На грани сожжения

      Ви шла рядом с близнецами к Трем метлам, перебрасываясь короткими фразами и подшучивая. Но, когда они приблизились – Ви мгновенно ощутила себя некомфортно. У входа толпилась ожидающая Уизли компания.              Она как-то совершенно не подумала о том, что помимо близнецов ей компанию будут составлять ещё кто-то и, конечно же, этот «кто-то» с Гриффиндора. Уизли, словно ощутив её нерешительность, закинули руки ей на плечи, уверенно шагая вперед, таща её за собой. То ли пытались поддержать, то ли предотвратить побег.              Вначале один ожидающий бросил взгляд в их сторону. После уже второй и третий. Недоуменно и долго глядели, мечась меж различных эмоций. В их глазах читалось непонимание, недоверие, капли презрения и злости, а так же настороженность.              – Так, знакомьтесь и будьте милыми. Эта маленькая змейка чувствительная и брызжет ядом! – с помпой, громко объявил Фред, торжественным жестом указав на Ви.              Компания нервно переглянулась. Девушка-гриффиндорка нахмурилась, напряженно глядя на слизеринку. По веснушкам на лице, рыжим локонам и потрепанной одежде, Ви сразу поняла, что это младшая сестра близнецов. Джил или Джинни, или вообще Джульетта. Ви помнила лишь, что её имя начинается на Д. И то исключительно из-за того, что вязанный свитер с этой буквой врезался в её память.              Был ещё один рыжий мальчишка с недовольным лицом. Он с недоверием смотрел на своих братьев, морща конопатый нос. А в карих глазах неприкрытое сомнение в здравомыслии своих родственников. Его Самерсет знала по совместным урокам с гриффиндором.              Верный дружок знаменитого Гарри Поттера – Рон.              – Это Ви Самерсет! – так же торжественно объявил Джордж. – Это наша сестренка – Джинни, это – Рон. Знакомьтесь, но можешь их не любить, мы их тоже не любим, – подмигнув Ви, сказал Джордж.              На это Рон издал полное возмущения «Эй».              – Знакомы, – с большей уверенностью, чем чувствовала, сказала Ви, – помните? Одногодки? Всеми ненавидимые совместные уроки? – тоном «вы – идиоты», спросила девушка.              Джинни и Рон нахмурились ещё больше, прожигая девушку взглядом. Но та старательно это игнорировала. Близнецы же фыркнули и кто-то из них немного дернул её за прядь волос за спиной.              – А это наш дорогой друг – Ли Джордан! – продолжил представлять Фред. – Ты должна его знать! Он комментирует матчи по квиддичу.       А это, как и сказал Джордж, наша подруга со Слизерина – Ви Самерсет.              Рон буркнул приветствие, упорно не глядя на девушку, прожигая взглядом соседнее здание. Словно Ви своим существованием оскорбляла его тонкие чувства. Джинни, испепеляюще глядя на братьев, кивнула. И лишь Джордан мило, с очаровательной неловкостью, улыбнулся.              – Если мы закончили с приличиями, то пошли уже. Меня больше волнует выпить что-то горячее, чем знакомиться со всем семейством Уизли.       Хотя думаю, – притворно задумчиво посмотрела вверх, – если начну знакомиться со всем семейство то и дня не хватит.              Близнецы и Ви зашли первыми, остальные же засеменили за ними. Фред опустил свою широкую ладонь на девичье плечо и, нагнувшись к её ушку, зашептал, обжигая горячим дыханием.              – Если честно, – тоном, будто это величайший секрет, начал, – мы сами не помним всех наших родственников.              Ви бросила веселый взгляд на парня, издав едва слышный смешок, и повернулась к нему, шепча в ответ.              – Уизли явно любят… Любить друг друга. Скоро вы заполоните весь волшебный мир.              – Почему только волшебный? – тут же вмешался Джордж.              – У нас цель заполонить весь мир.              – Мне срочно нужен маховик времени, чтобы предотвратить это ужасное будущее, – серьёзно кивнула девушка.              Близнецы схватились за спинку стула, галантно отодвигая его для девушки. Но слишком наигранно и торжественно, едва не кланяясь, чтобы принять их за джентльменов. Она же, словно не замечая насмешливости, гордо воссела, закинув нога на ногу. По обе стороны от нее сели братья.              