Золотой Ассистент / Golden Assistant

Той ночью Лу Чжоу лег спать пораньше. Сяо И не стал донимать его сценарием — в конце концов, ближайшую неделю в офис можно было не показываться. Улегшись в кровать, Сяо И наконец-то позволил себе расслабиться в предвкушении того, что завтра выспится. В целом, жизнь личного помощника казалась ему вполне сносной. В половине третьего ночи снова позвонила Ду Мэй. Сяо И заверил её, что Лу Чжоу вроде бы пришел в себя. Ду Мэй облегченно выдохнула и велела Сяо И завтра заглянуть в агентство для детального разговора. Сяо И еще немного полистал ленту на Tianya, наткнулся на пост о романе Лу Чжоу и Синьжань и увидел, как толпа фанаток яростно мешает актрису с грязью, заявляя, что та мизинца Лу Чжоу не стоит. Поклонники Синьжань пытались было огрызаться, но их быстро заклевали. Сяо И криво усмехнулся и отложил телефон.

***

На следующий день Сяо И был в офисе компании. — Он наверняка еще дрыхнет, раньше полудня не встанет, — заметила Ду Мэй. — Пообедай здесь, а потом возвращайся. Заодно заберешь подарки от фанатов. Сяо И покосился на гору коробок в углу. Он уже успел вкратце обрисовать Ду Мэй события вчерашнего вечера, и та явно была в замешательстве. Сяо И помалкивал, стараясь не мешать ей думать. — Он говорил что-нибудь о чувствах к Синьжань? — спросила Ду Мэй. — Вообще, поминал её как-то потом? — Он сказал… — Сяо И наморщил лоб, вспоминая. — Когда они ругались, Чжоу-гэ упомянул, что вы обещали нанять «водную армию»… то есть пиар-агентство, чтобы создать нужный фон. — Вообще-то, это инфоповод, — вздохнула Ду Мэй. — Мы этого не хотели, но шумиха нам на руку. Боже, ну что за ребенок… Совершенно не умеет умасливать женщин. Сяо И понимающе кивнул, а про себя подумал: «Так вот оно что. Вы просто хотели пропиариться за счет Синьжань, так что она не зря так взвилась». Похоже, Ду Мэй решила просто закрыть глаза на то, как фанаты топчут актрису на форумах, чтобы подогреть интерес к Лу Чжоу. Расчет был на то, что на фоне скандалов пара будет вечно в топе новостей, а Лу Чжоу потом как-нибудь сам её успокоит. Но в этот раз, кажется, палку перегнули. Сяо И ещё не успел пообедать, как позвонил Лу Чжоу. — Ты куда свалил?! — заорал он в трубку. — Совсем работать не хочешь?! — Я забираю подарки от фанатов из ко… то есть я в офисе! — спохватился Сяо И. — Забираю всё, что тебе прислали, и сразу еду обратно! — Псих, — бросил Лу Чжоу и повесил трубку. Ду Мэй жестом велела ему поспешить, напомнив напоследок, чтобы он заставил Лу Чжоу читать сценарий. Сяо И понесся к выходу, мысленно огрызаясь: «Сам ты псих! И ты псих, и ты…» Он лихорадочно грузил вещи в машину и вскоре уже ехал домой на корпоративном авто.

