Победитель заберёт всё

На улице зелено, живо и ярко. Но не слепяще ярко, не выжигающе глаза из глазниц ярко и не паляще ярко, совсем нет – Калифорнийское солнце мягко светит, лучезарно выцеловывая лицо каждого прохожего. Ричи, как и Уилл, уже избавился от осенней куртки, бросив её куда-то на заднее сиденье, – в ней становилось слишком жарко. Байерс был прав. Тёплые вещи здесь не нужны. Уже через каких-то десять минут они подъезжают к небольшому светлому двухэтажному домику с таким же небольшим двором и очень аккуратным крыльцом. Уилл паркует машину, обессиленно выходит из неё и направляется к дому, вытаскивая из кармана свободных штанов ключи уже от двери, пока Ричи хватает с заднего сиденья их куртки и свой громоздкий рюкзак и спешит за ним. Пока шатен медленно и сонно поворачивает ключ в замке, за дверью начинает быть слышен тихий шум, и как только дверь открывается, перед парнями возникают две женские, очень радостные фигуры. – Здравствуйте, – дружелюбно и немного неловко произносит Ричи и замечает резкую перемену в лице девушки помоложе. Она отступает назад, побледнев. Тозиер суетливо поправляет очки. – Эм, это Ричи, как вы могли догадаться. Ричи – это моя сестра, Джейн, и моя мама, миссис Байерс. Джейн и Миссис Байерс переглядываются, и некоторое время Джойс старательно пытается сохранить хотя бы невозмутимое выражение лица, но к ней достаточно быстро возвращается привычная улыбка. – Можешь называть меня Джойс. Приятно познакомиться, Ричи. Уилл много о тебе рассказывал. – Ты поэтому сказал, что я тебе не поверю? – выпаливает сестра, словно ожидая объяснений от брата. – Что?.. – Байерс в недоумении от такой неожиданной реакции, – не знаю, что у вас тут происходит, но я был в дороге пять дней, и мне бы очень хотелось хотя бы принять душ, уже не говоря о том, чтобы поспать. – Тогда, мальчики, отложим знакомство на вечер? – ободряюще предлагает Джойс, – будем праздновать День Благодарения. Жаль только, Джонатан вчера уехал. – Но День Благодарения же уже прошёл, – устало отвечает Уилл. – А мы ждали вас. – Хорошо, тогда... Мы пойдём?.. Мать и сестра освобождают им дорогу. Ричи очень аккуратно проходит за Байерсом, стараясь ничего не задеть рюкзаком. – Но когда ты примешь душ – я жду тебя у себя. Надо поговорить, – шепчет девушка на ухо ничего не понимающего шатена. Когда они поднимаются в комнату на втором этаже, Уилл сразу же изнеможённо падает на свою кровать, закрывая глаза. Тозиер тихо прикрывает за ними дверь. – Она не всегда такая, – комментирует Уилл. Речь явно о сестре. – Это всё ещё был более приятный разговор, чем примерно девяносто девять из ста с моим отцом, – Ричи приземляется на кровать возле него, оставляя рюкзак и верхнюю одежду на полу. Байерс нервно вздрагивает и садится. – Чёрт. Душ. Я уже и забыл. – Тебе, может, я не знаю, помочь как-то? – неловко предлагает Тозиер без всякого подтекста, – ты с ног валишься. – Спасибо, но, думаю, я справлюсь сам, – коротко улыбается Уилл и нехотя поднимается обратно на ноги, – я достану тебе полотенце и положу на бортик ванной. Можешь сходить после меня. Дверь – направо и налево. Направо и направо – твоя комната. – Угу, – кивает, – только можно я сначала почищу зубы?

