Золотой Ассистент / Golden Assistant

Не прошло и двадцати минут, как машина затормозила у дома Сяо И. Район был новый, окрестности довольно чистые, а жильцов пока было немного. Выйдя из машины, Лу Чжоу окинул дом взглядом и одобрил: — У вас тут неплохо. — Пару лет назад купили, — пояснил Сяо И. — Вообще-то планировали, что я после выпуска здесь обживусь, это должна была быть моя квартира к женитьбе. Но сейчас тут живут родители с братом, и оформлена она на него. Лу Чжоу кивнул. Братья подхватили по тяжелому чемодану и бодро взлетели на шестой этаж. — Чжоу-гэ, сегодня переночуешь у нас, я уже всё приготовил, — предложил Сяо И. — А завтра переберемся в отель... — Не нужно, — отозвался Лу Чжоу. — Послезавтра всё равно уже обратно. Сяо И с облегчением выдохнул. Если в своем доме Лу Чжоу вел себя как тиран и деспот, то в гостях оказался не таким уж привередливым. Едва они переступили порог, как навстречу высыпали чересчур радушные родители Сяо И. Первым в квартиру «вошел» чемодан LV. Отец Сяо И, хоть и был далек от мира роскоши, сообразил, что вещица стоит немалых денег. — Ой, наконец-то мы тебя дождались! — воскликнули родители почти в один голос. Они-то ожидали увидеть будущую невестку, но когда на пороге возник Лу Чжоу, оба так и застыли. Мужчина. Самый настоящий. Отец Сяо И: «…» Мать Сяо И: «…» — Это Чжоу-гэ, — поспешил представить гостя Сяо И. — Чжоу-гэ, это мои папа и мама. — Здравствуйте, дядя, здравствуйте, тетя, — Лу Чжоу с каменным лицом пожал родителям руки. Отец Сяо И первым пришел в себя и радушно заулыбался: — Проходите, проходите, садитесь. Устали, небось, с дороги? Оказавшись в родных стенах, Сяо И почувствовал себя в безопасности. «Какой бы скверный характер ни был у Лу Чжоу, дома можно хоть пару дней передохнуть. Не станет же он, в самом деле, материть меня при маме?» — думал он. И действительно, Лу Чжоу не только не ругался, но и вел себя на редкость вежливо. Отец Сяо И был завучем в начальной школе и готовился к выходу на пенсию, а мать когда-то работала на трикотажной фабрике в Цзиншане, но рано вышла на отдых. Теперь её главной заботой были мысли о женитьбе сыновей. Хотя родители и испытали легкое разочарование, не увидев невестку, они быстро взяли себя в руки и окружили Лу Чжоу заботой. Пока Сяо И перетаскивал вещи босса в комнату, он вкратце объяснил, что Лу Чжоу — его новый начальник и всячески ему помогает. Отец Сяо И тут же принялся рассыпаться в благодарностях, сетуя на бестолковость сына: мол, одни хлопоты вам от него, спасибо за терпение. — Да что вы, зовите меня просто Сяо Лу, — с улыбкой отозвался Лу Чжоу. — Поешьте чего-нибудь, — засуетилась мать. — Мы думали, вы еще днем будете... В предновогодний чуньюнь вечно все дороги забиты. Иди сюда, Сяо Лу, перекуси хоть немного, а я сейчас суп разогрею. Пока она возилась на кухне с кастрюлей, Лу Чжоу бросил Сяо И: — Занимайся своими делами, не ходи за мной хвостом. Спасибо, тетя! Наконец Сяо И удалось всех рассадить и успокоить. Шумная встреча утихла, и жизнь в доме вошла в привычное русло. — Как там Ду Ма поживает? — поинтересовался отец. — Он недавно звонил, спрашивал твой номер. Сяо И вспомнил — это, должно быть, было перед Новым годом, когда одноклассники собирались на встречу. — Да заправляет сейчас отцовской конторой, микрозаймами занимаются. На «Лексусе» уже разъезжает, — ответил он. Отец бросил на Сяо И укоризненный взгляд, но тот лишь хихикнул и сел за стол. Лу Чжоу уже придвинул к себе тарелку с супом. — Мам! — позвал Сяо И. — А мне суп остался? Мать налила и ему. Сяо И подложил Лу Чжоу в тарелку побольше кусочков лотоса. — Чжоу-гэ, обязательно попробуй этот «зимний лотос». Такого больше нигде в стране не найдешь. — Знаю, — ответил Лу Чжоу. — Когда жил в Ухане, часто его ел. В Пекине такой редкость. Только в Хубэе суп из ребрышек с лотосом бывает такого особенного