Я должен был сделать это раньше, прости

Возвращаться в зал после того, что произошло в переулке, было чересчур сложно. Хотелось просто исчезнуть, раствориться в городе, но реальность требовала своего.  Галерея всё еще гудела. Грейтен, заметив их у входа — взъерошенных, с лихорадочным блеском в глазах и подозрительно припухшими губами, — лишь понимающе сощурился, но тут же потащил Уилла к коллекционеру из Чикаго, с которым уже вовсю говорил какой-то важный куратор. Майк остался в тени, у фуршетного стола. Он больше не чувствовал себя лишним. Он просто стоял, прислонившись к колонне, и наблюдал. Уилл в свете софитов казался до безумия взрослым: он уверенно отвечал на вопросы, подписывал каталоги, и только Майк видел, как Байерс периодически бросает быстрый, ищущий взгляд вглубь зала. — Ты справился, — шепнул Майк, когда они, наконец, вышли на улицу, ловя желтое такси. — Мы справились, — поправил его Уилл.

***

Утро было спокойным. Майк проснулся от того, что ему в лицо уткнулся холодный нос Уилла. Тот уже не спал, а просто лежал рядом, подперев голову рукой, и рассматривал Майка. — Доброе утро, — прохрипел Майк. — Доброе, — Уилл улыбнулся. — Я думал, ты до обеда проспишь. Майк не ответил — он просто потянул Уилла на себя, зарываясь лицом в его шею. Сейчас, без костюмов и взглядов толпы, всё ощущалось по-настоящему. На Майке была растянутая футболка Уилла, и кстати, его собственная рубашка вчера окончательно сдалась после переулка… и это казалось самым правильным решением в жизни. Наверное. Дел было немного, но всё же они были. Сейчас главная задача: кофе.  Парни полностью проснулись, хоть это было и сложно. Отлипнуть друг от друга хоть не секунду… ощущалось чем-то непристойным. Те дни Уилл готовился к выставке, поэтому той самой атмосферы первых дней совместной жизни немного не хватило. Но… сейчас. Они наверстают.  Да и не страшно. Столько лет они этого ждали… а сейчас делили пространство… постель. Мысли.  Пока Уилл был в душе, Майк вышел из дома чтобы покурить. На улице погода была слегка гадкой. Будто вот вот начнется ливень. Но атмосфера… чёрт. Потрясающе. У Майка даже на секунду появилось вдохновение, может…?  Ладно. Потом. Он зажег сигарету и смотрел на тучи, которые затягивались на удивление быстро. Пахло дождем. Честно сказать, Майк никогда не думал, что обычное серое небо может вызывать у него такое глупое, почти детское воодушевление. Он затянулся, чувствуя, как горький дым привычно обжигает горло, и прислонился спиной к прохладной стене дома. Неужели? Неужели это всё правда? Всё… это? Он в доме? Байерса? Вау. Кому расскажет — никто не поверит. А что было вчера? Будто бы сон.  Возможно, последние бокалы шампанского были лишними, так как по приходу домой Уиллер наговорил много «глупостей». Ну, он так считал. Уилл на самом деле был счастлив, что теперь Майк доверяет ему свои истинные чувства и мысли. Он не видел в них чего-то плохого — наоборот, каждую хотелось выслушать. И Майк это чувствовал, но избавиться от ощущения, что его чувства и мысли вне контекста имеют здравый смысл, было сложновато. Первая капля упала прямо на козырек над дверью, издав звонкий звук. А через секунду небо будто прорвало. Ливень обрушился на город стеной, мгновенно превращая пыльный асфальт в зеркальную поверхность. Майк быстро затушил сигарету и нырнул обратно в дом, чувствуя, как по спине пробежал легкий холодок от влажного воздуха. Когда он зашел, там уже вовсю играла музыка, а из ванной валил пар. Уилл вышел, вытирая голову полотенцем. На нем были джинсы и какая-то старая фланелевая рубашка, которую он даже не застегнул. — Там потоп, — сообщил Майк, стряхивая капли с волос. — Заметил, — Уилл улыбнулся, кивнув на окно, по которому стекали потоки воды. — Кажется, город решил, что нам сегодня точно не стоит никуда выходить. Майк подошел к нему, забирая полотенце из рук, и сам начал бережно промакивать его влажные волосы. Уилл просто стоял, прикрыв глаза, и наслаждался тем, как Майк ворчит что-то про «простудишься».  