Rise from the Ashes/Восстать из пепла

Судьба была чистым листом, полным возможностей. Новым шансом. И Кларк не собиралась его упускать.

Я так долго искал тропу, чтобы вернуться назад…

Верни меня в ту ночь, когда мы встретились.

Ночь нашей встречи — Лорд Гурон

Ослепительный свет поглотил Кларк целиком. Это не был обычный свет — ни звёзд, видимых с «Арки», ни солнца, пробивающегося сквозь земные облака. Это свет, разрывающий саму ткань мироздания, прожигающий кожу и проникающий в сознание, как кислота. Её тело словно распадалось и собиралось заново, атомы плясали в квантовом хаосе, который Бекка назвала «скачком». Но для Кларк это было похоже на падение в бесконечную пропасть, где ветер состоял не из воздуха, а из воспоминаний. Пока портал ревел вокруг, её накрыли воспоминания-вспышки, словно яростные волны, увлекая в прошлое, которое она так отчаянно хотела изменить. Сначала «Арка» — холодная, металлическая, мир нормирования и правил, где кислород ценился выше любви. Она увидела себя в изоляторе, серые стены, вторившие звуку её собственного дыхания. Её мать, Эбби, по ту сторону стекла, с глазами, полными вины и решимости. «Кларк, ты должна понять. Это было для твоего спасения». Спасение от чего? От правды об отце? От приговора, который отправит её на Землю как подопытную? Видение растворилось, сменившись другим: центр управления «Арки», момент, когда Джаха объявил об отправке Сотни. Преступники, сбитые в кучу как скот, их лица — смесь страха и возбуждения. Уэллс, её лучший друг, сжимающий её руку. «Мы выживем там внизу, Кларк. Вместе». Но теперь она знала — Уэллс не выживет. Не в этом хаосе, не с этой изменой. Осколок Пламени в её руке — который она всё ещё сжимала изо всех сил даже в этом временном вихре — горячо пульсировал в ладони, словно соглашаясь с болью того воспоминания. Затем — спуск. Тряска корабля, скрежет металла, похожий на ломающиеся кости. Крики в тесном отсеке. Финн с его самоуверенной улыбкой, пытающийся успокоить группу. «Эй, народ, это всего лишь тяжёлая посадка. Нет ничего, с чем бы не справился Космоход». Космоход — прозвище, которым он прикрывал собственную безрассудность. Кларк вспомнила, как тогда видела в нём союзника, того, с кем можно разделить бремя. Но теперь, в скачке, в её сознание прорывались образы Лексы, инстинктивные и мучительные: первая встреча в палатке, зелёные глаза, полные недоверия и очарования; первый поцелуй под гнётом войны, мгновение, когда мир остановился; смерть, кровь, прощание, наступившее так рано. И любовь, у которой не было времени расцвести. Пламя шептало в её сознании отголосками эмоций. «Помни, но не теряйся. Измени то, что можешь». Как и обещала Бекка: нет больше чётких воспоминаний — инстинкты, навязчивый сон, что будет направлять её выборы. Портал, казалось, сжался, время смялось, как мятная бумага. Кларк почувствовала глубокую тошноту, будто её тело растягивали через десятилетия. И затем, с глухим щелчком, отозвавшимся в её костях, вихрь выплюнул её наружу. На мгновение мир закружился в тишине. Кларк моргнула, заставляя глаза привыкнуть к окружающей реальности. Она очнулась посреди леса, лёжа на мягкой влажной земле, листья прилипли к её коже, словно напоминая, что она жива. Воздух был густым, полным запахов мха и недавнего дождя. Она медленно приподнялась, оглядываясь вокруг. Высокие деревья возвышались, как древние стражи, их кроны просеивали