***

Уже минут десять не слышно звуков душа, поэтому Ричи, нервно ожидающий у двери, пока парень закончит, неуверенно стучится. Проходит некоторое время, и замок щёлкает, а дверь медленно открывается. Уилл, влажный и в одних переодетых штанах, смотрит на парня немного расфокусировано. – Всё... Нормально? – осторожно интересуется Тозиер. – Да, да... – рассеянно отвечает Уилл, – спасибо. Кажется, я уснул. Ричи оглядывается по сторонам и тихо скользит в ванную комнату, неплотно прикрывая за собой дверь и откладывая очки на раковину. Смотрит сверху вниз, а после обнимает за плечи, притягивает к себе и почти невесомо целует в лоб, а после утыкается в мокрые волосы. От Уилла пахнет свежестью и мылом. – Перестань, это слишком удобно, так я тем более усну. – А почему нет? – Мне ещё надо поговорить с Джейн. – Она не подождёт до вечера? – Я сомневаюсь, что слова "Джейн" и "ждать" можно употребить в одном предложении. – "Джейн не любит ждать", – сразу предлагает Тозиер. – Только если так, – парень улыбается ему в шею. – Ладно, иди. Я очень быстро. А потом будем спать, – Уилл кивает, слепо, почти наугад целует Ричи в уголок губ и медленно выходит из ванной. Дверь в комнату девушки, в конце по коридору, открыта нараспашку, и когда Байерс заходит, сестра уже ждёт его, сидя на кровати и испытующе наблюдая за тем, как он подходит ближе и плюхается рядом. – Ты не закрыл дверь, – скептически замечает она. – Она и не была закрыта. – Закрой. – А у нас тут что, государственная тайна? Давай, говори, либо я засну на твоей кровати прямо сейчас. Девушка думает, вздыхает, открывает рот, снова закрывает и опять думает. Очевидно, что её брат понятия не имеет, о чем она хочет с ним поговорить. Уилл смотрит на неё, не моргая, и чувствует, что если он сейчас даже на миг закроет глаза, это может стать фатальной ошибкой и концом едва начавшегося диалога. Наконец она собирается с мыслями. – Почему ты притащил домой копию Майка? – очень тихо спрашивает Джейн. Уилл всё-таки моргает. – А почему ты шепчешь? – Дурак, ты тоже должен шептать! Потому что ты не закрыл дверь! И ответь на мой вопрос! – Да они просто немного похожи, – устало послушно шепчет Байерс в ответ. – Немного похожи? Да они как братья! Близнецы причём! Где ты его откопал? – В Дерри, – логично отвечает он. – Это риторический вопрос! Я сначала подумала, что это шутка, и ты привёл Уилера! – сестра продолжает еле слышный поток возмущения. – Это ложь. – Ты хоть помнишь, как выглядит Майк? – Не особо, если честно... – слабо тянет Уилл и отводит взгляд. Это чистая правда, и сестра это знает. Это ещё один риторический вопрос. Образ Майка начал угасать в его памяти, как только он перестал его рисовать, а это случилось годы назад, – в общих красках. – А я помню прекрасно, и могу тебе точно сказать – они как две капли воды! Слышен негромкий хлопок двери в ванную в другом конце коридора. Джейн резко поворачивает голову к дверному проёму. Уилл думает о том, что Ричи и правда очень быстро. – Мама тоже так считает?.. – отвечает парень через некоторое время, вспомнив о нити диалога, которая ускользнула из его мыслей вместе со звуком, и несчастно поднимает брови. – Я не спрашивала, но судя по нашим переглядкам – да. Господи, Уилл... Это забавно, но немного жутко, – всё так же шёпотом констатирует Джейн, – ладно, ты свободен, но только на сегодня. Уилл немного расстроенно и очень медленно выходит