Шрам цвета платины

      После точного снайперского выстрела в цель наступила мёртвая тишина. Мафиози замер, широко выпучив глаза. Его кадык судорожно дёрнулся.       — Что?! — только и смогла выдавить я, сгибаясь пополам от накатившего смеха и стыдливо закрывая лицо руками.       — Ты... ты в меня только что огурцом выстрелила? — прохрипел Ли, хлопая ресницами и пытаясь осознать масштаб катастрофы. — Я тут душу изливаю, предлагаю такое, а ты используешь мой лоб как баскетбольную корзину?       Я хохотала до колик, чувствуя, как всё напряжение последних дней улетучивается вместе с этим нелепым моментом. Весь пафос, вся эта «истина» и серьёзность разбились о несчастный огурец.       — Прости! — выдавила я сквозь слёзы и смех, глядя на его ошарашенное лицо. — Просто не задавай такие вопросы, когда я пытаюсь что-то съесть!       Феликс пару секунд смотрел на меня с видом глубоко оскорблённого достоинства. Он поднялся с моих колен и сел рядом, потирая лоб и пытаясь восстановить дыхание после такой «огуречной атаки».       На меня нахлынуло чувство вины. Весь мой смех улетучился, и я, не раздумывая, бросилась к нему с нежными прикосновениями. Я пододвинулась ближе, чувствуя тепло его тела. Мои ладони легли на щёки с веснушками, всё ещё влажные от сока злосчастного овоща.       — Прости-прости! Я правда не хотела! — умоляла я, заглядывая ему в глаза самым жалобным взглядом, на какой была способна. Я осторожно погладила сморщенный лоб, разглаживая линии.       Ли затих. Его обида прекратилась, а взгляд стал пристальным. Он медленно рассматривал моё лицо: от глаз к слегка приоткрытым губам. В комнате стало как будто жарче. Феликс искренне улыбнулся и медленно протянул руку в ответ.       Едва горячие кончики пальцев коснулись моей щеки, я резко вздрогнула и быстро отстранилась, пытаясь скрыть смущение за очередной шуткой:       — Вообще-то, это ты зарядил этот пистолет! — я выставила ладонь вперёд, защищаясь. — Если бы не твой огурец у меня во рту, то... и выстрела бы не было!              Ли хмыкнул, его карие глаза блеснули от моей двусмысленной фразы, а голос стал на октаву ниже, приобретая опасную хрипотцу:       — Значит, я теперь виноват в твоей... реакции? — он многозначительно приподнял бровь, не отводя от меня обжигающего взгляда. — В следующий раз я подберу «снаряд» покрупнее, чтобы ты не могла так просто от него отделаться. Посмотрим, как ты его... примешь.       — Феликс! — цокнула я, ощущая, как краска стыда заливает не только щёки, но и шею. — Прекрати это немедленно!       — А чего это ты вдруг начала пародировать спелый помидор? — Ли накинулся на меня, прищурив глаза и сокращая расстояние до считанных миллиметров. — О каком это ты там «снаряде» подумала, Рю? М? У кого из нас сейчас мысли не в ту сторону пошли?       — Ни о каком! Морковка! — я выпалила первое, что пришло в голову, отчаянно пытаясь спастись от его провокации. — Она... она же тоже богата витаминами! И полезна для зрения! — я испуганно приподняла брови, глядя на Ли, который внезапно замер.       Он застыл на секунду, его руки крепко перехватили мои запястья, прижимая их к себе. В комнате повисла тишина, а потом Феликс, чей взгляд искрился чертовским азартом, внезапно крикнул:       — Не верю!       И прежде чем я успела издать хоть звук, парень повалил меня на диван и начал беспощадно щекотать. Я забилась в его хватке, пытаясь вырваться, но он накрыл меня своим телом, блокируя любые пути к отступлению. Я начала громко смеяться, вопить на весь дом и отчаянно защищаться, чувствуя, как горячие пальцы безошибочно находят самые чувствительные места.       — Морковка, значит?! — сквозь смех и тяжёлое дыхание воскликнул мафиози, не давая мне передохнуть. — Пощады не будет, Рю!       Мы барахтались в ворохе пледов, и в этот момент весь мир за пределами этой гостиной перестал существовать. Был только наш смех, безумный ритм двух сердец и искры, которые летели от каждого случайного прикосновения.         Ли внезапно отстранился и замер, продолжая восседать надо мной. Его ладони всё ещё крепко сжимали мои запястья, прижимая их к дивану, и я чувствовала, как под кожей перекатывались мышцы. Сияющий взгляд мафиози медленно прошёлся по моим губам, и он шумно вздохнул, затем хитро прищурился. Лицо, усыпанное веснушками, осветилось той самой «лисьей» ухмылкой, которая всегда предвещала нечто безумное.       — Ты не ответила на мой вопрос, Рю, — прошептал он, и в этой полумрачной комнате его голос прозвучал как признание.       Атмосфера мгновенно стала густой и тяжёлой. В моём горле будто выросла невидимая стена, мешая сделать даже вдох. Я разомкнула губы, чувствуя, как внутри начиналась настоящая война. Одна часть меня, глупая и наивно-счастливая, хотела немедленно согласиться, поддавшись бешеному ритму сердца. Но другая — та, что помнила о Хэ, о пуле на мосту и о том, кто стоит передо мной — заставила разум выставить щиты.       