Возвращение на Север

ЧАСТЬ IV

Глава 1 По дороге провожатый завел их на кухни, наскоро собрал еду, а пока Лит наполняла фляги питьевой водой из фонтана, ушел в канцелярию сделать подорожные грамоты. Всё прошло быстро, и вот, они уже стояли у ворот. Получив указания, как добраться да Гертвиля, путники покинули Вишир. Уже занималась заря. Над равнинами и болотами Госланда обозначились острые очертания гор Синаин. Заснеженные склоны отрогов порозовели. Северная природа резко контрастировала с южными пейзажами, которые приходилось видеть ранее, и хотя ночной холод не причинял никаких неудобств, путники ощущали его, как и дыхание осени. Когда солнце встало, небо было чистейшим, цианового оттенка, без единого облака. Позавтракать решили на ходу. - Странное совпадение – повстречать принца Яллина, - проговорила Лит, разворачивая сверток с едой, в котором нашла хлеб с куском холодного мяса. - Да уж, не каждому выпадает возможность путешествовать с королевской особой, - согласился эльф. В своем свертке он нашел лепешку с сыром и овощами. - Если Йон… То есть Шендрик. Если он поможет Виширу выстоять, Северная Марка признает его королем, - сказала Тиррабаль. - Маркграфом, - поправил Мелвин. – Марка – часть Вильса, а король у Вильса один. Шендрик отказался от наследства, и теперь его младший брат Теарон - король. Он прошел обряд коронации после смерти отца, и если Шендрик захочет занять его место, это будет считаться незаконным захватом власти. - Но ты же слышал, что он сказал виширцам? Что это он – король Вильса. Если он заключил в лесу какой-то договор с эльфами, то они могут помочь ему захватить трон. А это значит, что мы с тобой оказались на его стороне и воевали против Вильса… - сказала Тиррабаль, внезапно осененная этой догадкой. – А вдруг у нас будут неприятности в Норлиндоре? Что, если обещание Уриса отменят, и король не примет нас. Или, что еще хуже, нас арестуют или убьют! Аппетит у девушки пропал, рука с бутербродом опустилась вниз. - Я бы не делал столь поспешных выводов, - ответил эльф. – А сейчас нам надо думать, как попасть в Гертвиль. Лит кивнула, и они ускорили шаг, решив идти до полудня, а потом найти укрытие, где можно будет хорошенько выспаться после бессонной ночи. Путники двигались совсем недолго, как Мелвин вдруг уловил неясные звуки, которые принял поначалу за шум листвы на ветру. Вскоре и Тиррабаль услышала шорохи в кустах, как если бы там всполошилось около десятка человек. Они свернули с дороги и побежали в березовую рощу, но из зарослей уже выскочили вооруженные разбойники. Несмотря на то, что Лит с Мелвином хоть и были уставшими и изможденными до крайности, их сил хватило бы, чтобы оторваться от погони, но этот день был для них несчастливым. Им перегородили дорогу несколько угрюмых типов, с веревками и дубинами в руках, и повалили на землю. Лит попыталась вытащить меч, но ей наступили на руку, вдавив пальцы в грязь, а эльфа ударили ногой в лицо, когда тот потянулся к кинжалу. Девушка заскрежетала зубами с досады, обводя глазами головорезов – все вооруженные, в кожаных куртках с нашитыми на них железными пластинами. - Проклятье… - выругалась она. Как можно было расслабиться и потерять бдительность на тракте, тем более в незнакомых землях. Еще более досадно было то, что еще виднелся Вишир. И Шендрик был неподалеку. Но он не придет на помощь. Разбойники забрали у них вещи и оружие, и стали связывать руки. Лит попыталась вырваться, -  только бы встать на ноги, уж тогда она попытается дать отпор, - но тут же получила несколько болезненных пинков в живот. Здоровяки, схватившие их, хоть и не выглядели профессиональными воинами, явно не были слабаками – вольная жизнь в лесах, охота на зверей и грабеж, сделали их хитрыми и выносливыми. Тиррабаль заговорила как можно спокойнее. - Что вам надо от нас? В ответ прозвучал лишь грубый язвительный хохот. Впрочем, как она и предполагала, с бандитами надо общаться на их языке, а не просить о пощаде. Им связали руки, толчками и пинками подняли на ноги и потащили прочь от тракта. - Вы служите