из её комнаты и заворачивает в свою. Ричи сидит на кровати с мокрыми после душа волосами в очень мятой футболке и сразу читает понурое настроение парня. – Я ей не понравился?.. – озабоченно, но медленно спрашивает он. – Что? Нет! С чего ты взял? Ты ведь и слова не успел сказать. – Фактически, успел. Я сказал "здравствуйте". Это слово. Это поднимает Уиллу настроение, и его лицо расслабляется. – Нет, вовсе нет. Просто она сказала, что ты очень похож на кое-кого. Внешне. – Кого? – Это неважно. – Это плохой человек? Уилл мнется. Это открытие стыдно признавать. – Я бы так не сказал, но... Джейн не очень его любит, и мы с ней в этом солидарны. Да и ты с нами в этом солидарен. Осознание доходит до Ричи удивительно быстро. – Бля-я, я похож на?.. Имя он не произносит, но они оба точно знают, что говорят об одном и том же человеке. Уилл виновато поджимает губы. Ричи опускает голову и запускает пальцы в спутанные отросшие кудри. – От меня хотя бы не воняет. Не воняет же? – шутит Тозиер, но будто начинает в этом сомневаться. – Нет, от тебя не воняет, – негромко соглашается Уилл и забирается на кровать между сидящим парнем и стеной, вытягиваясь вдоль и шумно зевая. Некоторое время они проводят в молчании. Тишину прерывает стук в дверь. – Войдите, – дверь решительно распахивается, и даже по этому звуку Байерс точно может понять, кто там, – ты же сказала, что я свободен на сегодня... – А я и не к тебе, – сестра сверлит взглядом Ричи, который поднял голову от стука. Он сверлит её взглядом в ответ. Она не произносит ни слова, и парень сдаётся первым. – Эм, привет? – Чёрт, – бормочет Джейн и изумленно отступает назад, переводя взгляд на Уилла, – он в курсе? Он вообще в курсе? – Да, Уилл сказал только что, – отвечает Тозиер вместо Байерса. – Только что? То есть до этого был не в курсе? – Ты шепталась, чтобы прийти и ткнуть в это? Да я сам не знал! Я не думал об этом! – Уилл отчаянно встраивается в их диалог. – Видишь, только ты об этом думаешь, – язвит Ричи, оглядывая девушку. – Чё-ёрт. Я бы хотела услышать твой голос до того, как он окончательно сломался. – Может, хватит сравнивать меня с каким-то додиком? Не знаю, как мы там с ним похожи, но это, знаешь ли, не очень приятно. Лучше бы сравнила меня с Миком Джонсом или типа того. Или с Джорджем Бушем. Хотя нет, не надо с Бушем. Он тот ещё козёл, – раздражённо продолжает Тозиер. Джейн ещё более изумленно хихикает. – Ладно, ты явно не Майк, – делает вывод сестра и закрывает дверь с другой стороны так же резко, как и открыла её, довольная этим ответом и убедившаяся окончательно. – Вы не похожи с Джорджем Бушем, – утомлённо подмечает Уилл с закрытыми глазами. – Я знаю, – посмеивается Ричи, – спи. – Сплю, – шепчет Байерс в ответ. Действительно, через несколько минут его дыхание выравнивается, и можно однозначно сказать, что парень погрузился в сон. Ричи снимает очки, откладывая их на прикроватную тумбочку, аккуратно устраивается рядом, стараясь не шевелиться резко, чтобы не разбудить Уилла, и поворачивается на бок, разглядывая изгибы спокойного красивого лица. "Мистер Красавчик", – пролетает в его голове. Тозиер улыбается своим мыслям, но сразу после немного хмурится и закрывает глаза. Им всё равно надо будет поговорить об этом. О Майке и об остальной дребедени. Но потом. Когда-нибудь. Уж откладывать разговоры они умеют. Фиолетовый плюшевый медвежонок наблюдает с подоконника.

