Do I Wanna Know?

***

      Феликс не дал ей времени ни поблагодарить, ни отказаться. — Пойдем, — сказал он коротко, уже разворачиваясь и Кристин поняла, что это не предложение. Фанатка еще что-то говорила, смеялась и тянулась за телефоном, но Феликс легко, почти небрежно оттеснил ее плечом и потянул шатающуюся Кристин сквозь толпу. Он двигался уверенно, будто дорога автоматически расчищалась перед ним. Люди расступались, кто-то из уважения, а кто-то из любопытства к происходящему. Это все только в очередной раз напомнило Кристин о том, как здесь все завязано на статусе. Балкон оказался почти пустым. Тяжёлая стеклянная дверь глухо закрылась за ними, отсекая музыку, смех и гул зала. Воздух снаружи возвращал в реальность своей прохладой и легкостью. Феликс закурил сразу же. Зажигалка щелкнула в сильных пальцах, огонек на секунду осветил спокойное лицо без капли волнения. — Будешь? — он протянул пачку, не глядя. Кристин взяла сигарету почти механическим движением. Он поднес огонь слишком близко, и она заметила, как он следит за ее реакцией. — Ты вовремя подоспел, — сказала она, чтобы заполнить тишину. — Я знаю, — усмехнулся Феликс, — обычно я не спасаю красавиц из лап чудовищ… — хоть он и говорил шутливо, это было похоже на правду.       Больше они не говорили, курили молча какое-то время. Наблюдали за городом внизу. Он пестрил огнями зданий, которыми, возможно, тоже владела корпорация Кристин. Гул машин помогал отвлечься от парня стоящего рядом и всего, что произошло десять минут назад. Правда размеры города казались неестественно огромными… Слишком… — Вы коллеги? — наконец спросил Феликс. — Да. Из одного отдела. — Понятно, — кивнул он, будто это многое объясняло, — Значит, охрану ты бы не вызвала? Кристин покачала головой: — Боюсь, что и за твою выходку мне сахарную жизнь не устроят. — Я тебя спас вообще-то, — парень посмотрел на нее боковым зрением. — Спасибо за это, — Кристин закатила глаза, — Но это будет иметь свои последствия. — Переживешь, — он стряхнул пепел, — И, наверное, забудешь. — Что ты сейчас сказал? — Кристин медленно повернулась к нему. — Что ты переживёшь и забудешь, — повторил Феликс так же спокойно. — Люди переживают вещи и похуже. Кристин зависла. То, как он произнёс это — без нажима, фиксируя факт — слишком напоминало ей прошлое, которое она безуспешно пыталась оставить позади. В груди неприятно кольнуло. — А мы… — неуверенно начала она и тут же остановилась, — случайно не знакомы? Феликс хмыкнул, будто вопрос его позабавил. — Я был вне радаров какое-то время, коротышка, — ответил он легко. Кристин поморщилась, но промолчала. Вне радаров. Она слишком хорошо знала, что это значит. Исчезнуть на полгода из жизни, проснуться в частной клинике, принадлежащей какой-то корпорации, пережить «реабилитацию», о которой нельзя говорить из-за подписанных документов. И жить дальше, делая вид, что ничего не было. Да что этот мальчик вообще знал о том, чтобы быть вне радаров? — Разве тебе не хочется узнать своего спасителя поближе? — продолжил Феликс, делая шаг вперёд. Ему пришлось слегка наклониться — даже на каблуках она была ниже. Он оказался слишком близко, и в его взгляде мелькнуло что-то тёмное, кричащее «держись подальше» Кристин сглотнула. — Эм… — она чуть наклонила голову, — А должна? Феликс цыкнул и отстранился. — Портишь всё веселье, — бросил он. — Проехали. Она выдохнула — почти незаметно. — Разве у тебя не должен продолжиться сет? — спросила Кристин спокойнее, — Я слышала, у вас короткий перерыв. Мы тут уже какое-то время… — Не думал, что тебе будет так плохо в компании самого замечательного… — начал он, уже ухмыляясь. — Феликс! Он не успел договорить как в двери балкона почти вбежала девушка из отдела маркетинга: — Простите, что отвлекаю от тёплой компании, — быстро сказала она, — но тебе нужно на сцену! Феликс закатил глаза. — До встречи, коротышка. Я с тобой ещё не закончил. Он ушёл, не дожидаясь ответа. Кристин проводила его взглядом и выдавила кривую улыбку. — Ну и кринж… — пробормотала она и помахала ему ладонью, когда он уже исчез за дверью.

