Шрам цвета платины

      Я усмехнулась, окинув взглядом столешницу. Пусто. Записки, которую я оставила этим утром, прижав стаканом, не было. Я внезапно почувствовала укол беспокойства и, обратившись к Феликсу, спросила:       — А где адрес, Ликс? Я оставляла его здесь, на самом видном месте...       — Понятия не имею, — он беззаботно пожал плечами, но в его глазах плясали чертята.       — Ты потерял её? — я вскинула брови, не веря в такую случайность.       — Напишешь ещё одну? — парень сделал шаг ко мне, сокращая дистанцию.       — Пахнет новой сделкой, Феликс, — ухмыльнулась я, принимая правила игры.       Ли тут же метнулся к углу кухни и в мгновение ока протянул мне блокнот и ручку. Я прикусила губу, шумно выдыхая. Забрав предметы, я спрыгнула со столешницы и, развернувшись к нему спиной, грациозно наклонилась над столом. Я намеренно согнулась, красиво выгибая поясницу, чувствуя на себе обжигающий взгляд, и начала царапать стержнем по листку. Я записала район, но рука резко замерла — я не собиралась отдавать всё так просто.       Уловив моё промедление, Феликс медленно подошёл сзади. Воздух вокруг нас снова загустел, превращаясь в густой интимный туман. Я бросила ручку на стол и хотела выпрямиться, чтобы повернуться, но впечаталась спиной в крепкую фигуру. Ли машинально придержал меня за талию, и мои ягодицы плотно прижались к передней части его тела.       Я накрыла мужскую ладонь своей, провоцируя и играя с самообладанием партнёра. Я слегка потёрлась о него, имитируя попытку вырваться из хватки, и тут же почувствовала его крупный член, ставший каменным. Моя рука моментально скользнула за спину, протискиваясь между нашими телами, и поползла вниз. Я торжествующе ухмыльнулась, когда Феликс впился пальцами в мою кожу, сильнее прижимая меня к себе. Трение стало невыносимым, и с губ сорвался неожиданный, глубокий и безумно красивый стон Ли. Я прикрыла глаза, задыхаясь от собственной смелости, и слегка повернула голову к парню.       — На бумажке адрес, — прошептала я, обжигая его своим дыханием. — Там район, но нет улицы и номера дома. Попробуй... заставить меня дописать его.       Я бросила ему вызов, облизнула губы и затаила дыхание, ожидая, какой способ «убеждения» выберет мой мафиози.              Феликс не заставил себя ждать. Он выдохнул, обдав моё ухо горячим, прерывистым вздохом. Я услышала короткое, насмешливое цоканье — парень принял мой вызов. Его рука медленно, с мучительной неторопливостью, начала своё путешествие по моим изгибам. Пальцы ласкали талию, спускаясь к бедру, вычерчивая невидимые узоры на внутренней стороне, от которых в животе затрепетали сотни испуганных бабочек.       Я не выдержала этой пытки ожиданием. Моя ладонь накрыла его руку и с силой потянула вверх, к самому центру моего пожара. Ли низко, вибрирующе усмехнулся мне в шею, и с моих губ сорвалась беспомощная просьба не останавливаться. Он подчинился, но на своих условиях. Его губы завладели мочкой уха, обжигая поцелуями, в то время как пальцы внизу начали свой искусный танец.       Мои стоны становились всё громче, эхом отражаясь от кафельных стен кухни. Он нажимал на те самые точки, заставляя тело выгибаться и дрожать, отзываясь на каждой действие. Когда пальцы — сначала один, а следом и второй — плавно скользнули внутрь, я ахнула, инстинктивно сводя колени и ловя ртом воздух. Я сжимала мужское запястье, умоляя замедлиться, боясь, что сердце просто не выдержит такого темпа. Страх, стыд, прошлое — всё сгорело в этом пламени. Я полностью растворилась в ощущениях, которые дарил мне этот мафиози.       Ли продолжал изводить меня, доводя до самого края, до той невидимой черты, за которой начиналось чистое безумие. Я вся взмокла, тяжело и рвано дыша, пряча лицо в изгибе его шеи. И вот, когда по телу прошли первые мощные толчки, предвещающие сладкую разрядку, когда я выгнулась в его руках, готовая взорваться мириадами искр... всё прекратилось.       Горячие пальцы внезапно выскользнули из меня, оставляя лишь звенящую пустоту и сводящее с ума возбуждение. Я замерла, не веря своим чувствам, и медленно открыла глаза. Феликс стоял в шаге от меня, поправляя рубашку с сорванными пуговицами с той самой невыносимо дерзкой ухмылкой. В его глазах плясали черти.       — Название улицы, Рю, — прошептал он, кивнув на блокнот, лежащий на столе. — Ты ведь помнишь условие? Сначала адрес — потом финал.       Я смотрела на него, тяжело дыша и едва сдерживаясь, чтобы не запустить в него чем-нибудь тяжёлым. Моё тело буквально кричало от незавершенности, а парень стоял передо мной, самодовольный и чертовски красивый, наслаждаясь своей маленькой победой в этой игре.       Я обернулась и посмотрела на записку. Лихорадочно, почти ломая стержень ручки, я нацарапала заветное название улицы, почти завершив адрес на блокноте. Дыхание сбивалось, а тело пульсировало от его незавершенной ласки.       — Буду ждать тебя в гостиной. Поторопись, — бросил Феликс через плечо, и в голосе прозвучало нетерпение охотника.       Я схватила листок и рванула за ним. Когда я вбежала в комнату и остановилась у широкого дивана, увиденная картина лишила меня остатков воздуха. Без капли стеснения, Ли, установив со мной неразрывный зрительный контакт, расстегнул молнию брюк и спустил их вместе с бельём. Я сглотнула, пытаясь перевести дыхание, пока разглядывала распрямившийся, освобождённый от тесноты член. Он выглядел внушительно и пугающе прекрасно в неверном свете гостиной. Ли уверенным жестом разорвал шелестящий квадратик и раскатал защиту.       — Я захватил не только бумажку с ручкой. Подумал, что это тоже понадобится, — Феликс прикусил губу, его взгляд буквально притягивал меня, не давая отвести своего. — Пойдёшь ко мне?       Всё это время я глядела на мафиози с поражённым видом. Парень всё просчитал заранее. Всё-таки это не я, а Ликс провёл меня в этой игре. Но такому человеку, как он, проиграть было не жалко. И обретя внезапную уверенность, я подошла к нему вплотную.       Феликс сидел на краю дивана, он поднял руку и предложил мне опереться на его плечо, чтобы было удобнее. Я медленно подтянула короткое платье вверх, полностью обнажая низ. Ли провёл горячей ладонью по моей ноге, направляя мои движения и помогая сесть к нему на бедра. Когда я оказалась точно над членом, Феликс продолжил неотрывно смотреть мне в глаза, будто считывая каждую эмоцию. Обхватив орган одной рукой, а второй, расположенной на моей талии, притягивая меня к себе, он начал соединять наши тела.       Напряжение между нами росло с каждой секундой. Взгляд Феликса не отрывался от меня, в его глазах читалось сильное желание. В этот момент не существовало ничего, кроме нас двоих в этой комнате.       — Смотри на меня, — прошептал партнёр, и его руки на моей талии нежно сжались.       Я глядела только на него, и в этот момент поняла, Ликс не спешил, он смаковал каждое мгновение, контролируя процесс с пугающей и дразнящей точностью. Я беспокойно сжимала его крепкие плечи, чувствуя под пальцами напряжённые мускулы, и невольно подавалась навстречу, пока его ладони уверенно оглаживали мою талию. В груди бешено колотилось сердце, а тесное платье казалось раскалёнными оковами, сдавливающими лёгкие. Я зажмурилась и до боли закусила губу, медленно, дюйм за дюймом, опускаясь ниже, заполняя себя им до предела.       Когда Феликс почувствовал мою готовность, он отпустил бёдра и плавно повёл рукой по моей спине. Тихий звук расходящейся молнии прозвучал как выстрел в ночной тишине. Я облегченно выдохнула, когда ткань наконец поддалась, освобождая моё тело. Тонкая сетка соскользнула с плеча, и чёрное платье пало к моим ногам, обнажая грудь.       Взгляд Ликса мгновенно потяжелел, а на лице, усыпанном созвездиями веснушек, расцвела та самая порочная и нежная ухмылка. Его пальцы, едва касаясь кожи, проскользили от шеи к ключицам, спускаясь в ложбинку между грудей. Я замерла, вслушиваясь в наше рваное дыхание. Трение подушечек вызывало волны жара, оставляя на коже розоватые следы. Когда мужская ладонь полностью накрыла мою грудь, слегка сжимая её, я не выдержала.       Закинув голову назад, я позволила копне тёмных волос рассыпаться по спине и начала двигаться. Я выпрямилась, ловя хищный взгляд, и, крепко прижимаясь к мужским бёдрам, стала насаживаться на член, а затем плавно подниматься, задавая наш собственный, безумный ритм. Тело покрылось потом, перед глазами плыл туман, но единственным ориентиром в этом хаосе был лик Феликса.       Намокший от пота Ли лежал подо мной, закусывая губы и бесстыдно, с жадным восторгом наблюдая за тем, как его орган исчезает внутри меня. Красивая рассечённая бровь удивлённо взметнулась вверх, когда я вдруг сама обхватила Ликса за шею и порывисто притянула к себе. Мои распухшие, пылающие губы накрыли его рот. Я демонстрировала ему, как быстро усваиваю уроки: я смело толкнула язык внутрь, сплетая тот с собственным, повторяя недавнюю дерзкую выходку парня.       Ли утробно простонал прямо в поцелуй, и этот звук — глубокий, сексуальный, вибрирующий в самой груди — окончательно вскружил мне голову. Его руки сжали мою грудь, терзая чувствительные соски, выбивая из лёгких остатки воздуха. Я чувствовала себя живой как никогда.       Отстранившись лишь на мгновение, чтобы глотнуть кислорода, я уперлась ладонями в нагую, вздымающуюся грудь и резко ускорилась, окончательно срываясь в бездну.       Внизу тугим узлом стягивалось предвкушение, ноги предательски дрожали, а вспотевшие ладони то и дело скользили по горячей коже. Мне казалось, что сил держаться на плаву самой больше нет, но в этот миг властные руки Ли опустились на мою талию. Он крепко сжал пальцы, сминая плоть, и начал сам направлять мои движения, задавая темп. Я послушно следовала за ним, активно совершая каждый толчок, чувствуя, как внутри всё плавилось.       