Глава 49: Суд над Дамблдором
— Эти панели устарели, стулья нужно заменить… Святая Моргана, они словно не меняли здесь декор со смерти Карлуса Поттера, — она вздохнула и достала из складок мантии небольшой магловский блокнот с ручкой. — Так, посмотрим…
Мне нужно заменить всю мебель, кроме стола и того шкафчика для напитков… Сомневаюсь, что буду держать там спиртное… Ну, разве что одну маленькую бутылочку для приема высокопоставленных лиц…
— Цисси, ты что, планируешь потратить всё наше состояние? — раздался насмешливый голос слева. Она обернулась и увидела Гарри в дверном проеме. — Я хочу, чтобы этот кабинет заявлял о статусе. А именно: семья Поттер-Блэк могущественна и не стесняется это показывать, — просто ответила она, подошла к мужу и поцеловала его. — Вы выглядите очень представительно, мой лорд Поттер-Блэк. Мантии, которые сшила мадам Малкин, сидят идеально, — она поправила швы на его плечах. На Гарри была черная мантия с темно-зелеными вставками, как и обещала портниха. Нарцисса считала, что её собственное платье нежно-золотого цвета составляло отличный контраст.
Затем всё пошло прахом. Гарри тихо вздохнул, вспоминая, что случилось дальше.В дверь кабинета постучали. Гарри открыл и оказался лицом к лицу с Невиллом Лонгботтомом. — Гарри, это правда? Ты женился на женщине, которая пытала моих родителей? — Я женился на Беллатрисе, да. Но она не такая, как ты думаешь. Она была под действием чар принуждения, которые заставляли её так поступать… — начал Гарри, но Невилл не желал ничего слушать. — Ты видел моих мать и отца? Они просто сидят в палате и смотрят в стену, они не узнают меня… Они никогда не скажут, что любят меня или гордятся мной… Она отняла это у них… у меня…
— Невилл, она потеряла двадцать лет жизни из-за заклятия, лишившего её воли… — Откуда тебе это знать? — Знаю, потому что она спасла мне жизнь, когда Люциус Малфой проклял меня. Она, Тонкс и Нарцисса спасли меня, связав свою магию с моей. В тот момент я видел её разум. Я не прошу тебя прощать её за то, что она была вынуждена делать… — И хорошо, Гарри, потому что я не смогу. Бабушка получила сову от твоей жены. Мне жаль, но мы не можем быть частью твоего альянса. Невилл развернулся и вышел из комнаты прежде, чем Гарри успел что-то ответить. Гарри подошел к столу и тяжело опустился в кресло. Нарцисса подошла к нему и положила руку на плечо. — Мне жаль, Гарри. Я знаю, он был твоим другом… — тихо сказала она. — Он и есть мой друг. Невилл хороший человек, он просто расстроен. Я дам ему время, а потом попробую снова поговорить об альянсе… — он мягко сжал её руку и встал. — Пора начинать процесс. Пойдем искать места Дома Поттер-Блэк.
Гарри огляделся и заметил Невилла и его бабушку, Августу Лонгботтом, в левой части зала. Невилл смотрел прямо перед собой — на гостевые трибуны, где Беллатриса сидела с Флёр и Делакурами. Прости, Невилл, но я люблю Беллу больше, чем дорожу нашей дружбой… Надеюсь, до этого никогда не дойдет, но если придется выбирать между тобой и ей, она победит. Корбан Яксли сегодня здесь, я вижу… Прямо над Лонгботтомами… — отметила Беллатриса и жестом подозвала Тонкс. Та подошла и наклонилась, чтобы выслушать свою тетю и соратницу. — Здесь Пожиратель Смерти, Корбан Яксли… Пусть кто-нибудь присмотрит за ним… Тонкс ничего не ответила, лишь кивнула и вернулась на свой пост. Она прошептала что-то на ухо другому аврору и проводила взглядом коллегу, который вышел из зала. — В чем дело, Беллатриса? — тихо спросила Флёр. Беллатриса шепотом пересказала ей то, что сообщила Тонкс. Флёр вполголоса выругалась по-французски. — Сохраняй спокойствие, Флёр. Нам не нужны огненные шары в зале Визенгамота, Тонкс следит за ним, — успокоила её Белла, но тут заметила ту, что сидела по правую руку от Корнелиуса Фаджа. Эта мерзкая жаба, которая пытала Гарри… Долорес Амбридж… Пожалуй, пара огненных шаров в этом зале нам бы не помешала. Когда начнется суд, произнеси слова, которым научил тебя Темный Лорд. Флаконы с зельем лопнут по кодовой фразе, и твоя задача будет выполнена. Корбан Яксли неподвижно сидел на своем месте. Никто не обратил внимания на то, что он поставил свой портфель на пол прямо под стул. Пронести зелья будет легко: ты уменьшишь их и отправишь сам себе совой. Почту чиновников Министерства никто не проверяет. Руквуд позаботится, чтобы твоя посылка