энсин на секунду замолчал, словно собираясь с мыслями. — В моём подчинении ещё три десятка человеческих душ. Он чуть кивнул в сторону лагеря, где между палатками двигались шиноби, занимаясь утренними делами. — Если я не буду знать, что происходит вокруг, — сказал он спокойно, — я подставлю их под удар. Нао посмотрел на лагерь, на людей, которые ещё даже не знали об этом разговоре. Затем медленно перевёл взгляд на снег под ногами и чуть сдвинул сапогом тонкий слой инея. — Ясно... — сказал он. — Ладно, будем надеяться, что разведка вернётся раньше, чем враг решит напомнить о себе.

***

Лес к западу от моста Каннабикьё тянулся густой и мрачный. Высокие сосны и редкие лиственные деревья стояли вплотную друг к другу. Их тёмные стволы поднимались вверх, уходя в переплетение ветвей, которое почти полностью закрывало небо. Лишь узкие, бледные полосы зимнего света пробивались сквозь этот покров, ложась на землю холодными, размытыми пятнами. Сквозь эту чащу осторожно продвигались две фигуры не издавая почти ни единого звука. Это были Кэйта и Сора, разведчики из отряда Энсина. Они покинули мост ещё ранним утром и с тех пор почти не останавливались. Их маршрут шёл вдоль старой дороги, ведущей к северным перевалам — узкой, местами едва различимой полосы утоптанной земли, которую за последние дни почти полностью занесло снегом и заново "стерло" ветром. От моста они уже отошли примерно на семь километров. И всё же окружающее пространство оставалось таким же глухим и пустым, как и у самой переправы. За всё время они не нашли ни одного явного признака присутствия противника. Вокруг, снег лежал нетронутым, за исключением старых, почти сглаженных ветром следов зверей. Наконец группа из двух человек остановилась. Несколько секунд оба стояли неподвижно, растворяясь в тени деревьев, вглядываясь и вслушиваясь в пространство вокруг. Лес молчал. Даже ветер на мгновение стих, и это лишь усилило ощущение неправильности происходящего. Ни шагов, ни дыхания, ни едва уловимого шороха, который выдаёт присутствие человека. Один из разведчиков повернул голову, оценивая окружение ещё раз, затем коротко кивнул в сторону небольшого углубления между корнями старой ели. Они спустились туда двигаясь по одному, с небольшим интервалом. Углубление оказалось тесным, но достаточно глубоким, чтобы скрыть силуэты на уровне земли. Снаружи их уже невозможно было заметить без прямого взгляда сверху или с очень близкого расстояния. Несколько минут ушло на проверку окружения. Лишь убедившись, что поблизости нет движения и ничего не изменилось, оба позволили себе короткую передышку. Сора снял с пояса небольшой мешок и, не торопясь, развязал шнурок, стараясь не издать лишнего звука. Изнутри он достал плотный кусок сухого пайка — спрессованный рис с вяленым мясом. Кэйта тем временем вытащил из-за пояса флягу. Металл едва слышно звякнул о крепление, когда он ослабил ремешок. Он сделал несколько коротких глотков, не поднимая головы. Наконец Сора тихо заговорил. — Энсин сказал прочесать местность вдоль дороги… — прошептал он, делая короткую паузу. — Но вряд ли мы тут кого-то найдём. Кэйта коротко кивнул, закрыл флягу, убрал её на место и медленно перевёл взгляд в сторону леса — туда, где между стволами сгущалась тень, почти полностью скрывая глубину чащи. — Тоже так думаю, — негромко произнёс он. Его взгляд задержался на этом направлении дольше обычного, словно он пытался увидеть то, что пока оставалось скрытым. — Нам нужно уйти глубже, — добавил он после короткой паузы. — По левую сторону от тракта. Сора прожевал остаток пайка, затем провёл языком по пересохшим губам и на мгновение прикрыл глаза, прокручивая в голове предложенный маршрут. — Риск есть, — тихо сказал он. — Мы можем наткнуться на их дозоры раньше, чем заметим сами. — Мы и так можем на них наткнуться. Разница лишь в том, что сейчас мы идём туда, где точно ничего не обнаружим. — Ладно… — произнёс Сора. — Так и сделаем. После этого они ещё около минуты оставались на месте, прислушиваясь к окружению пока Кэйта первым не нарушил неподвижность. Сора поднялся следом. Они снова двинулись в путь, растворяясь в тени деревьев так же бесшумно, как и прежде. Теперь их маршрут лежал вглубь леса.

