Наши демоны нас берегут

      У Тома было просто прекрасное настроение, и даже тот факт, что сегодня день поставки в магазине, который он всей душой ненавидел, не мог его испортить. Весь вчерашний выходной — первый день его первых отношений, — он провел, чуть ли не прилипнув к Гарри. Ему как будто сорвало какой-то предохранитель и теперь было сложно просто пройти мимо него как обычно — руки сами тянулись взлохматить волосы или провести ладонями по линии плеч, а губы словно горели, если он не оставлял легкий поцелуй где-нибудь на его лице. Это было для него очень странно, непривычно, учитывая что он никогда в своей жизни не испытывал потребности в физическом контакте с людьми, но, видимо, в его жизни до этого просто не было правильного человека. Демона. Не важно.       Но Гарри был абсолютно не против и очень мило — Мерлин, Том действительно не иронично применяет эту характеристику, — краснел от таких простых жестов. Том и подумать не мог, что демон, всегда такой дерзкий и наглый, вообще умел смущаться.       Но он умел, и это было непривычно и приятно настолько, насколько для Тома вообще была вся эта ситуация.       Гарри, с его способностью к адаптации к любой ситуации, скорее всего очень быстро привыкнет и перестанет мило краснеть, поэтому Том просто наслаждался моментом пока мог и сохранял воспоминания в отдельную секцию в своей голове.       Реддл смотрел на эту огромную поставку, что сейчас занимала весь торговый зал и даже не чувствовал привычного раздражения, потому что в его голове было только воспоминание о том, как он снова проснулся в коконе из крыльев и в плене из чужих конечностей.       На губах весь день была легкая искренняя улыбка, которая возможно была на одного конкретного любителя, потому что клиенты очень странно смотрели на него и иногда шарахались. Самому себе в зеркало Том искренне улыбаться не умел, поэтому что такого страшного на его лице видели окружающие, представить не мог, но, собственно, и хуй с ними.       Перемещаться по магазину, заваленному коробками, было слегка невозможно, поэтому Реддл со спокойной душой закрыл входную дверь на ключ и сменил надпись на двери с «Открыто» на «Закрыто».       — Гарри, забери свое добро! — крикнул Том в сторону артефакторского кабинета, пробегаясь глазами по внушительной стопке накладных, пришедшей с поставкой.       Она была больше чем обычно из-за демона, что решил одним махом запастись всеми нужными и ненужными ему материалами, начиная с металлических слитков и минеральных камней, и заканчивая всякими гравировальными ручками.       — Еб твою мать, — очень точно оценил ситуацию Гарри, вышедший из своей пещеры, как теперь Том называл этот кабинет.       — Маму не трогай, — машинально ответил Реддл, сверяя количество товара с накладными, — Тебе нужно проверить сколько и чего пришло из твоего заказа. Поставщик постоянно ошибается и с более мелкими поставками, а тут ему прям сам Мерлин велел.       — Это мне каждый камушек высчитывать?! — ужас на лице Гарри был до жути комичным.       — Конечно, — Том постарался ответить как можно серьезнее, но что-то случалось с ним каждый раз, когда присутствие Гарри вызывало ту самую «иррациональную радость», мешая держать спокойную маску, поэтому демон быстро вычислил его блеф, увидев подергивающиеся уголки губ.       — Издеваешься, чертила, — Гарри закатил глаза и стукнул Тома кулаком в плечо, немного не рассчитав силу и заставив Реддла слегка покачнуться.       Том рефлекторно перехватил запястье демона, чтобы удержаться на ногах и бросил на него недовольный взгляд. Гарри состроил самые невинные и извиняющиеся глазки, на которые мог быть способен и поднес ладонь Тома ближе к себе, оставляя на костяшках легкий поцелуй и, как ни в чем не бывало, ушел к своей части коробок.       