***

      Когда группа снова вышла на сцену, Кристин не сразу узнала своего спасителя. Сначала она просто отметила, какие они красавчики. Вокалист с гитарой явно наслаждался моментом: он улыбался широко, легко, ловил взгляды из зала, играл с публикой так, будто сцена была его домом. Он жил в каждом аккорде, в каждом движении плеч, в каждом протянутом микрофону слове.       А потом появился Феликс. Он выглядел иначе — более отстраненный, собранный. Ему шло быть в музыкальной группе: смуглый, кудрявый, с россыпью веснушек на скулах, которые странно контрастировали с его дерзким видом. Он держался так, будто ему всё равно, но стоило ему поднять взгляд в зал и ухмыльнуться — по спине пробегала дрожь. Харизматичный ублюдок.       Музыка была мрачной и вязкой, с рваным ритмом. Тёмный рок с оттенком R&B. Тексты о случайных встречах, любви, в которой никто не остаётся, сожалении о вчерашнем. Не самый праздничный плейлист для корпоратива, но теперь становилось ясно, почему эта группа так популярна. Смазливые мордашки неожиданно говорили о пустоте, тревоге за улыбками и безвыходных играх.       — Спасибо за ваше внимание! — вокалист с гитарой широко улыбнулся, явно наслаждаясь аплодисментами, — Мы сыграли все песни из нового альбома, но от такой публики уходить не хочется, так что у нас есть небольшой сюрприз. Он отступил от микрофона, жестом приглашая Феликса вперёд. — Я почти никогда не пою, — сказал Феликс, самодовольно усмехнувшись, пока настраивал высоту стойки, — Но вы, кажется, достойны меня. Мелодия была простой. Без ударных звучала, как-то… плоско? То ли от того, что барабанщик пел, то ли от того, что так задумано. Его голос оказался неожиданно приятным. Низкий и нежный — совсем не такой, какой ждёшь от человека с таким видом. Он пел тихо, лениво тянул слоги и надламывал голос на высоких нотах. Это не звучало болезненно, наоборот — подходило песне. Сухая хрипотца добавляла интимности, делая каждое слово ближе. Странная песня с депрессивным посылом — неживые люди, кукольные улыбки, аплодирующие манекены, цикличные и бессмысленные дни. Кристин чуть призадумалась, уставившись в потолок. Мотив нравился, но от текста кидало в дрожь. Напоминало о том, какие издевательства она переживала день за днем, день за днем, день за днем… Овации вытянули из мыслей, песня закончилась, люди кричали. Несмотря на просьбы сыграть на бис, вокалист попрощался и пожелал всем хорошего вечера. Феликс коротко кивнул и первым сошёл со сцены. Как человек, который сделал свою часть работы и пошёл дальше. Сцена опустела, это стало заметно сразу. Ещё минуту назад люди лениво стояли у столов, обсуждая бюджеты, дедлайны и то, как «круто всё организовали», а теперь несколько коллег сорвались с мест почти синхронно. Со смехом и телефонами в руках вся команда маркетинга, девушки из HR и каких-то смежных отделов ринулись к проходу у сцены, переговариваясь, толкаясь, зовя группу по имени. Фанатки. Кристин смотрела на это с пониманием того, что она не более чем часть толпы для него. Официальная часть его работы закончилась, но началась другая. Ей не хотелось докучать человеку, который и так купается во внимании. Не хотелось… и всё же было немного жаль? Признавать это не хотелось ещё сильнее. Кристин мечтала поговорить с ним ещё немного. Не о чём-то важном… просто так, в этом странном, спокойном ритме, который неожиданно возник между ними, но, видимо, не судьба. Кристин развернулась к бару. Приятное шампанское оказалось холодным, резкие пузырьки щекотали язык, оставляя лёгкое онемение. Она оперлась на стойку, позволяя себе просто стоять и наблюдать без необходимости участвовать в этой суете. Вечер стал чуть обычнее, корпоратив — корпоративным. — Ты сбежала слишком рано. Феликс появился рядом так тихо, что она даже вздрогнула. Не потому, что не ожидала, просто тело уже было расслаблено. Она до последнего надеялась, что он к ней присоединится. — Я не сбегала, — ответила Кристин, не оборачиваясь, — Просто думала, что ты уедешь с какой-то из своих фанаток. — А ты не фанатка? Она помотала головой. — Обидно, — он хмыкнул, делая глоток воды, — Я уже начал думать, что ты собираешься штурмовать толпу. Она наконец повернулась к нему. Вблизи он выглядел