прошла… Приказы, которые ему дали, прокручивались в голове, почти (но не совсем) заглушая тонкий голосок, кричавший ему бежать. Однако ноги не слушались. Корбан Яксли был заперт в собственном теле, пока момент его смерти неумолимо приближался. Кингсли Бруствер вышел в центр зала и громко обратился к собравшимся волшебникам: — Данное заседание Визенгамота объявляется открытым под председательством исполняющего обязанности Верховного чародея Тиберия Огдена. Мы собрались для рассмотрения дела «Департамент магического правопорядка против Альбуса Персиваля Вулфрика Брайана Дамблдора» по обвинению в незаконном использовании чар против лорда Гаррисона Джеймса Поттер-Блэка и Флёр Селестины Поттер-Блэк, урожденной Делакур, а также в попытке манипулирования линиями Делакур и Поттер-Блэк с использованием Амортенции, предоставленной Молли Уизли, урожденной Пруэтт. Тиберий Огден, невысокий и весьма полный пожилой волшебник, поднялся со своего места. Этот человек почти такого же роста, как профессор Флитвик… — подумал Гарри. Огден посмотрел на пустое кресло со свисающими цепями и зычно провозгласил: — Введите обвиняемого! Дамблдора ввели в зал под руки двое авроров. Его усадили в кресло, и тяжелые цепи змеями обвили его тело, намертво пригвоздив к спинке. — Альбус Дамблдор, вы обвиняетесь в незаконном использовании магических чар против лорда Гаррисона Поттер-Блэка и его супруги Флёр Поттер-Блэк. Кроме того, вам предъявлено обвинение в манипулировании магическими линиями преемственности с помощью Амортенции. Признаете ли вы себя виновным? — спросил Тиберий Огден. Дамблдор выпрямился в кресле настолько, насколько позволяли цепи, и постарался придать себе тот самый благородный, дедушкин вид, благодаря которому ему так долго верили. — Не виновен. Я никогда не совершал ничего, что не служило бы интересам Гарри. Амелия Боунс поднялась со своего места. — Я представлю суду признание, написанное обвиняемым под действием Веритасерума. В нем указано, что он использовал чары лояльности против тех, кто пытался помешать его планам относительно лорда Поттер-Блэка. В частности, он подмешивал эти чары в лимонные дольки, которыми угощал в Хогвартсе. Он применил их к Минерве Макгонагалл, когда та заметила, насколько истощенным выглядел одиннадцатилетний Гарри. Те же сладости он использовал на Флёр Делакур, когда та выразила желание развивать дружбу с лордом Поттер-Блэком после завершения Турнира Трех Волшебников... Пора. Встань и скажи это! Корбан Яксли вскочил со своего места и вскинул палочку, выкрикнув: — Causa Satani mortis! В него полетели ошеломляющие заклятия авроров, но это уже не имело значения. Взрыв был сокрушительным: из его портфеля вырвались гигантские столбы пламени. Невилл оцепенело наблюдал, как огонь образует полукруг над его головой и головой его бабушки. До него донесся чей-то далекий крик: «Уходите, оба, живо!» Бабушка мертвой хваткой вцепилась в его руку и потащила прочь от огня к дверям, где авроры уже выпроваживали людей из зала. Он успел заметить, кто удерживает щит. Это Беллатриса Лестрейндж только что спасла нам жизнь... Он хотел остановиться, чтобы осознать это, но железная хватка бабушки не оставила ему выбора. Гарри не уходил вместе с Нарциссой, пока не убедился, что Делакуры, Флёр и Тонкс в безопасности. — Цисси, беги к каминам, скорее! Прежде чем она успела его остановить, Гарри перемахнул через кресла в центр зала, где Беллатриса сдерживала пламя, пока последние люди покидали помещение. — Идем, Белла, нужно уходить! Он схватил её за свободную руку и потянул к выходу. Краем глаза он успел заметить, как Кингсли Бруствер и Амелия Боунс подхватили Дамблдора и трансгрессировали. Оказавшись за пределами разрушенного зала, Нарцисса повела их всех в кабинет Поттер-Блэков в Визенгамоте. — Мы воспользуемся камином в кабинете, чтобы вернуться домой, идемте... — Делакуры последовали за ними; Жан-Люк нес на руках плачущую Габриэль. — Кто это был? — спросила Аполлин, когда они вошли в кабинет. — Корбан Яксли, он был в списке, который я дала Боунс... — ответила Беллатриса, подходя к камину. — Но как он всё еще разгуливал на свободе? — возмутилась Флёр. Это очень хороший вопрос, и я намерена получить на него ответ... — подумала мракоборец Нимфадора Поттер-Блэк, пока они один за другим перемещались через камин обратно на площадь Гриммо.