На оставшиеся мечта неспешно начала рассаживаться молчаливая компания, снимая многочисленные одежды.              Рон неуклюже пытался стянуть шарф, Джинни же положила шапку на стол. Близнецы же едва ли не разбрасывали свои вещи по всему видимому пространству. Шапка Фреда висела на спинке стула Ви, а шапка Джорджа валялась где-то на полу. Ви же неспешно накинула свое пальто на спинку стула, а шарф, подобно флагу, висел поверх.              В заведении было тепло, пахло корицей, древесиной и сливочным пивом.              Практически все столики были заняты веселыми компаниями розовощеких учеников Хогвартса. Они были так погружены в болтовню и долгожданный отдых от учебы, что лишь немногие заметили странную компанию. И несколько секунд их лица искажало недоумение.              Впрочем, это не было удивительно.              На слизерине было несколько учеников, который славились своим странным дружелюбием и могли беззаботно поболтать с учениками других факультетов. И за весь разговор ни единого раза никого не оскорбив. Такой человек ещё как-то мог затесаться в эту рыжую компанию. Но Ви Самерсет не обладала такой славой. Она была истинной слизеринкой, обладательница скверного характера и острого языка.              – Кто что будет? – дружелюбно спросил Джордан. – Я пойду закажу. Джинни?              – Какао, – буркнула девушка, – сладкое какао.              – Нам сливочное пиво! – в один голос осведомили близнецы.              Рон пробурчал свой заказ и Джордан перевел взгляд на Ви, неловко улыбаясь. Его карие глаза сверкали мягкостью и дружелюбием.              Он казался милым, настолько милым, что Ви казалось, что скажи она что-то немного грубоватое и это разобьет его сердце. Ей было как-то совестно и неловко быть резкой с этим очаровательным парнем.              – А тебе Самер… Ви? Извини, как тебе больше нравится? – заерзав на месте, спросил, бросив на близнецов взгляд молящий о помощи и подсказке.              – Можешь называть «Ви», – улыбнувшись, ответила девушка, – я не против, чтобы ко мне обращались по имени. Я буду глинтвейн. Спасибо, Джордан.              – Ага, да, конечно, – быстро ответил, более уверенно улыбаясь, быстро встав со своего места. Помчался в сторону прилавка.              – Оу, – протянул Фред.              – Ты решила покорить сердце нашего дорогого друга? – поиграл бровями Джордж.              Оба парни поставили локти на стол и опустили острые подбородки на сжатые кулаки. Они глядели на Ви, а в карих глазах сверкали искры веселья.              Она же откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, фыркнув. Ей становилось немного жарко в её теплом, свободном свитере темно-серого цвета и вельветовых брюках.              – С нами ты не бываешь такой милой! – канючил Фред, ткнув девушку в щеку указательным пальцем. Она тут же махнула рукой в его сторону.              – Потому что вы не такие милашки. Вы больше похожи, – сделала задумчивую паузу, – на раздражающих мух.              – Но если мы постоянно возле тебя кружим… – заиграл бровями Джордж.              – Подумай, что ты, – закончил за брата Фред.              – Хм, самый привлекательный и приятно пахнущий цветок? – протянула Ви.              Ещё несколько минут они перекидывались шуточно-оскорбительными фразами, пока Рон и Джинни недовольно молчали и сверлили компанию взглядом. Девушка походила на недовольного, надувшегося хомяка. А у Рона было такое выражение лица, словно его сейчас вырвет.              Их разговор прервал Джордан, поставивший на стол заказанные напитки. И Ви тут же потянулась к своему глинтвейну.              – Спасибо, Джордан, – улыбнулась парню от чего тот едва ли не расцвет и неловко махнул на неё рукой, отмахиваясь от благодарностей.              Девушка сделала неспешный глоток. Вино немного горчило, а запах корицы перебивал запах всех остальных специй. В груди тут же зародилось тепло, то ли из-за алкоголя, то ли из-за горячего напитка.              