Том вздохнул и механически потер плечо, понимая что опять не может злиться на него за эти выходки. У него определенно есть какая-то слабость к этим неоновым глазам, и пусть он и ненавидит иметь любого рода уязвимости, конкретно эта его почему-то не волновала.       Демон начал распаковывать коробки и сообщать, что в них находится, чтобы Том пометил это в накладной, и левитировать их к себе в кабинет, пока сам Том занимался тем же самым, только с книгами и артефактами для их обычной продажи.       — Цитрин, — сообщил Гарри название камня, открыв очередную коробку.       Реддл слегка отвлекся от забитой сомнительного содержания книгами коробки, чтобы поставить плюсик напротив надписи «Цитрин, упаковка» в документах. Краем глаза он заметил, как Гарри берет коробку в руки и тащит ее в кабинет.       — У тебя лимит на чары левитации?       — Цитрин впитает и потрескается, — кряхтя под тяжестью своей ноши, ответил демон.       Реддл покосился на него, оценивая нехарактерно сгорбленную спину и опущенные плечи. Коробка весила на вид пару килограмм, неужели цитрин настолько тяжелее, чем кажется?       Или у Гарри что-то со спиной, а он, как святой мученик, молчит в тряпочку. Том еще вчера заметил, как тот постоянно держит крылья свободно висящими и то и дело еле заметно хмурится, стоит ему разогнуться или наоборот, согнуться. Поэтому на всякий случай вместе с укрепляющим зельем, которое варил вчера для себя, сварил обезболивающее и релаксант для мышц.       Он не собирался предлагать, хотел пока Гарри сам попросит, или хотя бы просто поделится проблемой, но у кого-то видимо есть привычка сжимать зубы и делать вид, что все хорошо.       Гарри вернулся за следующей коробкой и присел на корточки, чтобы ее поднять и снизить нагрузку на спину, отдав часть веса ногам. Том видел, как напрягалась его линия челюсти от сжимания зубов, когда Гарри нес коробку в кабинет.       Ладно. Он просто молча поставит два флакона с зельями на кухонный стол сегодня вечером.       Желание бескорыстно помочь ощущалось очень странно.       Том взял из коробки одну из книг, как обычно пролистывая с целью найти что-то новенькое для себя, и… В оглавлении за глаза попалась глава, названная «Демоны». Он в два счета нашел нужную страницу и, не откладывая на потом, сразу пробежался по тексту.       Информации было мало, всего три листочка, и ничего нового он особо и не узнал.       Торговцы, бла-бла-бла, заключают сделки, обменивая исполнение вашего желания на душу, бла-бла-бла… Из интересного было только сравнение с вампирами: демоны тут описываются как существа, которые для поддержания жизни питаются душами, как вампиры — кровью. Только в отличие от вампиров, которые могут получить кровь самыми разными способами, демоны вынуждены заключать сделки и строить свою жизнь вокруг исполнения желаний других людей, потому что душу можно отдать только добровольно.       Гарри не заключает такие сделки. Как же он тогда поддерживает жизнь? Может, он заключал их раньше и сейчас в «Аду» у него есть несколько душ на пропитание.       А еще выходило так, что демоны не отличались какими-то сверхспособностями. Выполняли желания людей своими самыми обычными силами, как близнецы Уизли, сколотившие бизнес и устроившие на работу всю семью, чтобы вытащить их из бедности. Никаких денег по щелчку пальцев.       Как же тогда Гарри залечил его душу? Том все перерыл, но не смог найти способов вернуть кусочки души на место, не испытывая раскаяния, а Гарри сделал это сразу и без лишних колебаний.       Без ритуальных кругов, без заклинаний, без зелий, просто… положил на него ладонь.       Том невольно коснулся собственной груди, там, где несколько месяцев назад лежала рука демона, и на секунду закрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Его тело, разум и магия ощущались… спокойно. Не так, как когда у него были крестражи. Он не знал, как Гарри это сделал, но это сработало.       