По ту сторону

      Утром Аврора сидела в светлице, которая теперь казалась родной. Она так вымоталась, что не помнит, как заснула. А проснулась от приятного запаха с кухни. Девушка переоделась в рубаху и сарафан яркого красного цвета. Оказывается, пока она была в лагере, Настасья из подаренных отцом Златиславы тканей сшила ей множество обновок.       «Вот и куда её цеплять?» — Аврора держала в руках фибулу.       В спокойной обстановке она смогла рассмотреть на ней узор: полуокружность, ограниченная прямой линией, а на самой дуге множество маленьких чёрточек. У Авроры сложилось впечатление, что ей уже встречался этот символ.       «Может, солнце?» — девушка повертела в руках выпуклую овальную брошь. — «Но солнце обычно круглое… Ладно, пофиг!» — Аврора сняла с себя пояс с множеством рун и продела через него фибулу. — «Неплохо», — довольно заметила девушка, повязав на талии пояс.       — Краса! — Настасья вышла с кухни и рассмотрела девушку. — Очелье не забудь, — женщина надела ей на голову ободок, и Аврора вновь вернулась в свой прежний образ.       — Благодарю тебя.       — А это что? — Настасья взглянула на пояс, скреплённый диковиной брошью.       — Фибула, подарок, — скомканно ответила Аврора, отведя взгляд.       — Добре, ешь, соскучилась поди по нормальной пище, — женщина поставила перед ней тарелку.       Девушка начала жадно глотать кашу. Это было куда лучше той пресной похлёбки, которую приходилось впихивать в себя. Аврору передёрнуло, как только она вспомнила о лагере и войне. Она схватилась за шею, начав тяжело дышать.       «Это страх из-за пожара… Нужно просто выдохнуть», — Аврора закрыла глаза, нашёптывая себе колыбельную, которая всегда успокаивала.       Дверь с грохотом открылась, и в проёме показался Борислав с дровами в руках.       — Ба! Ты чего пугаешь? — Настасья выбежала из кухни, как только услышала шум. — Поклади туда, — она показала в угол и ушла. Но Борислав стоял на месте, рассматривая рисунки, которые прежде не видел.       — Это ты писати?       — Да, — юноша был удивлён. Прежде в княжестве никто не рисовал. Да он научил Мирослава, но этого было крайне мало. Борислав глянул на изображение небесных огней.       «Хочу такие же…» — подумал княжич и открыл рот, чтобы спросить, вот только замер: — «А ежели она опять озлобится. Но так хочется с ней написати…»       — Ты что-то хочешь узнать?       — Нет.       — Что ж… А как там Яромир? — вдруг спросила Аврора, ведь Илья никого не подпускал к сыну кроме лекаря. У Борислава от злобы лицо перекосило.       «Почему он?!» — кричал в душе юноша, крепче сжав брёвна.       — Жить будет.       — А ты как? — Аврора почувствовала напряжение, а ругаться не хотелось. Глаза Борислава чуть подобрели.       — Добре. Благодарю.       «Что бы сделал Мирослав? Позвал бы гулять? А может про рисунки узнать? Или лучше про здоровье?» — у княжича была самая настоящая паника, ему прежде никогда не доводилось настолько сомневаться в себе, но он уже знал, что неверное слово заставит девушку вспыхнуть, как огонь.       — А ты? Здорова? — Аврора едва заметно улыбнулась.       — Да. Борислав, тебе нужна помощь?       — С дровами? — княжич растерялся, ведь до этого она бы не предложила ничего подобного. А Аврора желала ему помочь, потому что хотелось отблагодарить за спасённую жизнь. Но этот ответ её позабавил и вынудил искренне расмеяться.       — Нет. Просто помочь с чем?       — Лекарь занят, если ты сможешь пройти со мной по домам и осмотреть возможных больных, я буду благодарен, — первый раз Борислав решил не упрямиться, а принять помощь. Тем более так он сможет побыть с Авророй.       — Хорошо. Настасья?..       — Иди-иди, — женщина всё слышала из кухни. — Я со всем тут управлюсь. Борислав, стоять, — Аврора вышла. — Будь мил и приветлив, не спорь, не зубоскаль, — давала наставления Настасья, поправляя его одежду. — Её свитель возьми, — протянула куртку женщина. — И прояви заботу! Иди, — Настасья выгнала удивлённого и смущённого княжича.       — Аврора, стой. Зябко же, — он протянул ей свитель       — Спасибо. А почему ты решил это спросить? Разве князьям не всё равно на подданных?       — Близится зима, я должен знать, что у всех есть дрова и провизия, — Аврора лишь хмыкнула. — Нам надо к Любаве, у неё мать больна… — он говорил это с такой неловкостью, точно провинился заранее.       — Ну, хорошо.       — Там будет Василиса.       — А мне-то что?       — Она же тебя задирает, вдруг тебе неприятно.       — Мне всё равно, — Аврора пожала плечами. — Я не соревнуюсь с девушками из-за парней, и когда ей понадобится рука помощи, я её спокойно протяну.       — Ты слишком добра к ней.       — А ты слишком груб. Она тебя просто любит, а ты на неё даже не взглянул! Это невежливо. А Настасья сказала, что ты ей ещё и пощёчину дал. Любишь девушек бить, — Борислав замер и обомлел. Он её защищал, а ему упрёки.       — Тебя я больше и пальцем не тронул.       — О, спасибо добросердечный Борислав. Мне в ноги поклониться или не стоит? — юноша сжал кулаки.       — Она назвала тебя некрасивой из-за… — он осёкся, никто не говорил про царапины и синяки Авроры.       — Из-за ушибов? — спокойно спросила девушка. — А что с ними не так? Я их получила из-за грубого отношения мужчины. Да и разве становится кто-то хуже с тем, что получилось случайно? — Борислав не знал, что ответить. С одной стороны она права, а с другой он считал, что девушкам слишком важно лицо. — Знаешь, если что-то ещё скажет, не бей её, просто промолчи.       — Я не могу молчать, когда деву, которая… — он снава осёкся. Аврора улыбнулась.       — Которая что? Ну? Чего молчишь?       — Не важно, — девушка только шире улыбнулась. Она видела, что нравится Бориславу, даже заметила его старания в плане выдержки эмоций. Сжимая кулаки, княжич пытается сдержать свою грубость. — Помогла княжеству.       — Что?       — Я не позволю оскорблять деву, которая помогла княжеству.       — Борислав! — к ним выбежала Василиса. — Доброго здравия, — но юноша молчал. Своим молчанием он оскорблял девушку. Взгляд его случайно упал на Аврору, грозно смотрящую на него. Княжич вздохнул так, словно ему сейчас придётся тащить что-то тяжёлое.       — Доброго здравия, — сквозь зубы процедил юноша. Он вновь посмотрел на Аврору, которая одобрительно улыбнулась. — Мы к твоей матери.       — Она тоже?       — Да. Аврора хорошо справлялась в лагере, — её поёжило от этих воспосинаний. — А теперь лекарь дал ей снадобья и объяснил что к чему. Пока он с Яромиром, дева будет здесь за него.       — Это так лестно с её стороны. Сколько мы должны за лечение от княжны Северных земель? — Аврора от услышанного подавилась, а Борислав рассвирепел. — Об этом говорят Илья и Алёша, мол, чужеземка с Севера. А почему она тут, её не забрали? — невинно спросила Василиса.       — Не лезь в княжиские дела. Раз уж знаешь, что она — наследница Северных земель, где твоё почтение?       — Но… Я… Мне просто любопытно, — девушка старательно подбирала слова.       — Она — наша гостья, решение отца, — коротко ответил Борислав. — Не заговаривай на подобные темы боле, это не твоё дело. Пойдём, — княжич вошёл в дом. — Доброго здравия.       — Доброго, — их встретила девушка со шрамом на лице. — Она здесь, возле печи, — хозяйка провела их нужно месту.       Аврора почувствовала холод и сырость, а на печи заметила, как трое мальчишек жмутся друг к другу. Ей стало их так жаль. Борислав стоял молча в стороне, разговаривая с хозяйкой, Василиса присоединилась к ним, косо смотря на чужеземку. Аврора села рядом с женщиной, потрогала лоб, прислушалась к её дыханию и сделала простой вердикт:       — У неё простуда, думаю, из-за того, что холодно.       — Да, мы также решили, поэтому перенесли кровать сюда, ближе к теплу. Но ей не легче, — хозяйка дома подошла к ней.       — Возраст тоже играет свою роль. Чем старше человек, тем тяжелее ему выздоравливать. Борислав, а её нельзя в терем забрать? У нас же тепло… — княжич недолго подумал.       — Ладно. Скажу братьям, перенесём.       — А детей можно? — Аврора с тоской смотрела на них. Так сильно они ей напоминали птенчиков, что отчаянно пытались согреться, прижимаясь друг к другу.       — Хорошо, — выдыхая ответил юноша. В глазах хозяйки дома появилась радость, хотя бы мать и дети будут в тепле.       — Нет! Без матушки не пойдём! — запротестовали мальчишки, Аврора с мольбой смотрела на Борислава. Тот дёрнул плечами и кивнул.       — Благодарю, княжич, и Вас, — хозяйка ласково посмотрела на Аврору. Василиса гордо стояла в стороне. Девушке стало её жаль, она одна останется в этом холодном доме.       — И Василису, — от услышанного рты раскрыли все. Каждый в доме знал, что думает девушка о чужеземке, а тут столько доброты к тому, кто тебя ненавидит. — Пожалуйста!..       — Ладно, — кратко ответил он.       — Спасибо Вам! Мы можем готовить и убирать! Всё будем по дому делать!       Они быстро перебрались в терем, а Борислав и Аврора обошли остальные дома. Но там ситуация была лучше: болеющих меньше, а в комнатах теплее.       — Спасибо тебе. Это было благородно, — Борислав всё равно казался обиженным, так как не хотел жить рядом с Василисой. Аврора чувствовала вину, ведь навязала в чужой дом непрошенных гостей. — Может, ты хочешь чего? — Борислав вновь открыл и закрыл рот, пусть считает его героем, а не дельцом.       — Это я должен тебя поблагодарить. Тебе точно не будет мешать Василиса?       — С чего ты решил? Не убьёт же она меня!..