цвета и аромата, а сам лотос при надкусывании тянется тонкими нитями. Сяо И жадно ел, наслаждаясь вкусом дома, и чувствовал, что жизнь прекрасна. После позднего ужина Сяо И включил водонагреватель, достал для Лу Чжоу одежду и закрутился в хлопотах. — Я сам справлюсь, — осадил его Лу Чжоу. — Всё в порядке, — отозвался Сяо И. — Сегодня будем ночевать в этой комнате. В квартире было две комнаты и гостиная, но площадь составляла добрых девяносто квадратов — места хватало. Зная привычки Лу Чжоу, Сяо И заранее попросил родителей прибраться: всё лишнее вынесли, компьютер переставили в угол гостиной к брату, постель постелили новую. На юге Китая нет центрального отопления, поэтому зимой в домах сыро и зябко, так что в комнате уже вовсю жарил обогреватель. Дом был новый, окна сверкали чистотой, а из окна открывался вид на огни микрорайона. Кровать была просторная, мебель новенькая — не хуже, чем в приличном отеле. Сяо И поставил на тумбочку стакан воды, подключил все гаджеты к домашнему Wi-Fi и только после этого ушел в душ. Лу Чжоу стоял у панорамного окна, разглядывая балкон. Вдруг снаружи раздалось приглушенное кудахтанье, отчего он едва не подпрыгнул. Оказалось, на балконе в клетках сидели две курицы. — Это папе кто-то из родителей учеников подарил, — пояснил вошедший после душа Сяо И. — Холодно уже, надо их в кухню перенести. На праздник пойдут. Он подхватил клетки и уволок их на кухню. — Сколько здесь квадрат стоит? — поинтересовался Лу Чжоу. — Мы брали несколько лет назад, — Сяо И принялся вытирать волосы полотенцем. — Тогда было всего по три тысячи с лишним, сейчас уже до пяти поднялось. — Неплохо. И воздух здесь чистый, — заметил Лу Чжоу. Сяо И начал стелить себе постель на полу. — Да и зарплаты тут копеечные. Брат работает в супермаркете завхозом, получает чуть больше двух тысяч, и то по знакомству пристроили. — Ты бы и сам тут не пропал, — сказал Лу Чжоу. — Чего не возвращаешься? — Эх, — вздохнул Сяо И. — Не в уезде же оседать. Кому тут нужен выпускник консерватории? А в Ухане жилье по десять-двадцать тысяч за квадрат — мне не потянуть. — Ты еще и на эрху играть умеешь?! — Лу Чжоу будто клад нашел, вытащив из-под книжного стеллажа пыльный футляр. — В детстве учили, — ответил Сяо И. — Даже экзамены сдавал. С третьего по восьмой класс меня заставляли на нем играть, несколько лет жизни отдал. С этого и началась моя любовь к музыке. Хочешь, сыграю что-нибудь? Он открыл футляр. Инструмент давно лежал без дела. Лу Чжоу посмотрел на него с сомнением, явно не веря в его таланты. Пока Сяо И настраивал колки и натирал струны канифолью, Лу Чжоу не выдержал: — Ладно-ладно, убирай. Сейчас пыль полетит во все стороны. Сяо И на мгновение задумался, прижал струны и выдал несколько тактов «Отражения луны в двух источниках». — Сделай милость, прекрати! — взмолился Лу Чжоу. — Праздник на носу, не смей играть такую тоску. Сяо И сконфуженно улыбнулся и убрал инструмент. — Этот эрху мне еще от деда достался, семейная реликвия. Отец играть не захотел, меня заставили. В итоге вот — выучился на бесперспективную специальность. — А это что? Дай гляну, — Лу Чжоу указал на рамку на полке. Сяо И засуетился, пытаясь спрятать фото, но Лу Чжоу нахмурился, и парню пришлось подчиниться. На снимке Сяо И стоял рядом с очень известным певцом — оба улыбались и дурачились на камеру. — Ты его знаешь? — удивился Лу Чжоу. — Мы с ним проходили один и тот же отбор... — пробормотал Сяо И. Лу Чжоу оглядел помощника так, словно видел впервые. Сяо И честно признался: — Мы тогда вместе проходили кастинг на шоу «Лучший парень», вот и сфоткались. — И что, не прошел в финал? — Затребовали пятьсот тысяч спонсорского взноса, — вздохнул Сяо И. — Откуда у нас такие деньги? Вот меня на региональном этапе и отсеяли. Лу Чжоу фыркнул. — Господин Ду хотел его перекупить. Мальчишка пару лет