Ликс увидел это. Он считал мои колебания по расширенным зрачкам и секундной заминке. В то же мгновение его игривое настроение испарилось, словно того и не было. Феликс резко отпустил мои руки, лишая своего тепла. Он сел рядом, приглаживая растрёпанные светлые волосы, и откинулся на спинку дивана, намеренно восстанавливая между нами холодную дистанцию. Пытаясь скрыть мелькнувшее в глазах разочарование, он нацепил привычную маску безразличия.       — Я не всерьёз, — парень фальшиво хмыкнул, глядя куда-то в сторону. — Ты правда подумала, что я тебе отношения предложил? Пф-ф, нет, конечно. Я имел в виду, что хочу поехать с тобой в ночной бар. Чтобы ты была рядом... ну, как прикрытие. Как моя девушка на одну ночь.       Он обернулся ко мне, и его взгляд снова стал колючим, хотя губы всё дрожали.       — Ты же сама говорила, что нужно выплеснуть энергию? Отлично. Идея принята. Поехали? — парень победно улыбнулся, пряча за этим оскалом свою уязвимость. — Там можно потанцевать, спеть в караоке до хрипоты и просто… забыться. Ну же, Рю, скажи «да». Тебе тоже не помешает встряхнуться.       Я смотрела на него, понимая, что эта внезапная смена темы — его способ защититься от моего возможного отказа. Блеск в глазах напротив снова стал лихорадочным и заразительным.       — Какой ещё бар? — я вскинула брови, пытаясь унять дрожь в коленях после первого вопроса. — Ты же только что был на грани нервного срыва!       — Ночной! Очень крутой, там свои люди, — Феликс буквально светился азартом, уже подпрыгивая на месте и направляясь к выходу. — Давай прямо сейчас. Как раз пока доедем, успеем настроиться, переоденемся…       Ли буквально искрился энергией, которая ещё утром казалась выжженной дотла. Его недавняя апатия испарилась, уступив место лихорадочному предвкушению. Он рванул в прихожую, звеня ключами от машины, словно это были не просто ключи, а пропуск на свободу.       — Феликс! — я окликнула его, и это имя, произнесенное вслух, на мгновение заморозило пространство. Воздух в коридоре стал густым, почти осязаемым.       Парень замер и медленно обернулся. В его глазах мелькнуло удивление — он до сих пор привыкал к тому, как его имя звучало из моих губ.       — Но всё же… что я там забыла? — я попыталась воззвать к его разуму, скрестив руки на груди. — У меня рана, мне нельзя в толпу, Феликс. Это безумие.       Он подошёл вплотную, сокращая дистанцию так решительно, что я невольно вжалась в стену. В его взгляде промелькнула глубокая, почти физическая тоска.       — Шов почти затянулся, я сам его вчера проверял, — голос стал тише, приобретая те самые бархатистые нотки. — Ты тоже заслужила глоток воздуха, Рю. К тому же… я слишком долго гнил в четырёх стенах. Сижу здесь, будто пёс Чана на коротком поводке, сторожу его проклятый дом. Я просто хочу почувствовать себя живым, понимаешь? Чтобы в ушах снова шумело не от тишины, а от жизни.       Он сделал паузу, и его губы изогнулись в той самой хитрой ухмылке, от которой у меня всегда пробегал холодок по спине.       — А вдруг там будет кто-то, кто меня разозлит? — парень склонил голову набок, заглядывая мне прямо в глаза. — Ты поэтому и пойдёшь со мной. Будешь моим тормозом, ограничителем. У тебя это чертовски отлично получается — гасить мой пожар. Ты теперь мой единственный предохранитель, Рю.       Разложив всё по полочкам с логикой, которой позавидовал бы любой мафиозный адвокат, Ли не дал мне вставить ни слова. Он мёртвой хваткой вцепился в мою ладонь и настойчиво потянул в сторону комнату, чтобы я пошла одеваться, не оставляя выбора.       Я ушла за вещами, что у меня были, а когда вернулась в коридор, застала парня перед зеркалом. Феликс стоял ко мне спиной, его плечи были напряжены. Когда он медленно повернулся, я невольно пошатнулась, вцепившись в дверной косяк.       На меня снова смотрел чужак. Один его глаз оставался родным, тёмно-карим, а второй — пронзительно-голубым, ледяным и мёртвым. Ли только что вставил в него линзу. Этот контраст резал по живому: будто две личности — Феликс и Ли — сошлись в смертельной схватке прямо сейчас.       Заметив мой испуг, парень мгновенно прикрыл голубой глаз ладонью, оставляя для меня только карий, тёплый взгляд.       — Я думала, что ты больше не будешь скрываться за маской, — тихо произнесла я, подходя ближе. — Зачем тебе снова этот лёд?       — В баре будут люди Чана, — хмуро бросил он, глядя уже в зеркало на своё «расколотое» лицо. — Там я не могу позволить себе быть просто... собой. Там я должен быть тем, кого они боятся. Эта линза — мой бронежилет. Чтобы никто не увидел, что я дал слабину.       — Но ты не дал слабину, ты просто стал живым, — я сделала шаг, сокращая расстояние.       Феликс долго молчал, вглядываясь в своё отражение. Его пальцы нервно постукивали по раковине. Наконец, он шумно выдохнул и резким движением вынул линзу. Потерев веки, парень обернулся ко мне, глядя теперь обоими настоящими глазами.       — Ладно, — проворчал Ликс, пытаясь скрыть за грубостью своё поражение. — Пойду без них. Но не потому что тебя послушал. У меня всё ещё глаза чертовски чешутся. Видимо, какая-то аллергия.       Я кивнула и свернула губы вовнутрь, понимая, что его ложь про «чешущиеся глаза» — это последняя попытка спасти остатки своего мафиозного эго.       