Вильсу или Таргону? – снова спросила Лит через некоторое время. - Вильсу на деньги Таргона, - ухмыльнулся в бороду шагавший рядом разбойник. - И наоборот тоже бывало, - сказал ему кто-то в ответ. Впереди идущий - худощавый, невысокого роста, - обернулся. - Мы – народ вольный, и никому не служим, - проговорил он. Все сразу замолкли, смех прекратился. Тиррабаль смерила взглядом бандита. По всей видимости, это предводитель. - Все кому-то служат, - ответила она. – Даже короли. - А ты кому служишь? – спросил вожак. - Вашим братьям. Они такие же, как и вы – дикие, с крутым нравом. Только вы живете по эту сторону гор, а они – по ту. И скоро туда придет зима, она туда всегда приходит раньше. Им нужна помощь, я шла их спасать, но вы мне помешали. Ей прилетел увесистый удар в челюсть, и Лит почувствовала, что из разбитой губы течет кровь, но всё равно продолжила: - Разве север не делает нас братьями? Вы ничего не слышали о взаимопомощи? Забирайте наши вещи, но отпустите нас! Иначе пять или шесть сотен человек по ту сторону гор умрут из-за вас. – Она проговорила это так, что разбойники перестали смеяться, а вожак остановился и подошел к ней. Неизвестно, что он собирался сделать, потому что в это время к девушке подошел другой разбойник – бородатый, лет тридцати, со шрамами на щеке. Он повертел у нее перед лицом кинжалом, который отнял. Тем, что подарил ей Дагор. - Это принадлежало моему отцу. Что ты с ним сделала, убила? Столько ярости и звериной злобы было в его глазах, что он наверняка зарезал бы Лит этим кинжалом, если бы предводитель не вмешался. - Это мои пленники, не забывайся! – прорычал он и оттолкнул разбойника. – А теперь идите. Тиррабаль взглянула на Мелвина – бледный, с искаженным лицом, он повис на руках бандитов, которые отпускали в его адрес остроты, и девушка поняла, что эльф до смерти испугался за нее. Хотелось бы верить, что он не влюбился. Похоже, Лит в очередной раз терпит в дружбе неудачу. Но сейчас не время думать об этом, надо решать, как вырваться из плена, и эта история с кинжалом могла бы помочь. Девушка решила выждать удобный момент и поговорить наедине с сыном Дэгора и Элны. Глава 2 Когда Урис Алгорн вернулся после переговоров, то объявил своему отряду, что граф согласен стать союзником Вильса, а также приказал собираться в дорогу. Но не сказал, что они поедут со Свентифером не вместе. На следующее утро, уже стоя у ворот и прощаясь с Рудвигом, паладин ощутил неясную тревогу, когда граф вручил ему письмо. - Передайте это моему племяннику. Печать служит подлинностью документа. - Синие глаза сияли. Казалось, невозможно найти в мире более искреннего взгляда, но в нем таилось и что-то еще. – Рад был видеть вас, Урис. До чего хорошо провести время со старым другом. Вы надежный и честный человек, а эти качества встречаются так редко. Вы открыли мне глаза – застряв на юге, я стал совсем как те торговцы из вольных городов. - Мы прощаемся ненадолго, Ваша Светлость, - отвечал Алгорн. – Впереди нас ждет много славных битв. Но прошу, поспешите, наш король нуждается в вас. - Я не подведу. - Рудвиг Свентифер крепко пожал Урису руку. В глазах графа проскользнуло сочувствие. Затем, словно актер, уставший играть роль, он вдруг поджал губы и изменился в лице. Но больше Алгорн ничего не увидел, потому что граф развернулся и зашагал обратно. Это насторожило паладина. Им снова овладело дурное предчувствие, но он заставил себя сесть в седло и толкнуть коня в бока. Копыта зацокали по широкому каменному мосту. Один из рыцарей, самый юный в отряде, обратился к Урису. Вид у него был озадаченный. - Сир, где же союзники? Где войско Рудвилии? Другие рыцари тоже вопросительно смотрели на командующего. - Граф прибудет с войском позже, - ответил Урис, чувствуя прорвавшуюся в голосе дрожь. - На вашем месте я бы не стал возвращаться в Норлиндор без Свентифера и его войска, - с юношеской прямолинейностью ответил рыцарь. - Сир Бенри Тирвин, - обратился к нему паладин. - Я понимаю ваше желание еще немного пошататься по улицам Паларны, заглядываясь на молоденьких