Час спустя...

Поиски заняли ещё довольно много времени. Лес оставался таким же глухим, как и раньше, и временами начинало казаться, что в лесу вообще никого нет, но на этот раз удача всё же повернулась к ним. Тело Кэйты застыло в переходе. Он медленно опустился на одно колено, не отрывая взгляда от земли перед собой. В снегу между корнями чётко виднелся свежий, одиночный след. Края ещё не осыпались, контур сохранял чёткую форму. Они обменялись коротким взглядом. Теперь оба были насторожены по-настоящему. Дальше пришлось двигаться значительно медленнее. Следы тянулись всё глубже в лес, уходя от дороги в сторону более плотной чащи. Но вдруг, Кэйта резко остановился рефлекторным рывком корпуса назад. Он повернул голову, не двигая корпусом, и короткими, чёткими жестами показал: скрыться, не шуметь. Оба синхронно сместились за ближайшие деревья. Кэйта осторожно подался вперёд, едва заметно сместившись за стволом, и на мгновение высунулся, давая глазам привыкнуть к свету между деревьями. Сначала это был лишь блик — короткая вспышка, будто луч солнца скользнул по металлу и тут же исчез. Он замер, не двигаясь, и прищурился, возвращая взгляд туда же, и увидел. Силуэт был размытым, частично скрытым деревьями и тенью, но уже не вызывал сомнений. Это явно был человек. Разведчики наткнулись на наблюдательный пост. Дозорный внимательно всматривался в пространство перед собой. Голова плавно поворачивалась из стороны в сторону, прочёсывая сектор. Кэйта некоторое время просто наблюдал, не делая ни одного лишнего движения. Его взгляд скользил по фигуре противника, фиксируя детали и сразу складывая их в общую картину. Угол обзора — перекрывает почти весь сектор перед ним, но оставляет слепые зоны по флангам. Шиноби Камня выглядел спокойным, и с виду могло показаться что он ничего не заметил. Но к несчастью для разведчиков, он резко повернул голову. Сработала мгновенная реакция на что-то уловленное на грани восприятия. В следующее мгновение он уже сорвался с места, отталкиваясь от земли на большой скорости и начал отдалятся в неизвестном направлении. Кэйта и Сора переглянулись лишь на долю секунды. Ни слов, ни жестов больше не требовалось. Они рванули следом. Погоня началась мгновенно а тела сразу вошли в нужный ритм. Враг двигался быстро. Было видно, что местность ему знакома. Но даже это не спасало, его преследователи постепенно сокращали дистанцию. Кэйта на бегу вытащил кунай, не снижая скорости и не стал сближаться ещё сильнее — шанс был достаточным уже сейчас. Бросок. Металл коротко свистнул в холодном воздухе и в следующую секунду вошёл в спину врага чуть ниже плеча. Шиноби Камня дёрнулся. Его шаг сбился, корпус повело вперёд, и на мгновение он потерял ритм движения. Этого оказалось достаточно. Сора оказался рядом почти сразу не давая противнику шанса восстановиться. Катана вышла из ножен одним плавным движением, и удар последовал сразу. Тело врага обмякло и рухнуло в снег. Инерция протащила его вперёд ещё на полшага, после чего всё стихло. Несколько секунд оба стояли на месте, тяжело дыша. Пар вырывался изо рта короткими облаками, растворяясь в холодном воздухе. Кэйта первым опустился рядом с телом. Руки проверяли подсумки, внутренние карманы, крепления на поясе. Всё, что могло иметь значение, извлекалось и сразу оценивалось. Карта, несколько кунаев, полевой протектор Ивагакуре. Больше ничего существенного. Они обменялись быстрым взглядом, после чего без слов перешли к следующему этапу. Тело схватили за плечи и ноги и оттащили в сторону, в более плотные заросли. Снег под ним быстро примялся, оставляя тёмную полосу, но её тут же начали маскировать — ногами и руками, разравнивая поверхность, ломая чёткие линии следа. — Он двигался туда, — тихо сказал Сора, указывая в сторону, куда направлялся враг перед смертью. Кэйта кивнул, уже глядя в том направлении. — Проверим. Они не стали задерживаться и снова двинулись вперёд.