Джинни агрессивно отхлёбывала своё какао, глядя на слизеринку поверх кружки. До этого Ви и не подозревала, что можно агрессивно пить какао. Особенно, если то украшено небольшими зефирками сверху и оставляет пенные усы.              Разговоры быстро возобновились, но теперь между близнецами, Ви и Джорданом. Остальные Уизли упорно продолжали сохранять молчание и лишь иногда что-то бурчали себе под нос.              Но, от чего-то, спустя пол глинтвейна, Джинни решила вмешаться в разговор, с притворно сладкой улыбкой.              – Фред, Джордж, а что насчет того, что вы утром рассказывали? – Рон бросил на неё недоуменный взгляд, а после оживлённо закивал. – Помните? Во время завтрака.              Джинни бросила на Ви быстрый, злорадный взгляд, от чего девушка едва сдержалась от усмешки. Уизли явно и неуклюже пыталась вычеркнуть её из разговора. Бросала ей в лицо, что она чужачка.              Самерсет молча слушала ещё с несколько минут, неспешно попивая глинтвейн, забавляясь тем, как Джинни все больше и больше горячится. Девчушка старательно поднимала такие темы, как семейные шутки и события в гостиной гриффиндора. Напряженно придумывала, хмурясь, поглядывая на Ви. Проверяла, ощутила ли она себя лишней?              Джордан замялся, лишь иногда неловко угукал, как-то затравленно поглядывая на Ви. Выглядел так, будто ему стыдно и неловко за поведение гриффиндорки. Но близнецы легко включились в болтовню, шутя, не замечая ни неловкости, ни попыток своей дорогой сестренки задеть Ви.              – Вы уже решили, кого пригласите на святочный бал? Джордж, та девушка с гриффиндора… Как её? Ты ей явно нравишься! А Фред, тебе же вроде нравится… – увлеченно вещала Джинни.              Ви поднялась, отодвигая практически допитый глинтвейн, от чего за столом замолчали, поднимая на неё взгляды.              – Нужно в уборную, – отбросив взмахов руки волосы назад, сообщила.              Уже через минуту стояла в небольшой комнатке. Сжимала ладони на краях раковины, ощущая гладкость и холод поверхности. Игнорирование, холодность и пассивная агрессия – не было тем, что могло её задеть. Она привыкла и к худшему. Но, тем не менее, ей нужна была передышка.              Посмотрела в зеркало, стараясь понять, не выдает ли что-то то, как ей некомфортно. Но её лицо было привычно бесстрастным. Лишь бледные щеки приобрели розовый, нежный румянец. Но этом можно было списать на глинтвейн.              Мягко повернула задвижку, от чего та практически беззвучно щелкнула. В зале было шумно, кто-то смеялся, а кто-то болтал. Ви прошагала по затемненному маленькому коридорчику, что ввел из уборной. Ей нужно было лишь повернуть за угол, чтобы увидеть их столик.              Но Ви не торопилась, не желая прерывать оживлённую беседу. Осталась стоять за углом, от того прекрасно слышала, когда Джинни яростно, едва ли не крикнула: «Вы в своем уме?».              Прижалась спиной к стене, слушая.              – Ага, – поддакивал Рон, – она слизеринка, с ней даже другие слизеринцы общаться не хотят.              – Вот именно, – возмутилась девушка, – я пришла сюда отдохнуть. А вы притащили сюда свою слизеринскую подружку. Видеть её не хочу. Такие, как она, постоянно над нами издеваются.              – Джинни, – серьезно сказал кто-то из близнецов, – не она, а слизеринцы.              – Так она слизеринка! – возмутился Рон.              – А она лично над тобой издевалась? – с раздражением, немного повысив голос, вновь сказал кто-то из близнецов.              До этого она никогда не слышала искреннего недовольства в их голосах. Злость искажала тембр и Ви со стыдом поняла, что не может понять, кто именно из братьев это сказал.              – Нет, но… – начала девушка.              – Вот именно! «Нет», – прервал другой близнец.              – Это не делает её лучше! Я по её взгляду вижу, что она думает.              – А мне она показалась милой, – неуверенно и негромко заступился за Ви Джордан, от чего в уголках губ девушки появилась едва заметная улыбка.              – Она специально с тобой была милой, – с презрением фыркнула Джинни, – она сама так сказала!              – Я не это сказала, – негромко и спокойно вмешалась Ви, выходя из-за угла.              Компания замерла, казалось, даже не дыша. Джинни, полная ярости секунду назад, окаменела, захлопнув рот. А у Рона едва не полился его напиток со рта. Джордан скукожился, а близнецы выглядели полными ужаса, словно вместо Ви к ним вышел боггарт.              Самерсет неспешно и грациозно подошла к своему месту и принялась одеваться. И, не глядя на Джинни, заговорила.              – С такими способностями: читать мысли только по глазам, ты явно станешь гордостью своего факультета, – усмехнулась, застегнув пальто, – приятно было познакомиться, Джордан, – обратилась к парню, доставая из кармана деньги и оставляя их на столе, – спасибо за глинтвейн.              – Нет-нет, – тут же запричитал парень, – не стоит.              – Все нормально, у меня слишком много денег, чтобы меня кто-то угощал. Пока, – подняв руку в прощании, сказала и пошла прочь.              Вышла из Трех метел. В лицо тут же ударил морозный воздух. Он обжег разгорячённые щеки. Спускались сумерки и снег, покрывающий землю, отблескивал и переливался. Ви подняла взгляд на небо с слабыми отблесками звезд и выдохнула пар.              Спрятала руки в карманы и побрела в сторону Хогварста. Под ногами громко хрустел снег.              Когда девушка прошла уже метров пятьдесят, за её спиной громко и сильно хлопнула дверь ведущая в таверну. Этот звук казался странно яростным.              Две пары шагов и оглушающий хруст снега.              Ви обернулась, остановившись. За ней бежали близнецы. Их куртки были наспех накинуты и сползали с широких плеч. Фред сжимал шапку и шарф в руке, от чего кончик золотисто-алого шарфа волочился по снегу, оставляя за собой полосу в снегу. Джордж криво натянул шапку и та постоянно сползала на глаза. А шарф был лишь накинут на плечи. Он развевался и, казалось, сейчас слетит. Парни торопились к ней, поскальзываясь на снеге и льде.              – Самерсет… Ви, – задыхаясь, начал Фред.              – Она… – одновременно с ним, начал Джордж, стыдливо поджав губы.              – Мы так не… – вновь попытался Фред.              Ви тяжело вздохнула и подошла к Фреда, от чего тот испуганно выровнялся, казалось, прекратив дышать. Напоминал, солдата, вставшее по стойке смирно.              Девушка же совершенно спокойно и мягко, плавным движением, застегнула его куртку, а после забрала с его руки шапку и шарф. Встала на цыпочки и завязала шарф на шее Фреда. Закрыла мягкой тканью пухлые губы и кончик носа Уизли.              Немного потянула за край, заставляя парня нагнуться и натянула на его голову шапку.              – Все нормально, я не злюсь. Я все равно уже хотела уйти.              Хлопнула ладошкой по груди Фреда и шагнула к Джорджу. Так же плавно застегнула куртку и принялась поправлять шапку и шарф. Тот, беря пример с брата, послушно наклонился, чтобы ей было удобнее.              – У меня перед глазами уже рябит от рыжего, так что мне нужен был повод, чтобы уйти и спрятаться в своем злодейском логове, – шутливо сказала так же хлопнув Джорджа по груди, – так что отвалите, а?              Близнецы как-то неуверенно засмеялись, а Ви махнула на них рукой.              – Валите-валите, – развернулась и уверенно пошла в сторону Хогвартса, скрипя снегом.              Несколько долгих секунд за её спиной была тишина – близнецы молча стояли, глядя ей вслед. Не решались ни последовать, ни вернуться в Три метлы. Ви не оборачивалась, уходя все дальше.              Наконец-то послышались их шаги – возвращались к другу, сестре и брату. Ви на это облегченно выдохнула. Пряча кончик носа в ткани зеленного шарфа.              Когда она добралась до Хогварста уже было темно и холод пробирал до костей. У неё стучали зубы. Брюки были красивыми, но слишком тонкими. Ей казалось, что бедра покрылись льдом, а пальцы ног так замерзли, что скоро отвалятся.              Девушка быстро шагала по коридорам замка. Она мечтала лишь о том, чтобы присесть у горячего камина, от которого пахнет древесиной и жаром.              