Золотой Ассистент / Golden Assistant

Тем же вечером Сяо И созвонился с Линь Яо, забрал ключи от машины и познакомился с пятью ассистентами, которых тот привез с собой. Четверо парней и одна девушка. — На время съемок поступаете в распоряжение Сяо И, — представил его Линь Яо. — Слушайте его и делайте всё, что он скажет. Ассистенты дружно поздоровались. Сяо И в этот момент почувствовал себя лисой в тигриной шкуре. Неужели теперь он будет кем-то командовать? Впрочем, все опасения Сяо И оказались напрасными. Помощники были ребятами молодыми и быстро нашли с ним общий язык. Еще до прилета Линь Яо предупреждал: эти ассистенты — временные сотрудники, их положение совсем не такое, как у самого Сяо И. Получают они всего по две-три тысячи юаней в месяц, и на них можно перекладывать любую чёрную работу. Главное — не слишком сближаться: в толпе всегда много лишних ушей, одно лишнее слово — и оно разлетится по интернету. На съемочный период за ними закрепили четкие обязанности: один отвечал за продукты и готовку, другой делал Лу Чжоу массаж, третий был на побегушках, четвертый держал зонтик и обмахивал веером, пятый дежурил у входа в павильон с вещами. — А с ложечки кормить надо? — полюбопытствовал Сяо И. — Если посторонних рядом нет, можешь попробовать, — ответил Линь Яо. — Но, боюсь, Лу Чжоу не оценит заботу от малознакомых людей. Так что можешь предложить свою кандидатуру. Но ради собственной безопасности — знай меру. Если он скривится, сразу прекращай. Сяо И: «...» Этой же ночью ассистенты заселились в отель по соседству. Сяо И сохранил номера всех пятерых и получил в распоряжение внедорожник, на котором он должен был возить Лу Чжоу на съемочную площадку. Линь Яо знал, что у Сяо И за душой ни гроша, поэтому выдал ему кредитку с лимитом в пятьдесят тысяч и две тысячи наличными на мелкие расходы, наказав в случае чего просить еще. Вечер выдался суматошным. Отвезя Лу Чжоу в ресторан, Сяо И отправился с помощником режиссёра изучать местность. Ему показали гримерки и основные павильоны, чтобы завтра с утра он не заплутал в спешке. Помощник режиссера оказался гонконгцем и говорил на таком чудовищном путунхуа, что Сяо И приходилось мысленно заполнять пробелы в каждой фразе, как в тесте по грамматике. Половину времени они общались в режиме «моя твоя не понимай», и Сяо И оставалось только испуганно кивать: «Да-да, конечно». Обойдя полстудии, Сяо И окончательно запутался — он не запомнил ни дороги, ни того, что вещал ассистент. В этот момент ожил телефон: Лу Чжоу велел ему срочно явиться в ресторан. Линь Яо хотел представить его остальным. Сяо И пулей метнулся назад и застыл у дверей кабинета. Через минуту его позвали внутрь. Там собралась вся верхушка проекта: исполнительница главной роли, режиссёр, её менеджер, куратор и продюсер. Лу Чжоу представил Сяо И как своего личного помощника. Когда Сяо И услышал имена актеров на вторых ролях, у него заложило уши — это были настоящие легенды. Он вежливо кланялся и улыбался, но заметил, что Лу Чжоу выглядит недовольным. — Всё, можешь идти, — бросил Лу Чжоу. Сяо И вышел. В общем зале за несколькими столами сидела съемочная группа. — Поел уже? Садись к нам! — окликнули его. Сяо И со скромной улыбкой присел за стол. Девушка-координатор, которую он уже видел, радушно приняла его и начала знакомить: это помощник режиссера, это гример, это парикмахер. За соседним столом расположились операторы со своими учениками, а за другим — осветители и реквизиторы. У Сяо И голова шла кругом: он решительно не понимал, кто есть кто. Сяо И перекинулся с ними парой фраз и понял, что все здесь давно друг друга знают. — Господин Лу совсем не задирает нос, — с улыбкой заметила координатор. — Я прямо выдохнула. «Это он-то не задирает нос?.. — подумал Сяо И. — Ну и низкие же у вас стандарты». Вслух же он елейно произнес: — ДДа, Чжоу-гэ очень добр к подчинённым. Никогда не бьёт, не материт и не орёт. Всегда говорит мягко, без капли сарказма. Я в киношной тусовке впервые, так что прошу любить и жаловать. Если что не так — говорите прямо. — О-о-о... — протянули собравшиеся. В их глазах читалось такое красноречивое «ага, конечно», что Сяо И едва не прибило этой волной немых комментариев. Мысленные монологи коллег буквально кричали: «Ну надо же, как пацану подфартило! Небось, личная игрушка Лу Чжоу. И не скажешь ведь, что Чжоу по мальчикам, хотя у этого мордашка типичного «пассива»... Эх, в наше время, чтобы пробиться, приходится торговать телом...» «Твою ж мать, — подумал Сяо И. — Вы хоть лица контролируйте, ваши мысли на лбу написаны!» Пытаясь развеять подозрения, он добавил: — Мой университетский товарищ — племянник директора Ду. — А-а-а... — взгляд окружающих мгновенно сменился на уважительный. — А ты видел Синьжань-цзе? — кокетливо спросила координатор. — Видел, видел, — кивнул Сяо И. — Она красавица и очень милый человек. — Я её фанатка, — призналась девушка. — Мечтаю когда-нибудь с ней поработать. — А уж как я жду, когда господин Лу и Синьжань снимутся в одном фильме, — вставила гримерша. — Между ними на экране точно искры полетят! — Да-да, точно, — поддакивал Сяо И. — Раз уж попал в группу — считай, попал в семью, — тепло сказала координатор. — Многие новички в день окончания съемок рыдают, уходить не хотят. У нас в режиссерской группе все друг за друга горой. Пару раз съездишь на объект — и сам втянешься. Не переживай, привыкнешь. Сяо И и правда хотелось стать частью сплоченной команды. Даже в походах люди за пару недель становятся друзьями, а уж тяготы съемок должны сближать и подавно.