погремел, разругался со своим агентством, и теперь его карьера катится под откос. Сяо И неопределенно хмыкнул и поставил рамку на место, развернув её лицом к стене. Лу Чжоу это задело. — Ты зачем её спрятал? Завидуешь? Сяо И: «…» Под взглядом Лу Чжоу Сяо И молча развернул фото обратно. — Не умеешь принимать поражение, — припечатал Лу Чжоу. — Настоящий неудачник. — Да, я неудачник, — безропотно согласился Сяо И. Лу Чжоу с любопытством рассматривал другие снимки: вот Сяо И с гитарой в свете софитов — яркий, вдохновленный, настоящий артист. Были там и фото с разными знаменитостями из времен его работы в Sina. — Мама возила меня в Ухань, я прожил там двенадцать лет, — вспомнил Лу Чжоу. — В Ханькоу в начальную школу ходил. — Понятно, — кивнул Сяо И. — Ложись на кровать, — внезапно предложил Лу Чжоу. — Нет-нет, что ты! Я на полу отлично устроюсь. — Да брось, кровать огромная, места хватит. На полу холодно. Родители увидят — неудобно выйдет. Какой бы ты ни был «неудачник», для них ты всё равно сокровище, так ведь? Сяо И: «…» Сяо И забрался на кровать, сложив одеяло вдвое. Лу Чжоу лениво листал игровой журнал Сяо Цяна. — Моя мать хотела, чтобы я в спортшколу шел, там стипендию платили. А я ни в какую — только в актеры. Знаешь, сколько тогда обучение стоило? — Лу Чжоу повернулся к Сяо И. — Больше сорока тысяч в год. За четыре года — сто шестьдесят тысяч. Огромные деньги по тем временам! А отец у меня был тот еще гуляка. Мать была против, но я закусил удила. Брался за любую подработку: моделью подрабатывал, на массовках ошивался, монтажом занимался. Даже на пузе по площадке ползал, камеру толкал — всё прошел. Понимаешь? — Ага, — отозвался Сяо И. Лу Чжоу: «…» — Я с тобой серьезно разговариваю! — вспылил он, отшвырнув журнал. — Всё, забудь! — Нет-нет, продолжай... — Сяо И порывисто повернулся к нему, едва не обняв. Лу Чжоу мгновенно залился краской и принялся отбиваться, в итоге отвесив ассистенту пинка. — Если бы не моё упрямство тогда, разве стал бы я тем, кто я есть сейчас? — Я читал твои интервью, — сказал Сяо И. — Про тебя в каждом киножурнале пишут. Чжоу-гэ, ты настоящий пример для подражания. — Таких певцов-бродяг в Пекине тысячи, — продолжал Лу Чжоу. — Знаешь, как госпожа Ду и остальные отбирают артистов? Смотрят не только на то, «выстрелишь» ты или нет, но и на перспективу. Из десяти тысяч пробиваются едва ли десять человек. Остальные тонут, не оставив даже кругов на воде. И нельзя сказать, что они не старались. Все пашут как проклятые. Думаешь, у них таланта нет? — Лу Чжоу в упор посмотрел на него. — Ошибаешься. У многих таланта побольше, чем у тех, кто на вершине. У тебя вот тоже талант есть. Но не взлетел — кого винить? Сяо И: «…» Сяо И замер: это он сейчас подбодрил его или поиздевался? Да и какая теперь разница — он подписал контракт на три года. Даже если захочет вернуться в музыку, пути назад нет. — Видно, судьба такая, — философски заметил Сяо И. Лу Чжоу аж перекосило. — Это вопрос случая! — рявкнул он. — Нужно терпение! Ждать шанса! Хватать его зубами! У тебя интеллект вообще когда-нибудь из режима гибернации выходит?! Почему до тебя вечно как до жирафа доходит?! Ты меня в могилу сведешь... Сяо И ошарашенно захлопал глазами. — Хорошо. — Работай помощником на совесть, — наставительно произнес Лу Чжоу. — Выпадет случай — саундтрек к сериалу или песня к фильму... будешь со мной, попробуем тебя продвинуть. Ты же сам и слова, и музыку пишешь. Ухватишься за возможность — и прославишься! — Правда можно?! — Сяо И аж затрясло от волнения. Лу Чжоу издал неопределенный звук. Сяо И с воплем кинулся к нему: — Правда?! Чжоу-гэ, ты обещал! Это мечта всей моей жизни — спеть твой саундтрек! А-а-а-а! Но Лу Чжоу был начеку. Едва издав это свое «м-м», он уже приготовил ногу, и в тот момент, когда Сяо И бросился в объятия, точным ударом отправил его на пол.

