Весна посреди зимы

— Отлично, итак, пришло время для нашего финального раунда! И на этот раз судить будет наш участник Хо Жань! — визжит ведущая; всем уже очевидно, что она его фанатка. — Ну что? Вы готовы? — спрашивает девушка, поворачиваясь к нему. Хо Жань добродушно улыбается, забирая у нее микрофон. — Да, и я с нетерпением жду, что все придумают для этого раунда. Это задание связано с пением или музыкой в целом? — спрашивает он ведущую. — Ах, точно, позвольте мне представить правила! — Не беспокойтесь, — отвечает парень с улыбкой, возвращая микрофон. — Ах, спасибо... — отвечает ведущая, ее уши подозрительно краснеют. Заметив эту сцену со стороны, Мо Лань фыркает с презрением, его брови хмурятся. Ведущая вздрагивает. «Странно, здесь ведь не должно быть холодно?» — Мисс Ведущая? — Она моргает, услышав голос Хо Жаня, подталкивающий ее, и быстро возвращается к объяснению правил. — Хорошо, итак, это общий музыкальный раунд, но с определенными условиями. Каждый участник должен исполнить — заметьте, я сказала исполнить, так что это может включать любой инструмент или голос — одну песню в жанре, выбранном нашим судьей! — Ведущая тянется за спину и выхватывает барабан с отверстием размером с кулак в центре одной из поверхностей. — Хо Жань, окажете честь: достаньте нашу сегодняшнюю тему? Парень моргает, затем запускает руку внутрь и вытягивает бумажку. — Здесь написано... — он разворачивает ее, — ...«любовь». При этих словах глаза ведущей загораются. — Отлично, итак, у каждого есть пятнадцать минут, чтобы подготовить песню о любви, либо спеть, либо сыграть на инструменте. Вон там, — она жестикулирует в сторону сцены, и кто-то резко открывает занавес, — наш выбор инструментов для участников. Разрешен любой жанр, будь то детские стишки, — она делает паузу, пока аудитория смеется, — или поп-музыка. Итак, время пошло! Участники немедленно направляются к инструментам. Джесси быстро садится за пианино и начинает пробовать аккорды. Биолог берет гитару и начинает бренчать. Остается только художник, который выглядит слегка растерянным, переводя взгляд с инструмента на инструмент, и наконец начинает тихонько напевать песню себе под нос в углу. Пока остальные трое заняты, Мо Лань продолжает стоять неподвижно в стороне. Хо Жань бросает на него взгляд, его брови хмурятся, но его быстро подзывает ведущая. — Хо Жань, похоже, у нас тут пианино и гитара, у вас есть опыт игры на этих инструментах? — Ах да, немного, хотя в основном я играю на цитре и гуцине. — То есть, больше на традиционных инструментах? — Да. — Ух ты, это удивительно, ведь вы такой известный поп-певец... Хо Жань смеется в ответ. — Ну, я вырос на более традиционных инструментах, так что я бы сказал, что это моя детская любовь. Услышав эти слова, Мо Лань бросает на него взгляд. Хо Жань продолжает: — ...но, видя, как музыка развивается и меняется, я постепенно полюбил многие другие жанры и сейчас погружен в поп-музыку, да. — Ух ты, это потрясающе, мы нечасто видим артистов, интересующихся как традиционной, так и современной музыкой... Они еще немного болтают. Наконец, настает время для выступлений. После жеребьевки первой выходит биолог. Она мягко улыбается и подходит к подиуму, сжимая в руке гитару. — Я спою «Love Confession» Джея Чоу. Среди фанатов Джея Чоу в аудитории раздаются радостные крики. Биолог открывает рот, и ее мягкий голос льется наружу. Исполнение точное и успокаивающее, она плавно заканчивает песню. Зрители восторженно улюлюкают и хлопают. — Это было прекрасно, большое спасибо за выступление! — восклицает ведущая. — Хо Жань, хотели бы вы высказать свое экспертное мнение? С улыбкой он начинает: — Ну, ее точность была довольно хороша, а гитара... как долго вы играли? — Девять лет, — отвечает она с улыбкой. — Это видно. Особенно в... Наблюдая за стоящим под светом прожекторов парнем, который увлеченно объясняет детали, пока все взгляды прикованы к нему, Мо Лань незаметно плотнее сжимает губы. — Поэтому я бы поставил твердую 7 из 10. Хо Жань наконец заканчивает говорить. Биолог улыбается под аплодисменты и занимает свое место. — Хорошо, следующий... — Услышав свое имя, художник нервно подходит к маленькой сцене. — ...Я буду петь, — нерешительно произносит он. — Отлично, мы с нетерпением ждем! — подбадривает ведущая. Он открывает рот... и в зале воцаряется странная тишина. Через несколько мгновений один из зрителей наконец шепчет, нарушая молчание: — ...Национальный гимн Китая? — Да, кажется, он самый... — Почему он?..