Момент прервал резкий, пронзительный звонок телефона. Уилл вздрогнул и нехотя потянулся к трубке на стене. — Да? Привет, Джонатан. Майк хитро прищурился. Он увидел, как Уилл выпрямился, принимая свой обычный «семейный» тон. Он подошел к Уиллу со спины, когда тот уже вовсю слушал восторженный монолог и вопросы брата о вчерашней выставке. Майк обхватил его за талию, прижимаясь всем телом, и уткнулся носом в шею, прямо под ухо. — Да, всё прошло отлично... — голос Уилла чуть дрогнул, когда Майк начал медленно вести кончиком носа по его коже. — Да, кураторы сказали, что... что это успех. Джонатан на том конце, видимо, спросил что-то про планы на день, потому что Уилл судорожно выдохнул, пытаясь перехватить руку Майка, которая уже вовсю гуляла под рубашкой, оглаживая ребра. — Планы? — Уилл зажмурился. — Мы... ну, Майк помогает мне... э-э... разобрать кое-какие вещи. Да. Тут такой беспорядок. Ну… ты сам понимаешь. Майк в этот момент мягко прикусил мочку его уха, и Уилл едва не выронил трубку, издав какой-то невнятный звук, похожий на сдавленный всхлип. — Уилл? У тебя всё нормально? Простудился будто. Голос у тебя странный, — донесся из трубки приглушенный голос Джонатана. — Всё... всё хорошо! — Уилл отчаянно пытался оттолкнуть Майка бедром, но тот только сильнее вжался в него, теперь уже перейдя к поцелуям в ключицы. — Да... нет, я не простудился, просто... голос сел, — Уилл изо всех сил пытался не выдать судорожный вздох. Он свободной рукой попытался отпихнуть Майка. — Джонатан, я перезвоню, ладно? Маме тоже скоро позвоню! Передавай Нэнси привет! Уилл с грохотом повесил трубку и тут же развернулся в кольце рук Майка, прижимая его к стене. Song: New Invention — I DONT KNOW HOW BUT THEY FOUND ME — Что ты делаешь?! Уилл тяжело дышал, и в его глазах сейчас горело что-то среднее между желанием придушить Майка и поцеловать его так, чтобы тот перестал так себя вести. Майк же просто стоял, впечатанный лопатками в холодную стену, и наслаждался каждой секундой этого хаоса. — А что не так? — Ты издеваешься? — Уилл почти выплюнул это, не выпуская его плеч. — Он же мой брат, Майк! Теперь он на сто процентов уверен, что я либо умираю от лихорадки, либо у меня в квартире кто-то есть. И угадай, на кого он подумает первым? — На того самого «помощника по хозяйству»? — Майк нагло ухмыльнулся, даже не пытаясь высвободиться. — А что? По-моему, я отлично справляюсь. Пыль… разогнали. Тишину — тем более. Да и… ты сам сказал ему, что я тебе помогаю. Уилл слегка замахнулся, будто хотел его шутливо ударить, но в итоге просто сильнее сжал пальцы на ткани футболки. Вся эта его «взрослость» с выставки куда-то испарилась, оставив только парня, который до смерти смущен и одновременно до смерти… влюблен. — Ты невыносим, Уиллер. Просто невыносим. — Ох… какой ты серьезный, — Майк опустил взгляд, демонстративно подчеркивая, как именно Уилл сейчас его держит. — Мы поменялись позициями за секунду? Где тот скромный художник, который краснел от одного моего взгляда? Уилл замер. До него только сейчас дошло, что он буквально вжал Майка в стену, нависая над ним и тяжело дыша прямо в губы. — Какие позиции? Что ты несешь? — буркнул он, но руки не убрал. — Кхм, — Майк