девиц и поглощая вино, но мы не можем терять здесь время. Помните по канонам паладинов? «Честь и долг – превыше всего!» Поэтому, пока граф собирает людей, наше присутствие здесь необязательно. Вам всё понятно? - Нельзя полагаться на слово южан… - гнул свое юноша. - А вы упрямы. – Алгорн достал из-за пазухи письмо с печатью Свентифера. - Вот доказательство верности графа. Но даже если бы его не было, вы всё равно не имели бы права сомневаться в Свентифере, он – дворянин, человек чести. - Где была его честь, когда он бросил Вильс пятнадцать лет назад! - проговорил кто-то из отряда. - Я предупреждал, что буду наказывать за злые языки! – повысил голос Урис, уже не ощущая никакой уверенности. Ему казалось, что он лежит на дне глубокой ямы, а сверху стоят гробовщики и сбрасывают на него землю. Свентифер лишь пообещал, что Вильс получит поддержку, но не обмолвился ни словом, когда и как. А затем предложил паладину уехать из Паларны. Тот поспешно согласился, додумывая, что графу нужно время на сборы, и от радости позабыл о его коварстве. Позже он пожалел, что не посоветовался с рыцарями, но уже не мог идти на попятную. - Прочтите письмо, прошу вас, - сказал Бенри Тирвин. - Вы что здесь устроили! – разозлился паладин. – Как я отдам послание королю со сломанной печатью, вы в своем уме?! - Напротив, Его Величество отблагодарит вас за проявленную мудрость. Сдается мне, там совсем не то, что наобещал Свентифер! Если я окажусь неправ, вы можете выдать меня королю. Пускай за сломанную печать меня повесят. Но куда хуже быть виновным за падение королевства! - Хорош паладин, идущий на поводу у собственных людей! В Норлиндоре мне придется поговорить с вашей семьей, у вас серьезно хромает дисциплина, сир Бенри Тирвин. Надеюсь, эти выходки вас позабавили. А теперь поезжайте в конец отряда и всю оставшуюся дорогу до Норлиндора проведите в размышлениях о том, как себя вести с высшими по званию. - Слушаюсь, сир, - понурил голову рыцарь. Глава 3 Пленных повели через рощу. Когда среди еловых зарослей показались кирпичные стены высокой башни, Лит заметила на самом верху несколько лучников. Кольцо ограждений, замаскированное деревьями, оказалось давно разрушено. Ворота также находились в плачевном состоянии. Разбойники, этот беспокойный мятежный народ, никогда ничего не восстанавливает вокруг себя, потому что нигде не оседает надолго. Вход в башню был надежно спрятан – пленников заставили сначала карабкаться по камням, а затем откуда-то сверху им сбросили веревочные лестницы. Оказавшись на вершине, Тиррабаль тоскливо посмотрела вниз со стены и шепнула Мелвину, что сбежать отсюда можно только расколов голову о скалы. У мужчин, охранявших башню, были загорелые обветренные лица, одеты все были в заношенные холщовые штаны и блузы. На верхней площадке башни находились кухни и склад с оружейной. Один из бандитов, увидев пленников, что-то пробормотал себе под нос, отвернулся и выпустил струю мочи со стены. Другой выкручивал себе из пальца клеща, поглядывая за варевом в котле. Пленников толкнули к деревянным настилам, которые вместо лестниц соединяли разрушенные этажи, и приказали лезть внутрь башни. Хватаясь за сколотые выступы тесанных камней, они оказались внизу. Там их снова ждала темница, в которой уже был один пленник. Он лежал неподвижно лицом вниз в луже крови, а из-под разодранного рукава виднелись переломанные пальцы. Втолкав девушку с эльфом внутрь, разбойники заперли решетку на замок и ушли. Тиррабаль опустилась на грязную кучу соломы. Сколько здесь придется сидеть и удастся ли выбраться? Она чувствовала, как желудок сводит от голода и посмотрела на Мелвина. Ей стало жаль его. Этому созданию с ангельским лицом и светлым сердцем уж точно не место в таком отвратительном месте. И зачем он только пошел с ней? В одном только Лит отдавала ему должное – эльф ни разу не жаловался. Мелвин подошел к обездвиженному человеку с намерением пощупать пульс, жив ли мужчина. Но от усталости пошатнулся и приник к стене. Тяжело вздохнув, опустился на пол, на другую кучу соломы. Лег и