чуть иначе, чем на сцене. Не такой собранный и более улыбчивый. Пусть это больше походило на насмешку. Парень стоял расслаблено, опираясь плечом о стойку, но взгляд был всё таким же скользящим, изучающим. — Мне хватает экстрима в жизни. — Боишься, что растопчут? Кристин просто подняла брови. Феликс коротко рассмеялся и снова отпил воды. — Ты вообще хочешь здесь быть? — заметил он, — Не вижу, чтобы ты наслаждалась происходящим, коротышка. Она пожала плечами и хмыкнула, влив в себя остатки шампанского. — А у тебя есть альтернативы? Феликс прищурился, будто вопрос его позабавил. — Всегда есть, — ответил он легко. — Но все ли стоят внимания? — И как ты это определяешь? — она повернулась к нему корпусом, опираясь локтем на стойку. — Потому, хочется ли сбежать или хочется ли остаться подольше, — усмехнулся он. — И ты сейчас где? Он не ответил сразу. Сделал ещё один глоток воды, покрутил стакан в пальцах, тянул паузу, как тянут время перед не самым удобным решением. — Я ещё не решил, — наконец сказал Феликс. — А ты? — Пока не хочется никуда. — Даже несмотря на корпоратив, фанаток и меня? — он усмехнулся, но в голосе мелькнуло что-то проверяющее. Спокойный кивок в ответ. — Обычно после такого вечера люди либо напиваются сильнее, либо уходят. — Я и напиваюсь, — она посмотрела на пустой бокал. Феликс усмехнулся, и взгляд его снова скользнул по ней — от лица вниз, задержавшись на том, как она стоит. Нет, почти лежит на барной стойке. Уже спавшая укладка рассыпалась на плечах девушки. Она выглядела так, будто выбирала нарядный образ для галочки: лениво подкрученные локоны, чуть слипшиеся от туши ресницы и классическое трапециевидное черное платье. Чёлка всё время падала на глаза, и она машинально откидывала её в сторону, даже не замечая этого жеста. Кукольные, круглые глаза выражали вселенскую усталость, а губы, подкрашенные яркой помадой, особенно выделялись на бледной, не фарфоровой, а я-работаю-без-выходных-и-допоздна-перед-компьютером бледной коже. Низкий рост становился особенно заметен, когда она сменила опору с одной ноги на другую и тихо крякнула от неудобства каблуков. Это было так по-человечески, что Феликс невольно отметил, что рядом с ним она выглядела меньше, чем казалась сначала. Не хрупкой — просто компактной. — Ты будто призрака увидел. Он не сразу понял, что пялится. — Я знаю, что не самая красивая девушка здесь, но не настолько же, — Кристин наконец-то выпрямилась и потянулась. Было заметно, как она боролась с желанием зевнуть. — Нет-нет, ты безумно красивая просто думал, чем тебя удивить. — Не нужно меня удивлять… — она выдержала паузу, — Лучше проводи меня до дома. Феликс не ответил сразу. Он просто чуть выпрямился, убрав плечо от стойки. Стакан с водой замер в его руке, не доходя до губ. Взгляд задержался на ней. Она улыбнулась мягко, почти рассеянно. Феликс сделал глоток воды. Медленно. Потом поставил стакан на стойку, развернув его так, чтобы тот не мешал. Кристин тем временем снова тихо крякнула и приподняла пятку, проверяя, можно ли снять нагрузку с ноги. — Блять, — пробормотала она себе под нос, — Никогда не привыкну к этой херне. Феликс коротко выдохнул через нос. Не смех — что-то ближе к сдержанной реакции. Он молча подвинулся ближе к ней на полшага и, не глядя, чуть сдвинул её бокал в сторону, освобождая место у стойки. — Так зачем носить? Все равно остаешься коротышкой. Кристин опёрлась локтем туда, куда он освободил пространство, даже не задумавшись, почему это вдруг стало удобнее. Она продолжала говорить, будто ничего не изменилось. — Чтобы таким мудакам, как ты, в глаза смотреть. Он медленно выпрямился, убрав локоть со стойки и на этот раз посмотрел на неё прямо. Потом уголок его рта дёрнулся. — Засчитано, — сказал он наконец. — Кристин! — чей-то голос вырвался из общего гула слишком громко, — О, прости, я не знала, что ты занята. К ним подошла девушка гораздо веселее, заметно подвыпившая и со слишком заинтересованным взглядом, который сразу же зацепился за Феликса. — Ты же барабанщик из группы, да? — она чуть наклонилась к нему, игнорируя коллегу, — Мы все были в восторге, правда? Твоя песня... Феликс медленно выпрямился. Его тело отреагировало раньше лица — плечи снова