Золотой Ассистент / Golden Assistant

Едва они переступили порог дома, у Сяо И зазвонил телефон — Ду Мэй. — Что там произошло? — без прелюдий спросила она. — Кто тебе вообще позволил с ней созваниваться?! — взревел Лу Чжоу, вскакивая с дивана. Он вцепился в воротник Сяо И и затряс его: — Кто велел тебе докладывать?! — Это не я! — выдохнул Сяо И. — Я всю дорогу рулил, некогда мне было звонить… директор Ду… Чжоу-гэ! — Включи громкую, чтобы Лу Чжоу всё слышал, — приказала Ду Мэй. Сяо И нажал на кнопку. — Лу Чжоу, — ровно сказала Ду Мэй, — у Чжан Синьжань сегодня было плохое настроение. Ци Цюань просил передать тебе извинения. Обсудим это завтра, а сейчас ложись отдыхать. Ду Мэй повесила трубку. Лу Чжоу застыл, не зная, на ком сорвать злость. У Сяо И в голове всё ещё звенели истошные выкрики Синьжань: «скорострел» и «импотент». Это оглушило его сильнее любой пощёчины. После такой остервенелой перепалки от образа идеальной «золотой пары» не осталось и следа. Лу Чжоу заметался по комнате, швырнул пару подушек, а потом рухнул на диван, тяжело дыша. Дотянулся до бутылки, налил себе виски и залпом осушил стакан. — Моя девушка тоже меня порой так распекает, — подал голос Сяо И. — Ничего страшного. Остынет — и всё наладится. Сяо И вспомнил, что Лу Чжоу укусила собака, полез в шкафчик, нашёл антисептик и ватные диски: — У тебя кровь есть? Дай посмотреть. Лу Чжоу раздраженно дернул рукой, но Сяо И успел заметить, что манжет рубашки на запястье уже пропитался алым. Он ахнул: — Нужно срочно сделать прививку! — Обойдусь, — Лу Чжоу вскочил и пересел подальше. — С ума сошел, что ли? — Это прививка от бешенства! — настаивал Сяо И. — А вдруг заражение?! — Я что, похож на бешеного?! — рявкнул Лу Чжоу. Сяо И промолчал, подумав: «Ну, вообще-то, очень даже». Вслух же произнес: — Если она носитель вируса, последствия могут быть серьёзными. Как ни крути, укол нужен. — Ты шутишь?! — не унимался Лу Чжоу. — Тащиться в больницу среди ночи? Чтобы завтра все газеты об этом трубили? Сяо И вспомнил, что у него есть знакомый в Центре контроля заболеваний. — Погоди минуту. Он ушел звонить, но Лу Чжоу крикнул вслед: — Ты опять кому-то докладываешь? — Не волнуйся, — ответил Сяо И. — Директору Ду я ни слова не скажу. Звоню другу, он работает в Центре контроля заболеваний. — Никаких друзей! — отрезал Лу Чжоу. — Ты соглашение о конфиденциальности подписывал. Хочешь с работы вылететь? Сяо И смотрел на него, едва сдерживаясь, чтобы не заорать в ответ, но в последний момент всё-таки смолчал. — Я твой ассистент, и моя задача — оберегать тебя. Если считаешь, что я плохо справляюсь, скажи Ду Мэй, пусть меня уволит. Но раз тебя укусили, укол мы сделаем. На всякий случай. Лу Чжоу сверлил Сяо И взглядом, но в итоге сдался.