***

Удаётся поспать Уиллу недолго – на первом этаже вовсю гремят кастрюли и посуда, слышно, как Джойс просит о чем-то Джейн, и играет радио. Дом, обычно тихий и спокойный, медленно преображается, и, кажется, даже стены гудят и суетятся, пытаясь помочь с готовкой. Уилл переворачивается на живот, стукаясь с Ричи плечами, и с тихим стоном накрывает голову подушкой. От этого ежегодного переполоха у него всегда болит голова. Возможно, он даже планировал избежать праздника в цепких объятиях Дерри. Байерс чувствует, как парень ворочается возле него, а после – его тёплую ладонь, оглаживающую голую спину. – Ещё не вечер. Отдохни побольше, – тон настолько мягко-настойчивый, что Уилл совсем не хочет, чтобы этот голос приглушала подушка. Шатен переворачивается на бок, выглядывая из-под неё, и ловит взгляд внимательных карих глаз, которые не скрывает стекло. – А ты не спал? – Я успел по дороге. – А время?.. Кудрявый смотрит на часы на запястье. – Ты проспал всего пять часов. – Ты лежал здесь, рядом со мной, все пять часов?.. Ричи с виноватой улыбкой отводит глаза: – Я пялился на то, как ты спишь. И думал. Но больше пялился. – Я бы тоже хотел попялиться на тебя пять часов подряд, – сонно отвечает Уилл и привстает на локте, чтобы переложить голову на Тозиера, упираясь виском в худую ключицу. Тот немного двигается, пробирается рукой между шеей парня и матрасом и опускает ладонь на его плечо, приобнимая. С первого этажа доносится отчетливый запах запечённой индейки. В комнате раздаётся тихий, но нетерпеливый стук в дверь. Ричи вздрагивает и отстраняется от парня, убирая свою руку, и тот с недовольным удивлением поднимает голову. – Зачем? – Что зачем? – Мы очень хорошо лежали. – Да, но... – Они знают. Ричи растерянно косится на парня. – В смысле... – Про нас. Я сказал. Ну, что мы не совсем друзья. Эта информация нуждается в длительной обработке и принятии в мозгу кудрявого. Уилл опускает голову обратно на плечо парня, только уже выше, и утыкается ему в шею, пока рука находит место у того на животе. Стук раздаётся снова. – Входите, – Уилл повышает голос, лениво и немного раздражённо, но не двигается. На пороге возникает невысокая фигура сестры. – О, ты прос... – почти давится словами и снова бледнеет, – ладно, я привыкну к этому со временем, но знай, что это выглядит для меня очень странно. Ричи ошарашенно хлопает глазами, смотря то на нечитаемое лицо Джейн, то на каштановую макушку, то на руку Уилла на своём теле. – Мне всё равно, как это для тебя выглядит, – небрежно отвечает ей брат, – это мой парень, а не твой. То есть, Джейн больше смущает не то, что они оба парни, а то, что Ричи смахивает на её бывшего?.. Что же, тогда ситуация не кажется такой уж плохой. Но, в любом случае, это сдавливает горло. "это мой парень" Мой парень. От этого неожиданного и гласного определения их отношений неразберихи в голове у Тозиера становится только больше, и он начинает уже очевидно паниковать, бегая глазами по комнате и ёрзая. Они ведь ещё не говорили об этом. Видимо, они много о чём ещё не говорили. – Эй, Ричи, ты в порядке? – внезапно он слышит своё имя из уст Джейн. – Да, в полнейшем, – Ричи натягивает улыбку и продолжает бегать глазами. – Я просто хотела сказать, что нужно, чтобы кто-нибудь помог нам с мамой растолочь картошку. Только и всего. Эм, я, в общем, не хотела как-то обидеть или типа того. Видимо, у Ричи абсолютно всё написано на лице, иначе этот внезапно мягкий тон девушки объяснить он не может. – Я помогу, – в голосе прорезается хрипотца, и он сразу