Ладно, может дело в банальном опыте. Том ненавидел, когда судили по прожитым годам, потому что в свои двадцать один считал себя раза в три умнее и опытнее некоторых столетних волшебников, но Гарри — вечное исключение из правил. Он прожил раза в три больше, чем Том, так что…       О Мерлин, он встречается с шестидесятилетним. С ровесником Дамблдора.       Том со вздохом закрывает книгу, и смотрит на название.       «Краткий сборник американских темномагических существ».       А, так вот оно что. Все дело было в банальном территориальном разделении. В Британии было много вампиров и оборотней, во Франции эльфов и вейл, а в Америке, похоже, нормальной вещью были демоны. С одной стороны стало немного досадно — Том ведь думал, что о демонах слышали единицы, и он был своего рода первооткрывателем. На деле же все оказалось проще: в Хогвартсе про Америку за все семь лет сказали слов десять от силы, а сам Том как-то и не интересовался пока другими странами. Хотел изучать их не по книжке, а вживую.       — Ты не американец случайно? — спросил Том, откладывая книгу в отдельную стопку, предназначавшуюся для тех книг, которые он сначала прочитает, а потом выставит на продажу.       — С утра британцем был, а что?       Вместо ответа Том указал на книгу, зная что Гарри поймет, к чему он это спросил, а сам перешел к коробкам с артефактами.       — Насколько мне известно, в Америке демонов действительно больше и они существует своим отдельным обществом. Как вампиры, да. Хорошее сравнение, — пролистав сборник, ответил Гарри, — Из британских лично только Фреда и Джорджа знаю, хотя я слышал, что есть и другие.       Том задумчиво хмыкнул. Ну, в принципе, логично: в характерной для своего вида среде магические существа обычно образуют свое сообщество с собственными правилами и устоями, в то время как «исключения из правил», живущие единицами на других территориях, держатся обособленно.       Америка была в списке стран, которые он хотел посетить, но голову внезапно посетила мысль о том, что Гарри может понравиться жить среди себе подобных, и он решит там остаться, променяв Тома на сородичей. Эта мысль очень неприятно кольнула в груди и Том переставил Америку в самый конец мысленного списка стран, которые он хотел посетить.       Пальцы с силой сжали накладную. Ревность была глупой, нелепой — Гарри никуда не собирался, но Том все равно невольно представил: пустой кабинет, тишина квартиры, снова идеальный порядок и пустые полки кухни. Ощущение пустоты и апатии от этой картины нахлынуло очень внезапно и неприятно, и Том резко вскинул голову, высматривая Гарри. Вид недовольного лица демона, левитирующего три коробки в свой кабинет, немного его успокоил.       От не самого приятного мыслительного процесса его отвлекло шебуршание в одной из коробок. Мышь? Или крыса? А может артефакт какой-нибудь подвижный? Если такие артефакты были в поставках, то их обычно привозили под чарами стазиса, но за время работы с Гарри он понял, что некоторые артефакты плохо переносят лишнюю магию.       Том взял коробку в руки и она начала трястись еще больше, словно что-то пыталось вырваться из нее.       — Том, нет, положи! — Гарри, снова ушедший в свой кабинет минуту назад, резво выскочил из него и в одно мгновение оказался перед Реддлом, вырывая коробку из его рук.       В следующую секунду из нее вырвался… жирандоль. Очень агрессивный жирандоль, который тут же кинулся Гарри в лицо, повалив его на пол. Том слегка растерялся — все-таки не каждый день на тебя совершают покушения подсвечники, — но спустя секунду заминки, уже не став тратить время на палочку, быстро нагнулся к борющемуся с подсвечником Гарри, и коснулся декоративной ножки, пропуская по руке чары стазиса.       