***

Час спустя машина замерла на подземной парковке Центра контроля заболеваний. Сяо И привел друга к самому автомобилю. — Он не хочет светиться... — прошептал Сяо И. Стекло медленно опустилось. Лу Чжоу, низко склонив голову, высунул руку в окно. Друг Сяо И: «...» — Давай прямо так, — сказал Сяо И. — Выручай, дружище. С меня ужин. Приятель, едва сдерживая смех, принялся дезинфицировать мускулистое предплечье. Когда игла вошла в кожу, из салона донесся приглушенный вопль. Сяо И мгновенно вцепился в запястье Лу Чжоу, умоляя: — Терпи, терпи… Еще чуть-чуть осталось. Друг мельком глянул на дорогущие часы на руке «пациента», усмехнулся и похлопал Сяо И по плечу, не проронив ни слова. Когда с процедурой было покончено, Сяо И сказал: — Нужно будет еще два укола, сделаем их дома. Лу Чжоу заметно поостыл. Вернувшись домой, он даже не пошел в душ — завалился на кровать прямо в рубашке и трусах. — Таобао открыть? — спросил Сяо И. Ответа не последовало. Сяо И выключил свет и на цыпочках вышел из комнаты. В темноте он услышал тяжелый вздох. Снова зазвонил телефон. Опять Ду Мэй. — Ну как он? — спросила она. — Порядок, — ответил Сяо И. — И что вы забыли в ЦКЗ в три часа ночи? — в лоб спросила Ду Мэй. — Мне уже доложили. Сяо И: «...» — Вашу машину засняли папарацци, — продолжала она. — Вели вас всю дорогу. Завтра хотели выкатить материал, я еле успела всё замять. Ну, так зачем вы туда ездили? Сяо И пришлось шепотом всё объяснять, рассыпаясь в извинениях. — Да что ж вы за дети такие проблемные? — вздохнула Ду Мэй. — Завтра кто-нибудь напишет, что у вас подозрение на ВИЧ, — и пошло-поехало. В интернете чего только не сочиняют. Что ты тогда делать будешь? Сяо И и подумать не мог, что их просто будут вести от дома до дома. К счастью, Ду Мэй поняла, что он действовал из лучших побуждений. — В следующий раз будь осторожнее. И не слушай Лу Чжоу: в таких случаях звони сразу мне. Я пришлю другую машину и врача на дом. — Хорошо, понял, — у Сяо И бешено колотилось сердце, лоб покрылся испариной. — Отдыхай, — добавила Ду Мэй. — Натерпелся ты с этим непутевым. — И вам спокойной ночи, — вежливо ответил Сяо И. Сяо И вымотался до предела. Шёл всего второй день работы, а нагрузка была такая, будто он вкалывал за десятерых. Он прокрался в ванную. В тот вечер он решил — на свой страх и риск — наконец-то опробовать массажную ванну Лу Чжоу. Вода зашумела, Сяо И блаженствовал, как вдруг услышал шаги на лестнице. По лестнице спустился Лу Чжоу. — Что там вчера тот хейтер писал? — спросил он. Сяо И за шумом воды ничего не услышал. Лу Чжоу налил себе воды и заметил, что телефон ассистента мигает. На экране светилось: «Любимая». Лу Чжоу: «...» Он нажал на кнопку приема. — Ты что творишь?! — сразу набросился на него женский голос. Лу Чжоу мгновенно вскипел. Он вспомнил, что Сяо И называл свою девушку его «отбитой фанаткой». Сперва он хотел ошеломить её своим голосом, но обида на Синьжань еще не прошла, и образ подружки Сяо И в его голове мгновенно слился с образом бывшей. — Добрый вечер, — произнес Лу Чжоу своим самым светским и вкрадчивым тоном. — Могу я вам чем-то помочь? — Ты кто?! — опешила девушка. — Где Сяо И? — Он в душе, — ответил Лу Чжоу. — Что-нибудь ему передать? — Передай ему, — ледяно сказала девушка, — что я вернулась домой. Соседки моей матери по двору познакомили меня с парнем, у нас всё отлично. В следующем месяце свадьба. Пусть больше не звонит и забудет меня навсегда. — Не переживайте, я передам. И, если что, присмотрю за ним, — вкрадчиво сказал Лу Чжоу. На том конце воцарилась тишина. — Ты вообще кто такой?! — почуяла неладное «любимая». Лу Чжоу с самым серьезным видом выдал: — Я его парень. Какие-то проблемы? Трубка: «...» Голос девушки взлетел на три октавы: — Так ты мне всё это время лапшу на уши вешал?! Ах ты… Да вы оба… козлы! Любовнички хреновы! — Хм? А ты хоть знаешь, кто я? — подзадорил ее Лу Чжоу. — Да мне плевать! — орала она. — Ты что, этот его Ду Ма? — Ду Ма? — переспросил Лу Чжоу. — Кто это? О, так у него еще один любовник имеется? В трубке раздались короткие гудки. — Ну всё, автографа тебе теперь точно не видать, — пробормотал Лу Чжоу и небрежным жестом заблокировал ее номер. Затем он залез в Douban в телефоне Сяо И. История браузера замерла на посте, где обсуждали его отношения с Синьжань. Лу Чжоу напрягся: неужели этот малый сливает инфу? Он начал проверять историю комментариев. Аккаунт был старым. Под этим аккаунтом Сяо И яростно защищал Лу Чжоу, доказывая, что тот не «пристраивался к кормушке» Чжан Синьжань. Он детально анализировал его актерскую игру и писал, что внешность Лу Чжоу — эталон восточной красоты. Самые