Полчаса спустя...

Лес постепенно менялся и деревья стояли уже не так плотно. Между стволами появлялось больше просветов, а свет, до этого вязкий и глухой, начал проникать глубже, ложась на землю более ровными пятнами. Именно в этот момент Кэйта остановился. Его взгляд зацепился за едва заметное изменение в воздухе между деревьями. Тонкая, почти прозрачная струя дыма, поднимающаяся вверх и тут же теряющаяся среди ветвей. Сора проследил направление его взгляда и сразу понял. Они опустились ниже, практически одновременно, уходя с линии возможного обзора. Движения стали ещё медленнее. Несколько минут ушло на то, чтобы найти позицию, с которой можно было наблюдать, оставаясь скрытыми. Они двигались по дуге, обходя предполагаемое место источника дыма, выбирая укрытия с учётом рельефа и плотности деревьев. Кэйта шёл первым, прокладывая маршрут, Сора держался чуть позади, контролируя тыл и боковые сектора. Лишь убедившись, что их не могли заметить при первом же взгляде, они остановились. Затем начали осторожно сближаться. Расстояние сокращалось постепенно, и вместе с ним становились различимы детали. Сначала — движение между деревьями. Короткие, повторяющиеся силуэты, сменяющие друг друга. Затем — очертания большого лагеря. Теперь он был виден отчётливо. Сотня человек. Возможно, немного меньше, но точно не мелкий отряд. В глубине лагеря угадывалось нечто похожее на склад — аккуратно сложенные ящики, рядом с которыми лежали связки оружия и свитков. Это была явно не временная стоянка. Кэйта и Сора наблюдали долго, не позволяя себе ни единого лишнего движения. Их внимание было полностью сосредоточено на лагере: они методично считали людей, фиксируя перемещения, отмечали расположение палаток, запоминали проходы между ними и возможные маршруты быстрого реагирования. Взгляды скользили по краям лагеря, задерживались на кострах, на ящиках у склада, на группах шиноби, чьи движения выдавали уровень подготовки. Они пытались определить командный центр. Но пока это оставалось неочевидным: ни одна из палаток не выделялась достаточно, чтобы с уверенностью назвать её ключевой. И всё же, пока они сосредоточенно вели наблюдение за лагерем, обстановка уже начала меняться. К тому моменту, когда это стало бы очевидно, пространство вокруг уже перестало быть нейтральным. Кэйта всё ещё смотрел на лагерь, мысленно сопоставляя увиденное, когда за их спинами раздался едва различимый, почти растворённый на фоне леса лёгкий шум. Он резко обернулся. И успел увидеть лишь кунай, летящий прямо в них. К рукояти была прикреплена взрывная печать, уже активированная — бумага едва заметно трепетала в полёте, словно живя собственной жизнью. Время на мгновение растянулось. Кэйта успел только расширить глаза, инстинктивно оценивая расстояние, угол, возможность уклониться или отбить. Но решения уже не было. В следующую секунду всё пространство вокруг вспыхнуло. Оглушительный взрыв разорвал тишину леса, с силой ударив по воздуху, разметая снег, землю и обломки веток в стороны.