прочищает горло, вскакивает, хватает очки и спешит к двери, не оборачиваясь на Уилла. Этот разговор будет сложно отложить. Они неловко выходят из комнаты, закрывают дверь, оставляя Байерса дальше валяться в кровати, и идут к лестнице на первый этаж. У лестницы Джейн останавливается и поворачивается к Тозиеру. – Извини, я... Я смутила тебя? – Я не знаю, – это становится всё более давящим. – Не знаешь, смутила ли? – Не знаю, что я вообще чувствую по всему этому поводу. – По какому поводу? Ричи облизывает пересохшие губы: – Ты хочешь поговорить об этом? – смотрит куда угодно, кроме как на девушку. – Я просто подумала, что мои слова заставили тебя чувствовать себя плохо. Мне так показалось. – Тебе показалось, – нервно бросает Тозиер. Такое участие для него непривычно. Повисает пауза, но они стоят на месте. Ричи чувствует себя вынужденным продолжить, – я никому не говорил, что мне нравятся парни. Ну, знаешь. Кроме этих самых парней. Мой отец сказал в детстве, что если я буду целоваться с парнями, то у меня вырастет вагина. И добавляет уже тише: – Но она не выросла. – Потому что она уже у тебя была, – Джейн осторожно острит. Тозиер резко опускает на неё взгляд и усмехается. – Да! Вот именно! А кому нужна вторая вагина? Что с ней делать? – Можно складывать в неё монетки, – девушка пожимает плечами. Ричи удивлённо хихикает. – Я просто странно себя чувствую. Я привыкну. Не обращай внимания. – Угу, – Джейн медленно кивает, – что же... Картошка? – Картошка. По лестнице они спускаются уже молча, и на первом этаже Ричи накрывают громкий звук работающего радио, атмосфера семейного застолья и очень вкусные запахи. Он думает о том, что в доме Тозиеров еда никогда не пахла настолько вкусно. Только сейчас он вспоминает, что последние три дня питался практически одними сэндвичами, – только от мысли об этом живот недовольно поскуливает. А Уилл? Он ведь последние дней пять тогда нормально не ел?.. Как будто Ричи сможет сейчас посмотреть ему в глаза. Хотя желание принести на второй этаж тарелку чего-то горячего и сытного перекрывает собственный стыд и гору невысказанности, удобно расположившуюся на его худых плечах, паника почти успевает накрыть снова, но Джейн тянет за край всё той же мятой футболки. – Эй?.. – Уиллу надо поесть, – Ричи на автомате выдаёт свои мысли. Девушка подмечает про себя, что, кажется, все качества, которые её брат приписывал этому парню, – чистая правда. – Он не умрёт от того, что поест через час, а не в данную секунду. Не переживай об этом, хорошо? Постарайся расслабиться. Всё в порядке. И мы не кусаемся, – она ободряюще улыбается. Тозиер думает о том, что все Байерсы очень похожи в этом. – Картошка, – напоминает себе Ричи. – Она остывает там, на столе. И толкушка тоже. Справишься? – Ты сомневаешься во мне? – это пробивает его на смешок. – Немного. Уилл в прошлый раз так переусердствовал, что мы шваброй отскребали пюре с потолка. Ну, как "мы". Он отскребал. – Прям так? – Ричи прыскает. Напряжение медленно растворяется. – Да, а ещё посолил её раза три, судя по вкусу, пока отвлекался на телевизор, – подходит Джойс и решает поддержать диалог. На её руке надета пухлая прихватка, и она по-доброму внимательно наблюдает за Ричи. – И что же там такого интересного шло по телевизору? – Футбол, – Джейн посмеивается. – Разве Уилл интересовался футболом? – Он? Футболом? Нет, скорее загляделся на Кита Лантера. – Что-о? Так он же урод, – уже открыто смеётся Тозиер. – Не поверишь, я сказала то же самое! Джойс не в силах не рассмеяться вместе с ними.