Мы вышли из дома, и ночной воздух ударил в лицо. Двигатель машины взревел, и Ли нажал на газ. Я смотрела на его сосредоточенный профиль в свете приборной панели и понимала: мы едем прямиком в пасть к зверю, и мой «предохранитель» сегодня будет работать на пределе. Ликс гнал по ночному шоссе так, словно за нами гнались все демоны его прошлого. Я вцепилась в ручку двери, глядя, как мелькали огни Сеула.       Я поверить себе не могла, что когда-то пойду на такое. После двух часов езды и того, что моя пятая точка стала квадратной, я не думала, что проведу ещё час в странном месте, напоминающем стриптиз-клуб. Точнее, это именно он и был.       Когда мы переступили порог заведения, тяжёлый бас музыки и запах дорогого парфюма вперемешку с алкоголем ударили в лицо. Я инстинктивно вжала голову в плечи и зажато осмотрелась по сторонам. Полумрак, неоновые огни, отблески на шестах и слишком много обнаженной кожи — я впервые оказалась в стриптиз-клубе, и всё внутри меня кричало о желании немедленно развернуться и уйти.       Феликс же, напротив, чувствовал себя здесь как рыба в воде. Он шёл уверенно, едва заметно кивая охране, и в его движениях сквозила пугающая непринужденность. Я нервно дёрнула спутника за рукав, заставляя остановиться.              — Феликс, ты уверен, что мы в правильном месте? — прошептала я, стараясь не смотреть на сцену.       — Я же обещал в машине, что приодену тебя для клуба, — хмыкнул он, оглядывая меня с ног до головы.       Я цокнула языком и недоверчиво покрутила головой.       — И во что здесь меня могут одеть?! В три стразы и перья?       — Просто подожди тут, — бросил он, оставив мой вопрос без ответа, и скрылся за дверью с надписью «Staff».       Я осталась стоять посреди зала, чувствуя себя максимально нелепо в своей обычной одежде. Когда Феликс вернулся, он выглядел довольным.       — Нужно подождать пару минут.       — Мне здесь не нравится, — отрезала я, но всё стало ещё хуже.       Мимо нас грациозной походкой прошла высокая блондинка, на которой из одежды были только микроскопические лоскутки ткани.       — Привет, Ли! — она кокетливо помахала ему рукой, обдав нас запахом ванили.       — Привет, — улыбнулся он и тут же повернулся ко мне, пытаясь продолжить:        — Так вот, по поводу платья...       — Ты точно уверен, что мне здесь помогут? — перебила я его, чувствуя, как внутри закипало раздражение.       — Да...       — Привет, Феликс! Ты сегодня к нам? — к нему почти вплотную притёрлась эффектная брюнетка, игриво коснувшись его плеча.       — Не сегодня. Привет, — ответил он, и я заметила, как парень отодвинулся от неё, ловя мой взгляд.       Моё выражение лица, должно быть, стало по-настоящему гневным. Я видела, как Ли занервничал. Он начал поправлять воротник, его карие глаза лихорадочно метались между мной и очередной приближающейся «красоткой».       — Привет! Феликс! — донеслось с другого конца барной стойки.       Я предательски прикусила губу, чувствуя, как обида кололо под рёбрами сильнее, чем рана на груди.       — Ты же говорил, что тебя так называют только близкие? — мой голос прозвучал тише, чем я хотела, но в нём было достаточно яда, чтобы мафиози замер на месте. — Видимо, у тебя здесь очень... большая семья.       Ли открыл рот, пытаясь оправдаться, скулы начали розоветь. Он понял, что его «предохранитель» сейчас находится в паре секунд от того, чтобы перегореть окончательно.       — Рю, это не то, что ты думаешь, — начал он, делая шаг ко мне и пытаясь перехватить мою руку. — Они просто... это просто вежливость!       — Вежливость? — хмыкнула я, отступая назад. — Тогда иди и прояви свою вежливость до конца. А я, пожалуй, обойдусь без «нового платья».       Атмосфера в клубе накалилась до предела. К нам, покачивая бедрами, подошла очередная красотка в одних блестках. — Привет, Ли! Ты сегодня какой-то другой. Никак не могу понять, что изменилось... — она прикусила губу, медленно осматривая его.       Я почувствовала, как внутри всё закипает. Гнев поднялся к самому горлу, и я со всей силы сжала кулаки. Ли заметил мою реакцию, и его глаза на мгновение расширились от испуга.       — Я сегодня со своей девушкой! — внезапно отрезал он, притягивая меня к себе.       Его торс прижался к моей спине, а крепкая хватка на запястьях не оставила шансов на побег. Я задрала голову и посмотрела на него с ледяным недовольством, но Феликс лишь сильнее сжал пальцы, стараясь не выпустить меня.       — Оу, вот как. Удачно повеселиться! — танцовщица разочарованно хмыкнула и направилась к ближайшему шесту. Она ловко закинула на него ноги и начала танец.       Я резко обернулась и поймала момент, когда взгляд Ли на долю секунды зацепился за неё. Обида обожгла сердце.       — Так... платье... — начал было он, пытаясь вернуть диалог в мирное русло.       — Ой, нет-нет, мой «дорогой и любимый» парень. Ты не отвлекайся, смотри дальше! Я не буду тебе мешать наслаждаться, — ревниво выпалила я, пытаясь вырваться.       — Рю, стой! — Феликс мгновенно обхватил меня за талию, блокируя путь к выходу. Он выглядел так, будто под ним вот-вот разверзнется земля.       — Скажи мне честно. Сколько девушек у тебя было? — я задрала нос, глядя на него в упор.       — Ноль. Я же никогда не состоял в отношениях, клянусь!       — Ну да. Конечно. Перефразирую вопрос, чтобы твоему мозгу было понятнее, — ядовито прошипела я. — Со сколькими ты спал? Ответь честно. Прямо сейчас.       — Привет, Феликс! — помахала ему ещё одна блондинка из-за барной стойки, но парень даже не повернул головы, его взгляд был прикован только ко мне.       — Пять десят... — начал он медленно, словно ступая по тонкому льду и лихорадочно сканируя моё лицо.       — Девушек?! Десятков?! — я буквально заскрипела зубами, прищурившись так, будто собиралась прожечь в его груди дыру.       — Пять... пять девушек! Именно! — Феликс испуганно округлил глаза и активно закивал, вовремя сообразив, что если он договорит число «пятьдесят», то из этого клуба он выйдет только в качестве пациента травматологии. — Всего пять, Рю! Ты меня неправильно расслышала!       Он замер, ожидая моей реакции, и я видела, как на его виске пульсирует жилка. Опасный Ли, который не боялся пуль, сейчас выглядел так, будто готов был провалиться сквозь этот неоновый пол от одного моего взгляда.       — Привет, Феликс!       — Ли, привет!       Голоса раздавались отовсюду, как в каком-то кошмарном стерео. В самый разгар нашего разговора к парню подошли еще две девушки, и я плотно прикрыла рот ладонью, чувствуя, как внутри закипает настоящий вулкан. Ли, почуяв неладное, шустро замахал руками, намекая девицам, что сейчас он катастрофически занят.       Когда они, недоуменно переглянувшись, ушли, я медленно подняла взгляд и покачала головой, чеканя каждое слово:       — Это были пятая и шестая. А ты сказал «пять»… Математика — не твой конёк, Ли Феликс?       — Она… она просто знакомая! — Ли попытался защититься, выставив ладони перед собой. — Я же не сплю со всеми, с кем знаком! Рю!       Но пространство вокруг него, казалось, было пропитано его прошлым.       — Феликс, почему не приходил две недели? Я успела соскучиться! — К нему сзади бесцеремонно прильнула эффектная брюнетка в шёлковом белье. Она по-хозяйски обняла его за талию и, понизив голос до интимного шёпота, добавила: — Мне сказали, что ты здесь, и я сразу прибежала. Как будет время, повторим тот секс наверху?       В этот момент я увидела, как Ли горько пожалел о том, что вообще родился на свет, а не только о том, что привел меня сюда. В его глазах отразился такой первобытный ужас, будто он только что увидел фитиль у динамита.       Я молча отвернулась, до боли прикусив губу. Больше не глядя на него, я направилась к барной стойке.       — Воды. Со льдом, — бросила я бармену, стараясь, чтобы голос не дрожал.       Ли еще некоторое время стоял со своей «просто знакомой», видимо, пытаясь вежливо (или не очень) отцепить её от себя. Когда он наконец дошел до меня, то робко попытался взять под локоть. Я не шелохнулась. Медленно отпила из стакана, глядя на мафиози через прозрачное стекло, словно он был диковинным и крайне неприятным насекомым.       — Рю, — начал он, и в его голосе было столько виноватой хрипоты, что можно было подавать на хлеб. — Это… это было сто лет назад. До того, как я встретил тебя на том мосту.       — Не утруждайся, — отрезала я, ставя стакан на стойку с глухим стуком. — Ты мне ничего не должен. Мы же здесь по делу, верно?       Ли замялся, его уверенность дала трещину. Он нервно поправил волосы и кивнул в сторону служебного входа.       — Точно. Нас… тебя уже ждут. Платье готово. Иди переодевайся.       Я молча поднялась и пошла в указанном направлении. Я держала спину идеально ровно, стараясь всем своим видом показать, что мне абсолютно всё равно, со сколькими брюнетками он «повторял это наверху». Но внутри всё горело от такой яростной ревности, что я едва не снесла дверной косяк.       Ли остался стоять у бара, провожая меня взглядом, полным обреченности. Парень понимал: его «предохранитель» не просто перегорел — он расплавился, вышел из строя.       Я стояла среди нескольких девушек с вызывающе ярким макияжем. Их точёные фигуры и уверенные движения говорили о том, что они хозяйки этого неонового царства. Феликс действительно договорился: за меня взялись профессионально. Меня накрасили, уложили волосы и втиснули в наряд, который я бы никогда не рискнула надеть в обычной жизни.Я посмотрела в огромное зеркало и на мгновение замерла, не узнав собственное отражение. Разве эта роковая женщина в стекле могла быть настоящей мной?Когда я вышла из гримёрки, мне пришлось буквально учиться ходить заново — высокие каблуки предательски пошатывались. Я неловко одёргивала вниз экстремально короткое платье, чувствуя себя слишком обнажённой. Феликс сидел у бара, вполоборота ко мне. Он выглядел разбитым и мрачным; между его бровей залегла глубокая складка, а на лбу прорезались морщины досады. Он успел сменить домашнюю одежду на стильный пиджак и снова собрал свои светлые волосы в привычный хвостик.