Железяка тут же замерла в какой-то странной, словно погнутой, позе, и со звоном упала на деревянный пол.       — От подсвечника я еще не отхватывал, — сказал Гарри, все еще лежа на полу и, видимо, оправляясь от шока.       Том оценил нанесенный ущерб: на одной щеке демона красовалась небольшая ссадина, а на другой — длинный порез, из которого начала проступать кровь.       Том брезгливо отпихнул ногой этот несчастный жирандоль куда-то в угол, и сел на пол рядом с Гарри, за руку поднимая того в сидячее положение.       Он взял демона за подбородок — аккуратно, чтобы тот не мог отвернуться, — и покрутил его лицо в разные стороны, чтобы осмотреть на наличие других травм. Убедившись в их отсутствии, Том положил свободную руку на раненую щеку и пропустил через нее немного магии, приправленной намерением залечить. Пострадавшая кожа осветилась слабым голубым светом, и ссадина быстро начала исчезать.       Вместо того, чтобы убрать руку, Том задержал ладонь на его щеке дольше, чем требовалось для лечения. Аккуратно проследил большим пальцем линию молниевидного шрама.       Том перевел взгляд на глаза Гарри, с небольшим уколом сожаления отмечая, что тот перестал их смущенно отводить в сторону, хотя скулы все еще окрашивались в очаровательный розовый цвет. Вместо этого Гарри смотрел ровно в его глаза и это, каким-то образом сделало обычное залечивание раны более интимным, заставляя дыхание чуть сбиться.       Огладив залеченную щеку ладонью, Том наклонил голову чуть ближе к чужому лицу и, решив поддаться странному порыву, провел языком по царапине на другой щеке, слизывая выступившие капельки крови и залечивая порез.       Вкусно. И кровь, и кожа. В голове слегка помутнело, и Том, раньше находивший странными подобные действия, вдруг захотел еще. Облизать все лицо Гарри. Вылизать каждый сантиметр шеи, груди, рук, попробовать на вкус кожу всего его тела.       Язык скользнул выше, к скуле, и Том услышал, как у Гарри перехватило дыхание — вдох был резким и рваным. Демон не отодвинулся. Наоборот, его пальцы вцепились в рукав мантии и сжали почти до треска ниток.       Рваный вдох и громкое сглатывание, которые издал демон, одновременно и затуманили голову еще больше и привели в чувства.       Стоп. Не то место, не то время.       Том поцеловал обслюнявленную им щеку и разжал удерживающие его мантию пальцы. Встал, одернул мантию, сделал длинный, успокаивающий вдох. Руки слегка трясло от наваждения — Том спрятал их в карманы.       — Все, как новенький, — сказал он ровно, как ни в чем не бывало, и вернулся к коробкам.       Он чувствовал спиной взгляд Гарри — пристальный и растерянный, а тишина в магазине нарушалась его шумным сбитым дыханием. Том заставил себя не оборачиваться.       Он не мог дать волю своим внезапно появившимся желаниям здесь, не зная насколько он увлечется и сможет ли потом остановиться. Учитывая, как его вывело из равновесия всего одно действие, Том не мог быть уверенным.       Он обязательно осуществит задуманное чуть позже и когда вокруг не будет так много окон, через которые их может увидеть любой человек, проходящий мимо магазина.

***

      Благодаря возобновившемуся приему укрепляющего зелья, Том не чувствовал себя ни капельки уставшим даже после тяжелого дня разбора и сортировки привезенных сегодня товаров. А это всего второй день курса… Насколько же он уставал в Хогвартсе, что ему было мало стандартных укрепяющих, на которых он прочно сидел весь учебный год? Они же еще и накопительный эффект имеют…       Сейчас Том раскладывал по шкафам в гостиной некоторые скопированные из магазина книги, которые он оставит на домашнее чтение, пока дубликаты не иссохнут. Если что-то окажется стоящим его внимания, он подшумок спишет книгу как «утерянную» или «безнадежно испорченную» и просто стащит ее себе домой.       