***

Полог шатра глухо качнулся от порыва ветра и снова опустился, закрывая вход. За столом сидел Энсин, а в его руках покоился раскрытый свиток. Печать уже была сломана, но красный оттиск с символом Хокаге всё ещё оставался на краю бумаги. Свиток доставили птицей. Принесли его буквально несколько минут назад. Энсин дочитал до конца, на секунду задержал взгляд на последней строке, затем опустил свиток на стол. Пальцы слегка постучали по дереву. Напротив сидел Нао, время от времени скользя взглядом по лицу друга. — Хакудо задержится, — коротко сказал Энсин. Нао чуть приподнял бровь. — Значит, остаёмся одни. — Впрочем, как и всегда, — спокойно ответил Энсин. Он откинулся на спинку стула, дерево под ним негромко скрипнуло. — Но есть и хорошие новости. Взгляд Нао стал внимательнее, он слегка подался вперёд. Энсин это заметил и без лишних пауз продолжил: — Когда он всё же придёт, нас сменят, — спокойно сказал Энсин. — И на какое-то время отведут в тыл. Нао тихо выдохнул. Напряжение, державшееся в плечах, на секунду ослабло, и в выражении лица мелькнуло короткое, почти незаметное облегчение. — Вот это уже действительно хорошие новости, — произнёс он, проводя ладонью по подбородку. Он чуть наклонился вперёд, снова опираясь локтями о стол. — А чем там Хакудо занят? Энсин машинально провёл пальцем вдоль края карты, задержавшись на одной из дорог, ведущих к Хадзэну. — Те бандиты, о которых мы говорили, — ответил он. — начали нападать на наши пути снабжения. — Кхм… теперь понятно, почему вчера снабженцы из Хадзэна так и не дошли, — сказал он. — Осмелели в край. Он чуть покачал головой, будто прокручивая ситуацию в уме. Энсин едва заметно пожал плечами. — Оно и неудивительно... После нашего вторжения в южную часть Страны Травы местная власть просто исчезла, — продолжил он. — Чиновники разбежались, стража тоже. Следить за порядком некому. Нао выпрямился, откинувшись назад, и на секунду замолчал, глядя в карту. — Ну… будем надеяться, Хакудо-сан быстро наведёт там порядок. Энсин взял свиток, легко постучал им по столу, словно фиксируя итог разговора. — Можешь не сомневаться, — он поднял взгляд на Нао. — Зная его... он сделает всё быстро и так, что никто не поймёт, когда это закончилось. Энсин и Нао ещё некоторое время продолжали разговор, периодически возвращаясь к карте. Энсин короткими, точными жестами отмечал на ней участки, где требовалось усилить дозоры, Нао в ответ предлагал варианты смен и маршрутов, иногда сразу указывая на слабые места. Речь шла о привычных вещах: распределение людей, остатки припасов, ночные патрули. Ничего крупного, но именно из таких мелочей держался порядок в лагере. Но затем, рядом с шатром послышались быстрые шаги которые резко оборвались у самого входа. Кто-то остановился прямо у входа. Полог чуть приподнялся, но внутрь никто так и не вошёл — человек снаружи явно ждал разрешения. — Энсин-сама… разрешите? — раздался знакомый голос. Энсин и Нао одновременно подняли взгляд. — Входи, — коротко ответил Энсин. Полог откинулся в сторону, пропуская внутрь холодный воздух, и в шатёр шагнул молодой Акао. Он не тратил времени на лишние жесты — лишь коротко склонил голову и сделал несколько шагов к столу. — Энсин-сама, срочное донесение из Конохи, — сказал он, сразу протягивая свёрнутый лист. — От Фугаку-сана. Бумага была перевязана тёмной нитью, а на месте печати отчётливо виднелся двойной знак — герб клана Учиха и дополнительная метка срочности. Такой знак не ставили без причины. Энсина слегка нахмурился. — Хм… Он взял письмо, чувствуя под пальцами плотную бумагу. — Фугаку не присылает сообщений без надобности… Нить лопнула под лёгким усилием. Энсин развернул свиток, и бумага тихо зашелестела в его руках. Лампа на столе качнулась от движения воздуха, и тёплый свет лёг прямо на строки. Энсин начал читать. Его взгляд сразу ускорился, выхватывая смысл быстрее, чем обычно. Черты лица не изменились, но внимание стало сосредоточеннее. В шатре стало тихо. Прошла секунда. Затем ещё одна. И всё же в какой-то момент взгляд Энсина замер. Едва заметно — настолько, что посторонний мог бы не обратить внимания. Но пальцы, державшие письмо, чуть сильнее сжали край