***

Дома три тётушки-домработницы как раз убирались и готовили. Сяо И сел в гостиной разбирать подарки. Лу Чжоу вышел из спальни — злость ещё не улеглась — хмуро взирал на этот процесс. — Я же сказал: не таскай это барахло в дом, — проворчал он. — Это же от твоих фанатов, — возразил Сяо И. — От чистого сердца… как же я мог… — он хотел было сказать «как ты можешь быть таким черствым», но вовремя сменил тон: — Как я мог им отказать? Они же караулят у дверей компании! Пришлось забрать, а то у офиса даже мусорных баков поблизости нет. — В гараже есть бак, неси всё туда и выбрасывай! Нечего место занимать! — безапелляционно заявил Лу Чжоу. — Хорошо, конечно, — кротко отозвался Сяо И. Как только Лу Чжоу скрылся из виду, Сяо И и не подумал ничего выбрасывать. Он продолжал вскрывать коробки, и у него едва не опустились руки от увиденного: там были альбомы с рисунками, сделанными вручную, фотокниги, блокноты и горы писем. Сяо И открыл одно — его писала школьница. Он невольно улыбнулся. Письмо было сложено очень аккуратно, розовая бумага пахла духами. В каждой строчке чувствовался трепет и искреннее обожание — Сяо И вспомнил себя при первой встрече с Лу Чжоу, когда ему хотелось провалиться сквозь землю от волнения. И всю эту искренность топчет какой-то «бешеный»! Мысленно поливая Лу Чжоу за то, что тот «скармливает псам чужие сердца», Сяо И вздохнул и аккуратно сложил письма в отдельную коробку. — Я же велел это выкинуть! — снова возник на лестнице Лу Чжоу. — Я… — Сяо И не растерялся. — Громоздкие вещи я уже выбросил! А это — коробки для салфеток, которые ты на Taobao заказывал! — Коробочки? — Лу Чжоу на секунду завис, потом махнул рукой: — Ладно, забей. Убери всё со стола, пора обедать. Зазвонил телефон, и Лу Чжоу скрылся в кабинете. «Слава богу», — подумал Сяо И. — «Сам бы себя на помойку выкинул, ты тут сейчас самый лишний…» Шоколад, конфеты ручной работы, мягкие игрушки, светящиеся лампы-грибочки, растения в горшках, открытки, деликатесы из разных провинций… Сяо И едва не завыл. Как можно всё это выбросить?! Это же кощунство! Он решил спасти вещи. Распаковав около сорока подарков, он понял, что не может расстаться ни с одним из них. И вот, взвалив на спину огромного плюшевого медведя ростом с человека и зажав в зубах стопку писем, Сяо И воровато, как заправский грабитель, прокрался на второй этаж. Заметив, что Лу Чжоу стоит спиной к коридору и разговаривает по телефону, он пулей проскочил в свою комнату. Сделав несколько таких муравьиных рейсов, он перетащил всё добро в свое убежище. Когда он снова спустился, тётушки уже убрали пустые коробки. Лу Чжоу закончил разговор и пришел в столовую. — О чем говорила Ду Мэй? — подозрительно спросил он за обедом. — О вчерашнем, — Сяо И придерживался легенды, продиктованной Ду Мэй. — Сказала, что Синьжань не выдержала и несколько раз звонила в офис… — Она звонила?! — перебил Лу Чжоу. — Не смеши меня! Она вчера вовсю развлекалась с друзьями! Небось уже подцепила какого-нибудь режиссера, мне люди уже донесли! — Это директор Ду… то есть Ду-цзе сказала, — замялся Сяо И. — Я не в курсе. Лу Чжоу замолчал. После обеда он развалился на диване с каким-то артбуком. Сяо И подошел к нему со сценарием в руках. — Чжоу-гэ… — осторожно начал он. — Не сейчас, — отрезал Лу Чжоу. — Не зуди под ухом.