К нему как раз подошла очередная стройная красавица, на которой одежды было меньше, чем на мне украшений, но Ли лишь тяжело вздохнул. Не поворачивая головы, он устало потёр лоб и просто помахал ладонью, прогоняя её, как назойливое насекомое.Я остановилась в паре метров, наблюдая за этой сценой, а затем решилась и подошла вплотную. Услышав стук каблуков, Феликс даже не поднял глаз, будучи уверенным, что это очередная особа из его прошлого.       — Уходи, — пробурчал он, глядя в свой стакан со льдом. — Я же сказал, я сегодня со своей девушкой. Меня не интересуют развлечения.       Я тихонько вздохнула и, помедлив секунду, осторожно потянула его за край дорогого пиджака.       — Мне тоже уйти? — негромко спросила я.              Ли замер. Его рука со стаканом застыла в воздухе. Он медленно, словно боясь, что я ему просто чужуюсь, повернул голову. В ту же секунду его лицо преобразилось: морщины разгладились, губы непроизвольно приоткрылись, а карие глаза заблестели так ярко, будто в них отразились все неоновые вывески клуба.       Он начал медленно подниматься со стула, не сводя с меня потрясённого взгляда. Его глаза жадно скользнули по моим тёмным накрученным локонам, рассыпавшимся по плечам, перешли на короткое платье, которое едва скрывало грудь и бёдра, и задержались на тонкой сетке перчатки, облегающей одну мою руку. Я видела, как его кадык судорожно дёрнулся, когда он остановился на моих ярко накрашенных, пухлых губах.       — Ого… — только и смог выдавить он, и его голос сорвался на хриплый полушёпот.              — Что «ого»? — я смущённо поправила подол, стараясь не упасть с каблуков. — Слишком вызывающе? Я могу пойти переодеться обратно в твою футболку.       — Не смей, — Ли наконец нашёл дар речи и сделал шаг ко мне, сокращая дистанцию до минимума. Его взгляд потемнел от восторга и чего-то более опасного. — Рю, ты… ты выглядишь так, что я сейчас сам вышвырну отсюда всех лишних, запру двери и объявлю этот клуб своей личной собственностью.       Он осторожно коснулся кончиками пальцев моей руки в сетчатой перчатке, и я почувствовала, как его ладонь слегка подрагивает.       — Кажется, мой план «встряхнуться» сработал слишком хорошо, — прошептал он, склоняясь к моему уху. — Теперь я боюсь, что не смогу отвести от тебя взгляд ни на секунду. Ты просто… невероятная, Рю.       Мои щёки стали пунцовыми, я нервно облизнула губы и отвела взгляд, наблюдая за полуобнажёнными танцовщицами, снующими в коридоре. Постыдное ощущение накрыло с головой — казалось, на мне не экстравагантный наряд, а тонкий слой краски, не скрывающий ровным счётом ничего.       — Рю? Ты чего застыла? — Феликс приподнял брови, явно опешив от моей внезапной робости.       — Мне обязательно идти в этом? — я в очередной раз дернула вниз край платья, пытаясь прикрыть бедра. — Это дико неудобно и слишком... открыто. Я чувствую себя мишенью в тире.       — Тебе чертовски идёт, — отрезал он, и в его голосе проскользнула собственническая нотка. Он перехватил моё запястье, заставляя сделать шаг вперёд, и коротко ухмыльнулся: — И не хмурься, а то морщины будут! Ты сама мне это твердила всё утро. Помнишь?       Я лишь фыркнула в ответ, лихорадочно расправляя тёмные локоны так, чтобы они хоть немного прикрыли нагие плечи и ключицы. Сглотнув ком в горле, я буквально спряталась за его широкой спиной, пока Феликс уверенно прокладывал путь к выходу. Мы свернули к той самой запасной двери, через которую вошли. Ли на ходу подмигнул громиле-охраннику, и тот почтительно кивнул в ответ, пропуская нас без единого слова. В этот момент я окончательно осознала: Феликс не преувеличивал. В этом порочном городе у него действительно были связи в каждом тёмном углу. Мы мчались по ночному шоссе, и салон автомобиля заполнял лишь приглушённый гул мотора и треск электричества между нами. Я то и дело ловила на себе взгляд Феликса — быстрый, жгучий, он обжигал кожу даже через полумрак. Парень едва заметно улыбался своим мыслям, но как только наши глаза встречались, он тут же отводил взор на дорогу.       Я чувствовала себя максимально неуютно в этом вызывающем платье. Я вжималась в кожаное сиденье, стараясь прикрыть обнажённые ноги и грудь, словно это могло защитить меня от его внимания.              — Что не так, Ли? — не выдержала я, поправляя край ткани. — У меня тушь размазалась или платье задралось выше приличного?       — Просто... — он на мгновение замялся, крепче сжимая руль. — Непривычно видеть тебя такой красивой, Рю. Ты сегодня... другая.       — Ой, не надо, — язвительно фыркнула я, чувствуя, как внутри закипает ревность. — Ты сегодня и так много «красоты» видел в том клубе. Особенно на шесте. Там выбор был на любой вкус, не так ли?       Феликс резко выдохнул, и его благодушное настроение испарилось в секунду.       — Опять ты за это... — процедил он, и его голос стал жестче. — Послушай, я молодой парень, я сплю с девушками. Это физиология, Рю. Разве ты нет? Ты же явно не платонические отношения строила с тем своим парнем!       — Он был мне почти мужем! — выкрикнула я, и в горле застрял горький ком. — Это не одно и то же, Ли. Это была жизнь, а не эпизод на одну ночь.       — Почти, но не стал! — выплюнул он, и эти слова ударили больнее хлыста.       В ту же секунду Ликс резко ударил по тормозам. Машину качнуло, и я по инерции полетела вперед, рискуя впечататься лицом в бардачок. Но реакция мафиози была быстрее — он мгновенно выставил руку, перехватывая меня поперек груди и буквально пригвождая к сиденью. Его ладонь на мгновение задержалась слишком близко к моему сердцу.       — Чёрт... я не это хотел сказать, — прошипел он, тяжело дыша и не убирая руки. — Я про то, что ты тоже... с кем-то спала. У тебя тоже есть опыт.       Я медленно поправила растрепавшиеся волосы, нервно облизнула губу и глубоко выдохнула, пытаясь унять дрожь.       — Я спала с ним, потому что любила, Феликс. А ты спишь с этими куклами, потому что просто пытаешься удовлетворить свои потребности. Ты меняешь тела, а я отдавала душу. Это разные вещи. Понимаешь?       — Тогда и ты попробуй, — вдруг тихо произнёс он, и его взгляд стал пугающе пристальным.       — Что?       — Спать не по любви. Это расслабляет. Знаешь, для здоровья полезно, эндорфины, все дела... — он вкрадчиво ухмыльнулся, и в его голосе проскользнула опасная, почти интимная провокация. — Никаких обязательств, никакой боли в конце. Просто чистый кайф. Может, тебе стоит хотя бы раз в жизни расслабиться?       Я посмотрела на него — на его пухлые губы, на карие глаза, в которых сейчас плескался вызов.       — Спасибо, я останусь при своём мнении, — отрезала я, отворачиваясь к окну. — Секс без чувств — это не для меня.       — Посмотрим, Рю, — шепнул он, снова нажимая на газ. — Ночь только начинается. А в этом баре музыка бывает громче, чем принципы.       Когда мы наконец доехали до ночного бара, настроение Ликса взлетело до небес. Он выглядел по-настоящему радостным, его карие глаза азартно блестели в свете неоновых вывесок, а с лица не сходила предвкушающая улыбка. Феликс резко выключил фары, заглушил мотор и, повернувшись ко мне, кивнул в сторону входа.       — Пришли. Готова встряхнуть это болото? — подмигнул он.       Я тяжело вздохнула и взялась за ручку двери. Ночной воздух за окном уже дышал прохладой, контрастируя с моим «горячим» нарядом. Стоило мне выйти из машины, как кожа покрылась мурашками — то ли от холода, то ли от предчувствия того, что эта ночь навсегда изменит правила нашей игры.       Мы быстро направились к массивному входу, откуда уже доносились глухие вибрации битов. Феликс шел впереди, и я видела, как он расправил плечи, снова превращаясь в того самого уверенного Ли, но на этот раз без маски из голубых линз.       — Держись поближе ко мне, Рю, — бросил он через плечо, когда мы подошли к фейс-контролю.       Внутри бара музыка была настолько плотной, что я чувствовала её вибрации каждой клеточкой кожи. Здесь пахло не только крепким алкоголем, но и тем самым душным, липким развратом, который окутывает подобные места. Танцпол напоминал бурлящий котел: люди двигались в едином ритме, отрываясь так отчаянно, будто завтрашний день был под запретом.       Феликс по-хозяйски положил руки мне на талию, и его ладони ощущались обжигающе горячими на фоне прохладной ткани платья. Когда я обернулась, он слегка подтолкнул меня вперед, явно намереваясь втянуть в эту толпу, но я накрыла его руки своими, останавливая нас у барной стойки. Ли посмотрел на меня вопросительно — в его глазах всё еще горел азарт, и мой отказ явно не вписывался в его планы на «встряску».       Я потянулась к нему, коснувшись губами его уха, чтобы перекричать грохот басов:       — Я побуду здесь, а ты сможешь спокойно развлечься. Не хочу тебе мешать. Понаблюдаю на расстоянии и примчусь, если буду нужна.       Когда я отстранилась, счастливое выражение его лица испарилось мгновенно. Феликс плотно сомкнул губы, и его взгляд потух, сменившись чем-то похожим на глухую обиду. Было очевидно: он хотел провести эту ночь со мной, а не рядом со мной. Но, к моему удивлению, он не стал спорить.       Ли кивнул и, уточнив мои предпочтения, заказал у бармена напиток. Я улыбнулась — было непривычно и чертовски приятно, что этот мафиози с «проблемами контроля» учитывает моё мнение. Перед тем как уйти, Феликс на секунду положил ладонь мне на плечо. Кожу опалило жаром, и я невольно вздрогнула.Я вежливо улыбнулась работнику бара, но тут же заметила, что парень смотрит не на меня, а куда-то поверх моей головы — прямо на Феликса. Видимо, Ли и здесь успел раздать негласные приказы. Я закатила глаза, не сдержав ухмылки: «предохранитель» был под присмотром.       — Зови, если что, — прошептал он мне на ухо, обдав горячим дыханием, и его рука медленно соскользнула с моего плеча.       Он растворился в толпе, а я осталась у стойки, сжимая в руке стакан и понимая, что наблюдать за ним издалека будет куда опаснее, чем танцевать рядом.       Феликс пролетел мимо меня, словно легкий порыв ветра, и направился в сторону VIP-зоны. Я коснулась плеча, где еще мгновение назад чувствовала его тепло, и поправила сетчатый рукав — мою тонкую броню, а затем и прядь волос, скрывающую шрам цвета платины.       