Глаз зацепился за книгу по ритуалистике, которую он читал в основном с целью найти способ стать бессмертным и не обращал внимания на остальное. Где-то там были ритуалы для совершенствования физических способностей, на которые Том тогда мощнейше забил, так как было не в приоритете.       Может вместо зелий обратиться к ритуалам? Меньше мороки: не надо постоянно что-то варить, следить за применением. Раз в какой-то период времени проводишь ритуал и все, в остальное время живи спокойно. Незаконно правда. Но не то чтобы Том стремился быть законопослушным гражданином.       Надо будет освежить в памяти теорию и подогнать под свои потребности.       Том взял эту книгу с полки и направился в спальню, чтобы пройти в лабораторию и оставить ее там. Заодно и зелья для Гарри захватит, а то к концу дня он еле разгибался, а Том еле боролся с новым желанием, возникшем в голове — позаботиться.       Не помочь с целью получить что-то, а именно бескорыстная мысль о том, что он может облегчить страдания демона, чтобы тот чувствовал себя хорошо, без чего-либо взамен.       Как выстраивать свои действия теперь, когда все желания связанные с Гарри не вписывались в его обычное поведение, Том не знал. Наверное, надо просто… поддаваться им. Зачем себя ограничивать в чем-то, что ты хочешь, верно? Никаких уголовно наказуемых последствий, как например от желания свернуть кому-то, кто его выбесил, шею, за этим не следует, так что возможно стоит наконец отпустить вожжи и делать то, что хочется.       С этой мыслью Том зашел в комнату и замер на пороге.       Гарри, уже переодевшийся в домашнюю одежду, сидел на кровати и, вытянув руки вверх и зажмурившись, потягивался. Эта абсолютно блядская футболка немного задралась, открывая небольшую полоску кожи на животе, обтянула все мышцы торса, которые сейчас напряженно перекатывались от натяжения, а рукава впивались в мышцы рук, делая их визуально еще рельефнее.       И в совокупности с этим звуком, классифицированным как стон, который издал Гарри, из простого потягивания в глазах Тома это все превратилось в абсолютно пошлую сцену, где Гарри из обычного демона переквалифицировался в инкуба, который даже не подозревает, какое влияние оказывает на Тома.       Реддл на автомате подошел ближе к кровати, не отрывая взгляда от Гарри, который закончил свою разминку и теперь с недоумением смотрел на него в ответ, и положил потерявшую значение книгу на прикроватную тумбочку.       Еще вчера они внесли в комнату небольшие изменения, расширив кровать настолько, чтобы им обоим было удобно в ней спать, перенесли сюда небольшие пожитки демона и Том все не мог перестать утопать в ощущении того, как правильно Гарри смотрится в его комнате, в его кровати.       — Давай, сознавайся, — начал Том, подходя чуть ближе к Гарри и нависая над ним тенью.       — В чем? — демон непонимающе хлопнул ресницами, такими длинными и красивыми при ближнем рассмотрении, что захотелось провести по ним пальцами.       — Второй день подметаешь крыльями полы, все время кряхтишь, — если Гарри не сознается сам, то Том надавит, чтобы тот все рассказал и потом великодушно предложит… помощь. Немного не ту, что планировал изначально, — Что с тобой?       Гарри неловко отвел глаза и закусил губу.       — Возможно я слегка переоценил себя, когда мы летали… Ничего серьезного, просто теперь спина болит от нагрузки, — Гарри перевел взгляд обратно на Тома, — У тебя не будет каких-нибудь обезболивающих?       — Будет, — ответил Том и, стараясь сохранять лицо спокойным и непринужденным, продолжил, — Может, хочешь массаж?       Неловкость, которую испытывал Гарри от просьбы о помощи, испарилась, и теперь он с подозрением щурился на Тома. Вычислял плюсы, минусы, подводные камни, видимо. Реддл не осуждал, прекрасно понимая, что демон достаточно хорошо его знает, чтобы сомневаться в таких предложениях.       