Но пока лишь пробиралась про промозглым коридорам. Стены напитались холодом, завывал ветер, как страдающий, неупокоенный призрак. С подземелий тянуло морозным воздухом, от чего зубы девушки стучали ещё сильнее. Она обняла себя за плечи, стараясь хоть немного согреться. Едва ли не бежала, подгоняемая мыслью о камине.              Перед ней наконец-то открылся проход в гостиную и девушка едва не забежала в него. На ходу стянула с себя пальто и рванула к ближайшему к камину креслу. И только когда расслабленно погрузилась в него, обратила внимание на то, что в гостиной практически никого нет.              В усталости, и физической, и моральной, ей было не до этого.              Другие слизеринцы ещё не вернулись, а те что вернулись, устало разбредись по своим комнатам.              Девушка стянула ботинки, вытягивая ноги ближе к огню.              Кроме неё, в тишине гостиной, которую разбавлял лишь треск огня, сидел только Нотт. Но тот был так погружен в свои мысли, что вовсе её не заметил.              Он опирался на подлокотник дивана спиной, вытянув ноги вдоль, немного согнув их в коленях. На бедрах лежал какой-то блокнот, в котором парень что-то сосредоточенно писал, хмуря темные брови.              Ви, не выдержав напора любопытства и слегка вытянулась. Обзор на страницы закрывал кудрявый затылок и она смогла разглядеть лишь слегка корявый почерк и то, что кое-где было поспешно что-то нарисовано. Небрежно, широкими и уверенными росчерками, но явно талантливо.              Это её поразило – она даже не подозревала, что Теодор ведет дневник. А это походило на дневник. А так же то, что он делает удивительно талантливые зарисовки.              Ви отогреваясь у камина, как-то завороженно глядя на парня. Наблюдала, как он увлечённо заполняет строчку за строчкой. Иногда макает перо в чернильницу, а после то поскрипывало по бумаге.              Когда Теодор принялся чертить небольшую зарисовку, вначале это походило на широкие мазки-росчерки, в гостиную ворвалась девушка. И Ви бросила на неё раздраженный взгляд.              Подружки ворвавшейся тут же разбрелись по комнатам, а она плюхнулась на диван, рядом с Ноттом и обняла его за ноги, опустив подбородок ему на колени. Заглядывала в глаза, улыбаясь, едва ли не мурлыкала.              Парень раздраженно захлопнул дневник и положил его на диван, поближе к себе, явно, чтобы у девушки не было к нему доступа. Ви мысленно отметила, что это была та самая девушка, с которой он недавно начал встречаться.              – Тео, мы так повеселились в Хогсмиде. Девочки постоянно о тебе спрашивать… Так жаль, что ты не пошел.              – Теодор, – поправил парень, немного хрипловато, – ненавижу, когда меня называют «Тео».              Девушка на секунду стушевалась, а после вновь расплылась в улыбке.              – Даже мне нельзя? – промурлыкала, потянувшись к руке парня.              Тот оставался совершенно холодным и безразличным. Черные глаза был пусты. Не отреагировав ни на явный флирт, ни на ласковость девушки.              – Чего тебе? – раздраженно спросил.              Девушка надулась, прикусив красивую, пухлую нижнюю губу.              – Ты до сих пор не пригласил меня на бал. Я знаю, что мы пара, – едва ли не расцвела, – и это подразумевает, что мы пойдем вместе. Но я все равно хочу, чтобы ты меня пригласил.              Ви выдохнула. Она уже согрелась, но желала продолжить нежиться в тепле камина. Тем не менее, это не стоило того, чтобы слушать разборки влюбленной парочки.              От того подхватила свои ботинки и босиком, держа их в руке, прошла мимо них, направляясь в свою комнату. Услышала, как Нотт удивленно вдохнул, только сейчас заметив её присутствие.              Когда шагнула на первую ступеньку лестницы, что вела в общежитие, периферийным зрением заметила, что Нотт немного привстал. Он был напряженным, как натянутая струна, его глаза были распахнуты и в них отражались искры огня от камина. Он растерянно и как-то испуганно смотрел на неё, игнорируя все ещё льнущую к нему недовольную девушку. Его девушку.