ухмыльнулся, обводя взглядом их позы. — Ну, обычно это была моя работа — прижимать тебя к стенкам. А ты сейчас… прямо-таки в образе. Решил, что раз ты теперь звезда, то можешь командовать Паладином? Уилл почувствовал, как к ушам приливает жар, но вместо того, чтобы отстраниться, он подался еще на пару сантиметров вперед. — Может, и решил, — шепнул он, и в его голосе прорезалось упрямство, которое Майк всегда в нем обожал. — Тебе что-то не нравится? Майк на секунду перестал дышать. Он ждал подвоха, шутки, но взгляд Уилла был слишком прямым. Слишком честным. — Мне? — Майк перехватил запястья Уилла, медленно опуская их, но не отпуская совсем. — Мне всё очень даже нравится, Байерс. Просто предупреждай в следующий раз. А то у меня сердце не железное. Уилл коротко фыркнул, наконец-то расслабляясь, и уткнулся лбом в плечо Майка. — Идиот.  Майку это понравилось. Безумно.  — Кто? — Ты не расслышал? Идиот. — Кхм… — Майк прикусил нижнюю губу, будто бы хотел сказать что-то ещё. Шутки кончились, даже не успев начаться. Он видел, как расширились зрачки Уилла, как тяжело и неровно тот дышит, и как сильно сжаты его пальцы на футболке Майка. Перед ним был мужчина, который едва сдерживал себя, чтобы не сорваться. — Значит, решил покомандовать? — голос Майка упал до опасного шепота. Он не стал дожидаться ответа. Одним резким движением Майк перехватил руки Уилла, заставляя его ослабить хватку, и медленно, не отрывая взгляда от глаз Байерса, начал сползать вниз по стене. Уилл замер. Его руки бессильно опустились, а дыхание практически остановилось. — Майк… ты что… Уиллер ничего не отвечал. Он опустился на колени прямо там, в тесном коридоре. Это не было актом подчинения — в том, как он смотрел на Уилла снизу вверх, было столько собственничества и уверенности, что у того подкосились ноги. Майк знал, что делает. Он видел, как у Уилла дрогнули колени, как тот судорожно вцепился в его плечи, пытаясь удержать равновесие. — Я же сказал, — Майк едва заметно улыбнулся, — моё сердце принадлежит тебе. И всё остальное — тоже. Но сегодня… сегодня я хочу, чтобы ты просто чувствовал, насколько это правда. Он потянулся к ремню Уилла, и в этот момент стало невыносимо горячо от напряжения. Уилл запрокинул голову, издав сдавленный звук. Он смотрел сверху вниз на макушку Майка, на его острые плечи, и всё, чего ему хотелось — это зарыться пальцами в эти темные кудри и никогда не отпускать.  Майк медленно потянул кожаный край ремня, его костяшки то и дело задевали живот Уилла, обжигая холодом и жаром одновременно. Приятно. Чёрт возьми, это было слишком…  — Майк… — выдохнул Уилл, и его голос сорвался, в нём слышалось что угодно, но точно не просьба остановиться. А Уиллер издевался. Это приносило нескончаемое удовольствие, стоять так… смотреть на Уилла снизу вверх, видеть как он смущается и краснеет.  Лучшее зрелище. Когда его ладони коснулись бедер Уилла, тот непроизвольно вздрогнул и подался вперед. Уиллер поднял на него взгляд. Его очки чуть сползли на кончик носа. Он забирал себе этот момент, каждое прерывистое дыхание Уилла, каждый его смущенный взгляд.  Он снял очки кинув их куда-то в сторону, и в эту же секунду коснулся рукой самого… чувствительного места. Когда Майк коснулся его, Уилл почувствовал, как желал этого. Это было странно. Непривычно. И слишком… приятно. Он чуть сильнее запрокинул голову, и зажмурился. Чёрт. Сдерживаться было тяжело. Само ощущение и осознание что Майк Уиллер стоит перед ним на коленях… и ведет себя настолько… грязно? Слишком будоражило. — Ты такой тихий, — сказал Майк, когда приподнялся чуть выше, и начал целовать его торс. Одной рукой он обнимал его за талию, а другая уже свободно владела членом Уилла. — Ты… ты слишком меня смущаешь…  Это было правдой. Будто бы это было чем-то… незаконным… но приятным. — Думаешь? Тогда мне остановиться?  — Остановиться? — Майк переспросил это шепотом, приподнял бровь, будто бы его единственной целью было поиздеваться.  — Ты ведь знаешь, что я не остановлюсь. И ты этого не хочешь. Дожидаться какого-либо ответа было бессмысленно. Да и сил сдерживаться — нет у обоих. Майк начал двигать рукой чуть быстрее, в это же время наблюдая за реакцией Байерса.  Интересно.  Интимно. Майка всё больше заводило как Уилл прикрывал рот рукой в попытках сдержать свои стоны. Он выглядел очень привлекательным с такого ракурса. Он мягко, перехватил запястье Уилла, не давая ему снова закрыть лицо рукой. Он хотел видеть всё — каждую перемену в выражении его лица, каждое отражение собственного влияния на Байерса. Это заводило с бешенной скоростью. — Не прячься, я хочу видеть тебя… твой взгляд. Ты ведь меня не стесняешься, правда? Уилл выдохнул, его пальцы, до этого сжимавшие плечо Майка, ослабли, чтобы тут же вплестись в его волосы. От этого прикосновения Майка поглотило большее возбуждение — он почувствовал, как Уилл наконец сдается, отпуская последние остатки контроля. Майк аккуратно сжимал член Уилла, наслаждаясь. Байерс перестал пытаться сдерживать звуки, каждый раз, когда Майк усиливал давление, Уилл вздрагивал, подаваясь навстречу. Для Майка этот момент стал воплощением чего-то невозможного, о чем он даже боялся мечтать все эти годы. Видеть Уилла таким — беззащитным, открытым, всецело принадлежащим ему в эту секунду — было даже ярче, чем он представлял. — Да… вот так, — прошептал Майк, наблюдая, как на скулах Уилла проступают красные пятна, а губы приоткрываются в требовательном жесте. — Смотри на меня. Майк смотрел прямо ему в глаза. Этот зрительный контакт… смущал. Нет, конечно… приятно… но. Но… не чересчур?  Да к черту. И эта мысль была у обоих. Майк максимально издевательски коснулся языком. Всё тело Уилла горело от желания чтобы это продолжалось вечно, а торс в прямом смысле был горячим от недавних поцелуев. Иногда… Уиллер чересчур настойчив. Это не было похоже на что-то робкое или неуверенное — Майк действовал так, будто долго изучал это в своей голове и теперь просто переносил теорию в реальность.  Может, так оно и было? Влажный язык заставил Уилла почувствовать как границы полностью иссякли. Их не было. Вообще. Майк водил языком по всему члену, не отрывая взгляда.  Кажется, ему вообще не было неловко. С каждой секундой терпение Уилла переставало существовать, он хотел продолжения. Он хотел большего. И Майк это почувствовал… — Ты… такой твердый. Неужели так любишь когда перед тобой стоят на коленях? — Уиллер, ты невыносим… — Он снова прикрыл своё лицо рукой. — Не делай вид, будто тебе не нравится. Чего ты хочешь? — Я даже не пытался. Я хочу чтобы ты…продолжил.  — Продолжил? — Майк сделал резкое движение языком по головке, и улыбнулся… будто бы ничего не происходит. — Да. Пожалуйста.  Майк дразняще обхватил его, и Уилл судорожно вцепился в его плечи. Он чувствовал каждое движение языка, каждую смену ритма. Майк то замедлялся, заставляя Уилла буквально выпрашивать продолжение, то накрывал его полностью, лишая возможности даже соображать. — Майк... боже... — сорвалось с губ Уилла. Это была просьба которую он уже давно не мог контролировать.  