***

В этот момент Лу Чжоу и остальные закончили ужин и вышли из кабинета. Все повскакали с мест, но куратор махнул рукой: — Ешьте спокойно, мы с режиссером Ли еще поболтаем. Остальные могли доедать спокойно, а Сяо И — нет. Оставив в тарелке недоеденный кусок курицы, он поспешил за патроном. Лу Чжоу попрощался с режиссером, сел в машину и велел трогаться. Линь Яо сел рядом. — Куда едем? — спросил Сяо И. — В отель, — буркнул Лу Чжоу с почерневшим лицом. «Ну всё, — подумал Сяо И, — опять его там кто-то задел». — Чего ты закусился с этой новенькой? — усмехнулся Линь Яо. — Ха! — ледяным тоном отозвался Лу Чжоу. — Глядите-ка на неё, метит в королевы экрана. Как мне с такой работать? Прикрылась «папиком» и думает, что море по колено. — Ладно тебе, остынь, — примирительно сказал Линь Яо. Сяо И догадался, что главная героиня, видимо, не приползла к Лу Чжоу на коленях, вымаливая слово, чем и задела его величество. Пока ассистент втихомолку забавлялся ситуацией, Лу Чжоу переключился на него. Он отвесил Сяо И подзатыльник — так, что тот едва не ткнулся лбом в руль. — Ты мой человек! — рявкнул Лу Чжоу. — Какого черта ты там перед ними распинался? Лебезил, как лакей! Весь мой авторитет коту под хвост! — Я... я не знал, — Сяо И мысленно поразился тому, что он ещё и такие слова знает. Значит, не совсем безграмотный. — Я не подумал об этом, Чжоу-гэ. Извини, в следующий раз исправлюсь... — Ты-то на нем зачем срываешься? — вступился Линь Яо. — Он молодец, вел себя скромно и вежливо. Для новичка это нормально. — Простите, — поспешно вставил Сяо И. — Я их раньше только по телевизору видел… растерялся немного. — В кабинете была куча народу! — Лу Чжоу едва не ткнул пальцем Сяо И в лицо. — Кто там был круче меня? Скажи мне, кто там знаменитее? Сяо И: «...» — Ладно, проехали, — вздохнул Линь Яо. — Молодежь нынче невоспитанная. Вон Хуан Цзюнь — тот хоть уважение проявляет. — Подлиза он, — отрезал Лу Чжоу. — И ты! Ишь, как заливался со всякими хлопушками и координаторами. Ты чего добиваешься? — А? — Сяо И не понял, чем провинился на этот раз. — Головой думай! — наседал Лу Чжоу. — Все эти сплетни на Tianya всегда от персонала сливаются. «Да просто осторожнее надо быть, — подумал Сяо И, — и не смотреть на работяг как на мусор». А вслух сказал: — Больше не буду с ними общаться, буду начеку. — В киноиндустрии вода мутная, — добавил Линь Яо. — Старайся поменьше болтать о Лу Чжоу внутри группы. — И что они про меня говорили? — подозрительно спросил Лу Чжоу. — Ничего такого, — Сяо И понимал, что даже если о звезде и судачат, ему