солнечный свет в танцующие узоры, заставлявшие лес светиться жизнью, о которой она почти забыла. Остальные преступники были здесь, разбросаны вокруг, кто ещё спал, кто приходил в себя после падения: Октавия с растрёпанными волосами и сонной улыбкой на губах; Финн, уже шевелящийся; Монти и Джаспер, сгорбившиеся, будто всё ещё ожидая худшего. Все были на месте. Самое начало всего. Кларк снова моргнула, сердце колотилось, как военный барабан. Тело ныло, но не так сильно, как душа. Осколок Пламени всё ещё был в руке, теперь холодный и безжизненный, но она чувствовала его присутствие как лёгкий гул в основании черепа. Внутри неё пузырилась странная, смешанная с тревогой радость. Она поднялась на ноги, улыбнулась про себя и пошла, желая убедиться, что всё это по-настоящему. Лёгкие шаги привели её к кусту с яркими цветами, и в её мыслях было лишь одно: Лекса. Имя повторялось в голове, как мантра, и осколок Пламени, казалось, отозвался, слабо пульсируя, будто между прошлым и будущим протягивался незримый мост. — Здорово, правда? — знакомый голос Финна привлёк её внимание. Он подошёл ближе, протягивая импровизированную бутылку с водой. На мгновение она осознала, как путешествие во времени может вызвать жажду — будто вихрь высосал всю влагу из её тела. — Ты сходил к реке? — спросила она, пытаясь звучать как можно обычнее. — Подумал, что пара пальцев — приемлемая цена. — Он ответил с иронией, пытаясь пошутить, его карие глаза светились той наивной уверенностью, которую Кларк теперь видела как слабость. Воспоминания о том, как Октавия прыгнула в реку и была атакована странным существом, пронеслись в её сознании. Было очень странно заново переживать всё это, словно её мозг пытался примирить две реальности одновременно. Разум и тело Кларк постепенно адаптировались, и осколок Пламени помогал в этом, посылая успокаивающие волны, которые её сосредотачивали. — Возьми, сделай глоток. — Он протянул бутылку, и Кларк с благодарностью приняла её. Она отпила свежей воды. — Разве это глоток? Кларк снова прильнула к бутылке, на этот раз с большей жаждой. Ощущение было невероятным, и в этом простом жесте она почувствовала себя живее, чем когда-либо, будто Земля сама приветствовала её возвращение. — Думаешь, это значит, что у нас у всех будет по две головы? — Кларк рассмеялась, несмотря ни на что; ситуация казалась более лёгкой, передышкой перед бурей, которая, как она знала, должна была грянуть. — Кто бы мог подумать? Она умеет смеяться. Кларк снова улыбнулась, и Финн взял её за руку, чтобы она пошла за ним. — Иди сюда. Ты должна это увидеть. Инстинкты Кларк подсказывали, что будет дальше. Непосредственной опасности не было, поэтому она пошла за ним, чувствуя под ногами мягкую землю. Финн остановился в нескольких шагах впереди и указал на отпечаток в грязи. — Это палец, — заявил он, показывая на след. — Кроме того, судя по всему, что бы это ни было, оно ходит на двух ногах. Кларк смотрела с лёгким недоверием, но ответ она уже знала. Хотя говорить пока не собиралась. — Моя догадка — обезьяны. Кларк рассмеялась искренне, смех слегка отозвался эхом в лесу. — Прости. Просто, согласно всему, что я читала, в этих краях нет двуногих животных. Никаких обезьян. — Ладно. А читала ты что-нибудь о лесах, которые светятся в темноте? Или о змеях, которые глотают людей? Она покачала головой. Финн был отчасти прав. Но хуже всего было то, что