По ту сторону

      Дни тянулись лениво. Люди готовились к грядущим холодам, неминуемо подступающим к княжеству. Дрова, вёдра с водой, запасы еды — всё тащили в дом. Терем суета не обошла стороной. Княжичи и Илья заканчивали подготовку к зиме. Настасья и Любава хлопотали на кухне, а Аврора и Божена вышивали, присматривая за мальчишками, игравшими с деревянными игрушками.       — Это уже надоело! — старший отбросил воина в сторону и встал.       — Будешь показывать норов — получишь! — гневно крикнула Любава из кухни, слышавшая всё. И мальчишка обиженно сел обратно к братьям, нахмурив брови.       — А хотите сыграем в одну игру? Называется… — Аврора пыталась придумать название для настолки. — Путь воина! — мальчишки переглянулись, услышав о таком впервые.       — Давай, а как? — девушка подсела к ним.       — Нам нужны воины. Божена, ты с нами? — она кивнула и отложила вышивку. — Каждый выбирает одного.       — Я с мечом! — выкрикнул старший.       — Мы с копьями! — в унисон крикнули двойняшки, но один выбрал красного воина, а второй синего.       — Хорошо, а я возьму лучника. Божена?       — А дев нет? — Аврора отрицательно помотала головой. — Тогда вот этого, без оружия.       — Теперь нам нужно пронумеровать ходы, — девушка взяла нити разного цвета и отрезала их. — Красная — один ход, жёлтая — два, зелёная — три, синяя — волшебная сила, а белая — пропуск. Важно, что когда будем вытягивать, считается нить, которую держите пальцами. Ясно? — все кивнули. — А теперь к цели. Начнём мы от двери, на пути воинов будут опасности, их можно или пройти, или сломить, или остановиться перед ними. Тот, кто достигнет той стены первым, получит почёт, славу и уважение.       — И пироги? — спросили мальчишки.       — И пироги, — утвердительно кивнула Аврора. — Начинаем?       — Да! — громко закричали ребята.       Первым был старший, которому повезло, он вытянул зелёную нить. Двойняшкам меньше ходов досталось, всего по одному. Аврора вытянула синюю нить и пожелала быть впереди всех. А Божена достала жёлтую нить и робко сделала два хода.       — Стойте! — вскрикнула Аврора, когда четверть пути была пройдена. — Впереди камень, указывающий путь. Кто прямо пойдёт, Змея Горыныча встретит, налево — Лешего, направо — Водяного, нужно сделать выбор.       — Прямо, — уверенно сказали мальчишки.       — А я лучше к Лешему пойду.       — Тогда я направо.       Мальчишки на удачу вытянули зелёные нити и проскочили опасность. Божена, достав синюю нитку, она задобрила Лешего едой и прошла через лес. А Авроре не повезло, выпал пропуск хода. Игра продолжилась, и пока что лидировал старший брат.       Но на середине пути их прервал Яромир, который теперь передвигался с помощью палки. Он то и дело сюда захаживал, чтобы поговорить с Авророй, которую это порядком начинало раздражать.       Она не могла понять, почему это так злило. У неё был крайне настырный друг, но он никогда её не бесил. Мирослав тоже часто сюда ходит и говорит с ней о традициях, праздниках, учит языку, иногда делится своими переживаниями, однако и это не раздражает Аврору. Даже Ярослав, забегавший выпросить у неё сладости, не надоедал.       Но общество Яромира её напрягало, злило, выматывало. Юноша часто сетовал на потерю зрения, напоминая о войне, которую Аврора не желала вспоминать. Часто упоминал о Бориславе в отрицательном ключе, хотя девушка просила этого не делать. Вот только он не слушал. А ещё крайне часто просил её что-то приготовить. И не простое, как у Ярослава, а выматывающее. Что случилось, Аврора не понимала. Яромир был сдержанным и милым, а тут точно подменили: стал хуже Борислава.       — Я занята, — небрежно бросила девушка на очередную просьбу что-то приготовить.       — Но…       — Яромир, мы играем! — крикнула Аврора, устав слушать его просьбы.       Мальчишки лишь переглянулись, ведь не понимали такой настырности. У них в семье еда либо была готова до прихода отца, либо он ждал, когда мама освободится и накроет стол. Родители голос не повышали друг на друга.       — Что дальше? Ты сказала опасность. Какая? — наперебой спрашивали ребята, отвлекая Аврору от разных мыслей.       — У нас на пути кипящая река.       — А так бывает?       — Конечно, — девушка улыбнулась. — Тянем нити.       Авроре досталась жёлтая, и она угодила в реку, не сумев её обойти. Божена тремя ходами перешла опасность. Двойняшки вытянули синюю и пожелали затушить пожар. А старший достал зелёную и оказался рядом с Боженой.       — Итак, скоро конец. По одному разу вытаскиваем нить и узнаем, кто победитель.       Мальчишки двумя ходами достигли стены, почти одновременно, а Аврора с Боженой оказались позади. Ребята радовались так, будто выиграли сокровище, из-за чего Любаве вновь пришлось прикрикнуть.       — Ты же приготовишь? Ты слово дала! — налетели на неё неугомонные ребята.       — Конечно, конечно.       — То есть им ты сразу, а на меня накричала? — зло и обиженно спросил Яромир. Скрипнула дверь.       — Твой рёв слышен уже на лестнице, — усмехнулся Борислав.       — Борислав, — Аврора встала и подошла к нему. — Это… — ей не дали договорить. Юноша накинул на неё шубу, лучезарно улыбаясь. Божена и мальчишки изумились, не ожидая такого дорогого подарка. Девушка ощупала шубу, не поверив в происходящее. — Ты серьёзно? — наверное, это самый дорогой подарок в жизни.       — Да. Ты сказала, что отец твой дарил матушке шубу. Вот, я тоже, — довольно ответил Борислав. — Теперь холодно не будет, и можешь смотреть на огни сколько душе угодно.       — Спасибо, но не стоило.       — Слушай, а ты умеешь удивлять, — усмехнулся Яромир. — Думал, только деревяшки дарить и будешь.       — А ты всё язвишь, уже ослеп от злобы.       — Прекратите! — Аврора топнула ногой. — Ваши споры надоедают!       — Сказала та, что с охотой принимает княжеские дары. А если я тоже князем стану, увиваться станешь?       Яромир своими словами задел девушку, прямо говоря, что она готова отдаться за подарки. Именно в этот момент из кухни вышли Любава и Настасья, ахнув от услышанного. Братья вновь переглянулись и зашептались, пока не получили от матери подзатыльники. Божена прикрыла рот рукой, ведь такие слова произносят лишь тогда, когда совсем не уважают девушку.       — Не смей говорить обо мне, как о ветреной девице! — она сняла с руки браслеты. — Забери их. Мне они больше не нужны! — Аврора вложила его подарок ему в руку. Ответом Яромира послужила сильная пощёчина, от которой девушка даже пошатнулась. На глазах заблестели слёзы.       — Да ты ополоумел! — первым среагировал Борислав и сразу ударил Яромира.       — Успокойтесь оба! — Настасья и Любава принялись разнимать юношей, крепко вцепившихся в друг друга.       — Ты тоже её бил, запамятовал? — крикнул Яромир, вытирая кровь с губы. — Ты и Василису бил. Думаешь, тебя это обойдёт стороной, Аврора? Любая провинность, и будешь только так отлетать от ударов.       — Замолчи! Это в твоей семье бьют женщин! Это ты сказал, что приручишь Аврору! — орал Борислав, игнорируя Настасью и пытаясь её обойти, чтобы врезать.       — И это говорит тот, кто не испытал материнской ласки? Чудовище без чувств! Гордый княжич, не знающий ничего о любви! — в ход пошли оскорбления, вновь обидевшие Борислава.       — Закрой рот! — все посмотрели на Аврору. — Ты не был в его шкуре, но оскорбляешь.       — Гуляня мне не указ, — бросил безразлично Яромир.       Не нужен был перевод, чтобы понять, что значит это слово. Её назвали девушкой с низкой социальной ответственностью. Ни от кого она таких слов в свой адрес прежде не слышала, и её это очень задело.       — Да пошли вы! — со слезами выкрикнула Аврора и сбежала, не желая ощущать взгляды, слышать брань, видеть кого-либо.       — Там же метель! — вскрикнула Божена, но её никто не слышал.       Борислав и Яромир вновь сцепились, оскорбляя друг друга, хватая за грудки и пытаясь задушить. Настасья и Любава старались их разнять, но это не удавалось.       — Остепенились! Я сейчас закричу и скажу жрецам, что вы девку тираните! Пусть они и рассудят, — крикнула Настасья. Услышав про суд, юноши отступили и замолчали.       — Где нам её искать? — всхлипнула Божена и прижалась к женщине, боясь, что Аврору украдут зимние духи.       — Я найду, — Борислав хотел уйти, но Настасья вцепилась в его руку.       — Метель скоро нагрянет, да и вечереет…       — Ты хочешь, чтобы Аврора там окоченела? Она не вернётся! Незрячего бесполезно слать куда-либо, а это он назвал её гуляней, — все укоризненно посмотрели на Яромира. — Значит, за ней пойду я, — княжич ушёл, хлопнув дверью.       Юноша уже был готов выдвинуться, но на пути к озеру встретил отца с дружиной. Это было так внезапно, что сначало испугало.       — Борислав? Ты куда это? — удивился Дарий.       — Аврора убежала.       — Что?! Как?! — из конного строя вышел Калев, выглядел он измотанным. Он нервно взглянул на сгущающееся небо. — Мне нужно её отыскать. Дарий, надеюсь, ты пристроишь моих воинов?       — Конечно, примем как полагается. Борислав, стоять, ты со мной.       — Но отец…       — Нет, — Борислав сдался под строгим отцовским взглядом.       Воины вошли в город, а Калев ускакал в лес, нашёптывая одно и то же:       — Духи, помогите, отыщите… Стой! — мужчина натянул возжи, когда увидел перед собой зелёное сияние. Конь испуганно встал на дыбы и постарался затоптать огонёк, но тот легко скрылся извиду.       — Я тебя попросил лишь об одном! Защитить её! — в один миг зелёный загорелся красным, и от страха конь скинул наездника, убежав прочь.       — Так приведи меня к ней, что ж ты только орёшь?! — робеть перед ним Калев не собирался.       — Не могу, — виновато ответил он. — Там Родоначальник, а я сбежал от его взора.       — Зачем она ему?       — Аврора умирает, упала и потеряла сознание. Он ждёт, когда она замёрзнет, чтобы забрать дух.       — Вот те на… — Калев огляделся. — Плохо дело, — мужчина почесал затылок. — Ладно, отыщем лебёдушку твою.       «Если к ней пришёл Родоначальник, значит, должно быть очень ярко», — вот только вьюга начала набирать силу, заметая путь. — «Далеко убежать она тоже не могла. Мимо нас не пробегала, значит, пойду подальше от тропы».       Мужчина стал уходить в глубь леса, закрываясь от метели воротником. Снег неприятно бил по лицу, царапая кожу и не позволяя открыть глаза полностью. Ветер гудел, из-за чего слышать что-либо было тяжело. Калев шёл наугад, просто надеясь, что не сбился. Но надежда объявилась — яркий красный свет. Он сразу двинулся туда. Пробираясь сквозь ветки, Калев оказался подле духов самых разных цветов северных огней.       — Нашёл всё-таки, — фыркнул кто-то из этой толпы.       — И вам доброго здравия, родственнички, — он прошёл дальше и остановился возле девушки, лежавшей на земле. — Не думал, что вы будете, как коршуны, выжидать смерти лебёдушки, — съязвил Калев и сел возле неё, нащупывая пульс.       — Не дерзи нам! Мы старше! — рявкнул красноватый свет.       — Да мне плевать, я вас как не уважал, так и не собираюсь, — он снял с себя меховую накидку и укутал Аврору. — Вы её сюда отправили, чтобы она получила урок. Но что-то пока я наблюдаю только ваше остервенелое желание грохнуть её, — Калев выровнялся перед Родоначальником, гордо смотря на него. — Признайся, крови захотелось, на младшенькой и решил поистезаться?       — Да ты совсем одурел!       — А тебя всё бесит, что я переиграл ваши принципы, — рассмеялся Калев. — И правда, все, кто был наказан в подобном роде, быстро покаялись в своих проступках и вернулись домой. А я зажил здесь прекрасно, город основал, торговлю наладил, связи укрепил. А тебя это и бесит.       — Ещё слово и…       — И что? — грубо прервал Калев, поровнявшись с ним. — Убьёшь меня? Так даже у тебя нет на это прав. Ваш максимум подстроить несчастный случай, чтобы человек переместился в другое место, да наделить бессмертием, чтобы жил, пока урок не познает. Признайся сам себе, я сломал систему. И тебя это бесит.       — Чего ты хочешь? Зачем пришёл за ней, тебе же плевать на родственные связи?       — Я дал слово, — Калев взял Аврору на руки. — Но если ответишь на мой вопрос, впредь я буду с вами почтительней, — он оглядел суровых духов.       — Какой же?       — За что лебёдушку наказали? Она любит родителей, скучает по ним. Каждую ночь сидит возле озера и смотрит на небо, желает вернуться. В чём её вина?       — Вспомни наши принципы: любовь к ближнему, семье, роду, традициям. Она забыла всё. На самом деле вы крайне похожи. Но твоя мать наказала тебя сразу, как прибыла сюда, а вот её защищали всё это время, — он устало вздохнул. — Но даже ему надоело смотреть на то, как Аврора рушит себя и свою жизнь, и он выбрал ей наказание. Причём достойное, перенёс к суженному.       — Как это благородно.       — Ты дал слово, что будешь уважителен!       — А-а-а, — методично покачал головой Калев, усмехнувшись. — Я дал слово об уважении, если получу прямой ответ на вопрос. Но у вас опять загадки. То, что мы похожи, я вижу. Мне бы и в голову не пришло объявить её своей наследницей, если бы она была дурочкой да с другой внешностью. Что ж, чао! Не хочу погибнуть в метели.       Северное сияние взметнуло в высь, раскинувшись цветным ковром по небу и освещая путь. На это Калев лишь усмехнулся, возвращаясь обратно. На выходе из леса их ждал зелёный огонёк.       — А вот и ты, незнакомец.       — Аврора, как она? — зелёное сияние приняло человеческую форму и дотронулось до головы девушки. — Висок разбила. Бедная…              — Заживёт. Рана не смертельная. Тебе не влетит от нашего Родоначальника за неповиновение?       — Не-а, многих духов впечатляет, что я воспитал Аврору согласно нашим принципам.       — Куда ж делось твоё хвалённое воспитание?       — По моей вине она отреклась от всего. Я не думал, что так сильно по ней ударит горе, — сияние чувствовало вину.       — Какие вы все противные. Никогда бы не стал лезть в чужую жизнь, но ты и мама меня вынудили. Вам повезло, что она хорошенькая, а иначе я бы забил!       Огонёк ничего не ответил, взлетел в небо, оставляя Калева одного. Мужчина только хмыкнул и вошёл в княжество под покровом тьмы. Стоило ему оказаться внутри терема, как началась самая настоящая суета, сбежались почти все.       — Где её комната? — устало спросил Калев.       — В светлице, — неуверенно ответила Настасья, сминая юбку. Мужчина метнул недобрый взгляд на Дария.       — То есть у наследницы Северных земель нет своей комнаты?! Мы же договорились: я помогаю тебе, ты присматриваешь за Авророй. Мои воины бились до последнего и прорвали осаду, много благородных мужей полегло там! А вы не смогли дать ей комнату?! Где она спит, на полу?! — в серых глазах так и пылал гнев.       — Н-на п-печи, — Настасья готова была заплакать. — Княже, я же не знала…       — Калев, мы можем поместить её в западной комнате. Там и печь, и простор, и кровать…       — Не можем, — поджал губы Борислав. — Там Любава, её мать, дети и сестра, у них крыша прохудилась, мы предложили им кров, — такое князь услышать не ожидал, а Калева это лишь рассердило.       — Мы уходим, договор расторгается! Аврора идёт со мной, я сумею проскакать через метель, — Дарий не нашёл слов, а Северный князь выглядел слишком зло и решительно.       — А моя комната подойдёт? — спросил Борислав. — Мне не важно, где спать. Могу отдать Авроре.       — Воинов моих вы не в конюшне разместили, надеюсь? — Калев смотрел только на Дария.       — Они все на первом ярусе, накормлены, у всех есть кровать, — отсчитался Дарий.       — И на этом спасибо. Показывай свою комнату, найдите моего лекаря, приведите сюда.       Дверь в комнату Борислава, а теперь Авроры, закрылась. Калев никого не пускал в неё кроме лекаря и воеводы, оставляя всех в недоумении и напряжении.