бумаги, оставляя на ней неглубокую складку. Больше ничего не изменилось. Он продолжил читать намеренно медленно, будто каждое слово теперь требовало отдельного осмысления. Когда последняя строка осталась позади, Энсин не сразу опустил лист. Он ещё несколько секунд смотрел на него, словно проверяя, не упустил ли чего-то важного. — Что там? — наконец спросил Нао. Ответа не последовало. Энсин по-прежнему смотрел на письмо. Тишина в шатре стала тяжёлой. Снаружи ветер прошёлся вдоль лагеря, колыхнув ткань шатра, и где-то неподалёку сухо треснуло полено в костре. Нао нахмурился. Теперь он уже не сомневался — новости плохие. Вопрос был только в том, насколько. — Энсин… — тихо произнёс он. Только после этого Энсин медленно опустил письмо а его взгляд потемнел. Он аккуратно сложил лист, медленно разглаживая сгиб пальцами, будто это имело значение. — Энсин… — тихо произнёс Нао. Но тот не ответил, лишь молча поднялся. Стул под ним едва слышно скрипнул, но Энсин не обратил на это внимания. Он просто развернулся и направился к выходу не обращая ни на кого внимания. Полог откинулся под его рукой, пропуская внутрь холодный воздух, и тут же тихо качнулся обратно, когда он вышел наружу. В шатре снова стало тихо. Нао просто смотрел на этот лист и наконец протянул руку. Он развернул письмо, и сухой шелест в тишине шатра прозвучал неожиданно громко. Взгляд пошёл по строкам. Но постепенно лицо начало меняться. Брови медленно сошлись, взгляд задержался, затем вернулся назад, перечитывая одну и ту же строку ещё раз. Пальцы чуть сильнее сжали край бумаги, и в этот момент он замер, окончательно понимая смысл прочитанного. — Чёрт…

***

У самого края моста, опираясь руками на ограждение, слегка подавшись вперёд стоял Энисн, и смотрел вниз. Со стороны могло показаться, что он просто наблюдает за течением — так же, как делал уже не раз за последние дни. Но теперь в его позе не было той отрешённости. Пальцы лежали на балке слишком напряжённо, вцепившись в сухое дерево так, что костяшки побелели. Древесина под ладонями едва слышно поскрипывала, принимая на себя это давление, но сам Энсин, казалось, этого не замечал. Его взгляд оставался направленным вниз, но мысли были далеко. Нао поднялся на мост и остановился рядом — чуть позади и сбоку, как делал всегда в такие моменты. Несколько секунд Нао просто стоял, глядя на спину старого друга, отмечая его состояние. — Я прочитал письмо, — тихо произнёс он. Гул воды продолжал катиться по ущелью, заполняя пространство между ними. Казалось, этот звук подменял любые слова, которые могли бы прозвучать. Нао немного помолчал, собираясь с мыслями, затем всё же продолжил, не отрывая взгляда от тёмного потока внизу. — Фугаку пишет... ребёнок выжил. Он сделал короткую паузу, давая этим словам осесть. — Твой внук... — начал он уже тише, осторожнее, будто подбирая слова, которые не прозвучат лишними. Но именно в этот момент Энсин слегка повернул голову. — Ничего не говори. Нао сразу замолчал. Он едва заметно кивнул и отвёл взгляд в сторону, давая Энсину то пространство, которое тот сейчас требовал. Прошло несколько секунд. Ветер всё так же шёл вдоль моста пробегая по доскам, и река продолжала грохотать внизу, словно ничего не изменилось. И вдруг, рука Энсина резко сжалась. Сухое «тр-рррак» прорезало пространство, не уступая даже шуму воды. Деревянная балка под его ладонью дала трещину, расколовшись вдоль волокон. Несколько щепок сорвались вниз, исчезая в глубине ущелья, уносимые потоком. Энсин замер на долю секунды, затем медленно разжал пальцы. Дерево под ладонью осталось расколотым, тёмная линия трещины тянулась по поверхности. Лицо его снова стало спокойным. Слишком спокойным. Только взгляд остался тяжёлым. Нао тихо выдохнул, наблюдая за этим и собираясь что-то сказать, но со стороны лагеря раздался резкий крик. — Тревога! Крик прорезал воздух перекрывая даже гул реки. — С севера! Движение у леса! Второй голос последовал почти сразу. Энсин развернулся в сторону шума. Взгляд вновь стал резким, собранным, полностью вернувшимся в реальность боя. Ни следа прежней тяжести. Он резко оттолкнулся от балки и быстрым, уверенным шагом направился к передовому лагерю.