он до сих пор не представлял, что ждёт впереди. Пока они возвращались туда, где остальные спали, глаза Кларк были полны тревоги, но также и той наивной уверенности, которая, как она теперь знала, приведёт к стольким ошибкам. Она надеялась на этот раз сделать правильный выбор. — Выпей немного. Ты отключилась на пару минут. Должно быть, устала от пути. — Финн протянул воду Октавии, которая приняла её с кивком, её глаза сияли от волнения наконец-то обретённой свободы от «Арки». Пока Кларк оглядывалась, большая часть Сотни была разбросана по поляне: некоторые громко смеялись, будто Земля была одним большим приключением; другие спорили о том, как выжить, их нервные голоса разрезали воздух. Кларк начала думать, что им всем нужно двигаться к Маунт-Везер. Она начала выстраивать план, её инстинкты снова вступали в игру. Кларк уже знала, что то место не было пустым, и те, кто там находился, не были людьми с добрыми намерениями. Кларк уже знала, как поведут себя почти все преступники, и хотела действовать обдуманно. Беллами Блейк, несомненно, сохранил бы свою самоназначенную лидерскую позицию и, вероятно, заставлял бы остальную группу игнорировать приказы с «Арки». Октавия, младшая сестра Блейка, наблюдала за всем с сияющими от недавно обретённой свободы глазами, касаясь листьев, словно они были сокровищами. Рейвен ещё не прибыла — это случится позже, с капсулой. Но Кларк знала, что ждёт впереди: Граундеры, Жнецы, гора, полная ужасов. Столько всего обрушилось на неё сразу, что у неё разболелась голова. — Кларк, ты в порядке? — Всё нормально, — пробормотала она, её голос был хриплым, будто она кричала часами. Инстинкт Пламени снова пульсировал — тёплое ощущение, заставившее её посмотреть на небо. Что-то там, наверху… нет, что-то, что «упало» с неба. Лекса. Имя пришло как шёпот в её сознании, не полноценное воспоминание, глубокая уверенность, будто Пламя сплетало невидимые нити между ними. Она должна была всё изменить. Избежать войн, предательств. Найти Лексу раньше, возможно. Финн нахмурился, заметив её отсутствующий взгляд. — Ты выглядишь… иначе. Как будто увидела призрака. Это из-за посадки? Или что-то на «Арке»? Кларк заколебалась. В каноне — в той линии времени, в которой прожила, — она ответила бы с сарказмом, возможно, доверилась ему как другу. Но теперь, с грузом будущего, давящим на неё, она чувствовала осторожность. Финн был обаятелен, но безрассуден; он принесёт проблемы с Рейвен, с Граундерами. «Измени то, что можешь», — эхом отозвалось Пламя. — Ничего. Просто… нам нужно быть осторожнее. Этот лес не пуст. Следы, помнишь? Возможно, здесь есть люди. Финн засмеялся, покачав головой, прядь волос упала ему на глаза. — Люди? Кларк, Земля пуста уже 97 лет. Мы первые. Должно быть, это всё-таки просто обезьяны. Давай, соберись. Маунт-Везер прямо там, полная припасов. Девушка пристально посмотрела на парня, инстинкт подталкивал сказать больше, чем следовало. — Мы не одни, Финн. И Маунт-Везер… это не то, чем кажется. Поверь мне. Он моргнул, удивлённый напряжённостью в её голосе. — Эй, полегче. Ты знаешь что-то, чего не знаю я? Кларк поднялась, игнорируя боль в ногах. Осколок Пламени в кармане словно слегка вибрировал, будто одобряя её решение. Ей нужно было предупредить группу, изменить курс, прежде чем ошибки повторятся. Но как... не показаться сумасшедшей? — Давай соберём всех. Нам нужен план получше, чем просто