напряглись, выражение стало отстранённым. Кристин заметила это мгновенно. Значит с ней ему было интереснее. Она выдохнула. — Мне, кажется, всё-таки пора домой, — сказала Кристин спокойно. Это решение давно созрело. Она повернулась к коллеге из финансового отдела и мягко улыбнулась, почти извиняясь не за что-то конкретное, а за сам факт того, что разговор оборвался. — Извини, я правда устала, — добавила она тихо. Девушка кивнула, но в этом кивке не было понимания, скорее удовлетворение. Улыбка осталась на месте, взгляд — холодный, оценивающий. Она точно будет обсуждать с другими, как долго Кристин вела диалог с новым знакомым. Кристин это заметила и всё равно не стала реагировать. Феликс посмотрел на неё не сразу. Сначала — на девушку рядом, потом обратно на Кристин. Его взгляд задержался, будто он что-то прикидывал. — Уже? — спросил он без насмешки. — Да, — она кивнула, — Вечер был… насыщенным. Она взяла сумку и поправила чёлку. — Правильно, хорошенько отдохни, — протянула коллега, явно не скрывая раздражения. — Но ты уверена, что не хочешь присоединиться? Мы хотели... — Нет, — перебил её Феликс резко, даже не глядя в её сторону, — Она устала. Тон был ровный, но отрезающий. Коллега замерла на секунду, затем натянуто усмехнулась. — Ладно, — бросила она, — Хорошего вечера. Феликс даже не кивнул в ответ. Кристин, напротив, снова улыбнулась по-человечески. Правда в голове уже готовилась к тяжелому понедельнику. Будут ли ее игнорировать? Будут ли расспрашивать? — Хорошего вечера, — сказала она искренне и развернулась первой. Феликс шагнул следом и вдруг сместился чуть в сторону, закрывая её от остальных. — Я провожу, — сказал он просто, не спрашивая. — Вас же вроде привезли на микроавтобусе? — заметила Кристин. — Привезли, — он пожал плечами, — но ребята точно задержаться до конца. — Поймаем такси? — Я закажу. На улице было прохладно. Ночной воздух резал лёгкие приятно и отрезвляюще, будто ставил всё на паузу. Гул зала остался где-то позади, за дверями. Феликс отдал телефон девушке, чтобы та ввела нужный адрес, недолго смотрел в телефон после, и машина неподалеку подъехала к ним сразу же. Повезло, что не нужно было долго ждать. В салоне было тихо. Радио играло что-то нейтральное, водитель не был разговорчив. Кристин смотрела в окно, наблюдая, как город медленно плывёт назад. Свет фонарей отражался в стекле, делая улицы нереально спокойными. Феликс сидел рядом — не слишком близко и не слишком далеко. Он не пытался начать разговор, не смотрел в ее сторону, а наблюдал за отражением. Со стороны выглядело так, будто он смотрит в окно. Кристин впервые за вечер не чувствовала, что от неё что-то ждут. Такси остановилось у её дома. Кристин повернулась к нему. — Спасибо, — сказала она мягко. Феликс кивнул. — Доберись нормально, — бросил он. — И… не задерживайся в таких местах, если не хочешь. — А ты не пойдешь со мной? — Выспись, коротышка. Такого расклада событий она явно не ожидала. Они попрощались так быстро, словно увидятся завтра, но не обменялись контактами, не договорились о встрече в будущем, а унижаться и писать ему в социальных сетях Кристин точно не собиралась. Он все равно не увидит ее в тысячи других запросов. Машина уехала. И только тогда до неё дошло - вечер закончился. Она медленно поднялась по лестнице, почти не чувствуя ног. Каблуки стучали глухо и неровно, каждый шаг отдавался в висках. В квартире было темно и тихо — слишком тихо после шума зала, музыки, голосов, чужого присутствия. Кристин захлопнула дверь и, не раздеваясь, прошла в спальню. Сумка упала на пол. Платье задралось, когда она рухнула на кровать лицом вниз. Матрас пружинисто принял её вес, и это ощущение вдруг стало слишком реальным. Она лежала, уткнувшись щекой в подушку, и смотрела в пустоту, не моргая. Вот и всё, — подумала она. Ты снова одна. Мысль была не о Феликсе. Не о вечере. А о том, что всё это — разговоры, взгляды, совместная дорога в такси — было нужно лишь для одного: не остаться одной в кровати. Она провела с ним вечер осознанно. Чтобы оттянуть момент, когда придётся лечь спать и остаться наедине с собой. Кристин перевернулась на спину и уставилась в потолок. Сердце забилось слишком быстро, будто тело только сейчас поняло, что