***

На следующее утро Сяо И проснулся от грохота петард. В Цзиншане Новый год чувствовался во всем: чем дальше от мегаполиса, тем крепче традиции. Множество людей, работавших в Ухане, вернулись домой, и на улицах было шумно и весело. В открытое окно тянуло тонким запахом пороха. Сонный Сяо И вышел из комнаты и увидел Лу Чжоу. Тот сидел за столом и мило беседовал с его матерью. Мать, как обычно, причитала по поводу женитьбы сына, а Лу Чжоу с самым серьезным видом слушал и давал советы. Кажется, она уже приняла его за старшего наставника Сяо И и то и дело просила: «Сяо Лу, вы уж приглядывайте за ним, не давайте спуску, а то он совсем разбаловался». Сяо И с зубной щеткой во рту невнятно промычал: — Мам! — Твоя мама дело говорит, — Лу Чжоу назидательно ткнул в него пальцем. — Ведешь себя как ребенок. Слышал, что тетя сказала? Я вообще поражаюсь, как ты в Пекине выжил. — И не говорите, — вздохнула мать. Сяо И продолжал чистить зубы, размышляя о том, как это мир перевернулся с ног на голову. Почему теперь Лу Чжоу и его собственная мать спелись против него? Ну и жизнь... — Сяо Лу! — окликнул гостя отец, читавший газету в гостиной. — А каким именно бизнесом вы занимаетесь? — Индустрия развлечений, — ответил Лу Чжоу. Вчера всё было впопыхах, и Сяо И представил его просто как «босса». Отец и не заметил, что перед ним тот самый Лу Чжоу, по которому сохнут миллионы. Он пощелкал пультом, переключая каналы. — У меня один ученик тоже в Пекине фирму открыл, гребет деньги лопатой. Молодец! В вашей сфере, небось, капиталы крутятся нешуточные. В «Новостях» говорят... — Пап, не всему, что говорят в «Новостях», можно верить, — вставил Сяо И. — Это почему же? — отец тут же переключился на него. — Вот я смотрю — цены на жилье в Пекине вовсе не такие высокие, как ты расписываешь. Государство всё регулирует. Максимум десять тысяч за квадрат! Откуда ты взял эти басни про сто тысяч? Сяо И: «…» — В «Новостях» передавали, — продолжал отец, — что социальное жилье стоит всего четыреста юаней в месяц. Ты вполне мог бы подать заявку. А вы только и знаете, что деньги на ветер бросать... Сяо И: «………………» Лу Чжоу: «…» — Пекин — культурный и политический центр страны, — поспешил сменить тему Лу Чжоу. — Если найти хорошую работу, перспективы там отличные. Отец Сяо И поверх очков внимательно посмотрел на Лу Чжоу и улыбнулся: — Знаешь, я тут сериал смотрел про войну... Ты очень похож на актера оттуда. Лу Чжоу вежливо хихикнул. Мать, услышав это, всплеснула руками: — Ван Гои! Точно, ты вылитый Ван Гои! Лу Чжоу: «…» Сяо И: «…» Ван Гои — так звали персонажа, которого играл Лу Чжоу в том самом сериале. Сяо И едва не прыснул кашей прямо в лицо боссу. Давясь от смеха, он уткнулся в тарелку. Ду Мэй строго-настрого запретила кому-либо рассказывать о работе на Лу Чжоу, и Сяо И не смел нарушить приказ. Лу Чжоу, привыкший к таким ситуациям, не моргнув глазом ответил: — Да, в этом году военных сериалов снимают гораздо больше, чем обычно. — Это точно, — подхватила мать. — Мы с отцом очень любим драмы про времена Республики. — Сяо Лу, — проникновенно начал отец. У Сяо И возникло дурное предчувствие. Лу Чжоу с дежурной улыбкой приготовился слушать. — Сяо Лу, а вы женаты? — Э-э, нет, — ответил Лу Чжоу. — Недавно вот расстался с девушкой. — У Сяо И есть двоюродная сестра, в городском почтовом отделении работает, как раз на праздники приехала... — Папа! Хватит! — Сяо И готов был провалиться сквозь