бежать к горе. Пока озадаченный Финн шёл за ней, Кларк почувствовала волну решимости. Скачок сработал. Она вернулась. И на этот раз всё будет по-другому. Определившись с маршрутом по карте, Кларк выбрала путь. Но на их дороге оказалась река, и единственный способ перебраться — по верёвке, раскачавшись на другую сторону. — Ты хотел быть первым. Хватит теперь тянуть. — крикнула Кларк Финну, который нерешительно держался за верёвку. — Маунт-Везер ждёт. — Держись до апогея, и всё будет хорошо. — подбодрил Джаспер, его кривые очки отражали солнечный свет. — Апачи? — Типа, индейцы, да? — Апогей, Финн, не апачи. — поправил его Джаспер, смеясь вместе с Монти, который наблюдал за всем с застенчивой улыбкой, поправляя куртку. — Он знает, Джаспер. Давай, Финн. — Так точно, капитан. — Парень отдал Кларк шутливый салют и приготовил верёвку. — Увидимся на той стороне, Джаспер. — Постой, Финн. — Чего? Дай мне пройти. Джаспер посмотрел в сторону Октавии, и Финн всё прекрасно понял. Тот хотел произвести впечатление на девушку. — Я справлюсь. — Так и знал, что тут замешан тайный умысел, — сказал Финн, хлопнув Джаспера по плечу и передавая ему верёвку. Парень взял её и приготовился раскачаться. — Бояться — это нормально, Джаспер. Весь фокус в том, чтобы не бороться со страхом. — Тогда увидимся на той стороне, — сказал Джаспер, прежде чем собрать всё своё мужество и раскачаться на другую сторону, крича от восторга, пролетая над водой. Остальные четверо наблюдали внимательно: Октавия оживлённо хлопала в ладоши, Монти тихонько бормотал расчёты траектории. Когда Джаспер достиг другого берега, все бросились к краю реки. Инстинкты Кларк зазвенели в голове, и она пыталась сохранять бдительность, осколок Пламени пульсировал как тихое предупреждение. — Мы — апогей! — крикнул Джаспер, поднимаясь на том берегу. Все хором закричали, празднуя эту маленькую победу, звук эхом разнёсся по лесу. — Ты сделал это, Джаспер! — поздравила его Кларк, чувствуя смесь облегчения и напряжения. — Давай, принцесса. — Финн протянул Кларк верёвку. — Твоя очередь. Она взяла её, но продолжала осматриваться. Ощущение, что за ними наблюдают, накрыло её с головой, будто невидимые глаза следили из теней. — Давай, Кларк. Ты сможешь. Апогей! — крикнул Джаспер с другого берега, подбадривая. Он огляделся и увидел табличку; когда он взял её, его восторг возрос. На табличке было написано «Маунт-Везер». — Мы нашли! — закричал Джаспер, поднимая табличку. — Маунт-Везер! Остальные улыбнулись, разделяя энтузиазм друга. Монти «ударил» кулаком в воздух от облегчения; Октавия громко рассмеялась, откинув волосы. — Да! — выкрикнул Монти, облегчённо, а Октавия вздохнула с облегчением. Осколок Пламени жёг в кармане Кларк. Что-то было не так. Но прежде чем они успели что-то предпринять, Джаспер уже лежал на земле с копьём, торчащим из груди. — Джаспер! Джаспер! — в отчаянии закричала Кларк, пытаясь найти решение, пока Финн думал о том, как им укрыться. — Сюда! — Группа пригнулась за камнями, пытаясь защититься от того, что могло последовать. — Двигайтесь. И пригнитесь здесь. Разум Кларк работал быстро, пытаясь найти выход. — Мы не одни. Прошлое было написано. Будущее — чистый лист, испачканный призрачными воспоминаниями. И Кларк Гриффин, неся на себе тяжесть всех своих «завтра», шагнула навстречу своей судьбе — и навстречу Командиру, которую в другой жизни она любила и потеряла.