об этом не скажут. — Говорили, что вы очень милый, никакой звездной болезни, и что вы с Синьжань-цзе — идеальная пара. — Запомни, — подытожил Лу Чжоу. — Пока я рядом — ты хвостом за мной. Позовет менеджер другого актера пообедать — иди. Но если всякая мелочь из осветителей или реквизиторов подкатывают — держи дистанцию. Нечего со всеми подряд якшаться. — Слушаюсь, — ответил Сяо И.

***

Линь Яо должен был улететь в Пекин на следующий вечер. Вечером, прощаясь у отеля, он предупредил: — Завтра церемония запуска — это полбеды. Но послезавтра начнутся реальные съёмки. Запомни: ни при каких условиях не опаздывать. Нельзя заставлять всю группу ждать одного человека. Это табу. — Понял, — Сяо И почувствовал, как по спине пробежал холодок. Линь Яо подбодрил его напоследок и ушел. Лу Чжоу, вернувшись в номер, сразу уткнулся в телефон. Сяо И остался в гостиной, готовый в любой момент сорваться по поручению — нужно было дождаться, пока Лу Чжоу уснет. Пока Лу Чжоу решал дела, Сяо И, почувствовав голод, заварил себе лапшу. — Ты что, лапшу ешь?! — раздался голос Лу Чжоу. — Воняет на весь номер! Сяо И едва не выронил вилку. Подхватив стакан с лапшой, он уже нацелился было доедать в туалете, но Лу Чжоу рявкнул: — Стоять! Ты что, не обедал? — Нет, — признался Сяо И. — Закажи доставку, — Лу Чжоу швырнул ему меню. — Да не надо, — замахал руками Сяо И. — Уже ночь, зачем людей лишний раз гонять? Я люблю лапшу. — Кто ж откажется от денег? — Лу Чжоу уже не смотрел на него. — Выкинь эту вонючую лапшу. Пришлось заказать еду. Сяо И жевал на диване, а Лу Чжоу, болтая по телефону, то и дело косился на него. Сяо И так перенервничал, что кусок в горло не лез. Лу Чжоу весело ржал в трубку, обсуждая что-то с друзьями, но в перерыве между «ха-ха» и «хо-хо» успел вставить: — Чего так мало ешь?! Сяо И понял: что бы он ни сделал, всё выходило не так. Пришлось через силу запихивать в себя рис. — Да ассистента своего строю, пацан совсем зеленый, — вещал Лу Чжоу в трубку. — Чжан Синьжань... Ой, не вспоминай о ней... Сыт по горло... Сяо И слушал эти жалобы, прибирал за собой и подливал Лу Чжоу ледяную воду. К счастью, Лу Чжоу вымотался и не стал долго его мучить — закончил разговор и отправился в спальню. — Вещи на завтра приготовил? — напомнил он. — На завтра... — Сяо И задумался. — Вот этот шарф подойдёт? Он показал два шарфа. Сяо И думал, что Лу Чжоу выберет тот, что подороже, но актер лишь мазнул взглядом: — Этот. Нормально. — А одежда? Сяо И достал три комплекта. Лу Чжоу выбрал один — и на этом наконец можно было выдохнуть.