угроза, от которой она скрывалась, настигла ее. Экран телефона вспыхнул резким синим светом, ударив по глазам. Зрачки не успели сузиться. На секунду комната поплыла. Синий. Яркий электрически-синий. В груди что-то резко сжалось. — Нет… — выдохнула она, сама не понимая, кому это сказала. Тени на стенах начали дергаться. Полосы света от экрана будто наслаивались друг на друга, превращаясь в знакомые, неправильные формы. Края комнаты стали слишком чёткими, слишком плоскими. Нужно просто дышать и сосредоточиться на... Девушка потянула себя за волосы, ущипнула за голые руки, пытаясь сосредоточиться на реальных ощущениях. Шум в ушах нарастал, будто кто-то медленно выкручивал громкость. Сердце стучало в горле. Воздух стал вязким. Она сжала телефон, потом резко отбросила его на кровать, но синий след остался на сетчатке. На секунду ей показалось, что потолок выше, чем должен быть. Что стены отодвигаются, что она снова маленькая. Застрявшая в пространстве, которое не заканчивается. — Я не там… — прошептала Кристин, с силой прижимая ладони к глазам, — Я дома. Слова прозвучали глухо, как из-под воды. Кровать под ней вдруг стала слишком мягкой. Матрас прогнулся глубже, чем должен, и тело мгновенно отреагировало. Кристин вскочила, почти споткнувшись. Сердце стучало где-то в горле, дыхание сбилось. Она побежала в ванную, не раздеваясь и не включая свет. Рука дёрнула кран вниз до упора. Холодная вода хлестнула сразу. Ледяная, колкая вода ударила по коже сквозь ткань платья, мгновенно пропитывая его. Ткань прилипла к телу, потяжелела, потянула вниз. Кристин задержала дыхание и тут же сжала челюсти. Холод впился в плечи, в грудь, стекал по спине, пробирался под ворот, по животу, к бёдрам. Кожа горела, словно её обдали не водой, а стеклом. Пальцы онемели почти сразу. Вот. Она живая, и все вокруг реальное. Если бы я могла вернуться… Мысль вспыхнула и тут же обожгла сильнее воды. В цирке всё было проще. Там все были одинаково застрявшими, пусть никто не хотел быть там, пусть каждый день был чужим и фальшивым, пусть все были сплочены не выбором, а обстоятельствами, но там её замечали. Там её видели. С ней разговаривали на равных, и ее существование обретало смысл и цель. А здесь… Здесь она сидела одна, в темной ванной, с синеватым пятном перед глазами. С ледяной водой, которая пропитывала одежду, стекала по полу и собиралась у ног. Кристин сползла вниз, прижавшись спиной к холодной плитке, колени подтянулись к груди, она лбом рухнула на них, не убирая прилипшие к лицу волосы. Холод наконец начал делать своё дело. Дыхание стало рваным, но ощутимым. Сердце всё ещё колотилось, но уже в груди, а не в ушах. Мир перестал плыть. — Просто дыши… — сказала она вслух, хрипло, — Просто дыши. Она пыталась сосредоточиться на шуме труб, шуме воды, но даже когда дрожь начала перетекать из панической в дрожь от холода, Кристин знала: ночь только начиналась. Когда вода стала невыносимо холодной, девушка дотянулась до крана и перекрыла его. В ушах звенело, тело дрожало так сильно, что зубы стучали друг о друга. Она сидела еще несколько секунд, не двигаясь, будто проверяла: не поплывет ли мир снова. Найдя в себе силы снять одежду, Кристин настроила воду на более терпимую, в надежде смыть сегодняшний вечер. Оставляя за собой мокрые следы на полу, она скинула вещи в ванной. Переоделась в первое, что попалось — старую футболку, шорты. В зеркале на секунду задержалась, рассматривая полу-живое отражение. Лицо было бледным. Глаза — большими, но пропорциональными. Круглыми, но с опущенными от стресса уголками. Однородного карего цвета. Кристин выключила свет и вернулась в спальню. Села на край кровати. Телефон лежал экраном вниз. Она перевернула его и тут же выкинула обратно. Не сейчас. Девушка легла, свернувшись калачиком, обхватив себя руками, будто удерживая тело на месте. Сердце постепенно замедлялось. Мысли — нет. Перед глазами всплыл Феликс. Не его лицо, а манера общения и молчание в такси. Пытался ли он просто поддерживать свой образ, или он действительно такой? Может, у них в группе тоже есть архетипы? Вибрация телефона вытянула из мыслей. Она медленно повернула экран к себе. Вам пришел запрос на переписку от @Pinnacleofmasculinity Дошла?