***

Уилл спускается только тогда, когда Джойс громко зовёт его с первого этажа, выкладывая на огромную тарелку запеканку из зелёной фасоли, грибного крем-супа и жареного лука. Теперь на нём не только штаны, но ещё и безразмерная футболка, которую Ричи до этого не видел, но у того всё равно щемит сердце в груди от оживившейся походки Байерса. Тозиер не смотрит ему в глаза. Не может. Наверное, сейчас ему бы надо подойти, притянуть Уилла к себе и поцеловать прямо перед всеми, ведь так бы сделал герой – но он не герой. Он понял это ещё в маленьком съёмном доме в Дерри. Он всего лишь испуганный мальчишка, которого приходится подталкивать, а всё вокруг настолько ново, что, кажется, убежать в лес – всё ещё прекрасная идея. Правда, он не уверен, что здесь по близости есть лес. Но если сильно захотеть, то можно вскарабкаться на пальму. Уилл не проходит мимо. Хотя, хотелось бы Ричи, чтобы он прошёл мимо? Едва ли. Уилл не проходит мимо, а направляется сразу к парню, легонько толкая пальцами в плечо, будто немо прося на себя посмотреть. И Ричи сдаётся, опуская взгляд. – Всё хорошо? – Да, только один вопрос, – Уилл настораживается, – значит, ты и Кит Лантер... У вас что-то было? – Да иди ты! – Байерс мгновенно расслабляется и улыбается, – они решили, не долго думая, начать меня позорить, да? – Мы тебя не позорили! – громко доносится звонкий голос с другого конца кухни. – Они тебя не позорили, – подтверждает Ричи, – просто рассказали про картофельное пюре. И ещё про пару вещей. – Какие пару вещей? – Он не расскажет, – всё так же громко отвечает за парня сестра. – Я – могила, – Тозиер проводит пальцами вдоль губ, изображая застёгивание рта собачкой. – Ла-адно, – тянет Байерс, а следующее говорит неожиданно тихо и низко, – честно, я так голоден, что сейчас я бы смог съесть тебя живьём. И крошки бы не оставил. Парень напротив него вспыхивает и распахивает глаза. – Фу-у, Уилл! – снова раздаётся голос Джейн. – А что он сказал? – интересуется Джойс. – А не надо подслушивать! – шатен со смехом повышает голос. Тозиер всё ещё ошеломлённо мнется на месте, – мам, я просто сказал, что голоден. – Так и сказал, – с сарказмом вторит сестра. – Тогда давайте скорее садиться за стол! Только сначала, кто-нибудь, переложите на тарелку индейку. Грохот ножей и вилок о посуду и смех раздаются на первом этаже, пока за окном не начинает ощутимо темнеть. Джойс благодарит за благополучие. Джейн благодарит за то, что никто не врывался в её комнату без стука. Уилл – за приятную компанию, под столом сталкиваясь с Тозиером коленями. Тот не отстраняется. Ричи благодарит за тёплый приём. После каждый по очереди благодарит индейку за то, что она не сгорела в духовке. Ричи наедается так плотно, что желудок отказывается соглашаться с дальнейшим поглощением пищи, которая всё ещё щедро наполняет его тарелку. Ему кажется, что он сладко заснёт, не выходя из-за стола, носом в клюквенном соусе, но после ужина на парней падает логичная плата за вкусную еду – мытьё посуды. И пока мать и сестра расходятся по своим комнатам, парни топчутся вдвоём на кухне, в тихом журчании воды из-под крана. Когда в раковине остаются только столовые приборы, Уилл вдруг останавливается и поворачивается к Ричи всем телом, опираясь боком на край столешницы. – Я сделал что-то не так? – Ты о чём? – Ты сбежал, потому что тебе стало не по себе, – настаивает Байерс, – что я сделал не так? – Мы не будем это обсуждать сейчас. – Ричи, мы всегда будем откладывать разговоры? Воцаряется молчание, прерываемое только невозмутимым бряцанием ножей о вилки. – Ричи? – Давай отложим его хотя бы на десять минут, хорошо? И