Смотреть в его довольное, невыносимо соблазнительное лицо стало пыткой. Я зажмурилась и уронила голову, чувствуя, как виски сдавливало от прилива крови, а в самом сокровенном месте рождались первые, ослепительно приятные спазмы. Я затаила дыхание, боясь разрушить этот хрупкий ритм. Хаотичные, быстрые движения Феликса выбивали из меня остатки воли; влажные звуки нашего слияния заполняли тишину комнаты, оглушительным эхом отдаваясь в ушах.       На пике я сорвалась. Простонала, бессильно рухнув вперёд, и прижалась своей пылающей грудью к широкому торсу партнёра. Моя рука инстинктивно вцепилась в его светлые волосы, пальцы запутались в прядях на затылке, а я сама зарылась носом в изгиб шеи, вдыхая аромат пота и кожи. Перед глазами всё плыло, внизу сладко пульсировало эхо разрядки. Я судорожно ловила ртом воздух, пытаясь унять бешеное сердцебиение.       Феликс обвил мою оголённую спину руками, укрывая от внезапно ставшего холодным воздуха. Удивительно, но он не выглядел таким измождённым, как я. Мафиози превосходно контролировал себя, а дыхание оставалось размеренным и лишь слегка щекотало мне плечо. В этот момент я осознала: к финалу пришла только я.       Я медленно подняла голову, откидывая спутанные пряди с лица, и заглянула в карие глаза напротив. Ли ухмыльнулся — хитро, по-лисьи — и, сократив расстояние, коснулся моих губ коротким, неожиданно нежным поцелуем. Я ласково погладила его бархатную щеку, всё пытаясь прийти в себя. Мафиози отстранился, с прищуром и задорно задранным носом глядя на меня сверху вниз.       — Отдышалась? — его голос прозвучал низко и вкрадчиво.       — Немного... — выдохнула я, чувствуя, как ладонь вновь ложится на моё лицо.       — Тогда я продолжу? — парень положил большой палец мне на губы, слегка надавливая, и в его взгляде вспыхнуло обещание долгой и жаркой ночи, которая только начиналась.       Я удивлённо округлила глаза, но покорно приоткрыла губы, когда кончик пальца властно надавил на нижнюю. Ли с жадным, почти исследовательским интересом следил за каждым моим микродвижением. Он собрал влагу с губ и медленно размазал её по моей коже, а после плавно ввёл палец внутрь. Я инстинктивно сжала губы, начиная посасывать палец, и почувствовала, как член Феликса, всё ещё находившийся во мне, отозвался мощной, требовательной пульсацией.       Я перехватила запястье Ли, направляя его, и задвигала языком, заглатывая палец до самого основания, насколько позволяла глубина. Влажные, соблазнительные звуки явно доставляли мафиози удовольствие — я чувствовала, как мужское тело напрягалось, а свободная ладонь ложилась мне на ягодицу, властно подталкивая к новому ритму. Я снова начала двигаться, принимая член в себя, но Ликс не позволил этой сладкой пытке длиться долго.       Глухо прошипев что-то нечленораздельное, он рывком снял меня со своих колен, перемещая на мягкую кожу дивана. Я приземлилась на четвереньки, тяжело дыша, пока Феликс одним резким движением окончательно избавился от мешавших брюк и белья, моего платья. Он навис надо мной, обжигая спину своим жаром, и прижался потным торсом к моим лопаткам. Я невольно выгнулась, ощущая за спиной влажный член, который дразняще скользил по ягодицам и пояснице.       Ли надавил ладонями на мою спину, заставляя согнуться ниже, и уверенно развел мне ноги. Горячая головка коснулась чувствительных складок и с невероятной лёгкостью, смазанная нашей общей страстью, скользнула внутрь. Обеими руками партнёр мёртвой хваткой вцепился в мои бёдра, помогая себе войти до самого упора. Я судорожно сжала член, чувствуя, как тот заполнял меня, выбивая из последний глоток воздуха.       — Теперь... — прохрипел мафиози мне в самое ухо, обжигая кожу сорванным голосом, — теперь я не буду останавливаться.       Он начал двигаться — жёстко, глубоко, с той силой, которую так долго сдерживал. Каждый толчок отдавался во всём теле, заставляя меня кусать губы, чтобы не сорваться на крик, который услышали бы все соседи в этом доме. Но затем темп изменился.       Ли откинулся назад, давая себе больше пространства для манёвра, и его ладонь неспешно заскользила по моей талии. Он вёл пальцами по влажной коже, словно пересчитывая каждый позвонок, и это прикосновение на мгновение расслабило меня, усыпляя бдительность. Но мафиози не собирался позволять мне уплывать в негу.       Внезапное жгучее ощущение обожгло правую ягодицу, и я буквально подпрыгнула от неожиданности, инстинктивно и до боли крепко сжав его член внутри себя. Феликс довольно рыкнул от этой реакции и тут же сжал левой рукой податливую, раскрасневшуюся кожу, а следом прилетел ещё один хлёсткий шлепок. Я вскрикнула, совершив невольный скачок вперёд, и резко обернулась. Ли смотрел на меня с той самой торжествующей, хищной ухмылкой, продолжая уверенно мять мою плоть.       — Помочь? — вкрадчиво прошептал он, потирая место удара, и снова замахнулся, но в последний миг замер, давая мне выбор.       Я закусила губу, чувствуя, как пульсировала кровь в висках. Пока Феликс терпеливо ждал моего ответа, в голове проносились мысли о том, как глубоко мы готовы зайти в этой игре. Ли игриво склонил голову набок, а затем, не дождавшись слов, упёрся рукой в диван и приподнялся, нависая надо мной. Жар его тела обдал мою спину, заставляя затаить дыхание.       Парень медленно собрал мои распущенные волосы в тугой жгут и бережно перекинул их через плечо вперёд. Теперь его взору открылась вся моя поясница, мгновенно покрывшаяся мурашками от горячего дыхания. Ли разомкнул пухлые губы, и я почувствовала серию влажных, обжигающих поцелуев, рассыпающихся по моей коже. Но я понимала: эта внезапная нежность была лишь кратковременным затишьем перед настоящим штормом, умелым отвлечением, чтобы в следующую секунду обрушить на меня всю мощь своей страсти.       — Молчишь? — прохрипел парень, вжимаясь в меня ещё плотнее. — Значит, согласна на всё.       Ладони Феликса скользнули дальше, властно захватывая мои бёдра. Я покорно раздвинула ноги, и член вошёл глубже. Я простонала, чувствуя, как наши тела сплетались в единый, неразрывный узел. Мы сжались друг с другом так крепко, что, казалось, между нами не осталось даже воздуха. Я тихо захныкала, когда поймала мужское запястье — его рука, подобно гибкой змее, двигалась вдоль моих изгибов и уже добралась до самых мокрых, пылающих складок.       Горячие и суетливые пальцы безошибочно нащупали пульсирующий комок нервов. Ли начал играть с ним — дерзко, технично, сводя меня с ума. Это было невыносимо приятно; мои ноги сводило судорогой, а по позвоночнику один за другим проносились электрические импульсы. Голова сама собой запрокинулась назад, и мне на лицо упали светлые, влажные пряди. Феликс встряхнул их, приближаясь ко мне, и резко ускорился. Я сжала челюсти до боли, зажмуриваясь от нахлынувшего экстаза. Становилось трудно дышать, кислород просто выгорел в этой комнате.       Ёрзая на коленях и активно крутя тазом, я насаживалась на его член до самого основания, а потом вновь отдалялась, задавая безумный темп. Мои руки беспокойно цеплялись за горячую, напряженную плоть, стараясь удержаться хоть за что-то в этом шторме.       Глубокий голос Феликса вибрировал прямо в голове, хотя он просто шептал мне в самое ухо. Это были слова, полные нежности и страсти. Ли доказывал не только словами, но и каждым прикосновением, как сильно меня желает. Я согнулась, вытянувшись вперёд на подушках дивана. Феликс нежно сжал мою талию, притягивая к себе. Я двигалась, чувствуя его тело рядом. Чарующий и возбуждающий голос Ли прерывался дыханием за моей спиной — низким, смешивающимся с учащенным пульсом. В этот момент мы оба поддались тем самым инстинктам, о которых он предупреждал. Моя грудь вздымалась вверх-вниз, и я окончательно растворилась в этом моменте, чувствуя себя в полной безопасности в надежных руках.       Кончики пальцев на ногах непроизвольно поджимались от зашкаливающего напряжения. Я рвано дышала, извиваясь в крепкой хватке, стонала и зажималась, пока в один прекрасный момент не достигла очередной, оглушительной разрядки. Феликс крепко прижал меня к себе, сделав ещё пару глубоких, финальных толчков, и тоже замер. Его обжигающее дыхание опалило мою шею и ухо. Я бессильно накрыла своими ладонями его руки, обнимающие меня, и уронила голову на подушку, которая была не так далеко.       Казалось, душа на мгновение отделилась от тела — я не могла ни пошевелиться, ни вымолвить ни слова. Грудь раздирало от частых, жадных вдохов, веки налились свинцом, а губы пересохли. Феликс тоже пытался восстановить ритм сердца, но, в отличие от меня, он сохранил способность двигаться. Его влажный от пота лоб упёрся мне в спину, когда Ли начал медленно отстраняться.       Я немного перевела дух и аккуратно развернулась к нему. Ли заботливо помог мне подняться и пересесть поудобнее на диване. Мой взгляд упал на тот самый злосчастный листок с ручкой, и парень без слов подал их мне. Дрожащие пальцы едва удерживали стержень, который послушно нацарапал последние цифры — номер дома. Выдохнув, я протянула руку и негромко шлёпнула ладонью по нагой, вздымающейся груди, прижав к ней листок с полным адресом. Ручку я просто вложила в мокрую ладонь.       — Только не убивай его, Ликс. Не хочу, чтобы кровь такого животного была на твоих руках, — я медленно провела пальцами по внутренней стороне ладони, заглядывая в потемневшие карие глаза.       — И в такой момент ты снова говоришь о нём? — Феликс искренне удивился, и пухлые губы обидчиво поджались, как у ребёнка, которому испортили праздник. — Может, стоит проучить тебя за такую невнимательность к своему мужчине? — он хищно сощурился, и в его взгляде снова промелькнула та самая искра.       — Я просто боюсь, что ты сделаешь всё по-своему, — прошептала я, чувствуя, как по телу разливалась приятная слабость. — Не хочу, чтобы ты пострадал из-за этой мрази. А встать и догнать тебя, чтобы остановить... после такого марафона, который ты мне устроил, я навряд ли смогу.       Феликс тихо рассмеялся, откладывая листок с адресом на край стола. Он притянул меня к себе, укрывая своим теплом и заставляя забыть обо всех бывших, мафиозных разборках и завтрашнем дне.       — Обещаю, Рю, — шепнул он мне в макушку. — Сегодня я буду только твоим.       Я вскинула брови, когда Феликс, словно повинуясь внезапному импульсу, резко подался ко мне и обхватил моё лицо ладонями. Я невольно вытянула шею, на секунду даже испугавшись такого порыва — в его карих глазах до сих пор бушевал не затихший шторм страсти. Взгляд сам собой опустился на искусанные, пунцовые губы, которые манили сильнее любого запретного плода.       В следующее мгновение Ликс сократил те жалкие миллиметры, что нас разделяли, и вновь завладел моим ртом. Но я чувствовала: он забирал не только поцелуй. Мои мысли, дрожащее тело, сердце, измученная душа и вся моя будущая жизнь — всё это теперь без остатка принадлежало ему.       — Рю… — шептал сорванный, хриплый голос прямо в мои губы, вызывая такой трепет в груди, что коленки снова стали ватными.       Я накрыла его горячую ладонь своей, мягко, но настойчиво выпутываясь из оков этих сладких губ. На моём лице сама собой расцвела привычная, чуть лукавая ухмылка. Феликс прищурился, в глазах вспыхнул ответный озорной огонёк, хотя он тоже тяжело дышал.       — Пойдём в душ, — выдохнул парень, поднимаясь и увлекая меня за собой.       Я позволила ему вести себя, чувствуя, как уходило напряжение последних дней. Мы оставляли за спиной на столе блокнот с адресом Хэ и все страхи. Впереди была только тёплая вода, сильные руки и бесконечные вечер и ночь в квартире, которая из холодного убежища превратилась в наш маленький эдем.       После душа, когда кожа ещё хранила приятное тепло воды, мы забрались под тяжелое одеяло. В спальне царил полумрак, разбавляемый лишь слабым светом уличных фонарей за окном. Феликс притянул меня к себе, укладывая мою голову на своё плечо, и начал медленно перебирать мои волосы, наматывая локоны на пальцы.       — Рю… — его голос в тишине комнаты звучал как бархат. — Я не ожидал, что ты можешь быть такой.       — Какой? — тихо спросила я, затаив дыхание.       — Такой раскованной. Смелой. — Ли чуть приподнялся на локте, заглядывая мне в глаза с обезоруживающей нежностью. — Мне чертовски понравилось, как ты доминировала. Не думал, что мой «предохранитель» может так ярко искрить.       Я почувствовала, как к щекам мгновенно прилила кровь. Стало невыносимо жарко, и я, издав приглушенный стон смущения, закрыла лицо ладонями, пытаясь спрятаться от внимательного взгляда.       — Перестань! Ликс, это всё… это всё обстоятельства и ты! — пробормотала я сквозь пальцы, чувствуя, как парень тихо и довольно смеялся, целуя мои горячие запястья.       — Обстоятельства и я, значит? Ну-ну, — он прикусил мочку моего уха. — Ты была потрясающей. Я до сих пор чувствую, как у меня всё горит внутри.       Внезапный порыв озорства, подпитанный его самоуверенностью, заставил меня действовать. Я резко, пока он не успел среагировать, запустила руку под одеяло и уверенно нащупала его снова оживающее достоинство. Феликс осёкся на полуслове и шумно выдохнул, замирая.       Я хитро прищурилась, глядя на ошарашенное лицо, и с абсолютно невинным видом выдала:       — Теперь-то я на собственном опыте знаю, Феликс, что приём витаминов внутрь — лучший способ восстановить здоровье. Особенно, если эти витамины в таком твёрдом, крупном и идеально гладком «огурце»…       Секундная тишина взорвалась его громовым хохотом. Феликс запрокинул голову, сотрясаясь от смеха, а затем, резко перехватив мою руку и прижимая её плотнее к себе, прорычал:       — Ах так? Значит, решила продолжить «курс лечения»? Ну держись, Рю, этот «овощ» сегодня в очень активной фазе.       Он накрыл меня своим телом, заглушая мой ответный смех глубоким и властным поцелуем.       После весёлых искр смеха и шутливой возни в постели наступила тягучая, бархатная тишина. Мы прильнули друг к другу так тесно, что казалось, между нами не осталось даже воздуха. Феликс замер, а затем начал медленно и до невозможного чувственно осыпать моё лицо поцелуями. Его губы, горячие после недавней страсти, теперь едва касались моей кожи: то кончик носа, то скулы, то закрытые веки. Это было так ласково, что внутри у меня всё переворачивалось.       — Я думала, ты не умеешь быть таким... — прошептала я, зарываясь пальцами в светлые волосы партнёра. — Ты же сам говорил, что никогда не был в отношениях.       Ликс на секунду отстранился, его карие глаза в полумраке блеснули чем-то непривычно мягким.       — Я постараюсь научиться, Рю. Ради тебя, — он замялся, подбирая слова, и я видела, как этому суровому мафиози, привыкшему отдавать приказы или сыпать угрозами, тяжело даётся язык нежности. — Ты... ты для меня теперь как... ну, знаешь...       — Как спасательный круг? — тихо подсказала я, улыбнувшись.       — Больше, — парень покачал головой, нахмурив бровь в попытке сформулировать мысль. — Как будто в моей голове наконец-то выключили этот грёбаный шум. Когда ты рядом, мне не хочется... разрушать. Хочется просто быть. Ты — моё «спокойствие», Рю. Наверное, это и есть то самое... ну...       — Что? — я коснулась кончиком пальца его губ.       — Любовь, — выдохнул Ли, наконец решившись на это слово, и густо покраснел, спрятав лицо в изгибе моей шеи. — Чёрт, это звучит так непривычно. Но с тобой я чувствую себя... живым. Не мафиози. Просто Феликсом.       Той особенной ночью я засыпала, прижавшись к нему всем телом. Его сердце стучало совсем тихо, размеренно, и я понимала, что наши души разлучала только тонкая преграда плоти. Я прижалась ухом к горячей груди, вслушиваясь в этот чарующий ритм, который теперь стал моим любимым звуком. Феликс улыбнулся и начал гладить меня по голове. Его тонкие пальцы перебирали мои пряди, то наматывая их на фаланги, то отпуская на волю. Я прикрыла глаза, крепче обняла его за талию и, чувствуя себя в абсолютной безопасности, провалилась в самый спокойный сон в моей жизни.       Проснулась я только к обеду. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь жалюзи, казались какими-то особенно яркими, а мир вокруг — совершенно иным после пережитой ночи. Я сладко потянулась, чувствуя приятную ломоту во всём теле, и радостно потёрла веки. Одеяло соскользнуло с плеч, оставляя меня полностью нагой, но это больше не вызывало стыда.       Мой взгляд упал на аккуратную стопку вещей, лежавшую на краю кровати, но радость мгновенно сменилась тревогой: Феликса не было рядом. Я подорвалась на ноги, набросила на плечи огромное одеяло, кутаясь в него, как в кокон, и начала лихорадочно обходить комнаты. Пусто. Тишина квартиры давила на уши. Я вошла в гостиную и бессильно плюхнулась на диван, покусывая ноготь в нарастающей панике.       Что значила та одежда? Тонкий намёк на то, что мне пора уйти, пока он не вернулся? Или простая забота? В голове забила мысль о нашей сделке. Адрес. Хэ. Феликс уехал к нему.       Я вздрогнула всем телом, когда в прихожей тяжело провернулся замок. Послышались неспешные, тихие шаги. Я сглотнула вязкую слюну и поднялась, до боли сжимая края одеяла на груди. На пороге появилась фигура — светлые волосы растрёпаны, классический костюм смят. И потрёпанный вид Ли заставил моё сердце пропустить удар: у уголка рта запеклась темная кровь, а сам парень натянуто улыбался, прижимая ладонь к правому боку.       — Феликс… — я сорвалась с места, кинувшись к нему. — Что случилось? Ты ранен?       Я осторожно перехватила мужскую руку, заглядывая в карие глаза, в которых сейчас плескалась смертельная усталость вперемешку с триумфом. Парень промолчал, лишь медленно развернул мою ладонь и вложил в неё связку ключей. Я замерла, узнав знакомый брелок. Ключи от моей машины. Но как..?       Мой обеспокоенный взгляд застыл на его лице, требуя объяснений. Феликс привычно и тепло ухмыльнулся, хотя эта улыбка явно причиняла ему боль.       — Был у твоего бывшего… в гостях, — он прокашлялся, поморщился и сильнее сжал бок. — Пришлось напомнить ему, что забирать чужое — плохая привычка. Больше он тебя не побеспокоит, Рю. Никогда.       Я смотрела на ключи, затем на разбитое, но такое родное лицо, и понимала: мафиози не просто выполнил сделку. Он рискнул собой, чтобы вернуть мне не машину, а мою свободу.       — Ты... ты убил его? — прошептала я, боясь услышать ответ.       Феликс лишь покачал головой и, преодолевая боль, притянул меня к себе за талию, утыкаясь носом в мою макушку.       — Нет. Обещал же. Но поверь, всё хорошо.       Я отчаянно затрясла головой и буквально потащила Феликса к дивану. Стоило ему сесть, как я рухнула перед ним на колени. Мои пальцы, подгоняемые паникой, лихорадочно принялись за пуговицы рубашки. Я должна была увидеть, насколько всё плохо. Когда ткань наконец разошлась в стороны, я замерла, и из моей груди вырвался сдавленный вскрик. Мужской торс был буквально усыпан яркими багровыми и красными пятнами.       — Ликс... Боже, как сильно он тебя избил? — я прикрыла рот ладонью, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Живого места нет!       — Избил?! Да успокойся ты, Рю, — мафиози наблюдал за моей истерикой с каким-то странным, предвкушающим интересом. — Я пропустил всего два удара: один в челюсть, другой в бок. Это всё.       — Ты мне врёшь! — я распахнула его рубашку сильнее, едва не сорвав её. — А это тогда что?! Откуда все эти пятна, если он ударил тебя всего дважды?       — Это? — Ли опустил взгляд на свою грудь, и его губы тронула та самая лукавая ухмылка. Он наклонился, сокращая расстояние до миллиметра, и прошептал мне прямо в ухо, обжигая кожу дыханием: — Это сделал не тот человек, Рю. Это сделала ты.       Я опешила. Мир на мгновение замер, а потом в голову лавиной хлынули воспоминания. Душ. Пар. Мои пальцы, исследующие его тело с жадным любопытством, мои губы, оставляющие метки на его коже в порыве страсти... О боже.       Я с силой шлёпнула себя ладонью по лбу и от шока просто плюхнулась на пол пятой точкой. Феликс не выдержал и взорвался смехом. Я в ужасе закрыла лицо руками, чувствуя, как щёки горели от невыносимого стыда, а он хохотал всё громче, запрокинув голову. Я осторожно растопырила пальцы, чтобы подсмотреть за ним, и в этот миг меня прошила одна-единственная мысль: почему я раньше не видела, как Ликс так искренне смеется?       Его лучезарное лицо буквально светилось. Зажмурившись от удовольствия, Феликс смеялся так по-настоящему и ярко, что этот звук казался самой прекрасной мелодией. Он слегка прикрывал рот кулаком, явно смущаясь собственной реакции. Я обессиленно опустила плечи и выдохнула. Всё стало до боли очевидно. Я бесповоротно, до дрожи в коленях влюбилась в этого преступника с ангельской внешностью и чертовски вредными привычками.       Ликс перестал смеяться, подхватил меня и легко, как пушинку, поднял с пола, усаживая рядом с собой. Я продолжала кутаться в одеяло, пытаясь вернуть себе хоть каплю достоинства. Но Феликс, войдя в азарт, шутливо оттопырил край ткани, оголяя мои бёдра, и убедился, что под одеялом на мне по-прежнему ничего нет. Я вскрикнула, спешно запахиваясь обратно и обиженно поджимая губы.       — Эй! У тебя совесть есть? Ты же ранен! — проворчала я, хотя сердце пело от того, как парень на меня смотрел.       — Ранен, — согласился Ли, внезапно становясь серьёзным и притягивая меня к себе вместе с одеялом. — Но живой. И теперь у нас есть целая жизнь, чтобы ты научилась не сбегать по утрам.       — Да, но в этот раз ты ушёл и ничего не сказал, а я места себе не находила, искала тебя по всей квартире! — выпалила я, поджимая губы от скопившейся за утро обиды.       Ликс нахмурился, в его глазах промелькнуло искреннее недоумение. Он быстро окинул взглядом комнату и, заметив что-то у себя под ногами, наклонился. Белый клочок бумаги сиротливо лежал на полу, придавленный его тяжёлым ботинком.       — Ты что, серьёзно не видела её? — он протянул мне измятый листок. — Я оставил её на самом видном месте, чтобы ты не сходила с ума.       Я взяла записку, разгладила её пальцами и зачитала вслух, чувствуя, как краснели уши:       — «Скоро вернусь, дождись меня».       Я закатила глаза, мысленно ругая себя за невнимательность. Конечно, в той панике я могла не заметить даже слона в комнате, не то что маленькую бумажку.       — Хорошо выспалась, Рю? — Феликс мягко улыбнулся, склонив голову набок, и в его взгляде проскользнула та самая нежность, которая была доступна только мне.       — Ли… а что теперь будет? — прошептала я. Голос дрогнул. Страх перед неопределенностью и нашим уговором снова сжал сердце ледяными тисками. — Наш срок вышел?       Мафиози тяжело вздохнул и медленно кивнул, не отрывая от меня взгляда.       — Ты выполнила свою часть обещания, а я — свою. Сделка закрыта.       — Но… при нашей первой встрече… — я замялась, часто моргая, — я просила тебя убить меня. Ты помнишь?       Мафиози замер. Его ладонь легла мне на щеку, тёплая и надёжная, а большой палец медленно, почти интимно провёл по моим губам.       — Всё верно, Рю. Той сломленной девушки, которая стояла на мосту, больше нет. Она умерла. Сегодня родилась новая ты. И я не дам ей исчезнуть.       Он склонился и накрыл мои губы своими. В этом поцелуе было всё: и обещание защиты, и признание, и финал нашего мрачного контракта. Я радостно выдохнула, обвивая его шею руками, чувствуя, как на плечи обрушивалось долгожданное, почти нереальное счастье. Этот хитрец снова обыграл меня! Сначала заставил умирать от страха, а теперь…       В порыве чувств, желая в шутку отомстить ему за все утренние нервы, я чуть сильнее, чем планировала, оттянула его нижнюю губу зубами. Раздалось глухое мычание, полное боли. Я в ужасе отпрянула, мгновенно вспомнив о разбитом лице и запёкшейся крови.       — О Боже, Ликс! Прости! Я совсем забыла… — я испуганно прикрыла рот ладонью, глядя на поморщившееся лицо.       — Айщ… Рю, ты всё-таки киллер в душе, — прошипел парень, касаясь пальцами разбитой губы, но тут же снова ухмыльнулся, щурясь от боли и удовольствия одновременно. — Решила добить раненого?       Я виновато опустила голову и мотнула головой.       — Я подумаю и поговорю с Чаном. Найдём тебе место в наших рядах. Вдруг в тебе великий снайпер умирает? Вон как бьешь — прямо в цель, — Феликс шутливо схватился за сердце, изображая смертельное ранение, и его губы тронула знакомая дерзкая ухмылка.       