***

В три часа дня Лу Чжоу отправился в домашний спортзал. Пока он потел на беговой дорожке под музыку, Сяо И снова подсунул ему сценарий. Лу Чжоу вытер пот полотенцем, но так ничего и не сказал. Вымотавшись до предела, он скинул футболку и, распространяя запах пота, скрылся в ванной, где Сяо И уже приготовил для него воду. После ванны Лу Чжоу снова рухнул на диван и скомандовал: — Читай. — А? — не понял Сяо И. — Сценарий читай! — рявкнул Лу Чжоу. Сяо И принес бумаги, проклиная про себя «великого Лу», который, видимо, разучился читать сам. — Сцена первая. День. Степь. Общие планы… — Пропускай, — нетерпеливо бросил Лу Чжоу. — Описания меня не волнуют. Сяо И послушно перелистнул страницу: — Сцена вторая. День. Река Сира-Мурэн. Действующие лица: Шулюй Пин, три служанки… Бескрайняя степь. Сквозь дымку видно, как Шулюй Пин выходит из воды после купания. Юноша наблюдает за ней из укрытия… Сяо И осекся. «Боже, что за дешевая мыльная опера», — подумал он. — Мои реплики читай! — приказал Лу Чжоу. — А… Чжоу-гэ, а ты кого играешь? Лу Чжоу посмотрел на него как на умалишенного: — Елюя Абаоцзи. Сяо И, как человек творческий, в истории был ни бум-бум и понятия не имел, кто это такой. Лу Чжоу вздохнул: — Это основатель династии Ляо! Ты что, историю в школе прогуливал? — А Шулюй Пин тогда кто? — Его жена. И по совместительству двоюродная сестра. Родам Елюй и Шулюй разрешалось вступать в брак, — нехотя пояснил Лу Чжоу. — А-а-а, понятно, — закивал Сяо И. — Похоже, тот парень, который подглядывал за ней в ванне — это и есть Елюй Абаоцзи… Сяо И смутно припомнил что-то из школьной программы. Значит, это всё-таки серьезная историческая драма? Он продолжил: — Вот, твоя сцена. Юноша подглядывает за купающейся девушкой, и тут… прибегает его товарищ с луком в руках и кричит: «Абаоцзи! Абаоцзи!» Лу Чжоу скривился так, будто съел лимон. Он выхватил сценарий, пробежал глазами текст и взревел: — Это же бред сивой кобылы! Великий основатель Ляо в первой же сцене подглядывает за сестрой в кустах?! Оба замолчали. — Всё, не буду это читать, — отрезал Лу Чжоу. — Давай я еще немного посмотрю, — примирительно предложил Сяо И. — Ду-цзе говорила… О! Вот: «Елюй Абаоцзи влетает в шатер и падает на колени перед бабушкой. Юный Абаоцзи, обиженный и расстроенный, кричит: Почему другим можно гулять и охотиться, а мне нет?! Почему?! Почему?! Почему?! Бабушкой (наставительно): Абаоцзи, у ханьцев есть поговорка: когда Небо хочет возложить великую миссию на человека, оно сначала подвергает его испытаниям, изнуряет его тело…» Лу Чжоу был на грани обморока. Он вяло замахал рукой, требуя прекратить это издевательство. К счастью, зазвонил телефон. Лу Чжоу ушел в разговор, попутно забрав у Сяо И сценарий и лениво его перелистывая. Сяо И пристроился за обеденным столом с телефоном. Краем уха он слышал, как Лу Чжоу обсуждает инвестиции в виноградник. Кажется, какой-то друг зазывал его в долю: винодельня, закрытый клуб, всё по высшему разряду. Суммы в разговоре мелькали восьмизначные. Сяо И поразился: «Сколько же у него денег? Странные у богатых причуды — то на Taobao копеечные салфетки скупает, то в виноградники миллионы вкладывает…» Сяо И стало любопытно, каков реальный капитал Лу Чжоу, но спрашивать было бы верхом неприличия. Для Сяо И всё, что превышало миллион, было областью абстракции: миллион, два, пять, десять — просто цепочка нулей. Лу Чжоу много снимался, так что, должно быть, заработал прилично. Одна эта квартира наверняка стоит миллионов сто? Сяо И огляделся. Пожалуй, сто — это перебор. Ну, миллионов пятьдесят точно. Если бы Лу Чжоу отдал ему хотя бы сотую часть своих денег, Сяо И мог бы безбедно жить в Пекине до конца дней. Удивительно: одни рождаются, чтобы сиять и повелевать, а другие всю жизнь перебиваются с хлеба на воду. Сяо И вздохнул, решив, что ему еще повезло. Надо будет при случае поблагодарить Ду Мэй за этот шанс — по крайней мере, он перестал быть «лягушкой на дне колодца». За время разговора Лу Чжоу пролистал три страницы сценария и бросил его на диван. Больше он к нему не притрагивался. На следующий день Сяо И снова хотел почитать ему вслух, но Лу Чжоу отрезал, что ему и так уже всё ясно. Сяо И, которому чтение давалось с трудом, всё же залез в интернет и изучил историческую справку о Елюе Абаоцзи. Оказалось, это и правда серьезный проект, хоть начало и отдавало дешевым романом. Главную женскую роль играла та самая протеже компании «Лисэй». Весь сюжет крутился вокруг того, что в юную Шулюй Пин влюблены все парни округи. Сяо И, привыкший к американским сериалам, был потрясен размахом китайского кинопрома. Скорее всего, рейтинги этого шоу будут держаться исключительно на имени Лу Чжоу. Впрочем, сюжет был лихо закручен и по-своему затягивал. Пока Сяо И дочитывал сценарий, Лу Чжоу качался, играл, иногда уходил на встречи. Когда Лу Чжоу отправлялся в караоке с друзьями, Сяо И работал водителем и смиренно ждал его в машине. Неделя пролетела незаметно. В понедельник утром за ними приехала машина и отвезла в аэропорт. Там их ждал Линь Яо. — Я отправил вам в помощь пятерых ассистентов, — сообщил он. — Они вылетели вчера, уже в Хэндяне. «Пятеро… — ахнул про себя Сяо И. — Один Лу Чжоу — и столько народу вокруг». Сам Лу Чжоу, не выспавшийся после вчерашней пьянки, буркнул: — В самолете меня не кормить. Сяо И впервые летел первым классом. Внутри всё пело от восторга, но он старался сохранять невозмутимый вид. Линь Яо всучил ему пачку расписаний и инструкций, и весь полет Сяо И обсуждал с его помощником детали предстоящей работы. Бронирование отеля, размещение, транспорт, расходы… У Сяо И голова пошла кругом. Он понял, что его роль — это не просто принеси-подай, а что-то вроде мажордома или начальника штаба. Оказалось, большинство актеров в Хэндяне живут там, куда их поселит съемочная группа, но звезды уровня Лу Чжоу или Синьжань могут выбирать сами. Лу Чжоу не только выбил себе пятизвездочный отель через компанию, но и за свой счет оплатил номер для Сяо И там же. Сяо И посмотрел на него: тот сидел, запрокинув голову и приоткрыв рот, похрапывал, а темные очки сползли набок. Стюардесса, подошедшая с вопросом, узнала его и застыла с немым восторгом на лице: «Божество!» Сяо И поправил очки на переносице Лу Чжоу и жестом попросил её не шуметь. Линь Яо тем временем уплетал обед и продолжал инструктаж: — Когда начнутся съемки, я не смогу быть там постоянно, так что вся нагрузка ляжет на тебя. В первый раз в Хэндяне всегда голова кругом, так что если что неясно — спрашивай у Лу Чжоу. Сяо И закивал. — К другим звездам за автографами не лезть. — По вечерам, кроме самых важных встреч, ты — первый рубеж обороны. Если кто-то хочет его видеть, говори: «Чжоу-гэ очень устал после смен, запишем вас на другое время, мы сами сообщим». — Фанатов и друзей, пришедших на площадку, нужно четко различать. В нужный момент умей спровадить лишних, но вежливо… Линь Яо говорил без умолку, а под конец добавил: — За твой характер я не переживаю, боюсь только, что ты не умеешь говорить «нет». — Я постараюсь, — пообещал Сяо И. — Господин Линь, вы так во всём этом разбираетесь. — Я ведь тоже когда-то был его менеджером, — улыбнулся Линь Яо. — Ду Мэй вела его с самого начала, но когда дел стало слишком много, она передала часть обязанностей мне.