***

На следующий день Сяо И привез Лу Чжоу на место сбора группы. Там уже установили алтарь для подношений, на котором красовался зажаренный поросенок. Народу было — тьма: пресса, фанаты, охрана, персонал. Сяо И едва не раздавили в этой толпе. Камеры щелкали затворами, вспышки слепили глаза. Было сыро и зябко. Лу Чжоу, в темных очках, щеголял в том самом пёстром шарфе, который выбрал Сяо И. На самом деле этот шарф был подарком от фанаток — они связали его сами. Сяо И втайне припрятал его, думая оставить себе, но Лу Чжоу, на удивление, понял намек без слов. На шарфе были вывязаны сердечки и маленькие мультяшные фигурки Лу Чжоу и Синьжань. Увидев его, фанатки зарыдали от счастья. Они неистово выкрикивали имя кумира, пока пресса оттесняла их к ограждениям. Через пять минут толпа фанатов пошла на штурм, завязалась потасовка с журналистами, и в итоге какого-то бедолагу-репортёра толкнули прямо на жертвенный стол. Сяо И и Линь Яо едва не лишились чувств от ужаса и бросились извиняться перед пострадавшим. Тем временем Лу Чжоу и исполнительница главной роли Нин Яцин зажгли благовония, разлили вино — церемония началась. — Шарф — отличный ход, преданность фанатов взлетела до небес. Твоя идея? — шепнул вернувшийся Линь Яо. — Он сам выбрал, — так же тихо ответил Сяо И. Линь Яо показал большой палец. — Зачем вообще устраивают этот обряд перед съёмками? — спросил Сяо И. — Да кто его знает... Традиция, — ответил Линь Яо. — Жертвоприношение не гарантирует, что съемки пройдут гладко. Но если его не сделать и что-то пойдет не так — во всём обвинят тех, кто пожалел поросенка. Сяо И не знал, смеяться ему или плакать. Тем временем началась пресс-конференция. Перед камерами Лу Чжоу преобразился: шутил, смеялся, галантно опекал Нин Яцин. Та, в свою очередь, изображала испуганную лань, то и дело причитая, как она волнуется работать с «кумиром своей мечты». Лу Чжоу благосклонно улыбался. Когда интервью закончились, он буквально запрыгнул в машину и мгновенно сбросил маску. — Твою мать! — рявкнул он. — Ты слышал? Кто там ржал над тем, что мои фанатки подрались? — Я... я не слышал. Да разве они дрались? — Сяо И почувствовал, как сердце уходит в пятки. — Так, дружески потолкались... Линь Яо перебил их: — Тихо. Сейчас проедем мимо фанатов. Поприветствуй их. Лу Чжоу провел рукой по лицу, в секунду натянув сияющую улыбку. Снял очки, опустил стекло, посылая толпе воздушные поцелуи. — Я люблю вас! — прокричал он. Снаружи поднялся такой визг, будто на город напали зомби или сбросили атомную бомбу. Лу Чжоу поднял стекло и тут же снова стал мрачнее тучи. — Значит так, Сяо И, — бросил он. — С сегодняшнего дня бди в оба глаза. Слушай, кто в группе шепчется у меня за спиной. Я уверен, здесь полно моих хейтеров. — Обязательно, — ответил Сяо И, у которого на лбу проступили три воображаемые черные линии. «Ну и параноик, — подумал он. — Откуда здесь взяться хейтерам?»