Я лишь цокнула языком и картинно задрала нос, наслаждаясь этим моментом. Ли замер, любуясь моим видом, и осторожно заправил выбившуюся прядь мне за ухо. Его взгляд стал гордым, почти торжественным.       — Хотел спросить... не хочешь переехать ко мне? Насовсем.       — Сюда? — я захлопала ресницами, оглядывая его уютную, теперь уже ставшую родной квартиру. Парень уверенно кивнул. — Я не против! — выпалила я, совершая первое в жизни по-настоящему спонтанное решение, и расплылась в счастливой улыбке.       Феликс не дал мне опомниться. Он снова прильнул к моим губам, а затем внезапно начал нещадно щекотать. Я залилась звонким смехом, пытаясь отбиться, и не сразу сообразила, что это был тактический манёвр: Ли ловко стянул с меня одеяло. И когда моё нагое тело оказалось полностью открыто его жадному взгляду, мафиози хищно прищурился. Парень начал оставлять обжигающую дорожку из поцелуев, медленно спускаясь от ключиц к самому животу.       — Тогда я возьму отгул на работе, чтобы перевезти твои вещи, — пробормотал он, не отрываясь от моей кожи.       — Тебя восстановили?! — я взволнованно приподнялась на локтях, заглядывая на светлую макушку.       — Ага. Не успел сказать, — мафиози на секунду поднял голову, и его глаза блеснули триумфом. — Разобрался с тем ублюдком и вернул все украденные деньги до копейки. А главное — доказал Чану, что могу держать себя в руках и обуздать ярость. Поэтому настроение такое чертовски хорошее...       Ли облизнулся и опустился ещё ниже, обдав нежную кожу интимного места горячим дыханием. Я мгновенно покрылась мурашками и плотно прижала ладонь к губам, не давая стонам вырваться в тишину комнаты. Феликс решительно сбросил верх одежды и двинулся вперёд, всем своим видом давая понять, что сегодня он намерен повторить — и превзойти — всё, что было вчера.       Я тихо хихикнула, когда его пальцы снова пробежали по животу, вызывая волну щекотки. В голове промелькнула простая, но такая важная мысль: как же хорошо, что всё сложилось именно так. Жизнь жестоко ломала меня, но на руинах старого мира выросло что-то невероятное. За каждым «плохо» обязательно следует «хорошо» — нужно просто доверять своему «дьяволу» с веснушками на лице и не упустить своё счастье.       Солнечный свет пробивался сквозь жалюзи, рисуя на стене золотистые полосы, а в воздухе кружились мелкие пылинки, похожие на искры затухающего костра. Я лежала на диване, чувствуя, как губы Феликса неторопливо и трепетно исследовали мой живот, оставляя за собой шлейф из обжигающего жара и нежной влаги. Я прикрыла глаза, и на мгновение реальность ускользнула, уступая место воспоминаниям.       Тот мост. Холодный ветер, пробирающий до костей, и лязг металла. Я помню, как впервые увидела его — тень в лунном свете, опасный хищник с пистолетом в руках. Тогда я рассмотрела в нём только смерть. Я глядела в карие глаза и видела в них бездну, которая должна была поглотить мою изломанную жизнь. Я боялась Ли до дрожи, до немоты, считая его дьяволом, пришедшим исполнить мою последнюю волю.       Как странно устроена судьба. Тот, кто должен был стать моим концом, стал моим началом. Я посмотрела на светлую макушку Феликса, на его веснушки, которые теперь знала на ощупь, и по телу разлилась сладкая, тягучая нежность. Из пугающего мафиози он превратился в человека, который научил меня дышать заново. Мы были двумя половинками одной катастрофы: я — сломленная и потерянная, он — снедаемый яростью и одиночеством. Но в этой тьме мы нашли друг друга, став друг для друга тем самым «предохранителем», который не дает миру окончательно взлететь на воздух.       В голове пульсировала простая, но глубокая мысль: за самой чёрной полосой всегда прячется рассвет, нужно только дождаться его, даже если кажется, что стоишь на краю пропасти. Иногда спасение приходит в самом пугающем обличье, и то, чего ты боялся больше всего, становится твоим единственным спасением.       Феликс поднял на меня взгляд, его зрачки были расширены от желания и любви, и я поняла, что эта «сделка» длиною в жизнь — самое лучшее, что когда-либо со мной случалось.       Я запустила пальцы в его мягкие волосы и притянула парня выше, к своему лицу. Теперь я точно знала: я ни за что не отпущу его. Даже если весь мир мафии ополчится против нас, даже если тени прошлого попытаются снова втянуть нас в хаос. Я буду держать Феликса за руку так же крепко, как он не давал мне упасть всё это время в бездну.       — Ликс... — прошептала я, чувствуя, как сердце замирало от полноты момента.       Он улыбнулся — той самой лучезарной улыбкой, которая теперь принадлежала только мне. В этот миг я осознала: мой путь к счастью лежал через дуло пистолета и разбитое сердце, но оно того стоило. Мой ангел с повадками дьявола нашёл свою тихую гавань, а я — свою жизнь.