***

Самолет приземлился в Иу. Проснувшийся Лу Чжоу пересел в машину и снова заснул. В Хэндяне их встречал координатор съемок. Пока растерянный Сяо И пытался сообразить, что к чему, Лу Чжоу уже приветливо улыбался девушке-координатору: — Где режиссер Ли? — Режиссер Ли на совещании со сценаристами, — ответила та. — Ужин назначен на полседьмого. Снимать будем два месяца. У вас, господин Лу, самая большая нагрузка, так что крепитесь. Вот график на неделю, остальное пока в работе. — Сценария еще нет? — Лу Чжоу слегка нахмурился. — Завтра церемония начала съемок, ваша первая сцена послезавтра. Скорее всего, будем снимать по «летучим страницам». — Да ладно… — протянул Лу Чжоу. — Опять этот балаган? — Простите, мы правда не успеваем, — извинилась девушка. — Сейчас на руках только план эпизодов, сценарий еще дописывают. Сяо И стоял в шоке. «Это как это — снимать то, чего не написали?» Лу Чжоу лишь махнул рукой: — Ладно, проехали. Координатор проводила их в номер и откланялась. Сяо И, сжимая в руках таблицы и графики, чувствовал, как в голове роятся вопросы. Лу Чжоу рухнул на диван: — Чай. Сяо И бросился ставить чайник. Лу Чжоу зевнул и поплелся в ванную умываться. — Не понимаешь — спрашивай, — бросил он через плечо. Сяо И наконец решился: — А как можно снимать, если сценария нет? — Как попало, — отозвался Лу Чжоу. — Все эти «шедевры» так и штампуются. Бывает, актеры прямо на ходу реплики перекраивают. — А что такое «летучие страницы»? — снова спросил Сяо И. — Это когда снимают кусками. Сегодня — финал, завтра — середина. Смерти, прыжки со скал, слезы — всё в кучу, без всякой логики. Лу Чжоу вышел из ванной по пояс голым, вытирая лицо. — Где мои трусы? Сяо И кинулся искать сменное белье. — Значит, тебе не нравится так сниматься? — А кому понравится? — буркнул Лу Чжоу. — Приходишь на площадку, актера в глаза не видел, а по сценарию вы уже взасос целуетесь. Кому такое в радость? Сяо И понимающе хмыкнул. Лу Чжоу включил воду и залез в душ, а Сяо И крикнул из комнаты: — К завтрашнему открытию нужно что-то готовить? — Не нужно, — донеслось из-за двери. — Твоя задача — фанатов отсекать. На площадке будет охрана, но ты всё равно бди, чтобы никто не прорвался. — Хорошо… — ответил Сяо И, чувствуя, как по спине пробегает холодок от предстоящей ответственности.