закрыл глаза. От страшного истощения у обоих не было сил ни говорить, ни думать. *** Во сне Лит видела, как снова оказалась у крепости Вишир, но на этот раз совершенно одна, без Мелвина и Йона. Когда воины с волшебниками набросились на нее, время как будто замедлилось, в ночной темноте вспыхнул свет, и в вышине появилась огромная сияющая рука, которую Тиррабаль видела во снах уже много раз. Та, что отбирала силу Дуватара. Этот сон заканчивался всегда одинаково – то, как Лит становится обычной, и враги нападают на нее. Но в этот раз они ее душили… Тиррабаль проснулась оттого, что ее действительно кто-то душил. Она задергалась, пытаясь высвободиться. Был день, и свет позволял разглядеть лицо убийцы. Где-то она его уже видела. Изуродованное ожогами злое лицо. Она задыхалась, колотя руками и ногами по полу камеры, но никак не могла разомкнуть на своей шее сильные пальцы. Эльф проснулся и бросился на помощь. Вдвоем с Лит они кое-как отбросили врага, но он снова напал. Эта борьба продолжалась. Его откидывали, то мужчина будто не знал усталости и боли. Он поднимался и нападал. - Ты – тот монах из ордена босоногих пилигримов! – вспомнила, наконец, Тиррабаль. - Я ненавижу тебя. Ты сломала мне жизнь, я тебя убью! Она ударила его головой, когда он снова полез к ней, и пнула со всей силы в бок. Лит почувствовала, как прибывают силы. Так бывало уже не раз, когда она оказывалась на грани истощения. Убийца попытался вскочить, но девушка оказалась быстрее и успела придавить его сверху ногой в живот. - Отвечай, кто ты! - Фехти Этеррис, - сдался тот. – Виконт, что должен был жениться на тебе! Это поразило Лит. Она давным-давно забыла про этого человека. - Кто это сделал с тобой? – проговорила девушка, убирая ногу. - Ты, - злобно прошипел он и снова набросился. Мелвин перехватил его, и они оба свалились на пол. Эльф был слабее, и Фехти принялся его избивать. - Мы же все в беде, ты не понимаешь? Вместо того, чтобы помочь друг другу, ты хочешь поубивать друг друга? – Лит обхватила виконта за пояс, пытаясь оттащить от Мелвина. – Я виновата только в том, что наша с тобой женитьба не состоялась! Отпусти эльфа, он вообще тут не при чем. Фехти разжал руки и повернул голову. В его глазах вспыхнуло что-то дикое и злое, и Тиррабаль невольно отшатнулась, чувствуя ужас перед этим изуродованным страшным лицом. Он встал на ноги. - Если бы дело было только в женитьбе… Хотя по законам севера и за это тебя следовало убить! - Подожди, - сказала Лит. – Я не виновата за твое лицо. Прекрати драться и расскажи, что случилось. Этеррис угрюмо посмотрел на нее. Они стояли друг напротив друга словно два хищника, выжидая, кто бросится первым. Тиррабаль понимала, что одно неверное движение или слово, и всё пропало. Она видела боковым зрением, как Мелвин отползает в угол. Он тяжело дышал и, по всей видимости, был не в состоянии подняться на ноги. Тиррабаль ужаснула мысль о том, что, возможно, он умирает. - Говори, - обратилась она к виконту. - Руго Фелуз - твой муж, так? - Был… И есть. Какая разница? - Ты скрыла от него свой позор, но он всё равно узнал. Он прислал в мое родовое поместье свою тварь - Де Болмара с бандой убийц. Сначала он выпытал всё о тебе, а узнав правду, стал убивать моих родных, одного за другим на моих глазах! Но и этого ему было мало. Он жег мне лицо огнем, резал ножом и бросил меня в грязи умирать. Я видел, как горит мой дом, сады, оранжереи, библиотеки… Я был сыном графа, а превратился в ничто. - Этеррис облизнул пересохшие губы. – Я не хотел жить, но босоногие пилигримы меня спасли и исцелили мои раны. Они исцелили бы и душу, если бы я не встретил тогда в тундре тебя! Одного взгляда хватило, чтобы всё разрушилось! И я поклялся, что не успокоюсь, пока не убью тебя. Я покинул их и шел за тобой с самого севера. Я терял тебя, но потом снова находил – не знаю, чутье или жажда расправы помогали мне. А потом… - Он отвел взгляд и отошел на пару шагов назад. Лит ждала, когда виконт продолжит. - Потом меня захватил Руго Фелуз. - Он в Норлиндоре? – с заколотившимся сердцем