Я не могла оторвать от мафиози взгляда. Ли был чертовски хорош собой: этот контраст светлых волос и глубоких карих глаз действовал на окружающих как магнит. Стоило ему улыбнуться, как вокруг него тут же образовывалась воронка из внимания. Я скучающе подпёрла голову рукой, но внутри всё сжималось от ревности. Девушки вокруг него так и сияли, пытаясь поймать хоть один лучик его расположения. А когда одна из них по-хозяйски провела рукой по его спине и обняла за шею, я едва не раздавила трубочку в своём бокале. Кто она? Бывшая? Та самая «одна из пяти»? Или из пятидесяти? Или кто-то более важный? Я подалась вправо, отчаянно пытаясь не терять его из виду за спинами людей, но мой обзор внезапно перекрыла широкая мужская спина.       — Привет? — парень, подсевший рядом, улыбнулся так уверенно, будто мы были знакомы вечность.       Я растерянно моргнула, будучи недовольна тем, что он загородил мне Феликса. Незнакомец кивнул на мой стакан и, вальяжно подозвав бармена, заказал два коктейля.       — Извините, я не буду, — я резко качнула головой, отодвигая свой бокал. В голове пульсировала только одна мысль: Ли просил быть его «предохранителем», а я сейчас сама рискую попасть в эпицентр чужого внимания.       — Почему? Я же вижу, что ты здесь скучаешь одна, — протянув ладонь, парень убрал часть моих свисающих волос, откинув их назад, и резко стал сокращать расстояние.       Я отпрянула от него и растерянно заморгала ресницами.       — Да ладно тебе, — человек придвинулся ближе, и я почувствовала запах резкого одеколона. — Такая красивая девушка не должна грустить у стойки.       Я инстинктивно выпрямилась, ища глазами светлую макушку Феликса в VIP-зоне. Он всё ещё смеялся с той брюнеткой, и я почувствовала укол обиды. «Развлекайся, Феликс», — зло подумала я, снова переводя взгляд на навязчивого незнакомца.       — Я не одна, — отчеканила я, стараясь звучать максимально холодно. — Я с парнем. И он очень... неуравновешенный.       — О, все мы тут не без греха, — усмехнулся собеседник, протягивая руку, чтобы коснуться моей ладони. — Но пока его нет, мы можем...       Я не успела ответить, как почувствовала, что воздух за моей спиной внезапно стал ледяным. Музыка всё гремела, но я ощутила присутствие за нами. Это был бармен. Он поставил два напитка. Точно таких же, как у меня. Парень напротив сделал глоток.       Незнакомец явно не привык к отказам, и отсутствие градуса в бокале подействовало на него как красная тряпка на быка. Его ярость вспыхнула мгновенно, напоминая мне о тех самых «вспышках», с которыми так отчаянно боролся Феликс.       — Что за херня? Я похож на ребёнка, который обрадуется лимонаду? — взревел тип, едва не запустив стеклом в бармена.       Я вжалась в стул, стараясь стать как можно незаметнее. Работник, привыкший к капризам местной публики, лишь невозмутимо кивнул на мой стакан:       — Вы заказали то же, что и у девушки. У неё безалкогольный напиток.       — Переделай нормально! — незнакомец с пафосом выхватил толстую пачку купюр.       Он намеренно веером пролистал её перед моим лицом, а затем со звонким, властным шлепком в печатал несколько бумажек в стойку. Пока парень упражнялся в демонстрации своего сомнительного богатства, я лихорадочно обернулась к VIP-зоне. Пусто. Там, где секунду назад сияла светлая макушка Феликса и мелькали руки той брюнетки, теперь были лишь чужие спины. Паника ледяной иглой кольнула под рёбра. Неужели он уже ушёл с ней «наверх»?       Я порывисто двинулась, готовая сорваться с места и броситься на поиски, но тут же осадила себя. «Сама же дала ему свободу, Рю. Не будь обузой», — пронеслось в голове горькое напоминание.              — Не видел тебя здесь раньше. Впервые пришла? — Голос соседа заставил меня вздрогнуть.       Он больше не смотрел мне в лицо. Его взгляд, липкий и бесстыдный, медленно полз по моим формам, задерживаясь на коротком платье и нагих ногах. Парень буквально раздевал меня глазами, даже не пытаясь скрыть своего плотоядного интереса.       — Я жду парня, — отрезала я, чувствуя, как кожа покрывалась мурашками от его тошнотворного внимания.       — Парня? — Незнакомец ухмыльнулся, придвигаясь так близко, что я почувствовала его тяжелое дыхание. — Твой парень явно занят кем-то поинтереснее, раз оставил такую куколку одну. Может, пересядем в кабинку? Там у меня напитки посерьёзнее лимонада...       Ситуация наэлектризовалась до предела. Мой сосед, раззадоренный моей слабостью, перешёл от взглядов к прямым действиям. Бармен, который был моим единственным союзником, исчез в глубине зала, оставив меня наедине с этим типом и новой порцией чистого яда в стакане.       — Ваш заказ, — ледяной голос нового работника прозвучал как приговор.       Один стакан, наполненный янтарной жидкостью, придвинули ко мне. Я чувствовала, как от одного запаха виски кружится голова. Парень рядом вальяжно отхлебнул половину своего напитка и уставился на меня, ожидая «шоу».       — Пей скорее. Я куплю ещё. У меня много денег, — он улыбнулся, и в этом жесте было столько превосходства, что меня передёрнуло.       