Том почти видел, как шестеренки в голове Гарри встали на свои места со щелчком, и взгляд с подозрительного сменился на тот самый пристальный, от которого у Тома слегка перехватывало дыхание, а язык демона мимолетным движением выскользнул, чтобы облизать губы.       — Хочу, — ответил Гарри, немигающе смотря на Реддла своими неестественно зелеными глазами исподлобья.       — Ложись.       Гарри отодвинулся ближе к середине кровати, заставил свои крылья исчезнуть, чтобы стянуть футболку и затем вернул их обратно. Движения были напряженными, словно он уже догадался обо всех мыслительных процессах Тома и теперь был на стороже. Или волновался. Или предвкушал.       При виде не скрытого одеждой торса, желание вылизать Гарри с головы до пят ударило по Тому с троекратной силой. Каждый мускул на его сухом спортивном теле перекатывался при малейшем движении, старая тонкая линия шрама пересекала ребра, и Том вдруг остро ощутил потребность провести по ней языком. Но он держал себя в руках. Пока что.       Демон лег на живот, положив голову на согнутые руки, и расправил крылья во всю длину, оставив их наполовину свисать по обе стороны кровати. Перья чуть подрагивали, переливаясь в приглушенном свете комнаты.       Том закатал рукава рубашки и сел сначала рядом с Гарри, прижимаясь бедром к его боку, чувствуя жар тела демона даже через ткань брюк. Чуть поразмыслив — или поддавшись импульсу, который не хотел анализировать, — перекинул ногу через демона, садясь на него сверху. Тяжело, уверенно, так, чтобы Гарри ощутил его вес. Из груди демона вырвался тихий, удивленный выдох, но возражать тот не стал.       Глаза Тома жадно впитывали то, что было перед ним. Как он и думал, у демона немного другое строение спины: лопатки были деформированы, от них и начинались крылья, мышечный каркас видоизменен так, чтобы кости не ломались от их тяжести. Перья начинали свой рост прямо со спины, в том месте, где крыло отделялось как самостоятельная конечность.       Том на пробу положил руки на плечи Гарри и легко огладил его спину до поясницы. Кожа Гарри была горячей, особенно на контрасте с холодными руками Тома, местами ощущались линии старых и уже почти не видимых глазу шрамов, а спина была очевидно напряжена.       — Расслабься, — тихо сказал Том, не сумев до конца убрать приказные нотки из интонации.       — Пытаюсь, — выдохнул Гарри в подушку.       Мягко проведя ладонями по пояснице, он поставил руки по обе стороны позвоночника и надавил, слегка сжимая кожу пальцами. Продолжая надавливать, начал возвращаться вверх по линии спины, останавливаясь на плечах, и сжал сильнее, вырывая из Гарри сдавленный хрип. Правая рука отвела в сторону отросшие и закрывающие шею волосы, чтобы левая легла на нее и промяла напряженные мышцы.       Никакой реакции не последовало, что Тому не понравилось. Он сжал заднюю сторону шеи сильнее. Со стороны Гарри раздалось заглушенное подушкой мычание, перья на крыльях распушились.       Любит посильнее. Хорошо. Принято.       Том немного сместил руки, с силой сжимая место, где шея переходит в плечи, и почти всем своим весом надавил нижней частью ладоней на позвоночник, с наслаждением вслушиваясь в еще одно, более громкое мычание.       Руки теперь спускались ниже вдоль спины, останавливаясь спустя каждые пару сантиметров, чтобы снова с силой сжать кожу и продавить мышцы. Мычание Гарри перерастало в заглушенные в явной попытке сдержаться стоны, и голова Тома заволоклась не просто туманом, а липким, плотным смогом желания. С каждым нажатием, каждым вдавливанием, кровь отливала от головы, перемещаясь ниже и уже спустя несколько минут Том чувствовал, как постепенно затвердевающий член впивается в жесткую ткань его брюк.       