***

Художник поет громко, гордо и патриотично, что звучит вполне прилично, если не считать нескольких пропущенных нот, от которых зрители морщатся. Через несколько мгновений он заканчивает, и наступает тишина. Ведущая моргает. «Почему-то я вижу своего деда там, поющего от всего сердца, но не попадающего в тональность». Она быстро выходит из оцепенения и начинает хлопать, и медленно все остальные следуют ее примеру. — Что ж, давайте поприветствуем это очень... э-э... патриотичное выступление! Хо Жань, что вы думаете? — спрашивает она, резко поворачиваясь к нему, ожидая увидеть такое же выражение лица, однако вместо этого видит совершенно искреннюю улыбку, его взгляд прикован к художнику. Она удивленно моргает. «Зачем он стал певцом, когда был бы идеален как актер? Хотя нет, тогда мы потеряли бы голос, ниспосланный небесами, о чем я только думаю?!» Хо Жань открывает рот: — В целом... очень уникальное выступление. На таких конкурсах большинство людей ожидают поп-музыку, поэтому увидеть нечто столь же патриотичное, как национальный гимн, по меньшей мере необычно. Особенно учитывая, что темой нашего конкурса была любовь. Также было несколько фальшивых нот. Пока он говорит, голова художника опускается все ниже и ниже. — Однако... я давно, очень давно не видел, чтобы кто-то пел с таким пылом, страстью и любовью к своей стране, — говорит он, его взгляд прикован к художнику. И все же почему-то кажется, будто он смотрит сквозь или даже поверх художника на легионы солдат, ведомых генералами, задолго до эпохи огнестрельного оружия, которые громко и гордо ревут, защищая свою родину. — Поэтому я присуждаю вам 7 баллов. По залу разносится вздох удивления. Песня, которая настолько выбивается из темы и фальшивит, заслуживает семерки? — Хорошо, идем дальше... — Ведущая возвращает всех к реальности хлопком в ладоши. — Следующим у нас мастер боевых искусств, Мо Лань! На этот раз по залу разносятся аплодисменты и возгласы, более страстные, чем для предыдущих двоих, просто потому, что привлекательность Мо Ланя превосходит двух предыдущих вместе взятых. «Наверняка такой красивый мужчина не может выступить слишком плохо?» Все с нетерпением смотрят вверх, ожидая, что он начнет петь. Вместо этого Мо Лань достает из-под одеяний чистую, нефритовую флейту. Он подносит ее к губам и... немедленно все переносятся в заснеженный, белый пейзаж. Когда нефритовая флейта свистит, каждый чувствует себя очищенным и просветленным. К тому времени, как звучат последние ноты, аудитория медленно выходит из своего оцепенения. Хо Жань, уже слышавший раньше нефритовую флейту Мо Ланя, пробуждается первым и прочищает горло. Ведущая выныривает из своей задумчивости. — Это было... потрясающе, — говорит она приглушенным голосом. Парень ждет, пока она продолжит, но, видя, что она молчит, берет слово: — Как сказала мисс Ведущая, это было потрясающе. Звук флейты был чистым и ясным, ноты точными, до такой степени, что они перенесли всех в совершенно иное пространство, а этого крайне сложно достичь. Лицо Мо Ланя остается невозмутимым и холодным, но если присмотреться, можно заметить легкий румянец на его ушах. — ...но тема этого раунда — любовь, и я не почувствовал в этом выступлении ничего подобного. Поэтому я вынужден поставить выступлению Мо Ланя... 9 баллов. По залу разносятся вздохи, на этот раз по другой причине. Только девятка?! Мо Лань резко поворачивается лицом к Хо Жаню. Тот встречает его взгляд прямо, и между ними вспыхивает та самая соревновательная ярость из прошлых лет. На мгновение можно почти увидеть летящие искры. — И последняя на сегодня — Джесси! Джесси, вы готовы? — нервно зовет ведущая. — Да. Пожилая женщина мягко улыбается и подходит к микрофону. Хо Жань первым отворачивается, и через несколько мгновений Мо Лань тоже отворачивается с хмыканьем. — Сегодня я буду петь и играть на пианино песню “City of Stars” из фильма «Ла-Ла Ленд». Возможно ли... попросить кого-нибудь из аудитории спеть со мной мужскую партию? — спрашивает она мягко и спокойно. Ведущая хмурится на мгновение, обдумывая. Такое никогда раньше не случалось, это прямо не запрещено, но... — Можно мне? — Она бросает взгляд в сторону. Это Хо Жань. Он поворачивается к ведущей. — Это разрешено? Я буду судить только ее часть. Ведущая думает минуту, и в конце концов ее