***

Сначала силуэт у края дороги был лишь тёмным пятном между деревьями — неясным, размытым, почти сливающимся с линией деревьев. Часовой на частоколе напрягся, выпрямился, всматриваясь в глубину леса, и поднял руку, давая сигнал остальным. — Стой! Кто идёт?! Фигура впереди дернулась, будто только сейчас услышала окрик. Сделала ещё несколько неуверенных шагов, спотыкаясь о неровности дороги, и резко осела вниз, едва удержавшись на ногах. Колени ударились о снег, тело накренилось вперёд, и только в последний момент человек успел выставить руку, чтобы не упасть лицом. Часовой прищурился сильнее, вглядываясь в лицо, скрытое под тенью и грязью. — Свои! Это Кэйта! Несколько шиноби, не дожидаясь дополнительных приказов, сорвались с места и побежали к проходу в укреплениях. Доски под ногами глухо отозвались шагами, кто-то на ходу уже доставал флягу, кто-то — бинты. Когда они добрались до дороги, всё стало ясно. Кэйта едва держался. Его одежда была изодрана и пропитана кровью — тёмные пятна тянулись по груди и боку, ткань местами задубела от холода. Лицо побледнело, губы посинели, дыхание сбивалось короткими, резкими вдохами. Он пытался подняться, но тело больше не слушалось — рука дрогнула, и он снова осел, тяжело опираясь на снег. Один из шиноби сразу подхватил его под плечо. — Осторожно! Держи его! Другой уже опустился рядом, быстро осматривая раны. — Живой… но хреново ему, — бросил он сквозь зубы. — Быстро внутрь! Они быстро провели его через проход в укреплениях, не сбавляя шага, и почти сразу вывели к ближайшему костру. Там Кэйту усадили на грубый пень, поддерживая с двух сторон, пока он окончательно не потерял равновесие. К этому моменту к костру уже подошли Энсин и Нао. Энсин остановился прямо перед разведчиком. Взгляд скользнул по раненому плечу, по боку, по обожжённым участкам кожи. — Позовите медика, — спокойно сказал он. — Быстро. Один из шиноби сразу сорвался с места, даже не дожидаясь повторения приказа. Кэйта тем временем тяжело дышал, пытаясь взять под контроль сбившееся дыхание. Грудь поднималась рывками, губы пересохли, голос с трудом пробивался сквозь хрип. — Воды… — выдавил он. Фляга появилась почти сразу. Кто-то уже держал её у его губ, аккуратно наклоняя. Кэйта сделал несколько жадных глотков, вода пролилась по подбородку. Затем ещё один, уже медленнее. Только после этого дыхание стало чуть ровнее, хотя грудь всё ещё болезненно поднималась при каждом вдохе. К костру наконец подбежал медик на ходу снимая с плеча сумку с медикаментами. — Что у нас? — коротко бросил он, опускаясь рядом с Кэйтой. Не дожидаясь ответа, опытный ирьёнин сразу взялся за дело быстро разрезая пропитанный кровью рукав и начал осматривать рану. Пальцы проверили плечо, затем бок, аккуратно находя самые опасные повреждения. Кэйта дёрнулся, но сдержался, лишь стиснув зубы. — Серьёзно тут всё... — тихо пробормотал полевой медик. Он поднял взгляд на Энсина. — Мне нужно время и тепло. Энсин коротко кивнул. Но Кэйта уже поднял голову и всё же заставил себя выпрямиться настолько, чтобы смотреть прямо. Взгляд