Мерлин, кто бы мог подумать, что у него может встать из-за массажа.       Когда его руки снова оказались на участке между крыльев, Том ослабил хватку и легко провел ладонями по их основанию, нежно зарываясь пальцами в мягкие перья и уводя руки дальше вдоль крыльев. Гарри вдруг вздрогнул всем телом, рвано выдохнул, и Том увидел как его черные пальцы сжали подушку.       Значит, крылья — чувствительное место. Что-то вроде эрогенной зоны.       Том повторил движение — медленнее, глубже, позволяя пальцам скользить между перьев до самой кожи. Дыхание Гарри становилось все тяжелее и прерывестее, крылья дрожали под ладонями. А Том все смотрел на вздымающуюся от вдохов спину и чувствовал, как слюны во рту становится все больше и больше. Он хотел попробовать Гарри на вкус. Прямо сейчас. Везде.       Что он там думал про контроль своих желаний? Не помнит. Сейчас ни одной мысли вообще не может связать, голова отключилась.       Том снова переместил руки на спину, сжимая до побеления пальцев бока Гарри, и наклонился вниз, к шее, уткнувшись в нее носом и вдыхая запах кожи поглубже, блаженно прикрывая глаза. Чем таким особенным пах демон, Том не мог сказать, но последний предохранитель скончался смертью храбрых, и Том размашистым движением облизал шею от ее основания до линии роста волос.       Крылья Гарри дернулись, пальцы снова сжали подушку, а по спине прошла волна мурашек. А Том не мог остановиться. Руки сами продолжали мять и вдавливать, пока он вылизывал шею со всех сторон, обводил языком выступающие позвонки и сходил с ума от этих звуков, которые издавал Гарри.       Вкусно-вкусно-вкусно.       Мало. Том хочет его сожрать.       Он с силой вцепляется зубами в основание шеи и Гарри вскрикивает, вздрагивая и резко дергая крыльями. Они, видимо, что-то задели, судя по последовавшему глухому звуку удара об пол, но это сейчас абсолютно не важно.       Никогда у Тома еще не было такого сильного возбуждения, чтобы дыхание напрочь сбивалось, перед глазами все размывалось, а руки тряслись. Член все еще болезненно упирался в ткань брюк, требуя к себе внимания, и Том сменил позицию, вытягивая ноги назад и наваливаясь на Гарри всем телом. Теперь его стояк вжимался в задницу демона — через слой одежды, но это было почти невыносимо. Том толкнулся бедрами вперед, вжимая себя в Гарри, а самого Гарри — в матрас. От долгожданного трения по телу прошлась волна приятной судороги, а из горла вырвался низкий стон.       Том толкнулся еще раз, сосредоточившись теперь на издаваемых Гарри звуках и понял, что тот зажал в зубах подушку, чтобы их глушить. Плохая идея с его стороны.       Со следующим толчком Том запустил руку в его волосы, сжал их и потянул на себя, поднимая голову Гарри вверх и это, вероятно, было ошибкой, потому что не приглушенный ничем стон демона сорвал у него тормоза.       Тело зажило самостоятельной жизнью: толчки бедер вдалбливали Гарри в матрас все сильнее и быстрее, зубы впивались в любой попавшийся участок его кожи, рука в волосах сжимала скорее всего уже болезненно, но Гарри только стонал громче, извивался сильнее и цеплялся руками теперь не в подушку, а в перекладину в изголовье кровати. Том мог поклясться, что слышит, как она хрустит в хватке демона.       Толчки стали хаотичными и потеряли ритм, когда Том уже был почти готов кончить. По телу Гарри вдруг прошла ощутимая судорога, его затрясло, крылья беспорядочно заметались, перекладина в изголовье сломалась с громким хрустом и он издал последний низкий и протяжный стон.       Том следом ощутил накрывающий его оргазм — самый яркий в его жизни и абсолютно не сопоставимый с оргазмом от обычной мастурбации: все тело вдруг накрыло волной удовольствия, пальцы на руках и ногах судорожно сжались, перед глазами на миг потемнело, а в ушах зашумело. Он в последний раз укусил все еще содрогающегося под ним Гарри в плечо, пропуская сквозь зубы собственный низкий стон, и излился прямо в штаны.       