желание услышать своего бога-мужчину поющим вживую побеждает. — Хорошо, идите на сцену, — жестом приглашает она. Хо Жань подходит к Джесси. — Спасибо, молодой человек, — говорит она. Парень лишь улыбается в ответ. Они начинают. Хо Жань поет первым, его голос сильный и низкий, демонстрирующий характерный хриплый тон, который отличает его от других голосов. До этого момента Мо Лань упорно отворачивал взгляд от другого мужчины, но, услышав его сейчас, он медленно поворачивает голову, его глаза прикованы к Хо Жаню, сияющему в свете прожектора. Если раньше он был просто ослепителен, когда говорил, то сейчас он — настоящее пылающее светило, когда поет. Все взгляды не могут не сфокусироваться на нем, и Мо Лань не исключение. Затем Хо Жань заканчивает первую мужскую часть, и наступает очередь Джесси. Голос пожилой женщины удивительно силен, и ее ноты и интонации точны. Хотя ее голос не идеально чист или красив, в нем есть нечто более глубокое, что притягивает: скрытый слой чистой, неистовой печали, смешанной со сладостью утраченной юности. — Who knows….I felt it from the first embrace I shared with you, that now, our dreams, may finally come true… (Кто знает... Я почувствовала это с первого объятия, которое разделила с тобой, что теперь наши мечты наконец могут сбыться...) — …a voice that says I’ll be here, and you’ll be alright… (...голос, который говорит, что я буду здесь, и с тобой все будет в порядке...) На протяжении всей песни взгляд Мо Ланя остается прикованным к дуэту. Пока он смотрит, как Хо Жань и другая женщина поют друг другу, что-то сжимается в его груди, и его брови хмурятся все сильнее и сильнее. Он сжимает кулак вокруг нефритовой флейты, не замечая капли крови, стекающей по его ладони от царапины об острый край. — …City of stars, are you shining just for me? City of stars… (…Город звезд, ты сияешь только для меня? Город звезд…) — поет Хо Жань. — …never shined so brightly, (…никогда не сиял так ярко), — заканчивает Джесси. В конце их песни наступает тишина. Как и после песни Мо Ланя, все захвачены настроением, созданным музыкой. Но в отличие от выступления Мо Ланя, все переносятся не в другое окружение, а в свой собственный мир и воспоминания. — Джесси, Хо Жань, это было потрясающе! Не могу поверить, что увидела живое выступление! — визжит ведущая, случайно выдав свои истинные мысли. — Хорошо, Хо Жань, что вы думаете о пении и игре на пианино Джесси? — Это было точно, чисто, четко, и, как и произведение Мо Ланя, имело силу влиять на настроение слушателя. Но в отличие от произведения Мо Ланя, песня была немного слабее и поэтому не перенесла слушателя в другой мир. Здесь Хо Жань делает паузу и поворачивается к Джесси, которая все это время мягко улыбалась. — Могу я спросить, о чем вы думали, когда пели? — спрашивает он. Пожилая женщина замирает, прежде чем медленно ответить: — Я думала о... моем покойном муже. Мы пели это вместе. По аудитории проносятся вздохи сочувствия. — Я так и подумал, что это что-то вроде того, — отвечает Хо Жань. — Потому что хотя ваша песня не была идеальной в том виде, в каком мы сейчас часто ожидаем, она была честной: честным отражением воспоминаний о любви, о первой любви и ее горькой сладости. При этих словах его взгляд на миллисекунду останавливается на Мо Лане, но тот слишком занят своими мыслями и раздражением, чтобы заметить. — И благодаря своей честности она позволяет аудитории сопереживать и размышлять о своей собственной первой любви. Поэтому, Джесси, я вынужден присудить вам 10 баллов. На мгновение воцаряется полная, абсолютная тишина. Затем аудитория взрывается болтовней, некоторые голоса недоумевают, почему Мо Лань не победил, некоторые кричат в поддержку Джесси. Ведущая быстро хлопает в ладоши, пытаясь взять ситуацию под контроль. — Отлично! Поскольку Джесси и Хо Жань набрали по три очка каждый, они переходят в раунд тай-брейка... Пока ведущая говорит, взгляд Мо Ланя остается прикованным к Хо Жаню, внутри него пылает огонь. Хо Жань встречает его взгляд, сложное выражение лица промелькивает на его лице, он открывает рот, чтобы заговорить, но прежде чем он успевает, Мо Лань резко разворачивается и, взмахнув своими белыми одеждами, покидает зрительный зал. Видя, как он уходит, ведущая растерянно зовет его, но через секунду он исчезает, словно порыв ветра.