Под его тяжёлым, упёртым взглядом я, словно под гипнозом, сделала глоток. Виски обожгло горло, будто я проглотила расплавленный свинец. Я тут же закашлялась, хватая ртом воздух, а на глазах выступили непрошеные слёзы. Забыв о ярком макияже, который мне так старательно накладывали, я начала тереть лицо руками.       — Совсем пить не умеешь? — издевательски рассмеялся он, явно наслаждаясь моей беспомощностью. — Бармен, повтори!       — Я больше не буду. Не хочу, — прохрипела я, пытаясь поставить бокал обратно на липкую стойку.       — Да ты всего два глотка сделала. Не ломайся, детка. Давай до дна! — он внезапно придвинулся и, перехватив низ моего стакана, начал силой наклонять его к моему лицу, вынуждая меня пить.       Я почувствовала, как капля обжигающей жидкости скатилась по подбородку на платье. Хотела вырваться, но его хватка была железной. Потом он убрал руку и я отставила пустой бокал, но в ту же секунду мир вокруг качнулся. Пожар, разлившийся внутри, был странным — он не обжигал, а обволакивал, превращая конечности в вату. Я согнулась над стойкой, хватая ртом тяжелый, прокуренный воздух, и внезапно поймала себя на мысли, что мне невыносимо, удушающе жарко. Кожа горела, а короткое платье казалось колючим панцирем, который хотелось содрать прямо здесь, на глазах у всех.       Что за дрянь была в этом стакане? Два глотка не могли превратить меня в это податливое существо без разума. Мозг словно плавился, подкидывая постыдные, липкие образы, от которых хотелось зажмуриться.       — Вот, уже вижу яркий блеск в глазах, — голос незнакомца доносился будто из-под воды. Он хищно облизнулся, болтая лед в своем стакане, и этот звук отозвался в моей голове грохотом лавины.       Я попыталась поднять голову, но зрение окончательно подвело: неоновые вывески расплылись в кислотные пятна. Слезы, смешанные с тушью, жгли щеки. Я потянулась за салфеткой, но чьи-то горячие, влажные пальцы опередили меня. Незнакомец бесцеремонно коснулся моего лица, растирая темные разводы под глазом. Его прикосновение вызывало одновременно тошноту и пугающий, неестественный трепет во всем теле.       — Еще по одному? — его голос прозвучал почти торжествующе. Он победно вскинул руку, подзывая бармена, уверенный, что я теперь полностью в его власти.       — Рю, — этот низкий, вибрирующий от скрытой угрозы голос разрезал шум толпы, как бритва.       Я вздрогнула всем телом, и этот импульс на мгновение прояснил сознание. Феликс. Мир моментально закрутился. Но на самом деле повернулся мой барный стул, на котором я сидела, и крупный парень сменился на Ли.       Феликс стоял передо мной, и от его недавнего лоска не осталось и следа. Волосы были растрёпаны, будто сквозь них недавно пропускали пальцы, дорогой пиджак распахнут, а узел галстука безвольно свисал. Но хуже всего были его припухшие губы. В голове вспыхнула картинка того, чем он занимался в VIP-ложе, пока я задыхалась от дешёвого виски. Его же совет про «развлечения на одну ночь» ударил под дых сильнее любой пули. Стало невыносимо горько. Я чувствовала себя лишней деталью в его отлаженном мире порока.       Ли вытянул из пачки на барной стойке салфетки и вложил их мне в дрожащую ладонь, буравя меня подозрительным взглядом.       — Всё хорошо? — хрипло спросил он, игнорируя музыку.       Я сжала его руку — горячую, всё ещё пахнущую той чужой близостью — и заставила себя выпрямиться. Я не собиралась быть его «совестью» или обузой.       — Д-да, не беспокойся. Ты можешь идти дальше общаться со своими знакомыми, — я подчеркнула последнее слово, лихорадочно стирая чёрные разводы под глазами. — Иди, я тебе помешала.       — Точно? — Феликс опасно прищурился, переводя взгляд на парня рядом, который замер с бокалом в руке.       — Да. Ты же дал мне сегодня отличный совет, помнишь? — я резко вскинула голову, чувствуя, как внутри всё горит от смеси алкоголя и обиды. — Считай, что я наконец-то отважилась им воспользоваться.       Ли вернулся взглядом ко мне и замер. В его карих глазах, ещё секунду назад пылавших тревогой, воцарилась ледяная пустота. Он смотрел на меня так, будто я ударила его наотмашь.       — С ним, — я через силу улыбнулась и указала пальцем на своего соседа, который тут же расплылся в довольной ухмылке. — Мы как раз обсуждали продолжение вечера.       Мир вокруг продолжал вращаться, но взгляд Феликса пригвоздил меня к месту. Парень медленно убрал руку от моей ладони, и этот холодный жест был красноречивее любых слов.       Я ждала взрыва. Ждала, что он схватит этого наглеца за горло или швырнет стакан в стену. Но Ли неожиданно взял себя в руки. Он просто медленно кивнул, словно давая мне официальное разрешение на это безумие.       В груди мгновенно всё оборвалось. Эта покорность отозвалась такой острой болью, что мой шрам цвета платины заныл, напоминая о настоящем предательстве. Я смотрела в его пустые глаза, потом на припухшие губы, которые еще недавно шептали мне «Рю», и не верила. Неужели он так просто готов отдать меня первому встречному? Значит, все те дни в доме, все разговоры и «вкусные» поцелуи были лишь игрой от скуки. Мы действительно были никем друг для друга.