Когда волна оргазма сошла на нет, Том разжал зубы и ослабил хватку в волосах Гарри, полностью расслабляясь и роняя голову ему на плечо.       Дыхание постепенно приходило в норму, конечности снова ему подчинялись, а голова прояснялась.       Это было… вау.       А ведь это даже не полноценный секс, а... петтинг? Вроде он. Том все еще не сильно разбирается в этой теме, но теперь, когда он действительно почувствовал как это может ощущаться, у него появилась мотивация.       Гарри под ним начал подавать признаки жизни — сначала слабое движение плечом, потом тихий смешок, приглушенный матрасом.       Том, приложив усилие, снова принял сидячее положение. Ноги слегка подрагивали от непривычной нагрузки. Он слез с демона и сел рядом.       Гарри привстал на локтях, перевернулся на бок, отправляя оба крыла на одну сторону кровати. Его лицо было раскрасневшимся, губы покусанными, а зеленые глаза влажно блестели. Он взмахнул рукой, очищая и себя, и Тома от спермы.       — Очень интересный у Вас массаж, — с озорной улыбкой и немного севшим голосом сказал Гарри, — Есть риск, что я стану постоянным клиентом.       Том лег рядом, лицом к лицу с демоном, и не стал скрывать самодовольную улыбку. Он медленно осматривал шею Гарри, сплошь покрытую синяками и следами от зубов. Красиво.       — Будем рады чаще видеть Вас в нашем массажном салоне, — так же игриво ответил Том, протягивая руку к лицу Гарри и убирая за ухо упавшие на него волосы. Движение вышло неожиданно нежным, особенно на контрасте с тем, что было пару минут назад, — За красивые глаза даже простим Вам сломанную мебель.       Гарри непонимающе хлопнул ресницами и поднял взгляд вверх, где недавно в его руках сломалась перекладина.       — Бля, пардон, — демон поднял руку, направляя невербальное Репаро на сломанную кровать. Дерево жалобно скрипнуло и встало на свое место.       Том притянул Гарри ближе к себе, проводя ладонью по его щеке, и накрыл его губы в нежном поцелуе, заранее прощая все сломанные кровати мира. Гарри выдохнул ему в губы, расслабляясь, и положил одну из рук Тому на грудь. Он попытался придвинуться ближе, но внезапно болезненно шикнул и отстранился.       — Ты вроде обещал обезболивающее, — сдавленно прохрипел Гарри, перемещая руку с груди Тома себе на поясницу.       — Неужели мой массаж не исцелил тебя на десять лет вперед? — с притворной обидой ответил Том, и призвал из лаборатории два флакона, — Держи. Обезболивающее и релаксант.       — Спасибо, — Гарри сел, взял оба флакона в руки, по очереди вскрыл и выпил, чуть морщась от неприятного вкуса.       Том поднялся с кровати и ушел в ванную — умыться и переодеться, — оставляя демона откисать под действием зелий.       Когда он вернулся, Гарри лежал на кровати и листал принесенную Томом ранее книгу по ритуалистике, так и не надев футболку. Реддл лег рядом, забирая книгу из черных пальцев. Гарри не стал возражать, лишь устроившись рядом поудобнее — обезболивающее в комбо с релаксантом вызывали вялость и сонливость.       Том прижал его к себе крепче, утыкаясь носом в макушку и закрыл глаза. Одно из крыльев Гарри тяжело и надежно накрыло их обоих.       Действие укрепляющего позволяло ему не чувствовать явной сонливости после выматывающего дня, чем Том и воспользовался, в течение следующего получаса просто вдыхая запах волос демона и растворяясь в ощущении тепла от его тела.       Даже если Гарри захочет остаться в Америке с себе подобными, или с этими Уизли, или вообще снова спрятаться ото всех — Том не отпустит. Вцепится мертвой хваткой, сцепит их руки наручниками — нет, кандалами, — достанет его из-под земли, если понадобится.