его был тяжёлым и затуманенным. Он нашёл глазами Энсина и зацепился за него, будто за единственную точку, которую нельзя было упустить. — Энсин-сама… Он сделал глубокий вдох, с усилием, через боль, и продолжил: — Мы нашли лагерь противника... Вокруг костра сразу стало тише. Даже те, кто стоял чуть в стороне, невольно замерли, прислушиваясь. — Примерно... сто человек... Он на секунду прикрыл глаза, словно восстанавливая картину перед собой. — Похоже… готовятся к атаке. Несколько шиноби вокруг костра переглянулись. Кто-то тихо выдохнул, кто-то сжал рукоять оружия, но никто не перебил. Кэйта продолжил, чуть хриплее: — Мы следили… Дыхание снова сбилось. Грудь резко поднялась, и он на мгновение замолчал. Медик тихо выругался, заметив, как под повязкой на боку проступает свежая кровь, но рук не остановил — уже на ходу готовил бинты. Кэйта снова открыл глаза и заставил себя продолжить: — Но нас обнаружили… Он замолчал на секунду, будто что-то удерживало слова. Энсин смотрел на него внимательно, не отводя взгляда. — Сора? — спросил он. Кэйта опустил глаза. — Он погиб. Пространство вокруг костра словно сжалось, и даже привычный шум лагеря на мгновение отступил на второй план. Только огонь тихо потрескивал, перебирая сухие ветви, да редкие искры поднимались вверх и тут же гасли в холодном воздухе. Энсин стоял неподвижно. Взгляд оставался на Кэйте ещё секунду. Затем он едва заметно кивнул, принимая услышанное. Он повернулся к медику. — Позаботься о нём. — Уже занимаюсь, — буркнул тот, не поднимая головы, продолжая быстро работать с ранами, затягивая бинты и проверяя кровотечение. Энсин перевёл взгляд на остальных. У костра собралось около десятка шиноби — те, кто оказался ближе всех и первым прибежал на крик. Теперь они стояли молча, но в их позах уже читалось напряжение: кто-то держал руку на рукояти оружия, кто-то выпрямился, будто ожидая приказа. — Ну что, — спокойно произнёс Энсин. — Все слышали его слова? Ответа не последовало, да он и не требовался. Тишина сама сказала всё. — По местам! Готовьтесь к бою! Команда сработала мгновенно. Люди развернулись почти одновременно, и лагерь тут же пришёл в движение. Кто-то сорвался к укреплениям, занимая позиции у частокола, кто-то направился к оружейной палатке, проверяя снаряжение на ходу. По лагерю снова зазвучали короткие команды, а шаги ускорились. Энсин не стал задерживаться, развернулся и направился к своему шатру, переходя от реакции к действию без единой лишней паузы. — Энсин! — окликнул его Нао, делая шаг вперёд. Ответа не последовало. Тот даже не обернулся. Нао ещё несколько секунд смотрел ему вслед, наблюдая, как фигура растворяется среди движущегося лагеря — среди людей, которые уже начали готовиться к бою, среди коротких команд и ускоряющихся шагов. Затем тихо выдохнул. Он слишком хорошо знал Энсина, чтобы не понимать, что сейчас происходит у него в голове. И ещё лучше — чтобы понимать: в такие моменты к нему не достучаться. Он покачал головой, отбрасывая лишние мысли. Затем развернулся и направился к своим людям. Впереди был бой.