Уиллер поднял глаза, всё еще не прерываясь. Без очков его взгляд казался… интимнее. Он видел, как Уилл дрожит, и это, кажется, только подстегивало его. Майк начал двигаться быстрее, увереннее. Ощущения были слишком... яркими. Жар его рта, скользящие движения и осознание того, что это Майк — тот самый Майк Уиллер — сейчас делает это для него, на коленях, в полумраке. Это кружило голову сильнее любого алкоголя или снотворного. Каждый раз, когда Майк глубже забирал его, Уилл непроизвольно подавался вперед, ища опору. Ощущения были буквально на грани. Каждое прикосновение… каждый взгляд. Это будоражило. Влажное тепло, ритмичное давление и то, как Майк иногда замирал на долю секунды, заставляя Уилла буквально задыхаться от предвкушения — всё это сливалось в бешенное напряжение и возбуждение. Уилл чувствовал что ещё немного… и не сможет сдержаться. Было слишком приятно, а это чёртово осознание… добивало окончательно. Руки Майка сжимали бедра Байерса, от этого голова начинала кружиться сильнее. В один момент Уилл издал громкий стон, совсем потеряв контроль над собой и своим телом… и Майк это почувствовал. Но он не сбавил темп. Уилл хотел оттолкнуть его, но не вышло. Уиллер был слишком настойчив, хотел довести всё до конца. И… у него это получилось. Уилл непроизвольно вскинул голову, его ноги тряслись. Сдавленный и интимный звук всё же вырвался наружу, теряясь в очередном раскате грома за окном. Тело свело, но весьма сладко и необычно… что-то схожее на судорогу или преддверие обморока. Но в этот момент Уилл точно понял, что его сознание просто выключилось. Не хотелось ничего… кроме как быть в этом моменте. Никакого стеснения, никаких… рамок. Ощущения были невероятными у обоих. Майк наконец оторвался от него, и полностью поднял взгляд. Ему будто бы… понравилось даже больше. Он чувствовал как Уилл пытался его оттолкнуть, но… Майк не отстранился даже на сантиметр. Его лоб уперся в живот Уилла, и он слегка усмехнулся, не веря что это произошло на самом деле. Через несколько… весьма долгих секунд, Майк поднялся. В его взгляде откуда-то вновь взялся милейший Уиллер, схожий на котёнка, нежели мужчину который только что… стоял на коленях перед другим мужчиной, и заглатывал его член так...  сексуально. И выглядел он так, будто бы выиграл что-то серьезное. Его волосы превратились в полнейший хаос, на скулах горел лихорадочный румянец, а взгляд — настоящий котёнок. Странный контраст. Он не стал ничего говорить, просто слизнул с нижней губы каплю, и улыбнулся. Но чёрт возьми, ЭТА улыбка была слишком вызывающей! Уилл на мгновение даже… смутился. Снова. Майк мягко притянул его к себе, обнимая за талию и заставляя Уилла уткнуться лицом в его плечо. — Мы же договорились, Байерс, — прошептал он в самое ухо, и в его голосе слышалась довольная хрипотца. — Никаких секретов. И никакого стеснения. Уилл просто уткнулся лбом в плечо Майка, пытаясь снова научиться дышать. В голове было пусто и непривычно тихо, лишь в ушах всё еще немного шумело. Весь этот хаос в коридоре вымотал его сильнее, чем вчерашняя выставка, но это… было приятнее любого перформанса.  — Придурок, — пробормотал Уилл. Но он даже не пытался скрыть, насколько ему понравилось. Улыбка появилась сама собой. Майк не ответил, только сгреб его в охапку, прижимая к себе ещё крепче. — Если ты думаешь, что после этого я забуду про кофе, — глухо пробормотал Уилл куда-то в ключицу Майка, — то ты ошибаешься. Майк тихо рассмеялся. Его рука медленно скользнула по позвоночнику Уилла вниз, останавливаясь на пояснице. — Я могу повторить, — вкрадчиво предложил он, чуть царапнув кожу короткими ногтями. — Может, тогда ты забудешь не только про кофе, но и собственное имя. Уилл судорожно выдохнул, чувствуя, как от одного этого тона по телу снова пробегает предательская дрожь. Он с неохотой отстранился, заглядывая Майку в лицо. — Уиллер, умоляю, пощади. Мне нужно в галерею к двум часам. Майк закатил глаза, всем своим видом выражая величайшую скорбь. Кажется, он надеялся на более яркое продолжение.  — В такую погоду? Байерс, это преступление против человечности. Скажи своему… кому-то там, что ты занят. Скажи, что ты... ну не знаю, отрабатываешь новую технику с натуры. — Это Кристофер Вейс, Майк. Видимо тебе нельзя пить! Я же тебе рассказывал, когда мы приехали домой. Он ждет подписи на документах по трансферу картин в Чикаго, Майк. И если я не приеду, он сам притащится сюда, — Уилл наконец-то отлепился от него, натягивая джинсы и пытаясь застегнуть рубашку непослушными пальцами. — И тогда ему точно придется объяснять, почему мой «помощник по хозяйству» расхаживает по квартире в таком виде. — Ну… это же версия для Джонатана. Для этого… Вейса, да? Придумаем что-то ещё. Может я… твой брат.  — Ты придурок. И шутки у тебя глупые. — Ну… а если я буду шутить, сидя перед тобой на коленях, ты будешь смеяться? — Уиллер!  — Ладно… ладно. Майк опустился на пол, чувствуя как силы полностью исчезли. Он поправил растянутый ворот футболки, обнажая ключицу, на которой красовалось красноватое пятно — след от вчерашнего приезда домой. Уилл был… в очень хорошем настроении.  Спустя полчаса Уилл стоял в прихожей с зонтом в руках, уже собранный, с блеском в глазах. Майк стоял напротив, привалившись плечом к дверному косяку, и пил свой многострадальный кофе. — Я постараюсь освободиться часа через три, — Уилл потянулся и оставил быстрый, смазанный поцелуй на губах Майка, отдающий горечью кофейных зерен. — Не скучай. — Постараюсь не разгромить твою квартиру, — Майк подмигнул. — Удачи с бумажками, звезда. Дверь захлопнулась, и дом мгновенно погрузился в тишину, которую нарушал только стук капель по стеклу. Улыбка всё еще глупо блуждала на его лице. Он провел рукой по растрепанным волосам, окончательно прогоняя остатки сна, и поплелся на кухню. На столе, среди стопок книг, лежала массивная папка — копия той самой рукописи, которую он сдал в издательство целую вечность назад. Ему прислали её на вычитку, и последние правки он закончил как раз перед тем, как всё завертелось с выставкой. Теперь это была точка. Но утром, Майк вдруг поймал себя на мысли, что внутри что-то щелкнуло. Ему не хотелось просто сидеть и ждать ответа от редакторов. Ему хотелось писать дальше. Майк вытащил из ящика стола чистые листы, взял любимую ручку и начал набрасывать первые абзацы новой истории. Никаких планов, никакой структуры — только поток образов, которые всплывали в голове. Да и не то чтобы… история. Это было что-то хаотичное, но зато… честное. Другие черновики он не трогал. Он вернется к ним, но позже. Song: Snow on The Bluff — Evening Elephants Майк хмурился, переписывал диалоги, отпивал уже давно холодный, очередной кофе и сам не заметил, как пролетело почти три часа. Когда спина окончательно затекла, он с облегчением собрал все листы в стопку, и потянулся так, что хрустнули позвонки. Дом казался слишком пустым без Байерса. Майк подошел к окну. Город за стеклом был серым, размытым. И этот дождь… Он  вспомнил Хоукинс. Он вспомнил, как они сидели с Уиллом, и тогда, Майк выпалил те самые слова: «Мы сойдем с ума вместе, да?». Тогда это звучало как обещание выжить. Сейчас — как обещание не взрослеть окончательно, даже когда мир требует обратного. Майк усмехнулся своим мыслям. Они тогда были просто напуганными детьми, пытающимися удержаться друг за друга и спрятаться от всего мира. Мир изменился, монстры исчезли, но это желание — создать для них двоих абсолютно безопасное, изолированное пространство — никуда не делось. Он каждый день продолжал думать о том самом месте мечты, которое они обсуждали во время их мини путешествия. Хотелось, чтобы это место… было особенным. И только для них. Никаких монстров прошлого.  