ранние посты датировались временами дебюта Лу Чжоу, когда Сяо И еще только учился в университете. Лу Чжоу хмыкнул и отбросил телефон. Сел на диван, открыл сценарий, но буквы не складывались в слова. Он снова взял мобильник ассистента. Стал листать отзывы на свой первый фильм. Сяо И тогда был совсем пацаном, и его рецензии были полны искреннего восхищения. Лу Чжоу перечитал хвалебные оды себе любимому несколько раз. Наконец, устав ждать, он крикнул: — Эй! В ванной что-то гулко бухнуло — Сяо И поскользнулся. Он выскочил в коридор, на ходу запахивая белый халат. Сердце ушло в пятки: мало того что залез в чужую ванну, так еще и грохнулся. — Запомни: моешься только после меня, — прорычал Лу Чжоу. — Виноват, простите! — Сяо И стоял босиком, с волос ручьями текла вода. — Чжоу-гэ, я думал… вы уже спите. Я сейчас солью воду, всё вымою и наберу заново. — То есть мне мыться твоей водой?! — Лу Чжоу изобразил крайнюю степень брезгливости. Сяо И замер, не зная, что предпринять. Капли воды стекали с мокрых прядей на его ключицы. — Ладно, забей, — махнул рукой Лу Чжоу. Сяо И всё же вернулся в ванную, до блеска отдраил ванну и крикнул: — Готово! Лу Чжоу с недовольным видом проследовал мимо. Когда он вышел после душа, на столе уже ждал виски со льдом. Актер шумно выдохнул и уселся в кресло, взъерошенный, с мокрыми волосами, он прихлёбывал виски из стакана. Сяо И налил себе немного и попытался утешить хозяина: — Да у всех так бывает. Меня тоже часто ругают, я привык. — Твоя девка тоже тебя так полощет? — спросил Лу Чжоу. — Ты вообще мужик или кто? Сяо И внутренне поморщился — эту фразу он слышал слишком часто. — На самом деле всё не так… — И что она для тебя сделала? — продолжал Лу Чжоу. — Хоть раз похвалила? Чего ты перед ней стелишься? Ради чего? — Она меня любит, — просто ответил Сяо И. — Ну, хотя бы так, — хмыкнул Лу Чжоу. — А Синьжань меня не любит. — Не говорите так… Зачем бы вы тогда были вместе? Я вот свою девушку всё равно… очень люблю. Сяо И приуныл и через силу улыбнулся: — Я верю, что когда она остынет, то простит меня. Мы ведь договорились: как только я накоплю на первый взнос, сразу поженимся здесь, в Пекине. Он еще не знал, что его «Одиссея» в юбке уплыла к другому берегу навсегда. Сяо И продолжал оптимистично подбадривать Лу Чжоу, а тот лишь едко заметил: — Раз полыхнуло — значит всё. Хорошая лошадь к старой кормушке не возвращается, руби концы. Сяо И улыбнулся и убрал телефон. — Я больше не собираюсь быть у Синьжань ручным псом, — выцедил Лу Чжоу. — Черт, это было невыносимо. Она с самого начала вытирала об меня ноги. — Не верю, что она никогда к вам ничего не чувствовала, — мягко возразил Сяо И. — Ты не понимаешь, — отрезал Лу Чжоу. — Шоу-бизнес только снаружи блестит. На деле тут закон джунглей: у кого слава громче, тот и прав. Кто в топах, тот и диктует правила. «Сказал человек, который делает ровно то же самое», — подумал Сяо И. Лу Чжоу замолчал, крутя в руках пустой стакан. Оба сидели в халатах по разные стороны стола. Сяо И огляделся: огни большого города отражались в окнах, подчеркивая пустоту огромного дома. Ему было знакомо это чувство вечного пекинского скитальца. Каждый день возвращаешься в пустую квартиру, включаешь свет — и тишина. День, два — еще ладно, но когда это длится годами… Стены давят. В таком огромном доме должно быть чертовски одиноко, сколько бы денег у тебя ни было. — А почему вы не перевезете родителей, чтобы они присматривали за вами? — спросил Сяо И. — Они в разводе, — бросил Лу Чжоу. — Живут за границей. Ты что, не знал? Я об этом в каждом втором интервью рассказывал. Сяо И припомнил — и правда, проскальзывало. — А твои как? — спросил Лу Чжоу. — В провинции. Раньше в деревне преподавали, теперь перебрались в районный центр, живут с моим младшим братом. Сяо И вздохнул и с улыбкой добавил: — У вас есть деньги, дом, карьера… О чем вам горевать? Посмотрите на меня. Всех моих сбережений не хватит и на один квадратный метр в этом городе. Мой отец всю жизнь откладывал, накопил восемьдесят тысяч — хотел помочь мне с первым взносом. На деньги, которые наша семья копила три поколения, мы и угол в туалете здесь не купим. Лу Чжоу: «...» — Нашел с кем себя сравнивать, — выдавил он наконец. «Ну да, куда уж мне, нищеброду, до вашего сиятельства», — хмыкнул про себя Сяо И. — Работай нормально! — Лу Чжоу встал и уже с лестницы крикнул вниз: — Будет у тебя дом! Но на твоем месте я бы поскорее вернулся в свою деревню. Время, проведенное с родителями — это единственное, что нельзя купить за деньги. Сяо И замер. Он никак не ожидал, что последняя фраза Лу Чжоу окажется настолько… человечной.