землю. — Пожалуйста, замолчи! Лу Чжоу расхохотался. — Ну а что такого? — не унимался отец. — Вы с сестренкой — отличная пара бы вышла. Талантливый парень, красивая девушка... — Всё в порядке, — Лу Чжоу замахал руками. — Пока что в мои планы женитьба не входит. После завтрака Сяо И с матерью принялись подсчитывать деньги. Он выложил две толстые пачки — по десять тысяч каждая. Мать наотрез отказывалась брать: мол, у нас с отцом пенсия есть, нам столько не надо. Сяо И настаивал, дело чуть не дошло до ссоры. — Мам, я в Пекине живу и ем у Чжоу-гэ, компания все расходы покрывает, мне тратить особо не на что. — Ну, тогда я их для тебя отложу, — сдалась мать. — Да трать ты их! — горячился Сяо И. — Купите себе чего-нибудь, ешьте получше. На праздничный ужин наготовь всего самого вкусного. Мать ворчала, что это «кровавые» деньги сына и ей совестно их тратить, но при этом сияла от радости, пересчитывая купюры на столике. — Сяо И, — позвал Лу Чжоу. Тот сразу понял, к чему он клонит: — Не нужно, Чжоу-гэ. И добавил для родителей: — Мне Чжоу-гэ зарплату платит, еще и годовую премию выписал. — Положено, — коротко бросил Лу Чжоу. — Да не надо... Чжоу-гэ, не бери в голову. Пойду вещи соберу, нам скоро выходить... — Я сам соберу, ты заканчивай здесь, — ответил Лу Чжоу. Когда он ушел в комнату, мать шепнула: — Сяо И... Тут брат твой девушку нашел, хочет машину новую купить... — А, — отозвался Сяо И. — Пусть покупает. Сколько нужно? — Говорит, за двести тысяч. Мы с отцом считаем — слишком дорого. — Машину за двести тысяч?! — возмутился отец. — Такую только большие начальники водят! Я ему сказал — ипотека еще не выплачена, обойдется. Что, на «Сантанне» жениться нельзя? Вон сколько людей на улицах вообще без машин ходят. Сяо И знал, что родители всегда чуть больше баловали младшего — тот ведь остался в уезде присматривать за ними. Если бы деньги были, он бы не пожалел для брата, но сейчас лишних средств не было. — Пусть возьмет за сто тысяч, — подумав, сказал Сяо И. — Дорогую он сам не прокормит. Мать вздохнула: — Попробую его отговорить, пока ипотеку не закроем. — Да ладно, если очень хочется — пусть берет. В Пекине машина только мешает, одни номера чего стоят, а здесь — милое дело. Мать убрала деньги, сняла очки и немного погрустнела. Сяо И взял ключи от машины. — Мы с Чжоу-гэ пойдем прогуляемся, обедать будем не дома. В этот момент из комнаты выполз Сяо Цян — он всю ночь резался в игры и под утро завалился спать в родительской спальне. В одних подштанниках и свитере он направился было чистить зубы, но вдруг замер, уставившись на Лу Чжоу. — Ты... Ты же Лу Чжоу! — выпалил он, будто увидел привидение. «Всё, конец моей карьере, — подумал Сяо И. — Семья меня погубит». Но Лу Чжоу лишь усмехнулся: — Ага, это я. Только тихо... Сяо Цян издал восторженный вопль и бросился объяснять родителям, кто перед ними. — Молчи! — рявкнул Сяо И. — Если разболтаешь — тебе конец! Чтобы ни одна душа не знала! Сяо Цян пребывал в глубоком шоке. Сяо И продолжал вдалбливать ему серьезность ситуации, но тот только кивал с отсутствующим видом. Тогда Сяо И перешел к угрозам: — Скажешь хоть слово — никакой машины тебе не видать. — Не скажу! Клянусь, буду нем как рыба! — тут же выпалил Сяо Цян. Лу Чжоу: «…» Сяо И знал, что аргумент про машину — самый весомый. Он помог Лу Чжоу замаскироваться: натянул на него вязаную шапку, наушники, спортивную ветровку и кроссовки. В таком виде они и вышли за порог.