Но пока… Взгляд Майка упал на диван. Затем на кресла. План созрел мгновенно. Чем не временное решение? Для начала он вытащил из спальни одеяла и все подушки, которые только смог найти. Перетащил их в гостиную. Затем в ход пошли стулья, торшер и пара тяжелых книг из библиотеки Уилла, в качестве утяжелителей. Он двигался быстро, с энтузиазмом. Через час посреди гостиной возвышался огромный, классический форт из одеял. Внутри Майк постелил пледы, притащил туда кучу комиксов, пару пачек чипсов из шкафчика и бутылку вина, которую взял чтобы выпить вместе с Уиллом после выставки. Но этого было мало. Майк зашел в мастерскую. Он аккуратно, стараясь ничего не повредить, вырвал из старого блокнота один пустой лист. Взял угольный карандаш, повертел его в пальцах, вспоминая, как это делает Уилл, и быстро, размашисто написал несколько слов. Затем он пробрался внутрь шалаша, зажег внутри маленькую гирлянду на батарейках, которую стащил с подоконника, и лег на спину, закинув руки за голову. Получилось масштабно. Это было похоже на безумную смесь их старых подвальных укрытий и замка Байерса, только модернизированную, мягкую версию для парней, у которых теперь периодически болят спины. Оставалось только ждать. Уилл Байерс вернется с занудной встречи и обнаружит, что в его взрослой, правильной жизни поселился Паладин, который готов перевернуть всё вверх дном. И Майк был уверен на сто процентов: Уиллу это чертовски понравится. Уилл вернулся где-то через час. Щелкнул замок, послышался шорох, уставший выдох. — Майк? — позвал Уилл из коридора. — Ты дома? Я промок до нитки, этот Кристофер просто вымотал мне все нервы… Что-то я задержался. Уилл осекся, застыв в дверях гостиной. Посреди комнаты возвышалась нелепая, но невероятно уютная конструкция из пледов и стульев. Внутри мерцали желтые огоньки. А над приподнятым краем одеяла висела кривоватая табличка: «Замок Уилла Премудрого. Монстрам и кураторам вход воспрещен». Из недр шалаша показалась кудрявая макушка Майка. Он смотрел на Уилла с самой мальчишеской, абсолютно преданной улыбкой. — Пароль? — абсолютно серьезно спросил Майк. Все эти выставки, взрослые проблемы, чикагские коллекционеры — всё это мгновенно осыпалось, исчезло, будто и не было. Остался только Майк, который построил милое убежище прямо посреди взрослой жизни. Уилл подошел к шалашу, опустился на колени прямо на ковер и, глядя Майку в глаза, тихо произнес: — Сойдем с ума вместе. Это первое что пришло ему в голову. Было конечно… еще кое-что. Но всё таки он надеялся — именно этот ответ верный. Улыбка Майка стала мягче. Он откинул край одеяла, приглашая внутрь. — Ответ верный. Залезай, пока не простудился окончательно. Уилл стянул влажную от дождя рубашку, оставшись в одной футболке, и забрался в укрытие. Там пахло стиральным порошком, кофе и самим Майком. Места было мало, поэтому им пришлось лечь вплотную друг к другу. Уилл сразу же положил голову Майку на грудь, привычно закидывая ногу на его бедро, и блаженно прикрыл глаза. Майк обнял его, зарываясь пальцами во влажные после улицы волосы на затылке. — Как всё прошло? — шепотом спросил Уиллер, медленно поглаживая его по спине. — Ужасно скучно, — так же тихо ответил Уилл, прижимаясь губами к теплой шее Майка. — Я думал только о том, как бы поскорее вернуться домой. К тебе.