спросила девушка. - Да. Там он известен под именем Шелест. Живет в Тэшарском анклаве и занимает высокую должность. Подумав о Диане, Тиррабаль похолодела. Если Руго поймет, что та – ее сестра, жизнь девушки окажется в страшной опасности. - Он не понял, кто я, - продолжал Фехти. – Но узнал, что я хочу тебя убить, и поставил перед выбором – умереть или следить за тобой, докладывая обо всем происходящем. И я снова шел за тобой по пятам, но когда в Лесу Диких Эльфов медведи погнались за вами, я потерял ваш след. В Элессиг я не рискнул соваться, поэтому пошел через Восточный Бларонт, намереваясь добраться в Гертвиль, и дожидаться вас там. Я купил лошадь и добрался в Вишир накануне осады, но по дороге в Гертвиль эти бандиты схватили меня. - Но как ты прошел Бларонт, там же война, - сказал Мелвин. - Руго дал мне пропуск, и таргонцы меня пропустили. - Меня не удивляет, что он оказался таргонским прихвостнем, - произнесла Тиррабаль. Как ей показалось, гнев Фехти уже утих, а вот отчаяния и боли во всем его облике, прибавилось. Просто целое море безысходной глубочайшей тоски. Мелвин уже приходил в себя. Он медленно поднялся на ноги, дошел до скамьи и опустился на нее. - Оказавшись в плену, ты отчаялся, что никогда не выберешься отсюда, а значит, не выполнишь приказ Руго, - подытожила Лит. - Поэтому решил убить меня перед смертью, да? Ты обвиняешь меня во всем, что с тобой произошло, а сам работаешь на этого мерзавца. От этих слов глаза Фехти полыхнули. Сжав кулаки, он набросился на девушку, но получил отпор. - Знаешь, а ведь я могу предложить тебе кое-что получше, чем Руго, - сказала Тиррабаль. – Да что он вообще может предложить? Деньги? Месть? А ты уверен, что они сделают тебя счастливым? Я могу предложить тебе больше. Но это не будет та жизнь, что у босоногих пилигримов, с творением одного добра и всепрощением. Нас с тобой слишком сильно обидели, чтобы мы могли простить… Это будет путь справедливости, где каждый получит то, что заслуживает. В том числе право на отмщение. Пойдем со мной, Фехти, и ты получишь всё это, я обещаю. Уверенность девушки, ее слова, сказанные с чувством, сбили Этерриса с толку. Он даже не сразу понял, что Лит предлагает ему идти с ней. Та, кого он столько времени ненавидел и хотел убить. Это казалось невозможным. - Что ты несешь… - прошипел он, тем не менее, осознавая, что у него больше ничего нет. Либо это, либо смерть. Совсем как тогда, у Руго Фелуза. Он разозлился, что эти двое, разрушившие его жизнь, продолжают им манипулировать. – Я не позволю вам с Руго управлять мной! В разговор вмешался Мелвин. - Я понимаю, тебе это кажется несправедливым - сначала Руго ставит тебя перед выбором, а теперь Лит. Но поверь, она не из тех, кто мучает людей, я ее знаю. Поверь ей, как поверил я. - Ты не нашел счастья среди босоногих пилигримов, - подхватила Тиррабаль. – Они дали тебе добро, но не дали мести. - Как и не нашел счастья у Руго – он дал тебе денег, обещал месть, но не дал добра, - закончил эльф. - Я дам тебе и то, и другое, и у тебя будет жизнь полная смысла, - кивнула девушка. – А по дороге на север я расскажу тебе всё, что случилось со мной, чтобы ты не думал, что я желала тебе зла. А после можешь делать, что хочешь? Хочешь быть везде один, стать отшельником – пожалуйста. Но среди моего народа найдется место и для тебя. Я найду своих людей, найду им дом, а также всем, кто присоединится ко мне. Принуждать тебя остаться я не стану, но если захочешь воткнуть нож мне в спину или навредить кому-то из нас – я тебя убью. Ну как, согласен? Глава 4 Все последующие дни Диана продолжала искать ответ на вопрос о таинственной истории, которую рассказал Лестар де Болмар. - Кто такие Дарес и Элейра? – спрашивала она полушепотом у жителей анклава. - Старая басня, - усмехнулся один пожилой воин, охранявший ворота. - Пожалуйста, расскажите. - Элейра любила Дареса, а он любил другую – бесчувственную злую колдунью. Однажды она попала в беду, но кроме Дареса обратиться за помощью было не к кому. Он узнал, что ее собирались сжечь на костре за убийство. Колдунья