ни минутой больше. Честное слово. – Хорошо, – шатен вытирает мокрые руки об футболку и начинает просушивать только что помытые Тозиером приборы полотенцем, – я смотрю, вы поладили? – Джейн крутая. И твоя мама очень добрая. Я благодарен, – коротко кивает парень. Они снова молчат. И когда поднимаются по лестнице в комнату Уилла, оба чувствуют некоторую неловкость. Байерс не включает свет – лишь тихо пробирается к своей кровати в полутьме и усаживается спиной к окну, возле подушки. Ричи закрывает за собой дверь и садится напротив него, нервно ломая пальцы. – Десять минут прошло, – замечает Уилл, опустив взгляд куда-то в скрещенные ноги парня. – Мы, типа, встречаемся теперь? – кудрявый наконец-то мямлит вопрос, который не давал ему покоя. Уилл резко поднимает голову и долго, с любопытством и напряжением смотрит в карие глаза, будто пытаясь прочитать мысли Ричи, хотя это невозможно, потому что их не может прочитать даже сам Тозиер. Так вот что так взволновало его? – Ты этого не хочешь? – Я этого не говорил. – Ты этого хочешь? Ричи молчит. Уилл ещё сильнее напрягается, но ему приходится продолжить: – То есть, ты этого не хочешь. – Я не знаю... – Тозиер выглядит ужасно виноватым, – я никогда ещё ни с кем не встречался. Байерс прикусывает нижнюю губу и отводит взгляд. Его рука начинает нервно теребить простынь. – Я тоже. Но мне нравится проводить с тобой время, нравится целовать тебя, или когда ты меня целуешь, мне нравится тебя слушать и мне нравится что-то тебе говорить, поэтому... Мне казалось, что мы могли бы встречаться. – Подожди, ты сказал "казалось"? – Мне кажется, что мы могли бы встречаться, – быстро исправляется Уилл. – Не-ет, ты уже сказал это в прошедшем времени! – Я подумал, что ты не хочешь, – пожимает плечами. – Я этого не говорил, – повторяет Ричи. Они замолкают. – Всё слишком хорошо. Я боюсь это испортить. Как будто теперь у меня нет права на ошибку, – он решает продолжить. – А если мы не будем встречаться, то ты не сможешь ничего испортить? – резонный вопрос Байерса вызывает у кудрявого смешок, и гора будто по щелчку пальцев падает с плеч. Это звучит логично. Уилл всегда умел находить нужные слова. – Наверное, смогу. Извини. Просто ты так неожиданно сказал это Джейн. Так... Честно. А мы ведь не поднимали эту тему, и... Я растерялся. – А сейчас ты растерян? Ричи улыбается. – Немного. – Значит, сейчас мне не стоит предлагать тебе быть моим парнем? Ну, знаешь, не ставить тебя перед фактом, а предложить и... – Заткнись, – Тозиер резко сокращает расстояние между ними и роняет парня на лопатки на мягкую подушку, нависая над ним и увлекая в короткий и неглубокий, но влажный поцелуй. Когда он отстраняется, лицо Уилла, едва освещённое уличными фонарями, уже кажется более расслабленным. – Это значит "заткнись, не стоит"? – Это значит "заткнись, я хочу быть твоим парнем", – Ричи с улыбкой бегает глазами, пытаясь запомнить каждую деталь. – Эм, кстати... Твоя комната. Я ведь так и не показал. – А, да, точно, – Тозиер немного потухает и нехотя слезает с парня, но тот за запястье притягивает его обратно. – К чёрту. Я покажу завтра. А сегодня можем поспать здесь. Если ты не против, конечно, – парень радостно кивает, пока Уилл поднимает руку и оставляет ладонь на худой скуле, поглаживая щёку большим пальцем, – только, если что, в соседней комнате Джейн, а стены у нас тонкие. – А мы разве собираемся быть громкими? – смущённо лепечет Ричи. – Я этого не говорил, – тихо посмеивается Байерс. – Но ты рассчитываешь на что-то, что может быть громким? – Ричи облизывает губы, но не нервно, иначе. – Возможно. Возможно, я всё ещё голоден.