***

Пока отголоски нападения на Джаспера всё ещё звучали в сознании Кларк как предупреждение судьбы, в Полисе восходящее солнце окрашивало каменные башни в оттенки золота и янтаря. Но в покоях Командира свет казался далёким, будто мир всё ещё был окутан тенями. Лекса проснулась рывком, её тело напряжено, как клинок на грани излома. Грудь ныла — призрачное эхо пули, она клялась, что чувствовала. Руки метнулись к тому месту, разрывая тонкую ткань ночной рубашки в поисках раны. Пуля. Кровь. Выстрел Титуса? Нет, не Титус. Это было… что-то другое. Кларк. — Кларк! — Имя вырвалось хриплым криком, эхом отразившись от холодных каменных стен. Лекса села на кровати, пот стекал по её лбу, сердце колотилось, как в бою. Её пальцы нащупали гладкую кожу — ни шрама, ни отметины. Ничего. Только сильная пульсация собственного сердца. Но боль была реальной, паника была реальной. Она вспомнила — или это был сон? — храм, угасающее пламя, голубые глаза, полные слёз. «Yu gonplei ste odon.» Её битва была окончена. Но вот она, живая, дышащая. Пламя на шее пульсировало — лёгкое ощущение, которое она обычно списывала на стресс, но теперь оно казалось более настойчивым, словно пыталось говорить — возможно, откликаясь на осколок, что носила Кларк, создавая незримую связь сквозь время. Лекса зажмурилась, пытаясь отогнать образы: Кларк, склонившаяся над ней, последний поцелуй, нарушенное обещание. Кошмар? Или нечто большее? Воздух в покоях пах ладаном и кожей, привычно, но в нём витала странная нота — как озон после грозы, тот самый запах, что принесла с собой Бекка в храме в её видении. Дверь со скрипом открылась, и вошёл Титус, в безупречной тунике Хранителя Пламени, с глазами, бдительными, как у ястреба. Он нёс поднос с травами и чашку чая, но его лицо исказилось от беспокойства при виде расстроенного Командира. — Хеда? Что случилось? Я услышал крик. Лекса мгновенно взяла себя в руки, расправила плечи, натянув маску безмятежности, что делала её непоколебимым лидером. Но внутри царил хаос. Титус был предан, но непреклонен в своих убеждениях о Пламени и чёрной крови. Узнай он о смятении в её сознании… — Это был всего лишь кошмар, Хранитель. Ничего, что заслуживало бы твоего внимания. Титус поставил поднос на стол у кровати, прищурившись. — Кошмар, заставивший Хеду кричать имя? Кларк… Девчонка из Небесного народа? Слухи об их прибытии всё ещё ходят, но… Лексу пробрала дрожь. Кларк. Ванхеда. Небесный народ. Обрывки смутно складывались воедино, как фрагменты ускользающего сна. — Это ничего, Титус. Оставь меня. Мне нужно медитировать. Он замешкался, в его выражении смешались преданность и недоверие. — Хеда, если Пламя неспокойно… возможно, нам стоит обратиться к духам. Среди кланов ходят слухи о волнениях. Говорят, с неба упала звезда. Если это предзнаменование… — Я сказала, оставь меня, — отрезала Лекса, её голос стал острым, как клинок. Титус покорно склонил голову и вышел, закрыв за собой дверь. Но Лекса заметила блеск в его глазах: беспокойство, да, но и крупицу сомнения. Он всегда боялся, что эмоции ослабят Командующих. И теперь, с этим «кошмаром», у него, возможно, появился повод для тревоги. Оставшись одна, Лекса встала и подошла к широкому окну, выходившему во двор Полиса. Внизу тренировались воины, звон клинков звучал как гимн выживанию. Но её взгляд потянулся к небу, безбрежному и синему, усеянному ленивыми облаками. Ветер донёс запах полевых цветов, и на мгновение она почувствовала необъяснимую связь — будто что-то, кто-то, был там, наверху или упал оттуда. Пламя снова пульсировало, тепло прижалось к её шее, и в сознании промелькнул мимолётный образ: светловолосая девушка с голубыми, как океан, глазами, поцелуй, скрепляющий союзы и сердца. — Было ли это сном? — прошептала Лекса ветру, её голос тихий, уязвимый. — Или что-то действительно упало с неба? Солнце поднималось выше, озаряя мир внизу. Но в её груди загоралось пламя — не Командующей, а той, кто инстинктивно знал, что судьба изменилась. И что Кларк, кем бы она ни была, была ключом ко всему. Несколько часов спустя один из стражей вошёл в тронный зал с известием. — Хеда, один из наших сегодня видел «нечто» в небе, — доложил стражник. — Кто-нибудь уже добрался до места падения? — спросила Лекса, ошеломлённая этим сообщением. Такое не могло быть совпадением. Это было похоже на чувство дежавю. Будто она переживала это снова. — Нет, Хеда. Часть струсила. А другая решила сначала доложить вам. — Пошлите разведывательный отряд, но не приближайтесь слишком близко. И когда узнаете, что это, — немедленно доложите мне, — приказала Лекса стражнику. Она не смогла скрыть своё нетерпение узнать: было ли это сном? Или всё же это нечто важное, и духи древних Командующих пытались ей об этом сообщить?