действительно отравила одного из своих любовников, но Дарес решил ее спасти. Он пришел к Элейре и попросил во имя любви взять вину за убийство на себя. Девушка настолько любила Дареса, что согласилась выполнить его просьбу. - И что было дальше? - Элейра умерла, а Дарес с колдуньей были вместе какое-то время. - И чем всё закончилось? - Разве это важно? История рассказана, мораль ясна. Диана отошла, обдумывая услышанное. В следующий раз, встретив во дворе крепости Лестара, девушка позвала его. - Вы не должны подходить ко мне на виду у всех, - сказал тот. – Это опасно. - Я узнала историю о Даресе и Элейре, - ответила Диана, но Де Болмар даже не дрогнул. – Я знаю, что Шарди пропала. Она была твоей любовницей. Ты поступил с ней, как Дарес с Элейрой? Ты сказал Шелесту, что это она украла журнал, и ее убили? Так? - Мы перешли на «ты»? – прищурился Лестар. Девушка смешалась, извинения готовы были сорваться с ее губ. Он слишком сильно нравился ей. - Другого способа спасти тебя не было. Или ты бы хотела оказаться на месте Шарди? - Но зачем тебе спасать меня? Жители анклава стали коситься на них, и Де Болмар отвел Диану в тень раскидистого дерева подальше от любопытных глаз. - Чтобы такая прелестная девушка умерла зря, так и не изведав любви? – Хитрая улыбка тронула его губы. Диана затрепетала, по ее коже побежали мурашки. – Хочешь испытать это? Его приоткрытые губы блестели и были совсем близко, а участившееся дыхание явно намекало на то, что Диана ему тоже нравится. Она нехотя высвободила руку и поморщилась. - Я обещала не говорить про Уриса, но… мы обещали друг другу пожениться… Де Болмар выругался вполголоса. - Твой паладин давно забыл о тебе! Если б он любил тебя, то был бы рядом. К чему держать обещания тем, кому на тебя наплевать? - Но всё-таки это неправильно… - замялась Диана. - Что мне сделать, чтобы ты передумала? Девушка никак не могла понять, почему ей так нравится наглость Лестара. Она пошатнулась, и мужчина схватил ее за плечи. - Как можно завоевать твою любовь? – Он лукавил, потому что и так видел, что небезразличен Диане. - Перейти на сторону добра, - прошептала она. Этот ответ заставил Де Болмара расхохотаться. Он отпустил девушку, и та схватилась рукой за дерево, чтобы не упасть. - Но ты сама не на той стороне! Служишь анклаву, крадешь журналы надзирателей, живешь среди преступного общества, где зреет заговор против добрых жителей Норлиндора. Он продолжал смеяться, а девушка молчала. - Прости, - сказал Лестар, успокоившись. – Я совсем не то, что твой Урис Алгорн. Но кое-что нас объединяет – мы оба убийцы. Только он прикрывается лживым благородством, а мне нечего скрывать, я – злой человек, но я умею заботиться о тех, кто мне дорог. Урис бросил тебя. Знай, я бы так никогда не поступил. - Но Шарди… - возразила Диана. - Хватит о Шарди! – рявкнул Де Болмар. – Она была портовой шлюхой. Девушка поймала себя на мысли, что ей уже всё равно, что будет. Она давно мысленно шагнула в пропасть страстей, не думая о том, что возможно в Шарди было что-то хорошее, раз она пожертвовала ради Лестара жизнью. Даже несмотря на то, кем она была. - Я – не рыцарь и не офицер королевской гвардии, нет у меня никаких заслуг перед Вильсом, - продолжал мужчина. - Мой клинок не сияет в свете солнца в сражениях, где добывают честь и славу – он убивает в темноте. Сожалею, что не могу предложить тебе своего благородства в виде золота или богатого поместья с пышными дубравами. Но оно всё же осталось в моей душе. Злые люди лишили меня дворянских благ, опустили на дно, и я тоже сделался злым, чтобы суметь дать им отпор. Я должен быть таким, чтобы выжить. Но ты мне не враг, ты узнаешь, как я умею любить. В огне истинной любви сгорают и обещания, и клятвы. Всё сгорает! Хочешь узнать, каково это? Хочешь испытать это?? - Он приблизился к ее щеке, прошептав последние слова возле самого уха, а потом как бы невзначай скользнул губами по ее лицу, и Диана замерла в предвкушении наслаждений, которые обещали эти губы. – Буду ждать тебя завтра на закате в разрушенной башне.